Не вижу зла, не слышу зла и не говорю зло

Зима так холодна, так бесприютна и бела, Скоро будет неизбежный дефицит тепла. Начнём спасаться мы от этой теплонищеты, Значит, скоро будут в моде тёплые коты. Будем гладить всех мурчащих, Тёплых, сонных, настоящих, Запуская руки в меховые животы, Переменчивы все вещи В странном мире человечьем, Постоянны тёплые мурчащие коты. Все бегут домой с холодных улиц и пустых, Значит, снова будут в моде тёплые коты. Тёплые коты летят по небу облаками, Мысли переполнены мурчащими котами. Когти могут впиться в ногу, Но нога-то ведь не сердце, Кошки так не ранят, как людишки иногда, Тёплый кот меня утешит, Ляжет на больное место, И усну я, обнимая тёплого кота.

Желания делать что-либо не было совершенно. Хотелось просто спать, много-много спать. И, увы, это была не родная, привычная для меня лень. Это простуда, и все к ней прилагающееся, то есть ужасный кашель, першение в горле, насморк и ломота во всем теле. Гули не болеют. Ага, расскажите это градуснику на пару с моим организмом. Они славно посмеются! Да, Боже ж ты мой, когда это кончится? Новый приступ кашля настиг меня спустя сорок минут после предыдущего. Я — неправильный гуль. Слишком человечный и слабый. Тот, который «один на миллион». Но знаете, как-то неприятно чувствовать себя особенной в такой плачевной доставляющей море дискомфорта ситуации. Это и есть то самое невезение, о котором судачат люди и пишут в гороскопах недоастрологи на своих желтых страницах*. Дебби Миллз** тоже была той самой, на миллион. Только, увы, с плачевным исходом. Судьба словно посмеялась над бедной старушкой, вознося ту на пьедестал «неудачников». Дикая победа. Например, сейчас, в период вынужденного больничного, единственным моим желанием было сдохнуть. Уснуть и не проснуться — идеальная смерть, тихая и мирная. Но для этого пришлось бы вставать с дивана и отправится в постель для соблюдения канонов, а это оказалось выше моих сил. Вон, в туалет уже полчаса хочу, а поднимать зад нет никакого желания. Лень вперед нас родилась, по сути. Нос, раскрасневшийся от частого соприкосновения с бумажными полотенцами, нещадно щипало, глаза слезились от чрезмерного количества «апчхи!» Гули не болеют. Будь проклят тот, кто сказал это! Дальше откладывать ЭТО было нельзя: надо сходить в аптеку за лекарствами. Лечение подручными средствами, то есть кофе и человечинкой, не помогало от слов «вроде ничего так, но все равно не то». Я медленно встала с дивана, шагая в сторону туалета. Все-таки перед выходом нужно таки сходить по маленькому, иначе не дойду же. Хорошо, что квартира у меня крохотная с одной единственной спальней. Да больше для одного человека и не надо, в общем-то. В зеркало смотреться не хотелось. В общем-то, как и в любые отражающие мою, э, красоту предметы. Старый добрый пуховик смотрелся на мне, как на эскимосе: нелепо и смешно. Зато весьма комфортно. Сапоги, шапка и шарф — арсенал настоящей женщины, не пекущейся о внешности так же яро, как о здоровье. Все-таки с возрастом приоритеты меняются: внешний вид отступает на второй план, а всевозможная косметика сменяется кремами на травах. *** Сейчас, видимо, начался сезон сопливых носов, так как очередь из сплошь — везение на лицо, правда? — чихающих людей не было самым приятным. Нет, видеть, что кому-то так же плохо, как и тебе, не так уж и печально, даже бодрит немного. Да-да, то самое злое эгоистичное и низменное желание. В аптеке пахло… мне-то откуда знать, чем тут пахло?! Нос заложе-е-ен же-е-е… — Начнется Апокалипсис, — протянул какой-то тучный мужчина в конце толпы, — а мы так и будем здесь стоять, пока та дамочка будет… капли в нос выбирать! — Я очень чувствительная! — возмутилась зрелая пышная японка, взмахнув сумочкой. — Да всем насра!.. — возмутился парень, тут же получивший внушительный толчок в бок от своей девушки, и замолк, обиженно насупившись. Ну, а я была полностью солидарна с этим типом, даже чихнула в знак подтверждения, вытирая нос рукавом пуховика. Да-да, бесстыжая моя голова, забыла платки дома! — Хамы! — дама бросила скомканные купюры аптекарю и гордо удалилась, сжимая в руках злополучную коробочку. Очередь стала продвигаться в разы быстрее. И на том спасибо… В общем-то, действие тех или иных медикаментов на наших телах еще не слишком исследовано, точнее большая часть из них — почти всех — приводит к кратковременным галлюцинациям и резкой боли. Но список дозволенных обновляется каждые пару месяцев. В основном это обезболивающее, антисептики и заживляющие мази. Гули хоть и обладают огромной регенерационной силой, но от