В черном списке

Элай заерзал на кровати, в попытке отлепить от своего мокрого тела одеяло. Под ним лежал Олиа, тоже голый, за исключением майки. Вторая попытка заняться нормальным сексом провалилась. Но уже не из-за Ли, а из-за маленького члена Олиа, который Элаю не понравился. А начиналось все так хорошо. Элай выловил Олиа, когда тот чинил розетки в блоке. Уже один вид пояса с инструментами на бедрах Олиа привел Элая в восхищение. Так что как только Олиа пришел к нему в гости, Элай накинулся на него с голодными глазами. Затащил вверх на свою койку и уломал на секс. — Тогда делай все сам. — Сказал Олиа и лег, не собираясь ничего делать. Элай же быстро одной рукой возбудил Олиа, чтобы было удобно, сам разделся и нырнул под одеяло. И ничего классного не получилось. Элай умел хорошо двигаться, и умел получить кучу удовольствия от такой позы, даже если партнер изображает из себя бревно. Но пока Элай пытался насадиться на член Олиа, тот тихо ржал, а дальше начала противно скрипеть койка. И не получалось никак устроиться, чтобы наконец словить звездочки. — Хватит, Эванс. — Сказал Олиа, отсмеявшись. — Ты ни черта не умеешь. — Я вообще-то лучше всех в классе был. — Возразил Элай, но двигаться перестал, еще немного поерзал, в надежде, что что-то почувствует, и слез. — А вы соревнования устраивали? — еще больше посмеялся Олиа. — Не дуйся. Ты привык на альфах скакать, откуда тебе знать, как со мной управиться? — А ты типа знаешь? — Элай наклонился вперед, своей грудью на грудь Олиа и погладил ему бока. — Может, покажешь, м? Только быстрее, а то мне еще надо запах смыть перед тем, как родители примчатся сюда. — Они после обеда придут? — Олиа сузил глаза, и появились маленькие морщинки. Вблизи это было видно. Элай согласно покивал. Он чувствовал задницей вялый стояк Олиа, и понимал, что этот раунд он проиграл. Но начатое хотелось довести до конца. — Значит, еще полчаса точно есть. — Подвел итог Олиа. Он немного приподнялся, зачем-то слегка прикусил кожу Элая на животе и поурчал. Потом Олиа ухватил бедра Элая в свои руки, и начал руководить им как какой-то куклой. Олиа сел почти прямо, осторожно пальцами, полазил у Элая в дырке и заменил их на свой член. И заставил немного прогнуться, и в то же время подпрыгнуть. — Подвигайся. — Мягко попросил Олиа. Элай подвигался, и понял, что так лучше. Попробовал поменять темп, разобрался какой ему нравиться больше всего, и уже начал действовать сам. Олиа рук с его бедер не убирал, но уже и не командовал. Времени потребовалось чуть больше чем с альфой, чтобы дойти до пика. Довольный Элай улыбнулся, когда понял, что Олиа это тоже не безразлично и тот дышит слишком прерывисто и громко. Элай замер на несколько секунд, и пальцы вцепились ему в бедра. Олиа рыкнул, заставил Элая двинуться резко пару раз. И отпустил его, сполз вниз на подушку. Элай сам, ощутив впервые за прошедший год такие эмоции, долго сидел довольный с закрытыми глазами. Потом лег на грудь Олиа и принялся его благодарно гладить кончиками пальцев. — Почти как с альфой. — Прошептал он. — Скоро будут у тебя альфы. — Без эмоций ответил Олиа. — Еще два месяца. — Элай приподнял голову. — Ты расстроен, да? — Нет. — Олиа убрал руки, закинув их за голову. — Я же знал, что ты скоро уйдешь. — А как с твоим делом? — спросил Элай. — Тебя разве не выпустят? Олиа попытался пожать плечами: — Когда-нибудь выпустят, но точно не через два месяца. Дело вроде как возобновили, но в мою пользу пока ничего нет. Если это Рене прихлопнул Питера, он еще долго может водить всех за нос. — Но все равно шанс еще есть. — Подбодрил Элай. Он чмокнул Олиа в щеку и ушел мыться в общие душевые, чтобы беременный папа и отец не почувствовали, как их сын насквозь пропах сексом. В душевой Элай увидел Ли. Узнал его по спине. Но неожиданно для Элая, вместе с Ли в той же кабинке обнаружился еще один блондинистый низкий омега. Элай посмеялся и ушел от этой парочки подальше. Во время обеда Элай подсел к Перси за столик. Там сидели еще четыре омеги. Один из них поваренок, который раньше таскал Рену йогурт. И еще был противный Мерси, которого Элай не любил. Мерси тоже считал Элая идиотом и придурком. — Все время хочу дернуть тебя за косичку. — С улыбкой сказал Перси, когда Элай подошел к ним. — Не надо. — Элай помотал головой, осматриваясь. — За конфетами придешь? — Вечером. — Кивнул Элай. — Не продавай никому. — Лучше бы порнушку покупал. — Посмеялся поваренок. — Тратишь деньги на конфетки, как ребенок маленький. — Зачем ему порнушка? — возмутился Перси. — Он и так