Лотос

      Знойная летняя жара спала, и багряное солнце опускалось за линию горизонта, излучая последние тёплые лучи. Вечерний ветерок проникал через открытые окна в дома жителей Конохи, даря им долгожданную прохладу и свежесть. Бодрящий воздушный поток пробрался в одну из многочисленных небольших квартир, выветривая помещение.       На одноместной кровати, поперёк, спала Сакура, а рядом с ней безвольно лежал Саске. Как только уличная прохлада прикоснулась к её коже, она непроизвольно поморщилась и в сонном состоянии попыталась перевернуться на другой бок, но не смогла.       «Ино, свинья…» — Сакура начала в уме возмущаться, нахмурив брови и плотно сжав немного пухлые пересохшие губы.       Она малёк поёрзала на каменном матраце, чтобы размять задубевшие позвонки, приложила тыльную сторону ладони ко лбу и судорожно выдохнула. Одновременно с закрытыми глазами она другой рукой ощупывала незнакомые ей предметы. Похлопывая ладонью по поверхности кровати, Сакура наткнулась на тот увесистый предмет, который придавил её намертво. Она почему-то была убеждена, что это Яманака, но только прибавившая в весе кило пятнадцать так точно.       Сакура стала лениво и ослаблено водить рукой по телу подразумеваемой подруги. Но с каждым прикосновением она чётко начала осознавать, что у Ино не могут быть короткие жёсткие волосы, щетина на лице и крепкая широкая спина. Сакура замерла и перестала дышать. Она попыталась открыть неподъёмные опухшие веки, но как только едва увидела свет и немного наклонила голову, дабы разглядеть незнакомца, то вмиг поморщилась от чёрных мушек в глазах и тупой головной боли, которая отдавалась эхом в черепной коробке; она возрастала с мгновенной скоростью, не давая толком оценить ситуацию и рассмотреть лежащего рядом мужчину. Сакура положила голову обратно на край матраца и резко выдохнула. Лучше бы она так не делала, ведь после смешения бутылки вина и нескольких рюмок саке дыхание никак не могло быть свежим и приятным. Это был самый настоящий перегар, от которого сама Сакура невольно чуть не задохнулась.       «Только не это… Не хватало мне ещё…» — остатки сна уже покинули Сакуру, и самое гнусное чувство — самобичевание — волной обрушилось на неё. Как она умудрилась оказаться на одной, довольно-таки тесной кровати с мужчиной, да ещё и в подобном пикантном положении? Уму непостижимо! Не зря же Ино говорила, что таким правильным девушкам, коей являлась Сакура, категорически противопоказано принимать даже небольшие дозы алкоголя. Сакура только помнила, как прощалась с Наруто, и то — какими-то обрывками, а дальше чёрное пятно в памяти, будто вырезанный кадр из видеоплёнки. Что она делала после этого? Как успела оказаться в одной постели с мужчиной или всё же ничего глобального не произошло?       Размышляя над своими ночными подвигами, Сакура вздрогнула, когда голова мужчины, которая сдавила ей диафрагму, немного зашевелилась, но осталась покоиться чуть ниже груди Сакуры. Чем больше она погружалась в свои тревожные думы, тем меньше ей хотелось вспоминать своевольные и безрассудные действия, которые не были ей присущи. Но любопытство и желание убедиться в том, что женское воображение останется вымыслом и предрассудками, заставили Сакуру медленно приподняться на дрожащих локтях и одновременно выровнять в вертикальное положение чугунную голову. От увиденного её изящные, тонкие брови искривились в волнистую линию; глаза выражали масштабный испуг, а рот непроизвольно приоткрылся. Первое, что она испытала — это шок, из-за которого оцепенело всё её тело, и мозг отказывался складывать хоть какие-нибудь логические пазлы воедино.       — Нет… — с придыханием тихо взмолилась она, — … нет, только не это… — Сакура была уже на грани истерики, но саднящая и острая боль в лодыжке, которая странным образам только сейчас появилась, отрезвила её. — Саске… — немо произнесла она.       