Целительские хроники

За рекой их уже поджидали: больше всех переживал Марион, которого едва ли не силой удерживали на берегу Рэнд и Бартли, да и сами стражники выглядели очень довольными тем, что начальник вернулся целым и невредимым. Раненого Тедара тут же окружили заботой. — Что ты теперь намерен делать? — обратился к Олдайву Кловис, не успев толком перевести дух после их вылазки. — Вернусь в мастерскую, — ответил тот, еле уловимо пожав плечами, — сразу же, как Тедара можно будет двигать. — Могу выделить телегу для его перевозки, — предложил Кловис. — В таком случае мы прихватим с собой еще нескольких тяжелораненых, — обрадовался Олдайв. — Я оставлю тебе Рэнда и Бартли, они хорошо знают свое дело, а сразу же, как доберусь до Форта, пришлю еще кого-нибудь. — Договорились, — кивнул Кловис. С наступлением утра бдительность стражников немного ослабла. Течение реки хорошо просматривалось, так что можно было не опасаться удара противника. Олдайв сам выбрал раненых, которых нужно было доставить в Форт-Холд. Предоставленная целителям телега была самой простой, без рессор, способных смягчить тряску, так что следовало передвигаться очень медленно. Марион уселся на козлы и дернул вожжи. Скакун-тяжеловоз, привычный к перевозке не требующих особого внимания грузов, резко взял с места. — Тпру, стой, кому говорят! — возмутился подмастерье, натягивая поводья. Олдайв, не успевший занять место в телеге, припустил следом. Телега остановилась только через пару минут. — Да, скотина упрямая, — заметил Кловис, наблюдавший за этой сценой со стороны. — Может быть, возьмете кого-нибудь из стражников? Иначе этот мальчишка довезет вас только до первого оврага. — А разве тебе сейчас не нужен каждый человек? — спросил Олдайв. — Есть такое дело, — признал Кловис. — Ничего, мы справимся, Марион просто не ожидал такой резвости со стороны этой клячи, — Олдайв кивнул в сторону присмиревшего скакуна. — Теперь он будет осторожнее. Подмастерье сидел весь пунцовый от смущения. Олдайв проверил, крепко ли привязаны их с Марионом скакуны, а потом еще раз осмотрел лежащих в телеге раненых. — Трогай, — приказал он, взбираясь на козлы. В этот раз обошлось без происшествий: смирившийся с новым кучером тяжеловоз неспешно двинулся в дорогу. Время от времени Олдайв приказывал сделать остановку, и тогда они с Марионом проверяли состояние своих пациентов и давали им отдохнуть от тряски. Тедар уже давно пришел в себя, и все порывался рассказать Олдайву обо всем произошедшем, но тот попросил друга не тратить силы — рассказ все равно придется повторять. Путь, проделанный накануне за несколько часов, занял у них более суток. Олдайв не рискнул передвигаться по темноте, чтобы не причинить вреда раненым, к тому же скакуну, тащившему их телегу, тоже необходимо было дать отдых. Поэтому в Форт-Холд они въехали ближе к полудню следующего дня. Дежурившие на воротах стражники вызвали целителей, так что всех раненых быстро доставили в лазарет. Олдайв попытался было лично проконтролировать их состояние, но был остановлен Бешли. — Разве ты не доверяешь своим мастерам? — с легким упреком спросил тот. Получив в ответ беспомощную улыбку, старик продолжил: — Ты уже и так сделал достаточно, так что тебе и самому нужен отдых. И не вздумай утверждать обратное, не забывай, что я был одним из тех, кто лечил тебя. — Он взглядом указал на сгорбленную больше обычного спину Олдайва. — Хорошо, хорошо, — Олдайв слегка поднял руки, признавая собственное поражение. Он с трудом добрался до своей комнаты, прямо в одежде рухнул на кровать и уснул, не дожидаясь обеда. Бешли, сунувшийся было в кабинет Главного мастера, с усмешкой прикрыл дверь, приказав не тревожить Олдайва до тех пор, пока тот не проснется сам. Утром Олдайву было немного не по себе от того, что он позволил себе столь долгий отдых, но, подумав, он понял, что эти несколько дней вымотали его больше, чем неделя работы в обычном режиме. Переодевшись и позавтракав, Олдайв поспешил в лазарет. — Как Тедар? — спросил он, едва завидев Бешли, который, как ему сообщили, принял на себя курирование привезенных им раненых. — Ты вовремя успел, — ответил старый мастер. — С ним все будет хорошо, пара семидневок отдыха, правильного лечения, он и может возвращаться к своей милой женушке. За несколько месяцев проживания в Главной мастерской целителей Ариана сумела завоевать общую привязанность, так что Олдайв не удивился такому определению. Просмотрев записи о назначенном лечении, он удовлетворенно кивнул. — Да, кстати, — продолжил Бешли, — Тедар все рвется поговорить с тобой. Олдайв на мгновение задумался. — Сообщите в мастерскую арфистов, пусть пришлют кого-нибудь, чтобы засвидетельствовать его рассказ, и немедленно проводите в лазарет. Я буду с ранеными. Бешли кивнул. Ему был хорошо понятен ход мыслей главы Цеха, поэтому он немедленно отправил подмастерье к арфистам и тоже занялся ранеными.