самый затраханный здесь. — Или Олиа. — тихо сказал Мерси. — Он вообще не пришел. Олиа и на самом деле не пришел. Но так иногда бывало. Он иногда был занят, все чаще торчал с Керхманом неизвестно где. Или мог весь день провозиться со сломанной техникой. А еще Олиа оказался соней, и часто просыпал завтрак. На обед были невкусные тушеные овощи с мясом. Элай скушал только половину, надеясь, что родители притащат что-нибудь пожевать. Еще час после Элай просидел с Перси у телевизора. Тот поделился с ним пакетиком растворимого кофе, и Элаю перепал коктейль из сливок и сахара с щепоткой кофе. Это немного уняло аппетит. Папа принес шоколадку с орехами, пачку мятных сигарет и бутылочку воды. Отец принес свою хмурую физиономию. Сидел со скрещенными руками, пока Элай курил у окна, и поглядывал на папу. Элай же не сообразил, что в присутствии беременного омеги в маленькой запертой комнате курить необязательно. — Что ты такой недовольный опять? — спросил Элай у отца, туша окурок. — Я только что с работы вырвался. Мало мне кучи болванов — подчиненных, так еще и студентов пригнали на стажировку. Устроили из здания Совета цирк какой-то. — Отец фыркнул. — То есть на этот раз не я виноват? Элай прошел вдоль стенки. Садиться на одно место почему-то не хотелось. — Не ты. — Подтвердил отец. — Я даже был рад оттуда сбежать. — Какая радость! — посмеялся Элай. — Наконец-то я хороший. — Ты в последний год меньше глупостей делаешь. Мы довольны. — Посмеялся отец, папа ответил ему тоже улыбкой. — Я наверстаю. Элай уже прошел пару раз вдоль стены и решил сесть. Присел на скамеечку рядом с папой. И тот сразу же вцепился пальчиками ему в косу, принялся перебирать волоски. Элая папа умилял. Взрослый дядечка с пузом наперевес теперь еще играется с его волосами. — Как ребенок? — спросил Элай у папы. Рядом оказалась шоколадка, Элай тут же начал разворачивать обертку. Вспомнил, что нужно попросить денег, чтобы хватило на конфеты, а то Перси продаст их кому-нибудь другому. — Все хорошо. В самом начале мая будут делать кесарево. — Папа перекинул косу Элая ему через плечо. — Твой отец боится, что я сам не рожу. — Так надежней. — Подтвердил альфа. — А ты скоро посмотришь на своего братика. — Закончил папа. Элай скривился. Он не приходил в восторг от увеличивающегося количества своих братиков. Он больше боялся за папу. И в этой ситуации был очень рад тому, что отец все взял в свои руки. — Ты по Эдди не скучаешь? — снова спросил папа. — Нет. — Элай откусил кусочек от шоколадки. Сразу с цельным орешком. Было очень вкусно. — Мелкий подлиза. Зачем мне по нему скучать? — Ты его не узнаешь. Совершенно испортился характер. — Наконец-то альфой стал. — Довольно добавил отец. Он уже что-то увлеченно рассматривал на своем телефоне. И переписывался с кем-то, хмуря брови. Элай чуть шоколадкой не подавился. Сенатору даже телефон разрешили сюда протащить. Сейчас бы отобрать и позвонить Джонни, да полазить по различным сайтам, все-таки посмотреть сколько лайков собрала последняя фотография со дня рождения. И что там творится у Элая в блоге? Наверное, он совсем умер. Размышления прервал звонок. — Это важно. — Бросил отец. И просто вышел из комнаты. Дверь громко захлопнулась за ним, а следом щелкнул замок. — А теперь рассказывай, чем от тебя пахнет? — за спиной спросил папа уже не таким блаженным голосом, как прежде. Он неуклюже встал, придерживая свой живот и пошел в сторону окошка. — Я почти не курю. — Сказал он виновато, беря сигареты Элая. — Не говори отцу. По комнате опять разнесся терпкий запах со вкусом мятной вишни. — И чем от меня пахнет? — Элай сложил руки на столе, как примерный школьник. — Спермой и течкой. Ты нашел альфу? — Нет. — Элай покачал головой. — Бету? Омегу? — продолжил опрос папа. — Господи, — он поморщился, — это же так противно, спать с каким-то омегой. Тебе осталось-то потерпеть два месяца, разве нельзя было? — У меня уже две течки было, скоро третья. — Взорвался Элай. — Что, я терпеть все должен? Это мое дело — спать, с кем я хочу. Папа манерно выпустил дым в сторону Элая. Он старался курить быстрее, пока не вернулся отец, и поэтому сильно нервничал. — Я успокоюсь, если ты поклянешься мне, что ты сам этого хочешь, и тебя больше никто не обижает. — Сам хочу. — Подтвердил Элай. — Не беспокойся, мне более-менее нормально здесь. И у меня есть друг. Он хороший. — С которым ты спишь? — папа потушил окурок в пепельнице. — Да. — Элай взял еще одну дольку шоколадки. Осталось уже меньше половины. — Скоро все это закончится. — Успокаивающе сказал папа.

