Mind traps

— Джонатан Фрид, — громко прочитал владелец пиццерии. В руках он держал паспорт, а на столе лежали документы и диплом об окончании школы. Я нервно теребил края рубашки и, казалось, чувствовал, как по виску ползёт капелька пота. Да, я нервничал.       Моё имя, как ни трудно догадаться, Джонатан. Сейчас мне девятнадцать лет. Я окончил школу, но не смогу продолжить обучение в каком-нибудь вузе. Банально нет денег, хотя, как мне кажется, знаний я мог бы наскрести, если бы посещал библиотеку хоть на пару часов в день больше. Или можно было слушать учителя, а не спать. Тоже вариант. — По какой причине вы хотите работать у нас? — спросил директор пиццерии, который самолично принимал новых работников. Никогда бы не поверил, что я один такой особенный.       «Потому, что мы едва сводим концы с концами, у меня не было времени выбирать, и я решил попробовать устроиться в достаточно известную пиццерию "Фредди Фазбер Пицца", которая вполне смогла бы наскрести денег и на жалкого меня». — Я увидел объявление в газете, — начал я говорить не совсем то, что думал, — и решил попытать удачу. Моей семье не хватает денежных средств… Я хотел бы заработать, как и все люди. — Люблю честных людей… Что ж, Джонатан, — легонько улыбнулся Фазбер. — Думаю, что вы нам подходите. Как раз позавчера вакансия открылась… — Правда? — обрадовался я. Владелец пиццерии усмехнулся и кивнул: — Правда.       Я не сумел сдержать счастливую улыбку. — Приступаешь на дежурство с понедельника, — он протянул мне бумажку и ручку. — Это контракт, по которому мы не будем нести ответственность за то, что может с вами случиться. — На выразительный взгляд работодатель лишь скупо улыбнулся. — Мы не знаем, что может произойти. Вы же собираетесь работать здесь охранником ночной смены. Мы довольно популярны, так что воры иногда пробираются к нам именно в тёмное время суток. Будьте готовы отслеживать такие случаи, обезвреживать преступников или сообщать в окружную полицию. Это ваши прямые обязанности, прошу отнестись к этому серьёзно. Мы не очень далеко от полицейского участка, в случае чего они прибудут довольно быстро. Номер будет в вашем офисе, как и телефон.       Да, я понял… Всё-таки действительно нужно брать ответственность за свою жизнь в свои руки, верно? Ставя свою подпись, я думал о том, что необходимый срок работы — неделя. Даже не семь ночей, а пять. Меня уже предупредили, что могут вызвать на ночное дежурство и в выходные дни или, вернее, ночи. А дальше уже моё право — продлевать этот контракт или нет. На самом деле довольно странно: обычно это работодатель приглядывается к сотруднику. Ну и сотрудник, понятное дело…       Я был довольно весел: наконец-то у меня появится работа, пусть и такая специфическая. — Добро пожаловать в наши ряды, Джонатан. — Владелец протянул мне руку. Я пожал её и улыбнулся в ответ. — За вами зайдёт мой менеджер, Стивен Роджерсон. Я попрошу его показать вам ваше рабочее место. Затем приходите за формой и отправляйтесь домой. Вам лучше хорошенько подготовиться. Всё же мы заботимся о здоровье наших работников. Напомню, ваша смена начинается в 12:00, советую не опаздывать. — Спасибо! — Я торопливо сгрёб свои бумаги в старую кожаную сумку (с этим надо что-то делать…) и проследил краем глаза за уходом своего начальника. За дверью почти сразу же послышались голоса. Наверное, директор удачно подкараулил своего менеджера. Стоит заметить, что только в этом кабинете пол покрыт однородной рыже-коричневой, а не чёрно-белой, выстроенной в шахматном порядке плиткой, как в остальных помещениях.       Настроение уверенно поползло вверх. Внутри я сиял: первая работа — один шаг к будущему. Поднакоплю денег, смогу оплачивать дом, а там и устроюсь куда учиться. Думаю, что в будущем смогу совмещать учёбу и работу путём жертвы некоторого свободного времени на сон. Несколько лет, а там сменю работу, куплю машину, а дальше по обстоятельствам. Думаю, мама была бы счастлива, заведи я подружку… Я человек простой — большего мне и не нужно.       