Вот это превратности судьбы, к которым Сакура не была готова! Она судорожно начала осматривать своё тело, которое было в задранном вверх платье, оголив плоский подтянутый живот и стройные ноги. Сакура не покраснела от смущения и стыда, как бывало раньше, а побледнела словно труп. Будет не очень весело, если он сейчас проснётся и увидит всю эту двусмысленную картину, да и Сакура всеми фибрами души не желала предстать перед ним в таком виде: помятая, опухшая, будто осы покусали; несвежая и с перегаром, который, кажется, заполнил всю комнату; ещё почти оголённая. Казалось бы, чего ей стесняться, ведь Учиха видел её взмокшую, грязную и с усталым лицом, украшенным синяками под глазами на войне, на миссиях, когда ещё были в одной команде, будучи детьми. Но сейчас не такой случай, чтобы гордо щеголять в непристойном виде перед ним.        Сакура попыталась возродить в себе расчётливого шиноби, чтобы бесшумно сбежать. Но бешеный гул в груди и бушующие эмоции, которые сменялись через каждые пять секунд от стыда до дикого негодования не давали ей и пальцем пошевелить. Сакура уже хотела спихнуть с себя безвольное тело Учихи, которое утрамбовало все её внутренности, как почувствовала шершавую и тёплую ладонь на своём животе. Она издала судорожный писк и напрягла пресс, начиная паниковать.

***

      На задворках сознания Учиха услышал какое-то шевеление, писк животного и почувствовал лёгкое дуновение прохладного ветра. Уже минут пять кто-то раздражающе ёрзал, не давая ему наслаждаться незнакомым теплом, что усыпляло и дарило умиротворение, несмотря на затёкшую шею и боль в коленях, которые всю ночь упирались в деревянный пол, пока туловище лежало на кровати. Саске неосознанно положил ладонь на источник приятного тепла, чтобы оно никуда не исчезло, и продолжил дремать, но фрагменты вчерашнего вечера, перекатившего в бурную ночь, нагло прервали его сон.       Учиха приоткрыл правый глаз, пытаясь сфокусировать зрение. То, что он лежал на чьём-то теле, он понял быстро, но смутно представлял что это был за человек. Саске с трудом удалось разлепить, будто налитые свинцом, веки, при этом хмурясь от пульсирующих ударов в голове. Так отвратительно он ещё не чувствовал себя никогда. Даже будучи на грани смерти Саске мог вынести любую боль и ясно рассуждать, а тут, словно муха прибитая, он не мог сдвинуться с места. Непорядок.       Чтобы удостовериться, что сейчас он находился в своей квартире, Саске приподнял голову и откинул её назад. Сакура тем временем вся напряглась, что аж мышцы свело. И с паникой в глазах смотрела на то, как медленно из-подо лба на неё уставились обсидиановые очи. Выражение лица Учихи было заспанным и необычайно спокойным. Не было той пугающей отчуждённости и едкого холода в глазах.       От неожиданности Сакура ещё раз приподнялась на локтях, ползя назад. Рефлекторно она врезала коленом прямо по челюсти Учихе, и тот шикнул от резкого удара в голову, которая и так раскалывалась. Саске сполз с кровати, хватаясь за чугунную голову и чувствуя, что, наверное, Сакура выбила ему зубы.       — Саске… -кун, прости! — Сакура охнула, сжав губы в узкую полоску от накатившей вины.       Она присела около него на пол и поднесла свою светящуюся ладошку к его щеке. Это надо было так опозориться перед ним! Пелена ненавистных слёз накрыла её глаза, и они уже норовили скатиться по лицу. Ей было стыдно даже посмотреть ему в глаза, поэтому, долечив его, Сакура резко встала на ноги, чтобы убежать прочь. Она быстро поправила помятое платье, которое будто кто-то усердно жевал, и с горем пополам сделала несколько уверенных шагов, корчась от острой боли в лодыжке. Но сейчас было лучшего всего убраться с глаз долой, а на какой-то ощутимый физический дискомфорт было уже всё равно. Сакура, мужаясь, ещё один сделала шаг вперёд именно повреждённой конечностью и грохнулась на деревянный протёртый пол.       — Даже о себе не может позаботиться, — как-то раздражённо сказал Саске, встав с пола.       Он прекрасно видел, как Сакура, словно раненая лама, поджала больную лодыжку к себе, пытаясь хоть как-то сконцентрироваться на лечении, что выходило малоэффективно. В этом вся Сакура: отдаёт последние силы другим, пренебрегая собой.       — Мне нужно в ванную, — Сакура выдала вымученную улыбку и хотела бы уже встать и самостоятельно добраться до нужной комнаты, как оказалась свисающей на плече.       На удивление, Сакура не пискнула и не стала сопротивляться, когда Саске умело смог закинуть её на плечо одной рукой. Она даже не успела опомниться, как уже сидела на бортике душевой кабинки в гордом одиночестве. Сакура решила не придавать особого значения непонятному порыву Учихи: и так было ясно, что Саске не любил всех этих бесполезных сложностей, которые она создала за долю секунды. Сняв одежду, Сакура здоровой ногой ступила на холодный кафель душевой, зашторив за собой, и настроила струи воды, обволакивающие прозрачной плёнкой нагое тело. Она закрутила винтики крана и села на скользкую плитку, чтобы долечить уже посиневшую ступню. Оглядевшись по сторонам, она не увидела самый важный банный предмет — полотенце.       — Не буду же я брать его… или, может, взять, — она закусила нижнюю губу и сама себе усмехнулась.       Эта идея настолько абсурдная, но в данной ситуации самая адекватная. Не будет же Сакура нагишом бегать по квартире Учихи. Единственный выход — это напялить на мокрое тело платье. Открыв дверь, Сакура наткнулась на белое большое полотенце, которое было аккуратно сложенно и лежало около двери. За прошедшие сутки Саске всё больше и больше удивлял переменами в своём настроении, хотя он всегда был тактичен, сколько она его помнила. Даже будучи генином, младший Учиха всегда отличался воспитанием и знанием элементарных правил этикета. Сакура расплылась в глупой улыбке и, взяв банный предмет, на ходу начала вытирать короткие волосы, идя в сторону кухни.       В это время Саске поставил чайник на газовую плиту и словно загипнотизированный смотрел на кипящую воду. Головная боль ни на йоту не ушла, а кожа под глазами нещадно тянулась, будто не спал трое суток. Алюминиевая посудина засвистела, и вода начала литься через края, заливая конфорку плиты. Он чертыхнулся, рефлекторно схватившись за накалённую ручку, и обжёгся.       — Саске-кун, не шевелись, — Сакура быстро подлетела к нему, обхватив его широкую ладонь своими.       Она приступила к немедленному лечению и успела краем глаза заметить множество рубцов на его ладони, будто он рукой отражал кунаи. Как же ей противела эта черта в Учихе — наплевательское отношение к себе.       — Нужно быть осторожным, — поучительным тоном проговорила Сакура.       — Не надо, — он отдёрнул руку и поспешил сесть на стул.       Сакура опёрлась ладонями о край столешницы и покачала от досады головой. Ничего не изменилось, как и его скверный характер. Она в очередной раз пропустила через себя лёгкую обиду и направилась к холодильнику, чтобы приготовить завтрак. Или ужин? Сакура только сейчас обратила внимание на то, что уже вечерело. Было неудивительно, что они проспали целый день, после такой знаменательной попойки.       Она слегка нахмурилась, приложив палец к губам, бездумно смотря на пустой холодильник. Ей стало очень любопытно, как они умудрились попасть в эту квартирку, наверное, принадлежавшую Саске. Сакура ничего не могла вспомнить, что начало её очень сильно беспокоить. Ведь она прекрасно знала, что её организм слишком восприимчив к алкоголю. Сакура покосилась на Саске, который облокотился бёдрами о столешницу, массируя виски. Как она умудрилась оказаться с ним в одной постели? Неужто этому поспособствовали она и её грубая сила? От таких пугающих и постыдных мыслей в мгновение её щёки покрылись ярким румянцем.       