***

После того, как Эванс ушел смывать с себя свои грешки, Олиа около минуты постоял под своим персональным душем, а потом встал ногами на крышку унитаза, и легко ударил кулаком по одной из плиток. Она слегка отошла от стены, и ее удалось подцепить пальцем и убрать совсем. В небольшом тайнике лежал мобильный телефон. Олиа быстро набрал по памяти номер, и уже на первом гудке ответил голос альфы. — Узнал что-нибудь? — Олиа слез на пол, и присел на крышку унитаза. — Блейз, твой папаша сбежал. — Ответил в трубку. — Куда? — Улетел в Чикаго, но там его уже нет. Ребенка оставил здесь, он сейчас у социальных работников. Не знаю пока, что он натворил, но его ищут еще и маршалы. — Узнай все. Олиа зажмурился. Случилось что-то серьезное, а он не знал. Это пугало. Не хотелось еще девятнадцать лет торчать здесь. В трубке согласно промычали. — И найди Рене. — Добавил Олиа. — Постараюсь. После такого разговора у Олиа совсем не было настроения. Даже не хотелось кушать, но идти в столовую пришлось, но на половине пути его перехватил Артур и увел под руку в другую сторону. Было видно, что Артур взволнован чем-то. За первым из поворотов он остановился. — Приехали маршалы с бумагами на тебя. Керхман ничего толком не объяснил мне. — Как? Олиа совершенно глупо хлопал глазами. Маршалы еще никогда за ним не приезжали, и, тем более, никуда не увозили. Если вязать это с новостями о папе, выходило что-то странное. В груди сильно потянуло. Все это могло означать хорошие новости. Если на папу охотятся, а за Олиа приехали, значит, это связано как-то с убийством Питера. Неужели, на папу что-то нашли? Это было единственным объяснением. — Прямо сейчас? — спросил Олиа. — Я даже не поел. Но Артур лишь пожал плечами. Олиа так и ничего не объяснили. Обыскали пару раз, хотели даже отобрать резинку для волос, но оставили в покое. Выдали новую одежду, на размер больше, чем требовалось Олиа. И оставили на целый час одного в небольшой допросной. — Я все твоим объясню. — Пообещал Артур, когда вернулся. Он принес кучу цепей. Уже через пару минут руки Олиа приковали к поясу. Кожа, как всегда, зачесалась из-за метала. — Керхман просил передать, что ты на один шаг от свободы. Так что не дури, хорошо? — Артур заглянул Олиа в глаза. Олиа согласно кивнул. Маршалами оказались двое альф. Олиа и не помнил, чтобы на одного омегу было столько охраны. — Есть адвокат? — спросил один из них.  — Есть. — Свяжешься с ним, когда на место приедем. — Куда? Но не ответили. Олиа и не ждал. Артур проводил их до выхода во внутренний дворик, куда заключенных не пускали. Сели они в обычную полицейскую машину. Этим и объяснялось такое количество охраны и наручники. Олиа было трудно дышать. Ему не верилось, что его вообще везут куда-то. Еще утром он отгонял от себя подальше Эванса, чтобы не мешал работать. Вечером планировал поиграть с Мишей в шахматы. И его так неожиданно куда-то дернули. Машина плавно тронулась. Двое альф уселись на переднее сидение и остались за перегородкой. Они почти и не видели Олиа. Можно было извернуться, дотянуться до булавки, спрятанной в ботинке, и стянуть наручники. А с машины тоже выбраться было несложно. Но Олиа даже об этом не думал. Если Артур говорил про свободу, значит все догадки Олиа верны. Он теперь не единственный подозреваемый. Поэтому Олиа лишь смотрел в окно и не суетился. Еще волнительней сердцу стало, когда машина выехала в город. Олиа и не знал, что так отвык от этой картины. Он разве что не уткнулся носом в стекло, и с распахнутым ртом смотрел на все вокруг. Альфы прикрикнули на него и посмеялись. Вернулись к своему тихому разговору. Олиа услышал две фразы: «классная задница» и «сам Сенатор Эванс»