Синий ветер

9. Свет солнца широким потоком вливался в панорамные окна смотровой площадки. Но его лучи почти не освещали молодого человека, стоявшего возле пышного раскидистого растения в цветной керамической кадке. Парень явно кого-то ждал, и при этом изрядно нервничал. Пол у его ног уже устилали обрывки зеленых листьев. Бросив нетерпеливый взгляд на часы, он с раздражением цыкнул, и снова с яростью рванул перистую крону растения. Цветок заколыхался, обсыпав его подсохшими лепестками, что отнюдь не улучшило настроения молодого человека. Отряхнувшись, он снова глянул на часы. - Сколько можно ждать?! - со злостью зашипел парень. Высокие проходили мимо, не обращая внимания на нервного посетителя. Он ничем особым не выделялся из толпы. Но если бы здесь был Альдис, он мгновенно узнал бы и эти антрацитовые глаза, и длинную бордово-черную гриву, сейчас схваченную рубиновыми заколками в причудливый каскад. Но на красивом лице парня не было ни веселой улыбки, ни задорного взгляда. На нем проступало только раздражение, вызванное долгим ожиданием. И не удивительно. Черноволосый Принц, Раэта Данкаент топтался здесь, в холле, уже без малого час. Но, вот, в конце холла открылась дверь, вошла группа людей. Услышав знакомый властный голос, Раэта встрепенулся. - Ну, наконец-то! - процедил он, и решительно пошел навстречу Крон-Легату, который направлялся к своему кабинету. Сайент на ходу просматривал какие-то документы, тут же что-то подписывая, и раздавая указания. - Пока все, - сказал он, обращаясь к одному из своих подчиненных, спешивших следом. – Остальные материалы я еще раз должен пересмотреть, прежде чем принять решение. Я сообщу тебе. - Да, Крон-Легат, - юноша подхватил переданные бумаги, и унесся к лифтам. Джеттери, с папкой в руках шагнул к дверям приемной, и буквально столкнулся с Данкаентом. - Господин Крон-Легат, мне необходимо поговорить с вами! - парень почти заступил ему дорогу. - Я занят, - Джет с досадой отстранил его рукой, входя в приемную. - Обратитесь к раньету. - Кофе! - велел он секретарю. - Раньет не в состоянии решить мой вопрос! - воскликнул Раэта. - Мне необходимо поговорить именно с вами! Джет уже прошел к себе, но настырный парень протиснулся следом, не обращая внимания на раздраженный взгляд Сайента. - Ну, и что вы хотели? - Джет скинул с плеч плащ, и взял из рук посетителя лист бумаги. - Что это? - Мое прошение. Сайент лишь кинул взгляд на документ: - Здесь уже стоит моя виза, - он протянул бумагу обратно, но Данкаент упрямо тряхнул головой, не собираясь ее брать. - Я хочу поговорить с вами. Вы отказали мне, и я хочу понять, почему! Джет глубоко вздохнул, понимая, что парень просто так не отвяжется. - Ну, хорошо, - мужчина уселся, не предлагая кресло посетителю. Пробежал прошение глазами. Положил на стол. И уставился на Данкаента. - Я считаю, что вы никоим образом не подходите для этой должности. И будете не в состоянии выполнять налагаемые ею обязанности. Объяснение исчерпывающее? - Нет! - возмущенно воскликнул Раэта. - Я хочу знать, почему не подхожу. - У вас нет необходимой квалификации. - Как это - нет? Мое образование позволяет мне занять этот пост! Как вы смеете говорить, что у меня нет квалификации? - Очень просто, - холодно возразил Крон-Легат. - Вы ни года не проработали с тех пор, как закончили Академию. А это значит, что вы полный профан. А, кроме того, у меня нет гарантии, что вы не купили свой диплом. - Что-о-о? Да, как вы смеете?! Что, вы, вообще, позволяете себе? - взвился молодой человек. - Сбавьте тон! - рявкнул Сайент. Услышав через дверь этот рык, замолчали даже люди в приемной. - Простите! - Данкаент понял, что перегнул палку, но обида была искренней. - Вы не имеете право обвинять меня в мошенничестве! Я заработал свой диплом честно. - Я рад за вас, - жестко изрек Сайент. – Тогда, что же помешало вам сразу начать работать? - Это мои личные обстоятельства! - Теперь ваши личные обстоятельства мешают вам занять пост, о котором вы мечтаете, - отрезал Джеттери. - Я не позволю вам занять место начальника отдела, рискуя тем, что из-за вашей безграмотности вы наворотите дел. Которые разгребать придется мне. - В конце концов, я поддаюсь обучению, что бы вы ни думали о моем дипломе! Разве я не могу, как другие, учиться на месте? И как я должен получать квалификацию, если я не стану работать? - Здравые слова, но у меня нет времени обучать вас прямо на этом посту. Если вы так рветесь послужить на благо Стелия, начните, как все, стажером. И вперед, к желанной цели! - Но это несколько лет! - А вы хотите все и сразу? Так