Выйдя из небольшого кабинета директора, я наткнулся на высокого мужчину лет тридцати. У него были густые брови, колючая с виду щетина и слегка вьющиеся светлые волосы. Он посмотрел на меня своими тускло-голубыми глазами и улыбнулся. — Так это ты наш новый ночной охранник? — Рад познакомиться. — Я пожал ему руку. — Я Стивен Роджерсон. — Джонатан Фрид. — Пойдём, я проведу тебя на твоё новое рабочее место, — сказав это, менеджер развернулся и пошёл куда-то вперёд. Я последовал за ним. Мы прошли большой обеденный зал, коридор и кухню. Было немного пыльно, с потолка свисали провода, тянущиеся куда-то вглубь комнат. Не сказать, что опасно, ведь провода не оголены, но они не внушали доверия, а странный холод, царящий в помещении, заставлял поёжиться и вселял некие сомнения. Также во всём помещении отсутствовали окна, всё освещали лишь тусклые белые лампочки. По-моему, темновато. Как люди развлекаются здесь помимо поедания пиццы? Тут же проходят какие-то представления? Признаться, никогда на них не был. — Разрешите поинтересоваться, — обратился я к новому знакомому, — почему во всём помещении нет окон? — Есть. В кабинете Мистера Фазбера. А в остальном это такая задумка, — улыбнулся мой провожатый. — Это для того, что бы акцентировать внимание на аниматрониках.       Стивен Роджерсон завёл меня в офис. Посередине стоял немного обшарпанный стул, на столе были разные мониторы, на стене висели детские рисунки и огромный плакат с изображением трёх аниматроников и надписью «Celebrate!». — Вот здесь ты и проведёшь всю рабочую неделю, — сказал менеджер. — В шкафчике фонарик. Форму выдадут при входе, сообщи размер Грэйс. Она будет в зале. Наденешь перед сменой. Подробные инструкции получишь во время ночной смены. Можешь осмотреть пиццерию, если хочешь. Обходы делать необязательно, эти мониторы показывают изображение с камер в реальном времени, — закончив, менеджер собирался развернуться и уйти, но я остановил его. — Постойте, — окликнул Стивена я. — А зачем здесь нужны эти кнопки? — я указал на кнопки по бокам офиса. Одна была бесцветной, вторая окрашена зелёным. Они смотрелись странно.       Менеджер тяжело вздохнул и ответил: — Если что случится, закрываешь двери и вызываешь полицию. Это сделано для того, чтобы можно было принимать к нам людей без особой физической подготовки. Остальное тебе объяснят ночью. Будет краткий инструктаж, там и спросишь, что непонятно.       Он вышел и направился куда-то вглубь здания.       Я ещё раз оглядел помещение, в котором мне придётся работать, и решил выйти, посмотреть на «игрушки», которые мне придётся охранять. В контракте было написано «развлекательные аттракционы», и мне было интересно на них посмотреть.       Я пошёл по левому коридору и заметил какой-то листок на стене, который выбивался из основной массы рисунков печатным текстом. «Правила безопасности: 1. Не бегать. 2. Не кричать. 3. Не пугать. 4. Не гадить на пол. 5. Держаться рядом с мамой. 6. Не трогать Фредди. 7. Не драться. 8. Уйти до наступления темноты».       Хах, интересно, кто-то действительно «нагадил на пол», раз ввели такое правило?       Продолжив путь, я встретил девушку, думаю, ненамного старше меня. Она была одета в серый комбинезон с тёмными рукавами. Её чернявые волосы заплетены в высокий хвост, а длинные ресницы очерчивают яркие зелёные глаза. Характерная форма носа выдавала в ней итальянские корни. В руках девушка держала гаечный ключ. Я мог бы вполне назвать её красивой.       За приоткрытой ширмой я заметил двухметрового робота. Это оказался один из знаменитой четвёрки — красный волк. Я подошёл ближе, чтобы разглядеть его получше. Вместо одной руки у него был крюк. На одном глазу повязка, несколько зубов покрашены в золотистый цвет. Он был одет в коричневые потрёпанные штаны. С ноги у него была снята обшивка, были видны железные детали. Девушка подкручивала какие-то болты на этой ноге. — Простите, — обратился я к девушке. Та сразу же оторвалась от своего занятия и посмотрела на меня. — Вы здесь работаете?       Она снова взялась за дело, продолжая подкручивать болт. — Да, — сухо ответила она. — Вы механик? — Да, — снова кратко бросила брюнетка. — А что это за робот? — Я указал на лиса. — Аниматроник, — поправила механик. — Это — лис-пират. Его зовут Фокси. Странно, что вы этого не знаете. Он тут один из самых популярных. А-а-а, так это лисица… — Я тут в первый раз, если честно. — Она снова взглянула на меня. На этот раз в её взгляде читались удивление и лёгкий интерес. — Вы устраиваетесь на работу? — в её голосе проскочили странные звенящие нотки. — Да. Я буду новым охранником на ночной смене, — гордо ответил я, но по взгляду девушки я понял, что гордиться тут особо нечем. — Меня зовут Джон. — Сара, — представилась и она. — А ты очень занята? — Раз уж мы так сразу перешли на неформальное общение… — Уже заканчиваю. — Она начала прикреплять каркас на ногу лису. — Тогда… может, покажешь мне остальных робо… аниматроников? Я ещё не успел осмотреться здесь как следует, а без «гида» это может затянуться, верно? — Чувствую себя пятнадцатилетним неловким школьником, приглашающим свою первую школьную любовь и по совместительству самую красивую девочку в школе на свидание. Действительно, отчего я так нервничаю?       