Факультативы по математике.

Снова здравствуй, школа.       До Нового года остаётся полторы недели, и в воздухе уже витает этот особый рождественский дух. Девочки из девятых-десятых классов стоят на стремянках, увешанные мишурой и "дождиком", весело смеются и украшают школьные вестибюли, а рядом с ними вьются влюбленные в них парни и малыши из начальной школы. Едва уловимый запах ёлок в коридорах и мандаринов поднимает настроение и снова чувствуешь себя маленьким. Я стоял возле своего шкафчика и переписывался с Оли, когда ко мне подошли парни из группы, невероятно окрылённые. Джейк кинулся на меня с разбегу и заорал мне в ухо: -Бирса-а-ак, мы выступаем на школьном вечере на Новый год! Мы повалились на кафельный пол, больно ударившись, чем повеселили остальную группу: -Блять, Питтс, свали с моей тушки! Это, конечно, заебись, что у нас скоро выступление, но на повестке дня интересный вопрос: откуда о нас узнали? Парни недоумённо переглянулись и Крис почесал нос, явно нервничая: -Мы думали, это твоих рук дело... Я окончательно смутился: -Я ничего не делал. И как так?! Джейк наконец слез с меня и помог мне встать с кафеля: -А я-то почём знаю? Наверное, у нас есть доброжелатели. Слишком бледный и замученный Эшли подал голос из-за спины Криса: -Это так важно? Если мы охуенно выступим, нас позовут на рок-массив в марте. А в этом году туда приедут продюсеры из Лос-Анджелеса. Самое время начать готовиться, или я неправ? Мы согласно закивали, а я внутри поражался властности Парди. Раньше он не был таким. Да что с ним, блять, такое творится?! А может, он солгал, что не любит меня?... Тогда я могу объяснить его поведение и внешние изменения. Или же он что-то от нас всех скрывает - понять бы, что с ним такое. Прозвенел звонок на первый урок, и мы поспешили в кабинет - всё-таки конец семестра, пора подтянуть оценки хоть до какого-то более-менее адекватного уровня.       Все уроки я провёл, сосредоточившись на учёбе. В этом году я выпускаюсь, а потому оценки особенно важны. День прошёл быстро, и в целом, был обычным учебным, и только событие на ланче сделало его запоминающимся.       Мы с группой вошли в столовую, взяли подносы и заняли свободный стол, спокойно начали есть и обсуждать только что прошедшую контрольную по физике. Всеобщий шум в помещении сильно мешал говорить, поэтому нам пришлось повысить тон, чтобы хоть урывками слышать друг друга. Ничего не предвещало беды, как вдруг к нашему столу приблизились странные ребята гоповатого вида и манер. Самый высокий из них, видать, главарь банды, упёрся руками в наш стол и набычился: -Чё, пидорасня, на НГ будете выступать? Эшли разозлённо сжал челюсти, раздвинул губы в "дружелюбной", пропитанной ядом улыбке и повернулся к гопнику: -Если ты не согласен, обратись в Гаагский суд. Живём в свободной стране. Он нахмурился: -Чё, бля?! Я начал закипать: -Ладно, скажу на твоём языке: чё-то против имеешь, сука? За базар поясни-ка! Его гоп-компания заулюлюкала, чем привлекла внимание всей столовой: гул сразу же стих, все смотрели только на нас. Парень грубо толкнул меня в плечо, и я взбешённо вскочил, обошёл стол и встал рядом с ним: -Хули ты молчишь, а? Или только на словах крутой?! -Твоя музыка - дерьмо, пидор! Тут уже психанул Кристиан: -Да? Да?! Моя музыка - дерьмо? А что умеешь ты, ёбаный Моцарт?! Моя группа встала позади меня, а его компания выстроилась за его спиной. Их численно было больше, но меня это не пугало. Гопарь тупо заржал и сделал лицо "50 копеек": -Я читаю рэп, играю в баскетбол, моя музыка - трэп, пора на престол. Кто здесь император рифмы и повелитель звука, а? Вокруг меня порхают нимфы, да, их сиськи больше, чем твоя голова! Охуевай от моей мощи, пидорок, и не описайся от кайфа, уже пора на горшок? Весь текст он активно размахивал руками в такт, а его дружбаны качались под бит, которого нет. Когда он пафосно закончил, они громко заорали, какой он молодец, и как правильно меня унизил, на что я лишь усмехнулся: -Это всё? -Гы, а те чё, мало? Пойди в жопу подолбись, придурок. Джейк презрительно фыркнул: -Ох, а ты-то какой умный... -Чё сказал?! Ну давай, покажи, чё ты умеешь, а то пиздишь очень много! Я пожал плечами и запел акапелла одну из своих любимых песен. Пока я тянул ноты одну за одной, даже не срываясь на крик, я медленно наступал на компанию гопарей, а те отходили назад. Когда я допел последний такт, столовая окончательно затихла. Даже прибежавшая на крики директриса поражённо молчала. Гробовую тишину нарушил тихий стук кожаных туфель по кафельному полу: из самого дальнего угла в центр помещения неспешно двигался Оливер. Как всегда, прекрасно выглядящий, свежий и до безумия красивый. Девушки сразу начали влюблённо вздыхать ему вслед, а парни зло провожали его взглядом. Когда Оли поравнялся со мной, он прокашлялся и заговорил: -Знаешь, Джейкоб, хип-хоп и рок культуры как два полюса Земли. Каждый красив по-своему, и сравнивать их - глупо и нецелесообразно. Равно как и обвинить Северный полюс в его неюжности, а Южный - несеверности. Тебе вообще какое дело до ориентации этого парня? Или подкатить хотел? Тут вся столовка, включая нашу группу и дружков гопника, захихикала, а математик продолжал: -Так что, отвали от парнишки и не приставай к нему с глупыми баттлами. Тем более, что рифмуешь ты не фонтан. Все одобрительно загалдели и зааплодировали Сайксу, а я едва сдерживался в желании крепко поцеловать преподавателя, поэтому просто пожал ему руку, многозначительно улыбнувшись, и сказал: -Я Вам должен за этот конфликт, мистер Сайкс. Оли едва заметно провёл кончиком языка по губам, отчего я чуть не растёкся по полу от внезапно нахлынувшего возбуждения. Препод привлек внимание нашего класса и крикнул: -11 "Б", у вас сейчас пара математики, живенько поднимаем свои тушки ко мне в кабинет! Зенг наконец очнулась от оцепенения и принялась разгонять по кабинетам учеников: оказывается, пятнадцать минут назад был звонок. ***       -Папа? Мисс Роуз? Я дома. Я вошёл в свой родной дом, тихо хлопнув дверью. Здесь привычно пахло полиролью для мебели с цитрусовым ароматом и вкусной едой Алисии с кухни. Я снял обувь и прошёл наверх мимо кухни и мисс Роуз, впервые за много лет не поздоровавшись с ней. Блять, я был тут последний раз в день маминых похорон, а столько изменилось: везде картинки или статуэтки аистов с кулёчками в клювах, а на двери моей комнаты висит табличка "Здесь будет жить малыш". Я чуть не обмер от шока и толкнул дверь внутрь: там стояла отцовская малолетка и что-то держала в руках. Я посильнее хлопнул дверью, чтобы напугать её, и у меня получилось: она вздрогнула и обернулась, а в руках у неё был красный маркер и тест на беременность. Я кисло ухмыльнулся: -Какого хера ты тут делаешь? Ещё и хуету эту прицепила. Она слащаво улыбнулась: -Ты ничего не скажешь Кристоферу, он тебе и не поверит. А если будешь молчать, тогда сможешь остаться тут - пока школу не закончишь. -А иначе что? -Я выживу тебя отсюда быстрее, чем ты успеешь вызвать полицию, маленький говнюк. Скоро я перестану быть Анной Браун, и буду Анной Браун-Бирсак. Я тут же включил в кармане диктофон на смартфоне и продолжил: -И зачем этот цирк с беременностью? -Чтобы твой отец переписал всё своё имущество будущему ребёнку, а потом мистер Бирсак трагично бы погиб... И я у руля бизнес-империи. -Почему ты так спокойно говоришь мне об этом, Анна? -Потому что ты подорвал доверие отца, и теперь он ненавидит тебя сильнее, чем твою умершую мать. Знаешь, как она умерла?! По телу прошлась мелкая дрожь, а лоб покрылся холодной испариной: -Закрой свой шлюшечный рот в сторону её светлой памяти. Девушка недобро расхохоталась, старательно вырисовывая вторую полоску на тесте: -Крис позвонил ей и сказал, что уходит ко мне, а она плакала и умоляла этого не делать. Он обматерил её и твоя припадочная мамаша покончила с собой, выехав на встречку. -Ну ты и тварь. Тварь, каких поискать. -Зато я изобретательная! Я вытащил из