Без тормозов

Саске, приехав домой к Кисе, поцеловал только запертую дверь. Открыть ему никто и не подумал, на звонки упрямый омега тоже не отвечал. Стоя под дверью квартиры Рёты, Учиха понимал, что драгоценное время утекает сквозь пальцы. Нехотя, он признал, что в этом вопросе непутёвый альфа его аники оказался умнее его, хотя и не намного. Впрочем, тут скорее нужно ставить памятник мудрости и благоразумности Итачи, который думает головой, а не другими частями тела, но и про эмоции не забывает. Пнув от души дверь, Учиха прислонился к стене и начал перебирать в голове варианты, где искать своевольного Кисе. Во-первых, тот ещё может быть на работе, график у него ведь непредсказуемый. Во-вторых, он может поехать в гости к семье. В-третьих, он может просто отдыхать с друзьями. В глазах Учихи вспыхнул коварный огонёк: Кисе наверняка где-то с друзьями, точнее с некоторыми из них. Анализируя ситуацию, Саске шёл к мотоциклу, прокручивая в голове названия клубов и баров, в которых мог зависать Рёта. Он решил начать с того, самого первого, где они и встретились. Но ни в том, ни в пяти других Кисе не было. Учиха начал злиться. И где искать эту блондинку? Вырвал из невесёлых мыслей Учиху звонок мобильного. С удивлением он увидел, что звонит ему Хидан. - Да? – холодно спросил Саске. - Сволочь Учиховская, тащи свою задницу в центральный парк Синдзюку, на северный взъезд, где можно проехать на мотоцикле. Не тяни резину, падла, а то я тебе мозг вынесу. - И без тебя есть старатели. Что случилось то? - Я хотел встретиться с Тецу, но к нему припёрлась твоя истеричная блондинка и теперь липнет к нему. Так что или ты забираешь его и вы оба сьёбываете, либо у меня заканчивается терпение и твоей сучке пизда. - Эй, полегче на поворотах. Я скоро буду, а пока сиди и не рыпайся, а то яйца вырву и голову откручу, - на том конце фыркнули и сбросили звонок. Нехорошо ухмыльнувшись, Саске быстро поехал в нужную сторону. Он думал, почему сразу не подумал о Куроко. Кисе как-то сказал ему, что одним из лучших друзей он считает именно этого незаметного и малоэмоционального парня, который молчит, когда это необходимо, но и говорит самые подходящие слова, когда они нужны. Он не лезет в душу, но всегда готов помочь и поддержать, просто так, потому они друзья. Куроко, казалось, не нужны лишние слова, он сам всё понимает и может дать дельный и действенный совет, заставляет задуматься и может незаметно подтолкнуть к нужному решению проблемы, а ты даже не поймёшь этого. Ему нужно было становиться настоящим психологом. Впрочем, Учиха как никто знал, что улыбчивый наивный блондин – лишь маска Рёты.

