Дурман

— Ты понимаешь, как ты бы мог меня подставить, паскуда? Бушидо не кричал — наоборот, он говорил почти шепотом, сверля Билла тяжелым взглядом. — Анис, — рэпер поморщился при звуке своего настоящего имени, потому что не очень-то его любил, — ты сам виноват… Нечего было сажать меня на эту дрянь, а потом уезжать. У меня не было выбора!       Билл был прав. И это злило Бушидо еще сильнее. Он едва смог задушить слухи о том, что в его дом вызывали наркологов, и хоть пресса молчала, ему все равно было неспокойно. — Не зли меня, мальчик, — стальные пальцы приподняли Билла за подбородок, и одним только усилием воли парень не отвел взгляд. — Знаешь, что я делал на зоне с такими, как ты? Даже пикнуть не смей о том, что здесь происходит… Понял, или нужно повторить? — Не нужно, — с отвращением вырвавшись из его руки, Билл сдернул накидку с кресла и завернулся в нее, как гусеница в кокон. — Дай дозу, не видишь, уже началось!       Билл не стал колоться при Бушидо — он заперся в спальне и там, закутавшись еще в два одеяла, позволил себе уйти в спасающий от жестокой реальности дурман. Но перед тем, как принять дозу, он долго вертел в руках шприц, задумавшись, даже несмотря на то, что ломка уже была близко. Впервые обманул Бушидо… Воспоминание об этом заставило улыбнуться, несмотря на плохое самочувствие. Да, все очень непросто — и опасность быть раскрытым, и слова Тома о том, что он не готов принять чувства Билла и нуждается во времени на то, чтобы разобраться в себе — но это была маленькая радость. Проблеск света в бесконечной тьме.       Билл верил до последнего, что если будет слушаться Бушидо, тот не будет его бить, а если наберется терпения — то дождется того дня, когда станет звездой. Но время шло. Билл взрослел, и к нему постепенно пришло осознание — его просто обманывали все эти годы. Страх перед Бушидо сменился нарастающим день ото дня гневом; он все чаще не подчинялся и дерзил — и вот, настала последняя капля. Билл заявил во весь голос, что уходит, и Бушидо не стал, как ожидалось, применять силу — но как преждевременна была радость! С реактивной скоростью собирая свои пожитки, он был счастлив, как никогда. Ощущение собственной силы и смелости переполняло его душу. Он уже не тот мальчишка, который бы попросту не выжил в одиночку. Он созрел для того, чтобы оставить рэпера на свалке истории. Он сможет. Он справится. Он построит свою жизнь сам, с чистого листа… Он не заметил, как к нему подкрались сзади, а когда в шею впилась игла — было уже поздно. Бушидо был сволочью, но никогда не был дураком. Он уже давно ожидал этого дня - и, как видно, припас наркотик заранее.       Теперь Билл от него никуда не денется. Он для Бушидо — резиновая кукла и груша для битья, а Бушидо для него — банкомат на ножках и буйнопомешанный зверь. Один другого стоит! Ненавидят друг друга, но будут вместе, пока смерть не разлучит их — почти сто процентов, что первым уйдет Билл…

***

      Том жил словно в тумане. Вел себя как обычно, лечил пациентов, общался с друзьями — но во всем этом участвовало лишь его тело, а разум витал где-то в облаках. Он не мог выбросить из головы эти мысли. Ему понравилось целоваться с парнем. Понравилось тискать мужской зад. Понравилось смотреть сверху вниз в глаза своего друга за секунду до оргазма… И это было ужасно. Том не был готов к такому. Его пугали столь резкие перемены в самом себе. Каждый раз, когда он думал о Билле, его бросало в дрожь — то ли желание повторить, то ли омерзение захлестывало его душу, а может, и то, и другое сразу.       Том натурал. Том всегда любил девушек и только девушек. Так почему же сейчас?.. Он не знал, что ему делать, и был полон сомнений. Быть может, время расставит все на свои места?