не будет. Не в моем корпусе! У меня работают только профи, и дилетантов я не беру. Я закончил! Вы свободны, господин Данкаент. Не отнимайте у меня более время. Это бесполезно. Он решительно указал рукой на дверь. Парень выскочил из его кабинета. Данкаент, дрожа от ярости, метался в холле, не представляя, что предпринять, когда его вдруг окликнул знакомый голос: - Раэта? Что случилось? На вас просто нет лица. Молодой человек обернулся. Позади него стоял старый друг семьи Советник Луртен Шенрион. -Да, так, - буркнул Данкаент, - пообщался с Крон-Легатом. - По поводу? Раэта только мрачно фыркнул. - Идемте, - Шенрион решительно увел парня в ресторан. - Так что же вы хотели от Крон-Легата? – спросил советник, когда официанты подали напитки и закуски к ним. Данкаент протянул ему уже донельзя измятый лист бумаги. Изучив прошение, Луртен хмыкнул: - Признаюсь, я не удивлен. Скорее, я бы поразился, если бы Сайент дал свое согласие. Он никогда и никого не берет со стороны в Дипломатический корпус. Это его вотчина, и он не допускает туда никого, кроме своих людей. Данкаент только фыркнул, отпил из своего бокала: - Он заявил мне, что у меня недостаточно квалификации! Да еще посмел заподозрить в том, что мой диплом - купленный! Не слишком ли много он на себя берет? - Тихо, тихо, - остановил его Шенрион. – Не переходите границ. Он часто говорит достаточно неприятные вещи. Если уж вы хотите с ним работать, вам придется с этим смириться. Он резок, и крайне редко бывает учтив. - Я не хочу работать с ним! – воскликнул Данкаент. – Я хочу работать в Дипломатическом корпусе! Советник помолчал, глядя на него. Потом спросил: - Скажите, Данкаент, вам, правда, так приспичило занять чем-то свое время, или захотелось кресло в Совете? - А что, это зазорно? – запальчиво ответил Раэта. - Да, нет, конечно, - усмехнулся Луртен. – Но вам вряд ли удастся пробиться в Дипкорпус. - Я уже понял. Они помолчали, потягивая напитки. - А почему бы вам ни обратиться к Верховному Легату? – спросил вдруг Шенрион. – Он далеко не так принципиален. - Я не знаком с ним, - вздохнул Данкаент, - и даже не представлен. - О, ну это поправимо, - отмахнулся Советник. – Я охотно представлю вас. Вы приготовите какой-нибудь ценный подарок, а потом, когда добьетесь, приглашения в его дом, преподнесете ему. Верховный любит, когда его балуют дарами. Он будет благосклонен, и думаю, поможет вам в получении столь желанного вами поста. - Вы же сами сказали, Луртен, что Сайент не берет никого со стороны. - Но он не может не подчиниться прямому приказу Верховного, - улыбнулся Шенрион. – Я подготовлю почву для вашего представления. А вы озаботьтесь подарком. Когда нас с вами пригласят во Дворец Верховного, лучше быть готовым, чтобы не заставить его ждать. Советник поднялся. Данкаент встал следом. - Закончите завтрак, друг мой, - улыбнулся Шенрион. – И не о чем не волнуйтесь. Я не оставлю без поддержки сына своего давнего друга. - Благодарю вас, Луртен! – воскликнул Раэта. - Ну, что вы, это такая малость. Займитесь подарком уже сегодня, чтобы не оплошать. И не скупитесь. И на Джеттери Сайента можно найти управу! «И даже нужно!» - закончил про себя Шенрион. Советник удалился, а Данкаент снова развалился в кресле. От раздражения и обиды не осталось и следа. О, он не поскупиться! Ради того, чтобы увидеть, как перекосит самоуверенную рожу Крон-Легата, он готов пойти на любые затраты. С удовольствием, отхлебнув ледяного коктейля, Раэта прищурился. Что там более всего любит господин Марион? Плотские утехи? Что ж, Данкаент найдет, чем его порадовать. * * * Тарен Корион, с довольной усмешкой уселся за свой стол. Известие о том, что его протеже наконец-то забрался в постельку Крон-Легату, привело его в бесподобное расположение духа, в котором он и пребывал последние несколько дней. Все складывалось, как нельзя лучше. Получать информацию прямо из спальни Сайента, что может быть прекрасней? Даже нарочно не сделаешь лучше. Что ж, пора начинать атаку, которую Корион исподволь готовил уже не первый месяц. Пришла пора Латиону отрабатывать свою благодарность. Хватит уже играться, надо начинать работать. Корион решительно набрал внутренний код. - Тарен? - на его мониторе появилось лицо раньета. - Алента, мальчик мой, зайдите ко мне. И немедленно. Дело не терпит отлагательств. - Конечно, Тарен, - откликнулся Латион, с теплотой глядя на него. - Я сейчас подойду. «Вот и славненько», - подумал Корион, отключившись, и довольно потер руки. Налил себе коньяка. Едва монитор погас, на губах Аленты расплылась улыбка, которой позавидовала