***

Саске издалека увидел Хидана, который вышагивал рядом со своим мотоциклом и постоянно поглядывал то на дорогу, то куда-то в сторону, где, видимо, находился его драгоценный Куроко. Учиха заглушил мотор, остановившись рядом с другом, и снял шлем. - Чего так долго? Саске пожал плечами, понимая, что говорить что-то или объяснять глупо и бесполезно. - Они там? - Да, разговаривают. Чего твоя блондинка так липнет к нему? – прошипел Хидан. - Для начала, он парень, кроме того, они друзья и он имеет на это право. Хватить ныть и ругаться, ведёшь себя как истеричная баба, - Хидан имел удивительную способность выводить из себя кого угодно и Учиха не был исключением. - Захлопнись, - довольно цензурно отреагировал Хидан. – Забирай своего омегу, и валите отсюда. Учиха отвесил другу подзатыльник и направился в ту сторону, где, по словам Хидана находились омеги. Парни обнаружились на берегу озера. Они сидели на земле рядом с байками, точнее сидел Куроко, а Кисе лежал, положив голову на колени голубоволосого. Саске улыбнулся, поняв причину нервозности Хидана: даже Язычник умеет ревновать. Учиха не стал подходить близко, он остановился в паре десятков метров от парней и молча смотрел на них, уверенный, что его взгляд ребята почувствуют. И он не ошибся. Кисе умолк на середине фразы и резко сел, тут же оглядываясь в ту сторону, где стоял Учиха. Его глаза широко распахнулись, и он что-то негромко сказал другу. Куроко тоже посмотрел на него, затем что-то шепнул Рёте, махнув рукой в сторону альфы. В следующий момент рядом с Учихой встал Хидан. Вздохнув, Учиха понял это по тому, как опустились плечи его омеги, Кисе что-то сказал другу, взъерошил его волосы и подошёл к своему мотоциклу. Не заводя мотор, он покатил его в сторону спокойно стоящего Учихи. Оказавшись рядом, Рёта бросил на Хидана убийственный взгляд. - Обидишь его – откручу яйца, засуну их тебе в жопу, а член отрежу и в глотку впихну, затем выколю глаза, отрежу все конечности и сварю на медленном огне, - и не взглянув на Учиху направился дальше, к дороге, где стояли мотоциклы альф. Хидан только кивнул Кисе, даже ничего не сказал в ответ и направился к Куроко, медленно, словно боялся спугнуть. - Это похоже на дежавю, - бросил Кисе, не оглядываясь на Саске. – Почему вы вместе? - Я только сейчас приехал. Хидан хотел поговорить с твоим другом, но ты был рядом и он попросил меня приехать. - А, так значит ты отвлекающий манёвр? Хм, интересно, - Учиха улыбнулся, услышав такое знакомое «Хм» из уст Рёты. Тот и сам не заметил, как подцепил эту привычку Саске. - Не совсем, - Учиха накрыл рукой ладонь Кисе, которой тот держал руль мотоцикла. Тот остановился, поставил мотоцикл на боковую подножку и повернулся Саске, выжидательно смотря в чёрные глаза. – Ты игнорировал мои звонки, сообщения, ты избегал меня. Я понимаю, ты злился, но избегать меня – это не выход. - Я знаю, - негромко сказал Кисе, отводя взгляд. Рука Учихи по-прежнему сжимала его руку, и он не торопился убирать конечность. После того памятного разговора с Акаши он много думал и на многие вещи посмотрел по-другому. Сильнее всего его удивила слова и поведение Ацуши. Было стыдно, что тот, единственный из них всех, повёл себя гораздо умнее и мудрее, а ведь это он, Кисе, старше их всех и именно он должен был поступать разумно. Ну, или Акаши. – Я понимаю, что веду себя глупо, но... Мне неприятно и обидно. Почему твой брат нашёл в себе смелость и сказал Мидоримаччи правду, почему тот же Гаара всё-таки открыл истину Акашиччи. Я не такой великодушный как Мурасакиччи или мудрый как Мидоримаччи. Я не могу так же легко и быстро принимать решения, я сомневаюсь, по триста раз всё переворачиваю