Чтобы хоть как-то отвлечься от мозгового штурма, Сакура продолжала исследовать кухню без разрешения самого хозяина жилплощади. Она стала искать что-нибудь съестное в шкафчиках, усердно хлопая ими, отчего Саске поморщился. Видно, она решила всю кухню перерыть, но Учиха не собирался слушать ритмичные громкие хлопки, оставлявшие после себя звон в голове. Сакура потянулась на носочках к последнему верхнему ящику, где на полочке стояла картонная коробочка. Зацепив кончиками пальцев прямоугольную уже открытую упаковку, которая начала падать вниз, Сакура сразу же поймала её и ощутила мгновенное прикосновение к задранным кверху рукам. Саске инстинктивно отреагировал на потенциальную угрозу, оказавшись позади девушки и схватившись за коробку.       — Можешь не искать ничего. Еды нет, — сказал он, неосознанно прижавшись плотнее.       Её тело пронзил мощный удар, словно от молнии. Сакура замерла, отчётливо слыша глубокое дыхание Саске на своём затылке и чувствуя исходящий от его сильного тела жар. Из-за такой непозволительной близости ей показалось, что кровь отхлынула и скопилась где-то в районе живота. Почему он не торопился отходить от неё, или же минуты мучительно-долго растянулись? Её сердце безумно громыхало до ощутимого покалывания из-за переизбытка эмоций.       Возможно, прилив адреналина помог Сакуре восстановить фрагменты памяти прошлого вечера, и от этих позорных воспоминаний ей хотелось провалиться сквозь землю и желательно навсегда. Что теперь подумает о ней Саске? Уж точно, что она понабралась от своей учительницы не только полезного. И как после этого смотреть ему в глаза? Было до безумия противно от собственных поступков. В полной растерянности, Сакура отскочила от Саске, пряча побагровевшее лицо за короткими влажными прядками.       — Я, наверное, схожу… домой и принесу нам еды, — промямлила она, быстро выходя из кухни.       Саске молча прошёл за ней следом, не понимая чрезмерную эмоциональность девушки. В данный момент ему казалось, что она, словно пороховая бочка, взорвётся. Неужели он её так смутил? Хотя это неудивительно, ведь эта же Сакура с детства краснела и запиналась при нём. В этом она точно не изменилась. Получалось, Сакура до сих пор питала к нему чувства, или же это что-то другое, не подавшееся логическому объяснению?       Сакуре так и не удалось трусливо сбежать, так как она столкнулась с Узумаки, стоявшим на лестничной площадке в полуобморочном состоянии.       — Воды, — прохрипел он, потянув руку к Сакуре, которая сжала от негодования кулаки. Как же Наруто не вовремя! — Ох, как мне плохо, — приложил он пустую бутылку ко лбу. — Ой, не могу идти. Сакура-чан, помоги…       — Бака, хватит выёживаться, — прошипела она. — Дай пройти.       — А ты куда это? — перевалившись на холодную стену, прохрипел Наруто.       — Монсика кормить.       Наруто скривился так, словно проглотил ветку лимона. Нет, он любил животных, как и они его, но кот Сакуры был исключением из всех правил. Вот надо было Яманака подарить ей то зверище, которое ненавидело Узумаки. Всё же Наруто отлип от обшарпанной стены и пихнул возмущённую Сакуру обратно внутрь квартиры Учихи. Абы-как разувшись, Наруто моментально ожил, рассматривая скромную обитель друга.       — Неплохо, — оценивающе прошёлся он, окинув лукавым взглядом помятых друзей. — И чем вы тут занимались? — играя бровями и ухмыляясь, спросил Узумаки.       — Бака, ты чего себе придумал, а? — Сакура раздражённо стукнула его по голове, что тот взвыл, словно волк, и, развернувшись, пошла дальше.       — Да ладно тебе, Сакура, я же шучу, — лучезарно улыбнулся он.       — Ну, и чего пришёл? — решил подать голос Учиха, хмуря брови.       — Чего грубишь сразу? — цокнул языком Наруто.— Я вообще пришёл воды попить.       — Попил? Можешь валить, — присаживаясь на стул, невозмутимо настаивал Учиха.       