бы и акула. «Конечно, я приду, дорогой протектор, - подумал он. – Я, даже, прибегу». И через пару минут Алента вошел в кабинет бывшего протектора. В руках у молодого человека была тонкая папка с бумагами. - Я вас слушаю, Тарен, - Латион уселся в кресло. - Алента, пора вам кое-что сделать для нашего общего дела, - высокопарно начал Корион. На лице молодого человека отразилось искреннее недоумение: - Какого еще общего дела? Не припомню, Корион, чтобы у нас с вами были общие дела. Тарен уставился на него, услышав эту, в высшей степени неожиданную, фразу. Алента по-прежнему улыбался. Но теперь в его улыбке сквозил космический холод. - Что вы хотите этим сказать, Латион? Сейчас не время для шуток. Я намерен поговорить с вами очень серьезно... – надменно начал он. - Что ж, - властно перебил его молодой человек, вставая. - Вы правы. Нам действительно надо поговорить серьезно. Но прежде, чем говорить, прочтите это. Он встал, подошел к Советнику. Извлек из папочки какой-то лист, и положил его перед Корионом. Тарен опустил глаза. Перед ним был тот самый запрос Вилиона о переводе Аленты из Отстойника. Убедившись, что мужчина прочитал, Алента положил перед Советником новый документ. Отказ Кориона. Пробежав глазами оба документа, Тарен воззрился на него. - Причем тут это?.. - с брезгливым раздражением начал он. - Причем? О, дорогой Протектор, это имеет самое прямое отношение к делу. Алента наклонился через его плечо, опираясь о спинку кресла, и почти нежно прошептал ему на ухо: - Ты думал, я никогда не узнаю об этом? Или считал меня таким же идиотом, как и ты сам? По твоей милости я провел в этом поганом Отстойнике десять лишних лет. Ты знаешь, что такое Отстойник, Тарен? Не знаешь. Зато я знаю подробно. И вот этого, - он постучал пальцами по бумаге, - я никогда тебе не прощу, скотина. Ошеломленный таким тоном, Корион хотел что-то сказать, но Алента, властным жестом руки, заткнул его. Обошел стол, и, наклонившись, оперся ладонями о столешницу, глядя в упор. - А теперь слушай внимательно, и запоминай, мой дорогой Протектор. Сайент знает, что ты злоумышляешь против него. Но он не знает, как именно. И если бы знал, ты бы уже сдох мучительной смертью. А я знаю. Я знаю все подробности, благодаря тебе. У меня все записано и задокументировано. Так что неоспоримые доказательства у меня есть. И если ты хоть пальцем шевельнешь в сторону Джеттери, если ты хоть косо посмотришь, я немедленно предъявлю ему имеющиеся документы. Кстати, предвосхищая возможные действия с твоей стороны, скажу: тебе должно каждый день молиться за мое здоровье. Потому, что если я умру, будь то убийство, самоубийство, болезнь, или несчастный случай, Сайенту немедленно станет известно все, до мельчайших подробностей, о твоем заговоре. Алента демонически улыбнулся, искренне наслаждаясь ситуацией. Выпрямился. - Думаю, мы друг друга поняли, Советник Корион. Латион направился к дверям, но прежде, чем выйти, обернулся: - И еще, Советник. Я запрещаю вам впредь обращаться ко мне как-либо иначе, чем «господин раньет», и беспокоить меня по каким-либо пустякам. Я стою неизмеримо выше вас. По крови, по имени, и по должности. Я Раньет Высокого Легиона, и любой признак неуважения и тем более фамильярности с вашей стороны расценю, как оскорбление. За которым последует расплата. Всего доброго, Советник. Приятного дня. И улыбнувшись, вышел. Корион остался сидеть пригвожденным к креслу. Казалось, если он пошевелит хоть пальцем, окружающий мир треснет, и рассыплется хрупким стеклом. Каждое сказанное слово словно горело у него в мозгу, прописанное раскаленной иглой. Все рухнуло. Все надежды, все планы, все труды. Вся жизнь. Все уничтожено. Корион посмотрел на лежащие перед ним две бумажки так, словно они источали смертоносный яд. В кабинете стало нестерпимо холодно. Трясущейся, рукой Тарен нашарил бокал с коньяком. Помертвевшие губы не чувствовали вкуса. Как он мог ТАК ошибиться? Как?! *** Раэта Данкаент редко утруждал себя заботами, но уж если брался за что-то, делал это основательно. И к выбору подарка для Верховного Легата приступил со всей ответственностью, и осознанием того, как много это значит для него самого. Советник Шенрион уже через день нашел его. - Раэта, вы готовы? Я намерен сегодня представить вас Легату. - Конечно, - молодой человек горделиво оглядел себя в огромном зеркале, украшавшем стену небольшого холла, предназначенного для приватных бесед. Луртен обошел его, придирчиво оглядев, и безупречный изящный костюм, и затейливую прическу, и тщательно подобранные драгоценности. - Прекрасно, - констатировал