Голубей мы получаем слишком большие увечья. Тело напоминает разодранный кусок мяса. Ни единого живого места. Вот и сейчас, приобретя все необходимое, я оправилась домой, на ходу напевая незамысловатую песенку корейской поп-группы. - Ужасно получается, - насмешливо протянул... Ута за спиной. - Я имею в виду голос. Господи, мог ли этот день быть еще хуже? Оказывается, мог. Тяжело выдохнув, я ускорила шаг, стараясь игнорировать непутевого, нежелательного попутчика. Ледяной ветер ударил в лицо, заставляя сильнее поежиться. - Ши-чан, обрати на меня внимание! Ну, Ши-чан, это невежливо. Что бы сказала твоя мать на это? - Она бы сказала мне не связываться с тобой, - прошипела я, чихая. - О, так ты заболела? Такой странный гуль, - не меняясь в лице, произнес парень, сунув руки в карманы свободных брюк. - Просто у меня на тебя аллергия, - уныло звучало. - Ты прости, голова плывет, поэтому остроумных ответов не жди. - Да их и никогда не было, - пожал плечами Безликий, поравнявшись со мной. Не сволочь ли, а? - Что тебе надо? От меня, естественно. Навряд ли мы просто так столкнулись на улице... - Это случайная встреча, Ши-чан, не придумывай себе невесть что. Ведь мы живем в паре кварталов друг от друга, - ехидно протянул парень. - А от тебя? Возможно, скрасить скучную дорогу приятным, теплым диалогом. Когда я четыре года назад рассталась с Хасимото, Норо разозлился, слушая приправленную ложью историю нашего расставания. Он изначально говорил, что из этих отношений не получится ничего путного, просто... мы настолько разные, что не уживемся вместе. Нороко был прав, и я не уставала повторять ему это раз за разом. - Батарею с собой носи: и тепло, и поговорить с чем будет! - Ты такая милая, когда заботишься обо мне... так бы и съел. - Подавишься, - хлюпнула я, выуживая из кармана пачку новеньких бумажных салфеток. Самочувствие и до этого не очень было, а сейчас... Все-таки голова и впрямь кружится, кажется, начинается жар. - Может, зайдешь на кофе? - полюбопытствовал Ута, зевая. - Вынуждена отказаться, - прокряхтела я, разглядывая исписанные граффити и всяким неприличными вещами стены. Перевернутые мусорные бочки и контейнеры, которые освобождают раз в два месяца, ужасно портили обстановку. Разбитые бутылки, сброшенные в одну кучу вещи, являющиеся, видимо, постелью для местных бомжей. Все же, благоприятным этот район не назовешь ни в коем случае. Здесь и собираются всякого рода отбросы: грабители, убийцы, наркоманы. И полиции, в общем-то, плевать: такие люди сами по себе дохнут, без их помощи. - Ты же с ног валишься... В его голосе скользнула нотка беспокойства? Ахах, кажется, галлюцинации начались. - Обычное дело, не стоит... беспокоиться? Наверное, по закону жанра это рано или поздно должно было случиться, от такого не застрахован никто. Мужчина в состоянии невменяемости выскочил из-за угла, принявшись размахивать ножом налево и направо, при этом громко вереща: - Деньги гоните! Деньги! - Ограбление средь белого дня? - флегматично задал риторический вопрос Утаро, выдыхая облако пара в воздух. Погода зимой не баловала нас теплом. - Это из-за твоей испорченной кармы, - важно кивнула я, рассматривая грабителя. Потрепанный мужичок средних лет с ополоумевшим взглядом — такое типичное зрелище, что скучно даже. - Ты всегда во всех грехах меня обвиняешь. - А это правда! Ты человек-проблема, - чихнула я, закрывая ладонью рот. - И ссорились мы всегда по твоей инициативе... И хоть бы раз признал данность, почти факт! - А лучше делать, как ты? - вскинул брови Ута. - А когда это я была виновата хоть в чем-то? - и скрестила руки под грудью. - О том и говорю, - кивнул он. А между тем мужчина двинулся вперед, явно намереваясь сначала убить нас, а потом и выудить куш из карманов. Для очередной дозы или порции героина, кто знает? Два острых, жаждущих расправы взгляда остановили его на полпути. Но, как оказалось, у человека было притупленное чувство самосохранения или его не было вообще. - Ута, ты же не станешь его убивать? - вырвалось у меня, когда брюнет сжал запястья грабителя, заворачивая руку за спину. Нож выпал из рук мужчины, тут же врезавшись в стену. - А ты зайдешь ко мне? - Шантажом попахивает. - Альтернативное решение. Человек умоляюще прокряхтел, закрывая глаза со слишком узкими зрачками. Капли его слюны падали на асфальт. - ...Хорошо. Нет, правда, я была совершенно не против оказаться в уютной студии, выпить крепкий кофе и, возможно, поспать пару часиков на мягком диване... Ах, благодать! Все-таки со мной явно что-то не так, раз добровольно согласилась идти... к Хасимото.