***

Тедар был бледен, но держался стойко, лишь временами полностью откидываясь на поставленную почти вертикально подушку. Восстанавливающие препараты дали свой результат — целитель смог рассказать обо всем, чему стал свидетелем во время захвата Руата. — У стражников Фэкса был приказ убивать всех, кто оказывает хоть малейшее сопротивление, а еще уничтожить всю семью лорда Кейла… Все началось на рассвете. Я тогда не спал — готовил желудочный отвар для младшего сына лорда, он накануне объелся сладостей. Бедный малыш…— Он на секунду прикрыл глаза, заново переживая случившееся. — Люди Фэкса слишком хорошо знали кого и где искать, они пришли в его комнату, вооруженные… А у меня с собой был лишь котелок и большая ложка, так что я ничего не мог сделать. — Не вини себя, — покачал головой Олдайв, — ты же целитель, а не воин. — Но я попробовал… — слабо улыбнулся Тедар. — Ухватил мальчишку на руки и попробовал бежать через кухню. Кажется, по голове я получил именно там… Не помню точно этот момент. Очнулся я, когда уже все стихло, спустился вниз — и поскользнулся на крови. Она покрывала почти весь двор, а в центре были навалены тела. И малыш, которого вырвали у меня из рук, он тоже был там, с распоротым животом и вываливающимися кишками. Юный подмастерье-арфист, записывающий рассказ Тедара, тихонько охнул и едва не выронил перо. — Стражники Фэкса меня заметили, но убивать не стали, видимо, приказ уже изменился, — Тедар саркастически усмехнулся. — Меня загнали в хлев, где было уже полно народу, в основном из тех, кто постоянно работал в Руате. Днем нас стали перегонять в другой холд. Не знаю как, но большой группе удалось вырваться от них, в том числе и мне. А потом нас догнали и… Дальше я помню только тебя, мастер Олдайв. — Зная, что сейчас идет официальная запись, целитель предпочел использовать общепринятое обращение к главе Цеха. — Друзья, у вас есть вопросы к мастеру Тедару? — спросил Олдайв, повернувшись к немногим свидетелям этого рассказа. Мастер Бешли, а за ним и другие отрицательно покачали головой. — Тогда скрепите эту запись своими подписями и… дайте уже ему отдохнуть. Поставив росчерк в документе, он проводил всех из палаты друга, тщательно закрыл дверь. — Как ты себя чувствуешь, брат? — спросил он, поправляя подушки так, чтобы Тедару было удобно лежать. — Честно? — поморщился тот. — Погано, но не потому, что болит голова, это бы я пережил… — Понимаю, — Олдайв налил в чашку укрепляющий отвар, добавил туда несколько капель сока феллиса. — Вот, выпей. Тедар послушно выпил отвар. — А как там Ариана? — спросил он. — Надеюсь, ей не говорили…? — Нет, — покачал головой Олдайв. — Хочешь ее видеть? — Очень, — подтвердил Тедар. — Только не в моем нынешнем виде. Его глаза стали закрываться — снотворное быстро действовало на ослабленный организм. Олдайв поставил чашку на прикроватный столик и только сейчас заметил, что в рыжеватых волосах друга появилась первая седина. Все, кто работал в лазарете Главной мастерской, умели молчать, так что Ариана узнала о том, что произошло с ее мужем лишь когда миновала опасность преждевременных родов. Через семидневку после того, как Олдайв привез в Форт-Холд Тедара и других раненых, у нее появился крепкий мальчуган. Олдайв зашел в ее комнату и, увидев там Тедара, которому уже разрешили ходить, радостно улыбнулся — друг возвращался к привычной жизни. — Можно тебя кое о чем попросить? — спросила Ариана, продолжая покачивать младенца. — Да, конечно, — удивился Олдайв. — Ты спас Тедара и помог родиться нашему сыну, поэтому мы хотели бы назвать его в честь тебя, — Ариана просительно улыбнулась. — Вы это серьезно? — ошарашенно спросил Олдайв. — Соглашайся, брат, — Тедар подошел к нему и положил руку на плечо. — Это, конечно, очень почетно, но мое имя… — Олдайв покачал головой. — Мы всего лишь хотели сделать тебе приятное, — вздохнула Ариана. — В таком случае… — Олдайв задумался, а потом все же озвучил только что пришедшую в голову мысль. — В таком случае, мне было бы очень приятно, если бы вы назвали своего сына Айвером. Тедар понимающе кивнул — он хорошо помнил рассказы друга о его детстве. — Мне нравится, — улыбнулся он. — И мне, — согласилась Ариана. Олдайв тоже улыбнулся. Пусть даже у него не будет собственных детей, но память о деде останется жить.