Девушка немного подумала, затем кивнула.       Закрыв каркас огненно-рыжей обшивкой на ноге Фокси, Сара сняла перчатки и повела меня в главный зал. Она приоткрыла красную шторку, и я увидел трёх роботов. Они стояли, опустив головы и прикрыв глаза. — Тот маскот, что посередине, с микрофоном и в цилиндре, — Фредди. Фредди Фазбер. В честь него и названа пиццерия, — сказала Сара, указывая на медведя бурого цвета. Я не без интереса оглядел его. «Фазбер», хах. Директор явно знает, как быть скромным. — Кролик с гитарой — Бонни. Курица в слюнявчике и с кексом — Чика.       Я окинул взглядом всех троих. На мой взгляд они выглядели как-то тускловато и не особо мило. Может это из-за того, что прожекторы отключены? Эта… Курица меня даже несколько пугала. Вот зачем ей в клюве эти зубы? Наверное, из этой компашки я больше всего симпатизировал медведю. Он смотрелся как-то… Гармонично, что ли? — Пойдём, — она повела меня куда-то за сцену. — А есть ещё? — удивился я. — Да, — ответила Сара и приоткрыла дверь. За ней висела полупрозрачная кружевная шторка. Она была усыпана блёстками и вышита разными витиеватыми узорами. Она красивая. Интересно, почему её повесили здесь, а не где-нибудь на виду? За этой шторкой можно было разглядеть высокий силуэт с острыми ушами.       Сара отодвинула шторку, и перед нами предстал ещё один аниматроник. Маскот был тёмно-фиолетового цвета, с нежно-сиреневым пузиком. У него был пушистый и слегка помятый длинный хвост, кончик которого также был нежно-сиреневого цвета. Над головой возвышались острые лисьи уши. Вытянутая морда была слегка опущена носом вниз. Даже с закрытой челюстью можно было обнаружить острые металлические зубы разной длины, все серебристо-белые. Клыки были чуть длиннее, а угловые зубы шире.       Сам аниматроник был чуть ниже остальных и более пропорционален. Его эндоскелет слегка выпирал, и казалось, будто он обтянут настоящей кожей или шкурой. Особенно выпирали ключицы, наверное, там и открывался каркас. Заострённые щёки слегка приподняты, и острые кончики смотрят вверх. Синевато-голубые глаза слегка приоткрыты. Вокруг глаз были выделяющиеся изумрудные пятна, из-за чего аниматроник напоминал рок-звезду. Маскот стоял будто на носочках из-за чего казался немного выше. Сами пальцы на руках и задних лапах были чуть светлее основного цвета. На всём теле были парные ярко-фиолетовые полосы: на ушах, на голове (пересекали глаза и щёки), на предплечьях, на ногах и только три толстые полоски на хвосте. Ярко-красная бабочка гордо красовалась на шее, скрытой контактными проводами. Маскот был одет в синие штаны на манер джинс, чуть порванные к низу, а с левого бока была прикреплена цепочка. — Ух ты… — только и смог выдавить я. Этот робот заинтересовал меня. — Он у вас новый? — Нет, — быстро ответила Сара. — Он был собран довольно давно. Но он относительно моложе остальных «стареньких», которые у нас сидят в «Безопасной комнате». Если им лет по двадцать, то этому красавчику всего десять-одиннадцать. Мы нашли его на складе. Он был поломан, но отлично работал. Правда, нам пришлось постараться, чтобы заменить его каркас. Он был содран в некоторых местах, а эндоскелет не серийный, явно делался по индивидуальному заказу. Я помню, как чинила его. Пришлось заменить несколько деталей…       Она говорила так оживлённо и возбуждённо, что я заметил блеск в глазах. Ей нравится своя работа или этот конкретный робот? Я снова оглядел аниматроника и даже привстал на цыпочки, чтобы взглянуть ему прямо в глаза. Они были мутными, радужка глаз была выразительно-голубой, с оттенками синего, что напоминало небо. Я перевёл взгляд на небольшую табличку неподалёку от аниматроника. — «Blacky», — тихо прочитал я, затем громче спросил. — Это его имя? Сара ответила кивком. — «Blacky»? Черноватый? Почему чёрный-то? — Мы думаем, что изначально его хотели сделать чёрным, но из-за жалоб администрации покрасили в тёмно-фиолетовый. Посетителям он нравится.       