он. – Но мой вам совет, не смотрите Мариону в глаза, и никак не демонстрируйте иной заинтересованности, кроме как деловой. Иначе сами окажетесь подарком. Вы очень красивы. - О, спасибо, Луртен, - Раэта слегка зарделся. - Идемте. Представление прошло как по маслу. К вечеру Шенрион призвал Данкаента к себе. - Все прошло великолепно, - сообщил он молодому человеку. – Вы заинтересовали Верховного, и именно в нужном ключе. Теперь, я думаю, не позже конца недели, мы получим приглашение в его Дворец. Вы уже что-то решили с подарком? - О, да! – весело воскликнул, довольный таким известием, парень. – Подарок найден, выбран, и на днях будет доставлен мне. Думаю, Легат останется в полном восторге. Шенрион лукаво улыбнулся: - Какой-то милый мальчик? Данкаент кивнул: - Да. Но не надейтесь, я вам ничего не расскажу. Пусть будет сюрприз. Луртен Шенрион рассмеялся: - Имейте в виду, Легат весьма пресыщен. Угодить ему будет трудно! - Не беспокойтесь, Шенрион, - улыбнулся Данкаент. – Против такой красоты не устоит даже Верховный Легат. Более дивного мальчика не случалось видеть даже ему. Советник Шенрион оказался прав. Уже в пятницу вечером, он сообщил Данкаенту, что не позже, чем через два часа они должны быть на ужине в доме Мариона. Шенрион заехал за Раэтой на своем каре. Советник с интересом оглядел тонкую фигурку, с ног до головы закутанную в покрывала. Но не смог разглядеть даже ступней мальчишки. - И что же там, под этими покрывалами? – с улыбкой спросил Луртен. - Как, что? Подарок! – засмеялся Раэта. - Я уж прямо начинаю тревожиться, - нахмурился Советник. – Может, все же, покажете его мне? - Нет, - легко откликнулся Данкаент. – Это для Верховного. Пусть и для вас станет сюрпризом. - Не переборщили бы вы, Раэта, с оригинальностью. - Не беспокойтесь, Луртен, - сдвинул брови молодой человек. – Если я за что-то берусь, то подхожу к вопросу ответственно. - Ну, что ж, надеюсь на ваше благоразумие и прекрасный вкус. Раэта склонил голову, принимая комплимент. И вот их кар приземлился у Дворца Верховного. Разглядывая особняк, Данкаент вынужден был признать, что Верховный страдает пристрастием к излишней роскоши. Все было так кричаще и помпезно, что у парня просто скулы свело. Но ему полагалось восхищаться домом, что он и делал, пока они с Шенрионом шли к гостиной, где Вионте Мариону было угодно принять их. Подарок пока оставили за дверями, по совету Луртена. Марион встретил их весьма любезно. Даже радушно. Впрочем, это радушие очень быстро могло смениться неприязнью, если бы, скажем, подарок не пришелся по душе. Ужин прошел в милой и непринужденной обстановке. После чего вся компания вновь переселилась в гостиную. - Итак, Раэта, быть может, вы все же изложите Легату просьбу, которая вас так томит? – изрек Шенрион, выбрав удобную паузу в разговоре. - Просьбу? – Марион поднял брови. – У юноши есть просьба ко мне, но он упорно молчит. Почему же? Раэта повертел в руках бокал, и слегка запинаясь, ответил: - Мне кажется неудобным приставать к господину Легату с просьбами в такой момент. Ведь мы же отдыхаем. - Какая скромность! – смеясь, воскликнул Марион. – Полноте, мальчик мой, говорите, я охотно вас выслушаю. - В таком случае… - Данкаент улыбнулся. – Я хотел бы просить господина Легата принять мой скромный подарок. Секунду Вионта разглядывал его. - А он хитрец, Шенрион, не так ли? - Что вы, мой Легат, совершенно бесхитростное создание, - улыбнулся в ответ Советник. - Ну, что ж, где ваш подарок, Данкаент? По знаку Раэты слуги ввели закутанного в покрывала мальчика. Данкаент поднялся и, подойдя к мальчишке, одним движением снял покровы. У обоих мужчин невольно вырвались восклицания. С минуту они лишь молча разглядывали мальчика, потом Марион, наконец, изрек: - Да это просто шедевр! Данкаент довольно улыбнулся, видя, что мужчины просто не в состоянии отвести глаз. Он сам добрых два дня ходил вокруг, разглядывая это диво. - Перед тобой твой новый хозяин, - произнес Раэта, касаясь плеча мальчика. – Подними голову, и покажи господину свои глаза. Мальчик выполнил приказ. Старшие снова застыли, глядя в огромные омуты глаз, затягивающих на самое дно. Кожа мальчишки была цвета топленого молока. Роскошная грива красных волос, благородного насыщенного оттенка, крутыми кудрями спадала ниже лопаток. В паху мальчика был также оставлен маленький треугольник таких же волосков. А вот брови и ресницы были шоколадного цвета, обрамляя необычного изысканного разреза глаза. Слегка увеличенная радужка просто затягивала своим немыслимо густым цветом черного шоколада. На щеках лежал