***

Когда лорд Грож узнал, что один из отрядов Фэкса совершил нападение на принадлежащий ему небольшой горняцкий холд, он пришел в ярость. Узнав название этого холда, Олдайв поспешил туда, едва дождавшись отряда сопровождения, прикомандированного к нему владетелем Форта. Вопреки опасениям Олдайва, Апленд-холд выглядел точно таким же, каким запомнился с детства. Единственным свидетельством нападения были наполовину сожженные ворота, которые постепенно восстанавливались местными жителями. — Убитых у нас нет, только несколько раненых, — отчитался местный целитель, немало удивленный посещением главы Цеха. — А вы знаете, что было нужно людям Фэкса? — спросил Олдайв. — Ну еще бы… — в разговор вмешался мастер-горняк. — Захватили всю месячную добычу изумрудов. Не знаю, как докладывать об этом нашему лорду… Изумруды Олдайва не интересовали, поэтому он решил осмотреть раненых. — Извольте сюда, мастер, — пригласил его целитель. В холде, как и прежде, не было отдельного лазарета: все раненые размещались в своих жилищах. Оказавшись возле входа в помещение, которое прежде занимала его семья, Олдайв вздохнул. — Мастер Корлан получил касательное ранение в плечо. Желаете взглянуть? — спросил у него местный целитель. При имени отца в душе Олдайва всколыхнулась прежняя горечь. — Давайте посмотрим, — ответил он, надеясь, что его голос звучит по-прежнему ровно. Их встретила оживленная немолодая женщина. Узнав о визите Главного целителя, он восхищенно охнула и повела Олдайва в комнату, занимаемую Корланом. Тот сидел в кресле и дремал, осторожно разместив руку так, чтобы не тревожить пострадавшее плечо. От звука шагов он проснулся и попытался встать. — Сидите, сидите… — Олдайву неожиданно стало очень легко, словно это был не отец, а посторонний человек, нуждающийся в помощи. — Как самочувствие? — Неплохо, — ответил Корлан. За прошедшие Обороты он сильно изменился: постарел и обрюзг. — Хотел защитить собственность нашего лорда… — За это бы дополнительно марки получить, — начала было женщина, но осеклась, заметив грозный взгляд Корлана. — Не лезь в мужские разговоры, жена. Главный целитель не решает такие вопросы. Этот взгляд и окрик помогли Олдайву понять, что характер отца совсем не изменился. — Рад, что вы выздоравливаете, — он кивнул, давая понять, что разговор окончен. У сидящего перед ним человека давно уже своя жизнь, которую не стоит тревожить призраками из прошлого. Олдайв развернулся, собираясь уходить, когда слова Корлана заставили его застыть на месте. — Клянусь, я думал, что ты умер. Гезик сказал мне, что вы все умерли от лихорадки. Иначе бы я нашел тебя. — Гезику этого очень хотелось, — Олдайв повернулся к отцу. — И ты не вернулся домой, — осуждающе продолжил Корлан. Олдайв сжал губы. Если бы этот разговор случился сразу после встречи на дороге в Форт-холд, он бы без всяких сомнений бросил в лицо Корлану обвинение в том, что тот не узнал собственного сына, но сейчас в этом не было никакого смысла. — Прости, так получилось, — ответил он. — До свидания. — До свидания, — Корлан эхом повторил его слова. Перед отъездом из Апленд-холда Олдайв еще раз отыскал здешнего целителя и попросил его получше заботиться о здоровье Корлана с семьей.