с ног на голову, но и тогда не всегда принимаю решение. - Я знаю это, - Саске притянул омегу к себе, прижимая того к своей груди. Он обнял его и с облегчением почувствовал, как его драгоценный блондин положил голову ему на грудь. Пусть он не обнял его, но и не оттолкнул, а это уже было хорошо. – Я не снимаю с себя ответственности и понимаю, что виноват перед тобой. Я не лгал, хотя ты обвинял меня в этом, я просто не сказал правды, промолчал. Как и ты, я не такой мудрый, как Итачи, не такой умный, как Шика и далеко не такой наглый, как тот же Хидан, что не думает, а просто делает так, как ему хочется. Ты такой же гонщик, как и я, поэтому как никто другой понимаешь, что быть гонщиком – это не просто кататься на мотоцикле, учувствовать в гонках. Гонщик – это стиль, образ жизни, это тоже набор правил, запретов, традиций и многого другого. А гонщик из сильнейшей команды – это вообще клеймо. Мы все привыкли жить, ни в чём себе не отказывая, считая себя королями дороги, лучшими во всём и никто из нас не привык отчитываться, ну, может перед лидером или перед самыми близкими людьми. Но мы никогда не прогибаемся под других. Никто не должен диктовать нам условия и ставить перед выбором. Мы приехали в Токио желая бросить вызов королям, доказать, что мы лучше. Сейчас мне кажется, что это было так давно, ведь тогда каждый из нас был совсем другим человеком: наглым, самоуверенным, эгоистом, даже эгоцентриком – каждый из Шиноби был таким. У каждого из нас своя история в жизни, и только в гонках мы нашли новых себя, новую жизнь, друзей, близких и родных людей. Мы стали семьёй. Но даже так мы привыкли чётко отделять друг от друга наши социальные роли, играя только в определённых обстоятельствах и ситуациях, увидев же вас, всё в наших жизнях смешалось. Вы спутали нам все карты. Смешно, но сейчас я понимаю причину, по которой вся эта каша заварилась, почему мы не можем спокойно ужиться с вами. - И почему же? – Кисе посмотрел Саске в глаза. Слова альфы пролили свет на многие тёмные пятна и Рёта многое понял. - Мы – такие же, как вы, мы просто слишком похожи: такие же безумные, адреналиновые наркоманы, эгоисты, наглецы, упрямцы, не умеющие сдаваться и готовые бороться до конца, готовые на всё ради друзей. Или я не прав? - Странно, но я готов подписаться под каждым твоим словом. Ты сам это понял? - Честно, хотя мне и стыдно в этом признаваться, мне помог в этом Мидорима. - Мидоримаччи? – удивился Рёта. - Да. Придя домой, я увидел его и Итачи, они всё выяснили, и, думаю, у них всё хорошо. Он кое-что мне сказал, что заставило меня понять, каким придурком я был, не замечая очевидного. Мы все обвиняли друг друга во всех смертных грехах, а нужно было всего лишь спокойно поговорить, а не накручивать себя. Мы просто неправильно расставили приоритеты. - Ты ошибался, когда говорил, что не такой, как твой брат. Вы похожи больше, чем ты думаешь. И ты был прав, мы все слишком похожи, но в то же время совершенно разные. Стоит только посмотреть, какие пары мы выбрали, - пробормотал в грудь Учихи Рёта. - Не могу с тобой не согласиться. Взять к примеру того же Хидана и Куроко. Я не видел более разных людей, чем эти двое, но надо признать, что как пара они весьма гармоничны и стоят друг друга. Куроко будет сдерживать нашего Язычника, а Хидан, в свою очередь, будет дёргать вашего ледышку, вытаскивая наружу его эмоции, заставлять хоть иногда теряя контроль. - Ты прав. Они замолчали. Этот разговор немного успокоил их, обиды отпустили, но всё же чего-то не хватало. - Прости меня, - снова заговорил Учиха. Кисе в его руках замер, вцепившись пальцами в расстёгнутые края куртки Саске. – Я должен был рассказать