легкий румянец. Стройная, изящная фигурка. Длинные безупречной формы ноги, маленькие, крепкие ягодицы. Изящные кисти и ступни. - Повернись, и убери волосы, - снова велел Раэта. Мальчик повиновался. По позвоночнику, начинаясь от самого затылка, и, теряясь в ложбинке меж ягодиц, шел узор, такого же цвета, что и волосы. На первый взгляд, это казалось татуировкой. Но наметанный глаз мгновенно определил, что это пигментация кожи. - Это… Это просто бесподобно! – восхищенно изрек Марион. Данкаент скромно опустил глаза и добавил: - Мальчик принадлежит к классу «найтэи»(*). - О, это действительно шедевр! – Марион сорвался с места, обошел подарок вокруг. – Благодарю вас за столь ценный дар, Данкаент. Он обучен? - Только теоретически, - улыбнулся парень. - Благодарю, - снова сказал Легат. – Так в чем же заключалась ваша просьба, маленький вы хитрец? - О, ничего особенного, - тут же встрял Шенрион, полагая, что он лучше сможет построить беседу. – Раэта всего лишь хотел испросить у вас должность начальника отдела внешне экономических связей. - У меня? Пусть обратиться к Сайенту. Этот отдел входит в Дипломатический корпус. - Да, мой Легат. Данкаент уже обращался, но Крон-Легат отказал ему. - Почему же? – с легким удивлением спросил Марион. - Потому что у него якобы недостаточно квалификации, - ответил Советник. – На самом же деле… Я думаю, что все дело в том, что Данкаент не входит в клику Крон-Легата. А тот, как известно, не берет в свою бригаду никого, кроме своих. Никого, – подчеркнул Шенрион это слово. – Крон-Легат самолично вершит там дела, не допуская посторонних. Поэтому Раэте и отказали. В весьма грубой форме, надо сказать. Стрела явно достигла цели, Легат нахмурился, повернулся к Данкаенту, и тот удрученно покивал, показывая, как несправедливо с ним обошлись. - Что ж… - протянул Легат, ни видевший перед собой уже ничего, кроме сливочной кожи своего подарка. – Обратитесь ко мне на днях, Шенрион, думаю, я смогу чем-то помочь… Луртен, кивнул, и, схватив Раэту за локоть, не задерживаясь, потащил его на выход. Когда кар уже взлетел, Советник улыбнулся молодому человеку: - Что ж, дело сделано! А вы и впрямь, хитрец, Данкаент. Во сколько вам обошелся ПОДОБНЫЙ подарок? - Не суть важно, Луртен, - ответил парень, развалившись на сиденье, - главное, что он сделал свое дело. На самом деле, подарок влетел Раэте в копеечку. Когда парень отправился на торги, он долго бродил среди красивейших мальчишек, прекрасно понимая, что все это Марион уже видел. Тогда он отправился в секцию эксклюзивного товара. Подобные экземпляры продавались только на экспорт. Пораженный консультант раза три переспросил Раэту, точно ли тот расслышал сумму, запрашиваемую за данный экземпляр. И не поверил до тех пор, пока не получил деньги. Верховный Легат, оставшись один, немедленно велел мальчишке: - Повернись ко мне спиной. Наклонись, и разведи ягодицы. Мальчик покорно выполнил. Марион только восторженно прищелкнул, увидев, что красный узор не заканчивается на копчике, а затейливо обрамляет крошечное, никем не тронутое отверстие. - Восхитительно, - констатировал он, начиная раздеваться. – Ляг на спину, на софу. Подними ноги, разведи их, и согни в коленях. А уже через несколько минут покои Легата наполнили отчаянные крики мальчика… *** Джеттери уже в сотый раз взъерошивал свои, и без того растрепанные волосы. Когда Алента вошел в кабинет, Джет сидел, обхватив голову руками, и гипнотизируя взглядом монитор, словно это могло помочь в решении проблемы. - Никак? – спросил Латион. Сайент покачал головой. И, с раздраженным возгласом, откинулся на спинку кресла. - Я не могу найти выход, хоть тресни, - пожаловался он. – Если бы меня хотя бы никто не дергал, так нет же. - Переключи все контакты на меня и на Арвалиона. Мы справимся. - Да знаю я, что вы справитесь! – отмахнулся Сайент. – Но у меня на прямой связи висит этот тупой посол. А его представитель, с которым приходиться вести переговоры, вообще бьет по тупости все рекорды. Они гнут свою линию, при этом, понимая - Понимая! - что так не получиться. Но идти на компромисс не хотят. Дебилы! И хотят, чтобы выход нашел я. Где я его найду? Пробью башкой стенку? Алента, став сбоку, принялся разминать его плечи. - Еще это совещание сегодня… - пробурчал Джет. – Разорваться что ли на десяток Крон-Легатов? - Ну, уж нет! Чтобы каждый, кто хочет, имел своего Крон-Легатика?! Ни за что! Ты должен быть один! И только мой! Остальных – загрызу! - Всех не надо, - засмеялся Джет. – Загрызи посла. Он обхватил Латиона рукой за бедра, притягивая к себе, и уткнулся