Не вижу зла, не слышу зла и не говорю зло

Какое превосходное антисептическое средство — ирония. Альфонс Доде

Семь лет назад. Старшая школа Кейджи. Пригород Киото. Ута скучал. Город, в который они переехали с семьей, точнее сам район, оказался невообразимо пресным и чахлым. Только дома, дома, дома и детские площадки с ордой детишек на них. А еще похожие друг на друга школы (как будто кто-то клонировал их, путая немногих заплутавших туристов) и один единственный торговый центр (как будто он туда пойдет). Отец с матерью что-то говорили про мирную, тихую жизнь на новом месте. Про то, что Утаро Хасимото*, их младший и любимый сын, обязательно найдет себе друзей. Они, в принципе, всегда много говорили. Иногда это раздражало. Найдет себе развлечение? Как бы не так. Гули здесь вряд ли жили. А с людьми Ута брезговал общаться и ввязываться в отношения «я-друг, ты-друг, обнимемся и вечно будем вместе» не собирался. Ну, кому приятно точить лясы с едой? Отец вбил в голову подростку, что «пища — это пища, и нечего мусолить эту тему». Мать же, напротив, весьма лояльно относилась ко всему человеческому роду. Противоречивое воспитание породило на свет существо, искренне желающее походить на человека и так же искренне ненавидящее ничтожных людишек. Двуличие — странность номер один. Безумие на грани паранойи. По сути, Хасимото-младшему не нужна была новая компания, его вполне устраивала старая. Но никто и не подумал спросить мальчишку, хочет он уезжать из старого дома или нет. Взрослым виднее, чтоб их. Ведь если задуматься, никто и никогда не интересуется, чего на самом деле хотят дети, потому что... это не важно. «Я» всегда побеждает. Понимание этого чертового мира — странность номер два. - Ох, ты, должно быть, очень взволнован тем, что узнаешь столько новых людей за раз! - щебетала мать, вытирая пыль в гостиной. Ута думает, что это, как идти в супермаркет: много, много еды, бери — не хочу. Столько лакомств, вот только денег с собой ты не прихватил. Обидно: столько вкусностей, а трогать нельзя. Его мать, Хатаро, работая учительницей младших классов, зачастую предпочитала большую компанию. И молчаливость вкупе с зажатостью и редким складом ума очень настораживали ее в сыне. Порой пугали. Ута — гений, к ним необходим совершенно иной подход, нежели, например, к старшему. - Мам, - скривился Кайто, старший ребенок, - да к чему ты это нашему психу говоришь? Все равно он общаться ни с кем не будет! Разве что, сам с собой. - Ну, не с тобой же мне диалоги вести, - пожал плечами гуль. - Я предпочитаю умных собеседников, а ты к ним никоим образом не относишься. - Папа, этот придурок обзывается! - крикнул Кайто, продолжая усердно тыкать кнопки на консоли. Диван тихо скрипел под тяжестью прыткого, находящегося в постоянном движении тела. - Утаро, не дразни брата, - отец поправил очки, продолжая перебирать документы. Маленький кофейный столик был завален кучей белоснежных, исписанных листов. Сайто предпочитал проводить свободное время в компании семьи, а не в окружении старых книг в своем кабинете. И то, что этой самой семье он уделял малую часть своего времени — не суть. - А я так хотела девочку, - миролюбиво добавила мать, разглядывая семейство. Кошка ласково и нетерпеливо потерлась о ногу женщины, требуя к себе внимания... и, возможно, еще одну порцию корма. - Надень на этого тощего белобрысого ребенка платье и вуаля! Чем не младшая сестренка? О, мой Бог, двигай конечностями, чертов ниндзя! - Пробовал уже? - поддел брата Ута, перелистывая страницу книги. У Джека Лондона безумно скучные произведения, но банальному Шекспиру до него далеко. - Это же не я волосы крашу! - Я помню, как ты брал мамину косметику, - насмешливо протянул Утаро. - Это был эксперимент! - взвизгнул брюнет, злобно скрипя зубами. - Мои сыновья — идиоты, - покачал головой отец. - Милая, как насчет третьего ребенка? И это был не вопрос. Ута не понимает своей семьи, он считает себя лишним на данном празднике жизни. И это так называемая странность номер три. Скуч-но. *** Школьная форма оказалась такой же однообразной, как и всё в районе. Она была серой, неприглядной и жутко неудобной. Да и смотрелась она на нем нелепо. Не то, чтобы некрасиво, просто непривычно. - Такой очаровашка! - лепетала мать, осматривая младшего сына со всех сторон. - Так бы тебя и съела! - Хм, - важно кивнул Утаро, покосившись на смеющегося брата. Тот даже не пытался скрыть смех за покашливанием. Чертов засранец так раздражал своими подколами. - Кайто, ты тоже тот еще милашка! Все девочки будут только на вас и смотреть! Вы же будто с обложки модного журнала сошли. - И мальчики тоже, - довольно кивнул брюнет, покосившись на блондина. Тот только стиснул зубы сильнее. Два года назад какой-то там гуль (он ведь даже имя его не запомнил) предлагал Хасимото-младшему встречаться, даже к родителям ходил! Но Ута не был бы собой, если бы с толком не разъяснил, куда пойти этому нерадивому поклоннику. До разбитых костяшек и хруста поломанных костей своего воздыхателя. - Заткнись. - Какие мы грозные! - Папа передал вам жутко длинное нравоучение про нормы поведения, но вы его слышали слишком часто, поэтому опустим это! Удачи вам, мои дорогие! - перебила сыновей Хаторо, отвесив тем смачные подзатыльники. - И не смейте грызться по дороге, иначе я начну вас шантажировать! Или угрожать. Ута улыбнулся — приподнял уголки рта. Кайто фыркнул, неуклюже клюнув маму в щеку. Скуч-но. Как оказалось, все не так плохо, как Утаро представлял себе, — намного хуже. Его класс встретил нового ученика изучающими взглядами, восхищенными девичьими перешептываниями (здесь сыграли гены, парень был весьма хорош собой) и кипой примитивных вопросов. Трое парней — они, видимо, считали себя самыми крутыми, раз учились в старшей школе, на втором году обучения, — тонко намекнули новоявленному однокласснику, чтоб тот особо не рыпался. Ута и не собирался. Вовсе не из-за страха или чего там такого же банального, ему просто не было интересно. Нет, ну, правда, что могут люди против гуля? Только руками махать да кровью давиться, когда Хасимото будет их жрать. Марать руки не хотелось. Во всяком случае, флегматичный настрой никуда не ушел. Ута обвел взглядом помещение: ни одного себе подобного. Ожидаемо. Он даже не разочаровался. А потом под хохот одноклассниц в коротких юбках, окруживших его в коридоре, парень почуял запах (не знаю, чувствуют ли гули себе подобных на расстоянии, но допустим, сильные это могут). Маленькая шатенка со стрижкой под каре выглянула из параллельного класса в компании высокой брюнетки с нелепыми хвостиками. Она смеялась, размахивая руками, и говорила почти без остановки. Даже не посмотрела в его сторону (это ничуть не задело). Слабый гуль, но... хоть что-то? Блондин мысленно кивнул себе, поставив галочку напротив «познакомиться позже». Не сейчас, не завтра, а тогда, когда одиночество начнет раздирать его изнутри. А пока: скучно. *** - Меня зовут Шираюки Кейго, будем знакомы, - тепло улыбнулась ему девушка. И с этого началась их история.