тебе правду, но не смог. До последнего я убеждал себя, что ты всего лишь временное увлечение, что ты не можешь быть моей парой. Более того, я никогда не хотел обзаводиться одним омегой, иметь свою семью, завести детей. Но время показало мне, как я был не прав и как ошибался, думая так. Воистину начинаешь ценить что-то, лишь потеряв его. Я понял, чего едва не лишился, когда ты вычеркнул меня из своей жизни. Я не хочу потерять тебя. Кисе молчал. Слова Саске были тем, что он хотел услышать, и он боялся, что это всего лишь сладкая ложь, призванная убедить его снова поверить Учихе. Он боялся. В голове всплыли слова Куроко: не бойся ошибок, лучше сделать ошибку, чем жалеть, что не сделал ничего. Негромко рассмеявшись, Кисе поднял голову и посмотрел в лицо своего альфы. Тот смотрел серьёзно, в глазах ясно читалось волнение и тревога, но он молчал, не давил, не уговаривал, давал возможность самому принять решение. Учиха давал ему свободу даже здесь, хотя был альфой. Не ограничивал, зная, что нельзя, что сам разрушит всё, если поступит так. И Рёта оценил это. Обняв руками шею Учихи, он поцеловал его, крепко прижимаясь к напряжённому телу альфы. Тот сразу обнял его ответ и перенял инициативу. Кисе не протестовал. - Это значит, что ты простил меня? - Это значит, что мы можем двигаться дальше, - Кисе улыбнулся и снова поцеловал своего альфу. Неожиданно рядом послышались крики и маты. Рёта встревоженно посмотрел в ту сторону, ведь там остался Куроко, а с ним Хидан. - Я уже говорил тебе, не стоит волноваться за своего друга, - Учиха смотрел совершенно спокойно. – Каким бы мерзавцем не был Хидан, он никогда осознанно не обидит омегу, особенно омегу, которого выбрал парой. Ты же знаешь, что он оставил на Куроко метку в первую же совместную ночь? - Рёта удивлённо распахнул глаза. Нет, конечно, он видел метку на шее Куроко, но тот ничего не сказал. А он и предположить не мог, что этот наглый матерящийся альфа с самого начала, с самой первой встречи заявил права на его друга. – С виду он кажется грубым и резким, и он такой и есть, однако, ради своей пары он покажет и те чувства, которые крепко скрывал: заботу, доброту, нежность, ласку. Он выражает эти чувства своеобразно, но он умеет их испытывать, просто его способ демонстрации весьма… своеобразен, - Учиха с трудом подобрал подходящее слово. - Но... - Рёта, - холодно сказал Саске, от чего Кисе вздрогнул и обиженно на него посмотрел. – Я понимаю, что ты волнуешься за друга, но не перегибай палку. Куроко – давно уже не ребёнок и он сам может принимать решения или защитить себя в случае чего. Забота не должна быть чрезмерной, не стоит давить на него. Или твой друг настолько слаб и беспомощен? - Кисе промолчал, понимая, что Саске прав и Куроко может утереть нос даже матёрому альфе, Тецуя не слаб, а он сам чересчур его опекает. – Оставь их, пусть сами разберутся, это их отношения. Кисе кивнул и отстранился от Учихи. Он убрал подножку, сел на мотоцикл и надел шлем на голову. Саске последовал его примеру. Рёта первым завёл мотоцикл и уехал в сторону центра, Учиха последовал за ним, позволив омеге самому выбирать место, куда они поедут. Чёрно-жёлтая Honda смытым силуэтом проносилась улицами ночного Токио. За рулём сидел парень, пригнувшись к рулю и гнал мотоцикл, что есть мочи, крепко сжимая руль. В тёмном стекле шлема отражались огни никогда не спящего города. Никто не видел, как на лице гонщика расползлась хитрая хищная улыбка, означающая, что всё идёт по плану, и он удовлетворён происходящим. Его часто недооценивают и, вместо того, чтобы рваться из кожи вон, доказывая обратное, он удачно пользуется этим. Пользуется, надо заметить, успешно.