носом ему в живот. Секунду они провели так. Потом Алента еще больше растрепал его волосы, и несколькими, привычными движениями, привел прическу Крон-Легата в идеальное состояние. - Ты найдешь выход, - шепнул ему Алента, целуя за ухом. – Мы все в тебя верим. И вера наша незыблема… - Я знаю, малыш, - мягко улыбнулся Джет. И тут на пульте замигал огонек. - О, нет… - простонал Сайент. – Еще и он. Алента нежно поцеловал его в нос. - Держись. Войдя в офис Верховного Легата, Джеттери Сайент был склонен к почтительности менее чем когда-либо. - Я слушаю вас, господин Легат, - произнес он, поклонившись. - У меня к тебе вопрос, - брюзгливо протянул Марион. – Почему ты отказал в должности Раэте Данкаенту? Говоря простецким языком, Джета чуть не «параликнуло» на этом вопросе. С памятью у него было все отлично. И этого самоуверенного придурка по имени Данкаент, он тоже запомнил. Хотя бы в силу наглости. - Потому что, он требовал место начальника отдела по внешне экономическим связям, - отчеканил он. - А что здесь сверхъестественного? Его знания позволяют Данкаенту занять это пост. - Знания?! Да нет у него никаких знаний! – возмутился Сайент. – Как я могу поставить на этот пост человека, который понятия не имеет, с чем ему придется иметь дело?! - Научишь, - лаконично ответил Легат. - Делать мне больше нечего, как учить разных выскочек! – с горечью выпалил Джет. – Я не буду брать его на работу! Удар был внезапным, и настолько сильным, что буквально смел Сайента с ног. В глазах плясали разноцветные искры, лицо заломило дикой болью. Джет попросту потерял ориентацию в пространстве и времени. Пока он соображал, где низ, где верх, Марион подошел к нему, и ничтоже сумнящеся, врезал ему ногой под дых. Бил он от души. Сайенту понадобилась пара минут, чтобы восстановить дыхание и собраться в кучу. Подождав, пока он встанет, Верховный сказал: - Твоя развязность временами переходит границы допустимого. Ты возьмешь Раэту Данкаента на ТУ должность, которую он желает. Я доступно выражаюсь? - Да, мой Легат, - ответил Джет, думая, как бы вернуть равновесие вестибулярному аппарату. - Ступай. И не забудь, ты должен отчитаться на Совете по тем вопросам, которые я тебе задал. - Да, мой Легат. *** Алента вошел в кабинет к Джеттери, принеся кофе. Сайента не было в главном кабинете, но была открыта дверь в потайной. Поставив чашку на стол, Алента шагнул в открытые двери. Крон-Легат обнаружился в ванной. Он стоял, низко склонившись над раковиной, в которую текла ледяная вода. - Джет? Что-то случилось? Сайент поднял голову, его физиономия отразилась в зеркале, и Латион охнул. Левую сторону лица украшал багровый синяк, заливавший глаз. - Всеблагие Боги! - пролепетал Алента. – Кто тебя так?! - А ты как думаешь? – оскалившись, процедил Джет. Латион только всплеснул руками. - Ты не можешь идти на Совет в таком виде! - А у меня есть выбор?! – зарычал Джет, - Этот гад уже напомнил мне, что я должен отчитаться! Как будто я нуждаюсь в его подсказках! - Но Совет через каких-то двадцать минут! Синяк ничем не свести за это время! Что же делать? - Не знаю, - Джет утер лицо полотенцем, сел на стул. – Пойду, как есть. Латион снова беспомощно всплеснул руками. Совет начался с опозданием на каких-то десять минут. Для Верховного Легата это было просто рекордом пунктуальности. Все заняли свои места, и советники тут же обратили внимание, что Крон-Легат возымел наглость явиться на Совет в темных очках, скрывавших пол лица. Пока Верховный разбирался со своими бумагами, Советники бурно обсуждали возмутительный предмет. В конце концов, кто-то не выдержал: - Господин Крон-Легат, можно поинтересоваться, с каких это пор солнцезащитные очки являются непременным атрибутом костюма Высоких? - Если бы они являлись непременным атрибутом, Советник, я немедленно роздал бы их вам всем. Считайте, что это моя прихоть. - Прихоть? – отозвались с другой стороны.