Наруто пропустил мимо ушей указку. Он, словно хозяин этой однушки, подошёл к крану и налил себе в кружку воды, а затем обратился к ничего не подозревающей Сакуре.       — Сакура-чан, как вчера дошли? Ничего не произошло? — невзначай спросил Наруто, сделав несколько больших глотков холодной воды.       Сакура замешкалась, чувствуя, как начала снова краснеть: то ли от злости, то ли от стыда.       — Сакура-чан, ты чего так покраснела? — Узумаки расплылся в шкодливой улыбке, попивая водичку.       Наверное, это был предел её ангельского терпения. Ей так и хотелось от души влепить оплеуху этому дураку. Но вместо физического воспитания друга, она вылетела пулей из квартиры, не выдержав такого давления. Наруто проводил её удивлённым взглядом, совсем запутавшись в поведении подруги.       — Чего пристал к ней?       Наруто аж подавился водой, повернув голову к спокойному Саске, который продолжал сидеть на стуле. Да что с ними такое? И вообще, как они оказались вместе в этой квартире? Он не сбросил со счетов то, что Сакура могла просто навестить Учиху, придя пораньше, но по их заспанным лицам и помятой одежде как-то сложно в это верилось.       — Ты мог это сказать не монотонным голосом? — прохрипел Наруто, стуча себе по грудной клетке. — И ничего к ней не пристал!       Саске промолчал и устало потёр переносицу. Он осознавал, что в тот момент Сакура не отдавала отчёт своим действиям, которые, честно говоря, смутили его. И, да, лучше не посвящать в это Наруто, ибо от подколов Учиха не избавится долгое время.

***

      Клубы горячего пара заполнили пространство женской купальни, создавая белый туман. По помещению эхом раздавались журчания горячей воды, всплески и разговоры довольных посетительниц, которые наслаждались аромамаслами, витавшими в воздухе.       — Что ты сделала? — Ино прыснула со смеху, почти захлебываясь в горячей воде. — Лобастая, ты же знаешь: тебе пить нельзя. Хотя твой Саске-кун уже понял, что ты не святоша.       — Не смешно, свинка, — Сакура обиженно фыркнула и соскользнула по плитке вниз, погружаясь в воду до уровня носа.       — Не пускай пузыри, а говори нормально, — продолжая смеяться, она специально выводила из себя Харуно.       — Я говорю: это не смешно. Ино-свинина. Уши промой! — прикрикнула разгневанная Сакура.       Ино всего лишь заносчиво усмехнулась и гордо проплыла перед красной, как рак, подругой, полностью её игнорируя. Сакура вновь погрузилась в воду, едва ли не плача. Хорошо, что с того момента прошло ровно две недели, и они с Саске не пересекались.       — Сакура, вот чего ты убиваешься? Никто не идеален, как и твой Учиха. Он уже забыл про это, — Темари тоже решила влезть в разговор, хотя обычно её такие темы не интересовали: парни-депрессия-парни-любовь. Но, встречаясь уже как год с Шикамару, она изменила свою точку зрения, отчасти.       — Надеюсь, — меланхолично ответила Сакура.       — Так, девочки, что за темы? Как ни встретимся, то вечно говорим о мужиках, — взбунтовалась Тен-Тен, которая минуту назад распаривала свои чёрствые мышцы после тренировок. — Мы так редко видимся! Давайте наслаждаться приятными делами…       Все синхронно кивнули, и Сакура обрадовалась тому, что сейчас от неё в прямом смысле отвяжутся, хотя она сама была инициатором своего рассказа.       — Как медовый месяц прошёл? — спросила Темари у Ино, которая сразу залилась краской.       — Ну… как… хорошо, — невнятно пробурчала та.       Ино была сильно поражена тем, что Сай оказался страстной натурой. Да, море, солнце и песок вдохновляют человека, так сказать, открывают новое дыхание, но, чтобы настолько, что после ночного времяпровождения уже не хотелось выходить даже на улицу, она и не подозревала.       Нанежевшись в горячей воде ещё минут десять, Сакура и её подруги направились в забронированный на ночь номер, где их уже дожидалась Хината.       — Это рай! — потягиваясь на носочках, в блаженстве проговорила зашедшая в комнату Тен-Тен.       — И не говори, — устало, но довольно поддержала Ино.       — Девочки, стол накрыт. Садитесь! — с улыбкой пригласила всех Хината.       Они дружно плюхнулись на подушки и, пожелав друг другу приятного аппетита, приступили к приёму пищи. Каждая из них ждала этого вечера, чтобы хорошенько отдохнуть в своей небольшой, но уютной компании, так как они ещё не скоро смогут собраться в полном составе, ибо каждая будет занята своей работой и личной жизнью.       — Кстати, Сакура, — Ино повернулась к Харуно, которая с явным аппетитом уплетала за обе щеки креветки, лобстеры и кальмары.       Сакура перестала есть, не сводя пристального взгляда с обнаглевшей Яманака, которая цеплялась к ней весь вечер со своими шуточками.       — Чаво? — с набитым ртом спросила недовольно она.       — Того, что один человек хочет с тобой увидеться, — Ино дала легкий щелбан в лоб Харуно.       Сакура медленно проглотила еду, поставила тарелку на стол, глубоко выдохнув, чтобы не сорваться, ведь понимала, о ком говорила её настырная подруга. И самое раздражающее было то, что она не могла заткнуть рот Ино насчёт Хару, желавшего ещё раз встретиться с Сакурой. Она ни в коем случае не считала Хару плохим человеком, с которым не стоило бы общаться, но внутренний голос постоянно шептал ей, что не следует сближаться с ним.       — Ого, Сакура, это кто тебя там хочет увидеть? — заинтересовалась Тен-Тен.       — Вы помните, кто был спутником Харуно в день моей свадьбы? — все одновременно кивнули. — Так вот, он прибудет послезавтра к нам в деревню по делам, ну, и не только… — подмигнула Ино скукоженной Сакуре.       — И что? — скучающим тоном спросила Сакура, зевнув, словно её не волновал этот разговор.       — Как это что? Он хочет с тобой увидеться. Что тут непонятного? — от такого равнодушия со стороны Харуно, Ино сжала кулаки и выдохнула на светлые пряди. — Я, конечно, понимаю, что Хару далеко до Саске-куна, — взъерепенилась она.       — А он тут причём? И не лезь не в своё дело, — Сакура тоже не отставала в повышении интонации.       — Да при том, что ты помешалась на нём! Сними ты розовые очки, и хватит вынашивать эти чувства! Да он и не знает про них!       — Знает, — выпалила, как на духу, Сакура.       — Что? — переспросила та.       — Знает. Я призналась ему два раза… ну, первый не в счёт…       — Так, хватит, — вмешалась Темари, которая устала за весь вечер разнимать этих неугомонных подруг. — Мы же обещали, что на эту тему накладывается табу. И тем более Хинате нужны только положительные эмоции.       — И ты не имеешь права отказать в себе в нормальных отношениях, — Ино не смогла смолчать.       — Ино! — прикрикнули хором девушки.       Сакура поднялась с места и, пожелав всем спокойной ночи, удалилась к себе в комнату, не желая больше слушать нравоучения Яманака. И тем более ей не особо хотелось откровенничать со всеми по поводу своей неразделённой любви. Она и так успела взболтнуть лишнего. Сакура зашла в соседнюю комнату и легла на мягкий и холодный футон. Её негодованию не было предела, но когда вспышка злости прошла, то до неё начали доходить слова подруги. В глубине души Сакура знала, что Ино желала ей только добра и чтобы она наконец-то почувствовала на себе, каково это – быть любимой кем-то. Может, Сакура слишком остро воспринимала то, что она себе там напридумывала: мнимую боязнь перед Саске, бесповоротное убеждение, что она хотела быть только другом. А так ли это на самом деле? Ей всего лишь девятнадцать, а она уже отказалась от банальных девичьих радостей. Может, лучше всего и вправду расширить свой кругозор и обратить внимание на других людей? Наверное, так Сакура сможет заштопать неудачную когда-то детскую влюблённость, переросшую в иные чувства.