***

Куроко не удивился, когда ему вечером позвонил Кисе и попросил встретиться. Именно Тецуя был той жилеткой, в которую привык плакаться Рёта и именно он лучше других знал, что за человек скрывается за широкой и весёлой улыбкой модели. Быть моделью – значит не просто играть, и играть так, чтобы все верили, он должен уметь изобразить любую эмоцию, любой взгляд и настроение – стать для камеры совершенно другим человеком. В жизни же это умение не раз помогало его избегать ненужных разговоров и выяснения отношений. Однако Куроко, читающий людей, видел настоящего Рёту. Тецуя рассмеялся, вдруг поняв, что они, Тейко, напоминают настоящую семейку: Акаши – гордый отец семейства, его должны слушаться все, он авторитет и голова семьи; Куроко – заботливая мамочка, он всегда рядом, может, если нужно дать совет, знает, когда стоит просто молча побыть рядом, он тихо и незаметно держит их в куче; Кисе, Аомине и Мурасакибара – шебутные детки, которые могут выкинуть такие фортеля, что никому и не снилось, беззаботны и комфортно чувствую себя со всеми, а не впереди всех, они не лидеры; Мидорима – любимый дядюшка, который может вести себя строго, как родители, а может веселиться с детьми, всё зависит от ситуации и настроения. Куроко рассмеялся. - Ты чего? – спросил подошедший Кисе. Тецуя так задумался, что не услышал, как приехал Рёта, хотя не услышать его мотоцикл было почти невозможно. Улыбнувшись, чем изрядно удивил друга, Куроко рассказал о своих размышлениях на тему «семьи» Тейко. Кисе тоже рассмеялся, заметив, что они и вправду похожи на чудаковатую семейку. - Кисе, что случилось? – Куроко посмотрел прямо в глаза друга, без труда читая все скрытые эмоции. - Я запутался, - вздохнул Кисе, садясь на траву рядом с мотоциклом и уставившись на озеро. Куроко сел рядом. – Я обижен на Саске, злюсь на него, иногда мне хочется убить его, ударить его, но потом, когда я остаюсь один, когда одиночество давит или, когда наоборот, хочется побыть рядом с тем, с кем будет комфортно, кто обнимет и просто будет рядом, я понимаю, что не хочу видеть рядом никого другого, кроме него. Это глупо, да? - Совсем нет, - покачал головой Куроко. Протянув руку, он дёрнул Рёту на себя, от чего тот упал на него. Мягко улыбнувшись, Кисе лёг спиной на землю, положив голову на ноги Тецу. – Ты просто глупый влюблённый омега, - Кисе собирался что-то сказать, но Куроко накрыл его рот ладонью, не давая. – Ни я, ни Акаши в данной ситуации не лучше. Если подумать, то пары Мурасакибары, Мидоримы и Аомине такие же. Да, мы крутые гонщики, хозяева города и прочее, но ведь под всей этой шелухой скрываются обычные омеги, не так ли? Признайся мы хотя бы сами себе, что, как и все, хотим иметь дом, альфу, ребёнка – обычную жизнь, всё было бы намного проще, но ведь мы не ищем лёгких путей, верно? – Куроко посмотрел на ночное небо. - А что ты? Ты помирился с Хиданом? - Не совсем. У нас немного другая ситуация, помимо ссоры из-за того, кто он, мы не раз ссорились из-за того, какой он. Ты же знаешь, он далеко не примерный образец альфы. Я не так себе представлял свою пару, человека, с которым я проведу свою жизнь, кому рожу ребёнка. Он просто как… когнитивный диссонанс. - Разрыв шаблона? Ну да. Эти два слова полностью его характеризуют, - подумав, согласился Кисе. - Честно говоря, эту ссору и последующий бойкот я посчитал манной небесной. Это мне дало время и возможность всё обдумать, переосмыслить, расставить приоритеты и многое другое. Не поверишь, это был шанс притормозить, - Кисе рассмеялся, подумав, что даже гонщикам иногда нужно сбавлять скорость. – У нас всё развилось быстро, даже чересчур быстро, а ты