- Не слишком ли часто вы позволяете себе прихоти в Совете? Ваш вид оскорбляет Совет. Снимите очки! - С каких пор здесь кто-то взялся приказывать мне? – надменно изрек Сайент. - Дело не в приказах, господин Крон-Легат, - мягко отозвался кто-то третий. – Но все же, это очень грубое нарушение правил. Прошу вас, пойдите нам навстречу, и не шокируйте Совет еще больше. Алента, сидевший справа от Джета, с тревогой увидел, как искривились губы Сайента. - Ну, если Совет настаивает, - протянул Джеттери. – Я не хотел никого пугать, но коль скоро вам так мешает эта мелочь… Извольте! И Джет снял спорный предмет, открывая Совету огромный фиолетовый синяк. Весь зал дружно поперхнулся, а Джеттери издевательски улыбался: - Так как, господа? Что больше шокирует Совет? Вид очков, или этого невольного макияжа на моем лице? - Что ты творишь… - едва слышно простонал рядом Алента. Советники, казалось, прожигали глазами Верховного Легата, но тот продолжал просматривать документы, никак не реагируя на происходящее. - Боги, Сайент, откуда у вас это украшение? – с издевкой произнес кто-то. - О, мы не сошлись с господином Верховным Легатом во мнении по одному вопросу, - насмешливо начал Джет, заставив Латиона искать пути спасения, а Мариона воззриться на него. – И, в конце концов, исчерпав другие доводы, Легат прибегнул к самому весомому из них. Мариону оставалось лишь насмешливо улыбаться. - Так, значит, господин Крон-Легат, - протянул Анер Равалент, - вас можно убедить в своей правоте столь бесхитростным способом? - Вряд ли у ВАС это выйдет, Равалент, - любезно улыбнулся Джеттери. - Почему же? - Потому что! Не могу же я дать сдачи Верховному Легату? А с вами я проделаю это с удовольствием! Большая часть Совета уже откровенно веселилась. Но раньет видел, что улыбочка Мариона напоминает оскал. - Остановись… - прошептал Алента, - Ради себя самого, остановись! Джеттери только окатил его яростным взглядом. - Ну, довольно, господа! – оборвал всех Марион. – Повеселились, и будет. Крон-Легат пропустил удар на тренировке, и стесняется сознаться в этом. Отсюда и шутки. Сайент склонил голову, признавая правоту слов Верховного. - Приступим к совещанию. *** Совет окончился через четыре часа. Вставая со своего кресла, Марион с улыбкой приказал Сайенту: - Следуй за мной. Джеттери лишь поклонился, и направился следом. В кабинете Верховного Марион велел: - Запри дверь! Джет выполнил приказ, и замер, опустившись на одно колено, и кладя ладони на пол. Несколько томительных минут Марион молчал, обходя его вокруг, потом процедил: - Ну, и что ты мне здесь изображаешь? Продолжаешь играть дурачка? Что это был за цирк в Зале? Я тебя спрашиваю! - Простите, господин, я не знал, как выкрутиться из сложившейся ситуации. - Не знал он! И решил выставить на посмешище меня?! Рассказал бы всем, что получил свой синяк в Адальоне. Ты же так любишь туда таскаться. Никто бы не удивился. Вставай и раздевайся! С меня хватит твоих выходок на сегодня! Теперь я повеселюсь! Ну?! Джеттери встал, принялся сбрасывать с себя одежду. Сейчас Легата лучше было не злить. Куда уж больше? Минута, и Сайент стоит перед ним, совершенно обнаженный. - Замечательно, - промурлыкал Легат. – А теперь посмотрим, с чего ты собираешься начать заглаживать свое хамское поведение. Он пошел в потайной кабинет. Джет направился за ним. Остановившись возле кровати, Марион посмотрел на него, как бы говоря: «Начинай». Сайент не спеша, подошел к нему, прекрасно зная, как действует на Верховного вид его тела. Молодого, сильного. Под золотой кожей переливались тугие мышцы хищника. Большого, опасного. Потянулся, закидывая руки за голову. Изогнулся. Легат заметно сглотнул. О, да, Джет знал, как заводит Мариона его красота. Хорошо знал. Сайент подошел к Легату, провел рукой по щеке, по шее. Стал ласкать губами ухо. Он делал все так, как если бы выполнял давно заученный ритуал. Верховный не страдал разнообразием. Помассировать плечи сквозь одежду, опуститься на колени, не убирая рук, потереться лицом о пах… Если думать об этом, сойдешь с ума… Не думать. Делать. Все давно отработано. Ничего нового не будет. Джет расстегнул брюки Легата, освободил уже полу возбужденный орган. Провел языком… Марион застонал от вожделения. Язык Джета порхал по его наливающемуся силой члену, а мысли были где-то совсем далеко. - Соси лучше! Тебя, что твои шлюхи не учили? Учили, меня многому учили, в отличие от тебя. Не думать. Не думать. Делать. Это все давно знакомо, привычно и отработано. Делать. И Джет делает. Делает так виртуозно, как, наверное, не может ни одна шлюха, ни один наложник. Тебе бы, уроду, еще бы оценить… НЕ ДУМАТЬ! Ровно в тот момент, когда нужно, Джет выпустил его член изо рта, и стал покусывать кожу живота, поднимаясь вверх, попутно сбрасывая с Легата одежду. Дойдя до груди, поласкал, также покусывая, соски. Марион дернул его к себе, закрыв рот, поцелуем, если это можно было так назвать. А потом толкнул к постели: - Ложись. На живот. Джет хмыкнул про себя. Можно подумать, он не знал, как надо лечь. Тисканья Легата едва ли можно было назвать ласками. Да он и не пытался подарить любовнику удовольствие. Скорее, сам наслаждался прекрасным телом, предоставленным в его распоряжение. Когда-то Джеттери пытался научить