***

Бойня в Руате заставила встряхнуться не только лордов, но и мастеров. В Тиллеке собрался совет Главных мастеров. — Как видите, Фэкс не останавливается ни перед чем, — вздохнул Робинтон после того, как были изложены доказательства многочисленных нарушений законов Перна. — Вот поэтому я уже отозвал своих людей из всех его семи холдов, — проворчал Фандарел, мастер кузнецов. Огромного роста, широкоплечий, он с трудом разместился в кресле, опасно поскрипывавшем при каждом его движении. — Посмотрим, как ему это понравится… — Мне сообщили, что у него внезапно исчезли корабли, — лукаво усмехнулся мастер Идоролан. Его одежду, казалось, навеки пропитали запахи рыбы и моря. — А в Плоскогорье так много рыбацких деревень… Он уже обращался ко мне, чтобы ему построили новые, но я отказался. Один за другим мастера подтверждали твердую решимость противостоять захватчику. Во взгляде Робинтона сквозило ничем не прикрытое удовлетворение единой позицией Главных мастеров. — А что скажут целители в твоем лице? — спросил он, обращаясь к Олдайву. Тот встал, уважительно поклонился всем мастерам. — Я глубоко уважаю все, что вы делаете, но последовать вашему примеру не могу, так как… — Он чуть повысил голос, чтобы перекрыть гул возмущения его словами. — Так как подобные меры идут вразрез с самой сутью целительства. Под властью Фэкса людям и без того живется несладко, я не могу лишить их последней помощи. — Но разве твои мастера не пострадали там, в Руате? — пробасил Фандарел. — Робинтон же только что говорил… — Все верно, — подтвердил Олдайв, — и я не буду препятствовать тем из моих людей, кто пожелает покинуть холды, управляемые Фэксом. Но также не буду отзывать тех, кто желает остаться там и выполнять свой долг. — Он сел на место, ожидая дальнейшей реакции на свои слова. В помещении повисла тишина, прерываемая перешептыванием мастеров. — Во имя Первой Скорлупы, ты молодец! — Фандарел вскочил со своего места, его многострадальное кресло отлетело в сторону от энергичного движения. Кузнец подошел к Олдайву и крепко пожал ему руку. — Эээ, осторожнее, — взмолился Олдайв. — Сломаешь, а она мне еще понадобится. — Извини, — смутился Фандарел. Его действия сняли отчуждение, возникшее было после слов Олдайва. Робинтон понимающе улыбнулся: он не сомневался в том, что друг поступит именно так. — Ты доволен? — спросил он после того, как все мастера разошлись. — Не вполне, — пожал плечами Олдайв, — мне все время кажется, что я мог бы сделать больше.