меня знаешь, я этого не люблю. Одно дело – гонки, другое – жизнь, особенно отношения. - Значит, для тебя это всего лишь повод? - Что-то вроде, - не стал отрицать Куроко. – Я успел всё обдумать, переосмыслить, сделать выводы и расставить приоритеты. И принял решение, - Кисе запрокинул голову, посмотрев прямо в глаза Тецуи, спрашивая, что же он решил. – Я готов рискнуть и попытаться построить с ним серьёзные отношения. Знаешь, я думаю, что лучше рискнуть. Пусть потом я буду жалеть об этом, если у нас не сложится, но это лучше, чем до конца жизни корить себя, что ничего не сделал и упустил свой шанс. Упущенная возможность, это упущенная возможность, не больше и не меньше. Куроко замолчал и некоторое время друзья провели в молчании. Затем они начали обсуждать Мурасакибару, который к всеобщему удивлению оказался мудрее остальных, затем Мидориму, который тоже не растерялся, и его выбор, его преданность. Они были увлечены разговором и не замечали ничего вокруг. Неожиданно оба парня напряглись и насторожились. Они кожей чувствовали тяжёлый пристальный взгляд, направленный на них. Кисе умолк на середине фразы и резко сел, тут же повернувшись в ту сторону, откуда на них смотрели. В паре десятков метров стоял Саске и пристально не него смотрел. - Он что жучок на мне поставил? – вполголоса шепнул Куроко Кисе. Тецуя посмотрел на Учихи и в следующий момент мысленно взвыл. - Если на то пошло, то слежка была за мной, а ты отвлекающий фактор, - Куроко махнул рукой в сторону Учихи. Посмотрев на альфу, Кисе увидел, как к нему подошёл Хидан. Вот… ублюдки. - Даже с другом побыть не дадут, - вздохнул Кисе. – Прости, но думаю лучше мне уйти с ним, обойдёмся малой кровью, - Кисе встал, отряхнулся и снова посмотрел на Куроко. – Попытаюсь последовать твоему совету, Курокоччи, - взъерошив волосы Тецуи, Рёта подошёл к мотоциклу, убрал подножку и покатил тот в сторону Учихи и Хидана. Куроко видел, как Кисе что-то сказал Хидану, прежде чем пройти мимо. Тот кивнул в ответ и пошёл прямо к Куроко. Его взгляд ясно говорил, что игра в кошки-мышки закончилось и больше убегать или тянуть время у него не получиться. Вздохнув, Куроко приготовился к непростому разговору. Однако альфа сумел его удивить. Хидан молча подошёл к нему и сел на землю, затем лёг на спину, уставившись в звёздное ночное небо, заложив руки за голову. Куроко удивлённо смотрел на мужчину, не понимая, что же с ним случилось, что он ведёт себя совершенно нетипично. Впрочем, он не торопился, у них впереди как минимум вся ночь. - Ты следил за мной последнюю неделю, - спокойно констатировал Куроко. - Вообще-то две недели, - исправил его Хидан, из-за чего Тецуя удивлённо приподнял бровь. Две? Значит, он теряет свои навыки? – Нет, ты не теряешь свои навыки, - словно читая мысли омеги, возразил Хидан. – Просто кое в чём я лучше, и это как раз тот случай. Неделю назад я нарочно спалился перед тобой. Я, бля, понимаю, что дело не в том, что я не рассказал тебе всю правду о себе, точнее не только в этом. За то время, что я следил за тобой, я многое понял. Ты совсем не похож на меня и речь не во внешности или даже образе жизни. У тебя совершенно другой характер, другой ритм жизни, другие цели, желания. И тут, в твою спокойную размеренную жизнь ворвался я, раздолбай и пиздюк, каких ещё поискать. Уверен, ты представлял себе не такого альфу, и я понимаю это. Но, сука, никому тебя не отдам. - А ты изменился, - Куроко придвинулся ближе и сел, скрестив ноги, уставившись в глаза альфы. – Ты стал меньше ругаться и стал более... человечным, что ли. - Хм, да? Не заметил, - передёрнул плечами Хидан. – Я как-то говорил, что я сирота и вырос