его заниматься любовью, а не трахать своих партнеров, потом понял, что это бесполезно. При его самомнении и эгоизме, он не желал ни замечать, ни понимать, что не доставляет своим любовникам никакого удовольствия. Сначала для Джеттери это было как спорт: смогу, не смогу? Потом стало как-то все равно. Потом начало бесить, и он стал стараться всеми способами избегать контактов с Марионом. Но ведь теперь он решил быть паинькой. Значит, будем паинькой. И он покорно раздвинул ноги, морально готовясь к нелегкому испытанию. Когда Марион грубо, без всякой подготовки, вломился в его тело, Джет с трудом удержал крик. Закусил подушку, стиснул покрывало в кулаках. Не было никакой возможности уйти от этого грубого проникновения. Ни повернуться, ни сменить позу, ни пытаться как-то двигаться, не получалось. А работать своим поршнем этот гад мог очень долго. Что ж, возьмем все в свои руки, как делали не раз… Джет подышал, отрешаясь от боли, раздиравшей тело, и изо всех сил уперся руками в постель, приподнимая бедра и еще шире разводя ягодицы. Поймал ритм, и когда Марион снова вогнал ему до упора, выгнулся еще сильней, стискивая мышцами его член. Над головой раздался глубокий стон. Еще одно такое движение, и Легат кончил. Он рухнул сверху на Джета, с шумом отдуваясь. А Джет молил только о том, что бы на сегодня ему хватило. Но Боги не услышали молитв. - Молодец, - Марион поднялся и подошел к бару, налить себе чего-нибудь. – Еще повторим. Думаю, ты не устал. - О, нет, господин Легат, - ответил Джеттери с улыбкой, надеясь, что она не напоминает оскал. Что вы, какая усталость? Не считая того, что между ног горит огнем, и даже мысль о том, что туда что-то воткнут, вызывает истеричную дрожь. Сайент вытянулся на кровати, глубоко задышал. Через пять минут, пока Верховный попивал вино, не предложив, кстати, ему, организм пришел в норму. Относительно, конечно, но еще один раунд он выдержит, хотя придется постараться, чтобы этим вторым раундом и ограничилось. Тогда, что время тянуть? Начнем стараться. И Джеттери, перекатился на кровати, изогнувшись и выворачиваясь, словно огромный кот, балдеющий от ласки. Свернулся почти клубком, и опять вывернулся, лаская руками свои бедра, живот, грудь, и глядя на Мариона из-под прикрытых век. Да любой наложник обзавидовался бы такому! А Сайент принялся ласкать свой член, закинув голову, прикусив припухшую губу, едва слышно постанывая. Увидел бы его кто-нибудь, никогда бы не поверил, что эта распутная шлюха - тот самый Джеттери Сайент. У Легата, похоже, зашкалило. Масляные глаза, отвисшие от вожделения мокрые губы, руки, елозившие по члену. Джет не открывал глаз. Не хотел это видеть. И так было тошно. Марион подошел к нему, рывком раздвинул ноги, опрокидывая на спину, и прижимая колени к плечам. И навалился всей тушей. Он яростно двигался и двигался, словно в безумии, пытаясь утвердить свою власть над этим телом, если не над душой. А Джет почти рвал покрывало в руках, и кричал. Он кричал честно, от жуткой боли. Но Легат принимал это за крики наслаждения. А может и нет. Любовник кричал под ним, а от чего, не его заботы. Наконец, все кончилось. Марион увалился на постель, и развязно сказал: - Сегодня ты просто умница. Джет лишь опустил глаза, стараясь скрыть нервную дрожь, бьющую тело. - Вина мне налей, и можешь идти. Как же трудно совладать с пробкой, когда руки ходят ходуном. Но он справился. Когда Сайент уже оделся, Легат изрек: - Назначишь на тот пост Данкаента. Ты понял меня? - Да, господин Легат. - И, кстати сказать, поручишь ему тот самый контракт, который изначально я поручил тебе. Бровь Джета поползла наверх: - Это приказ, мой Легат? - Да, Джеттери, это приказ. Я редко отдаю их тебе, и надеюсь, ты его выполнишь. Я лично проконтролирую. - Конечно, мой Легат, - ответил Сайент, внутренне злорадно усмехаясь. В машине Джет вынужден был лечь. Очень хотелось к своему мальчику, который одним лишь нежным прикосновением ладошки дарил желание жить. Джеттери уже, было, открыл рот, чтобы велеть шоферу лететь в Адальон. Но словно свинцовая рука легла на губы. Нельзя, твердило что-то внутри, нельзя сейчас. И мужчина подчинился интуиции. Он приедет домой, приведет себя в порядок, а завтра вечером поедет к Джанни. И его любимый мальчик одной лишь синевой своих глаз смоет с души боль, грязь и одиночество. * Найтэи – дословно: вечно живущие, вечно юные. В стелийской мифологии, вечно живущие нестареющие существа, сродни нашим эльфам. В данном контексте, Найтэи – генетически созданные люди, живущие достаточно долго, при этом, не меняясь внешне.