кармана телефон и показал Анне продолжающуюся запись: -Не сказал бы. Готовься к суду, сука. Я выскочил из комнаты, набирая отцовский номер, под крики и вопли Анны. Тупая шкура. Отец взял трубку после пары долгих гудков: -Эндрю? -Алло, папа? У меня для тебя есть что-то, что тебе очень и очень не понравится, но ты меня за это расцелуешь. Где ты?... ***       Папа неверяще вслушивался в запись диктофона и сверлил меня огорчённо-благодарным взглядом: -Энди, сынок... Я... Я же защищал эту паскуду, оставил сына, ради какой-то прошмандовки... Прости меня, сын. По щекам мужественного бати градом катились слезы, и я обнял своего старика: -Папа... Всё будет хорошо... Я очень вовремя вернулся домой. Засудим эту тварь. Он разжал объятия и стёр слёзы с лица: -Но где ты был эти полмесяца, Энди? -Я жил у Эшли, лучшего друга. Пап, Анна говорила, что ты позвонил маме и сообщил о разводе за несколько часов до её аварии, это правда? Мужчина тяжело вздохнул и закрыл лицо руками: -Да, сынок. Это я виноват в её смерти. Я до сих пор не могу этого себе простить, правда. Энди, послушай: я не хочу, чтобы ты ненавидел меня или презирал. Ты мой сын, единственный наследник моего состояния, и я... -Папа, я хочу заниматься музыкой, не бизнесом. Отец устало вздохнул: -Ты снова мне перечишь? Музыка - это несерьёзно. Кажется, мы снова наступаем на те же грабли. Я упал в кресло и сжал губы: -Ты снова не слышишь меня? Это моя жизнь, и я волен делать то, чего желаю. -Энди, послушай отца, бросай это дурачество, ты уже взрослый парень. Обстановка в кабинете начала накаляться, а папа продолжал: -Я был против твоих татуировок, рока, чрезмерного увлечения противоположным полом - так прислушайся же хоть один раз! Бесполезный разговор, отец не услышит меня, как бы я ни старался, а потому я встал, забрал со стола телефон и двинулся к выходу: -Нет. Знаешь, пап, я подпишу дарственную: забери мамин бизнес, я только спущу его на ветер, а ты опытный и взрослый бизнесмен. Я ухожу. -Стой! Куда ты? -К Оли. Я вышел из кабинета и аккуратно прикрыл за собой дверь, отправившись к себе за вещами и гитарой. ***       -Энди? Оли смотрел на меня добрыми глазами и мягко улыбался: -Я чертовски рад тебя видеть. Я стащил с головы заснеженный капюшон куртки и поправил рюкзак на плече: -Оли, я ушёл из дома. Навсегда. Завтра я подпишу дарственную на отца и буду навек свободен от него. Оливер быстро заморгал, переваривая сказанное мной: -И ты решил прийти ко мне? Я неловко замялся, вдруг осознав свою наглость: -Да. Сайкс ярко заулыбался и, мягко поцеловав в губы, почти втащил меня к себе за руку: -Ди, я так рад, чёрт возьми! Он закрыл за мной дверь и прижал меня к себе за талию, нежно целуя. Его губы со вкусом сигарет и, кажется, вишневой карамели, сминали мои в поцелуе, отчего моё сердце чуть ли не выскакивало из груди. Я обвил руками шею парня и крепче прижался к нему, даже сквозь куртку ощущая жар его тела. Вдоволь нацеловавшись, Оли помог мне раздеться и, пошло ухмыляясь, утащил меня в спальню: -Ты мне должен за Джейкоба, помнишь? Самое время вернуть должок. ***       -Мистер Бирсак? Это я. Энди сегодня почти не контактировал с Оливером. Я видел их в подъезде, подключившись к камерам наблюдения ТСЖ, у меня есть фотографии, где они целуются. -Спасибо, Эшли. Ты отлично поработал, деньги тебе передаст завтрашний курьер. И, да: готовься к суду, пойдёшь как свидетель обвинения. Легенда такая: Сайкс домогался и тебя, но ты сопротивлялся, а потому он переключился на Энди. Дополнительная оплата предусматривается, конечно. -Хорошо, мистер Бирсак. Вы уверены, что если Сайкс сядет, то Энди упадёт духом и забудет об Америке и рок-карьере? -Более чем, он же мой сын, я знаю его, как облупленного. И ещё, Эшли: когда Оливер сядет в тюрьму, постарайся отвлечь Энди собой. Я знаю, что вы были в отношениях долгое время - верни эти отношения на круги своя, и будешь щедро вознаграждён. -Я понял. До свидания, мистер Бирсак. -Доброй ночи.