без родителей, даже без друзей. Уже будучи довольно взрослым я познакомился с ребятами, точнее я познакомился с Итачи, а уже он познакомил меня с остальными. Так что меняться особо и не пришлось, меня и так приняли со всеми тараканами. Буду откровенным, до тебя я менял омег как перчатки, даже чаще, я свои перчатки люблю, менял как масло в мотоцикле. А тут в кафе увидел тебя и всё, пиздец, причём полный и бесповоротный. Как зациклило, словно грёбанный соулмейт. Оказалось и вправду, ты - моя пара. Я был в ахуе, когда понял это, но, благо, инстинкты альфы сработали как надо, и на тебе уже красовалась моя метка. И тогда я забил на всё, решив стать твоей парой. Я просто тебя взял, заявил свои права, показал всем и в первую очередь тебе, что ты принадлежишь мне. - Принадлежу? – тихо, но весьма угрожающе спросил Куроко. – Я тебе что, вещь какая-то, чтобы брать меня и клеймить? - Тецу? – спросил Хидан, приподнявшись на локтях и внимательно глядя на омегу. - Ты не просто заявил свои права, ты взял меня, словно вещь, да и потом вёл себя, словно я пустое место, даже хуже. Ты заставлял меня поступать так, как тебе хотелось, не считаясь с моими желаниями, предпочтениями, целями, привычками, в конце концов. Ты, блять, просто выебал меня, ворвался в мою жизнь, словно ураган и перевернул всё вверх тормашками, поступая так, как хочется тебе, - Куроко встал на ноги и угрожающе навис над альфой. Тот так опешил от того, как говорит, точнее, ругается, причём матом, омега, что не знал, что и ответить. – Ты просто кобель, который поимел меня в первый же вечер, а потом, в моей квартире вёл себя так, словно ты там не то, что хозяин, а император, а я твой покорный раб, не имеющий права даже возразить. Скотина, ты хоть понимаешь, что разрушил мою жизнь? Хидан медленно сел, затем поднялся на ноги. Он возвышался над Куроко почти на целую голову, но того это совсем не волновало, настолько он был зол. Рядом с альфой он казался маленьким и хрупким, беззащитным, но это было ложным впечатлением. - Тецу, - угрожающе начал Хидан, но Куроко перебил его. - Ты просто больной на голову ублюдок, идиот конченый, который рушит всё, к чему прикасается. Ты грёбанный эгоист, эгоцентрик, - Куроко был не просто зол, он был в ярости и выплёскивал её на виновника своего состояния. Он уже просто кричал, он сорвался, доведённый до ручки. - Сволочь, мразь, ты... Хидан не выдержал и, склонившись, впился в губы Куроко диким поцелуем, обнимая омегу за талию, прижимая к себе, затыкая тому рот на середине фразы. Альфа сжал бёдра Тецу руками и поднял того, заставляя обвить ногами свои бёдра, а руками обнять за плечи. Когда тот судорожно вцепился в него, Хидан разорвал поцелуй и склонив голову ниже, к шее омеги, впился зубами, прикусывая кожу, снова помечая своего омегу, ставя метку собственности, будто и не оставил её там раньше – на теле истинной пары. - Я же, блять, люблю тебя, уёбок, пиздёныш мелкий, пойми это, - прошептал Хидан. – Я далеко не джентльмен, я больной на голову ублюдок, но ты - мой омега, уяснил, сучёныш? – прошипел в лицо Куроко альфа. Тецу молчал несколько секунд и, не мигая, смотрел в глаза Хидана. Затем он коротко кивнул и сильнее обнял парня за шею, не понимая, почему сорвался. Альфа снова его поцеловал, заставляя забыть обо всём на свете. И Куроко понял, почему, несмотря ни на что, он рядом с Хиданом: они и вправду пара, а разные характеры… притрутся со временем. Куроко отбросил все сомнения и обиды прочь, решив последовать своему же совету, как и говорил ранее Кисе. Он рискнёт, рискнёт с этим грубым и наглым альфой. Хороший, плохой, вежливый, резкий, но он – его альфа, его пара.