Я осмотрел некоторые рисунки. На них были изображены корявые шарики, подарки, дети и Блэки. Лис радостно улыбался ребятам своими смешно выглядящими на картинках треугольными зубами или играл на гитаре. На некоторых рисунках он дарил детям подарки. Я сразу узнал в образе этого животного лису, в отличии от красного робота. Может это от того, что у «чёрненького» менее широкий, но продолговатый нос? — А зачем этому ро… аниматронику такие когти? Разве это подходит для развлечения детей? — заметил я блестящие острые лезвия. — Не волнуйся. Мы считаем, что его хотели сделать максимально натуральным и приближенным к животному, но вреда он точно не несёт, если только специально в пасть не лезть. Он работает у нас уже два месяца. Ты можешь заметить плакаты с ним, если приглядишься, разгуливая по коридорам. Он наша, так сказать, изюминка, хоть и появился совсем недавно. Лично я считаю его самым интересным. Хочешь посмотреть на него в действии? — А разве его можно включать? — снова удивился я. На это Сара ответила улыбкой. — Ну, никто же не узнает. — Она заговорщицки подмигнула. «Кроме счётчика электроэнергии», — проскочила в голове мысль.       Сара потянулась к аниматронику и провела какие-то манипуляции у основания шеи. Девушка с полуулыбкой покосилась на меня.       Послышались жужжание и странный щёлкающий звук. Глаза Блэки замигали и засветились ярким светом. Он начал медленно поднимать голову и оглядывать нас.       Я раньше никогда не видел аниматроников, а в работе — уж точно первый раз. Когда я подходил к зданию на собеседование, пиццерия ещё была закрыта… — Хм… Ну, привет, — немного неуверенно подал я голос, с интересом глядя на эту диковинку. Глаза аниматроника описали полукруг и остановились сначала на моём лице. Неоновый белый огонёк в центре зрачка напоминал обычную лампочку и портил так старательно нарисованный на линзе чёрный зрачок в насыщенно-синем ободе радужки. Затем взгляд переместился на лицо механика, что с каким-то придыханием наблюдала за действиями машины, потом на белый бейджик с её именем. — Здравствуйте, сотрудники «Фредди Фазбер Пицца»! — приветливо отозвался аниматроник спустя эту паузу в половину минуты и дружелюбно помахал мне рукой. Я заметил, как Сара вздохнула. — У него раритетная голосовая коробка и черепная (мозговая) камера. Более тысячи фраз и куча действий. Блэки, — маскот переключил своё внимание на Сару, — расскажи, что ты умеешь?       Голова робота чуть опустилась, и теперь острый нос смотрел почти в пол. Пасть приоткрывалась и закрывалась при произведении голоса в имитации настоящей речи. — Меня зовут «Блэйк» или «Блэки», серийный номер отсутствует. Я могу классно играть на гитаре и отлично петь. Также я могу играть в некоторые подвижные игры. Меня можно касаться, трогать и гладить, но воздержитесь от вырывания мягкого покрытия. Я понимаю простые команды и умею отвечать на вопросы посетителей. Сервопривод подключён. Вход в систему закодирован.       Я вопросительно посмотрел на механика. — Если ты не знаешь код доступа, ты не сможешь ни включить его, ни выключить. Если, конечно, ты не умеешь взламывать аниматроников, — пояснила Сара с беззлобной усмешкой. — Но этот аниматроник работает полностью исправно и безопасен. — Я умею проводить анализ своего состояния и выявлять ошибки. — тем временем продолжал вещать объект обсуждений. — Меня легко открыть для выявления и устранения неполадок технической системы. Я рассчитан на эксплуатацию в течении пяти лет без дополнительного ремонта и замены деталей. Внутри имеется встроенная система охлаждения для проведения продолжительных работ. Я могу работать в течении 17-ти часов без перерывов на охлаждение. Заряда моей батареи хватает на 5 дней без дополнительной подзарядки. Мой эндоскелет работает по типу пружинного механизма от 1980-го года. Подробности можете узнать в инструкции от производителя. Рад с вами работать, — дежурно выдал робот давно заготовленную реплику. Было заметно использование синтезатора речи в его голосе. Кто-то отнёсся к этому вполне серьёзно, если судить по качеству аудио, лишь лёгкое характерное приглушение и жужжание голосовой коробки выдавали запись, а не настоящую речь живого человека. — Да, он и в наше время будет ходу, хоть пружинные механизмы и были упразднены ещё в 85-м, — удовлетворённо высказала своё мнение механик. — Но я бы внесла некоторые новые данные и обновила базы. Думаю, он немного устарел, хоть и может превосходить остальных по «интеллектуальности». Также я посоветую ремонтному персоналу тщательно вычистить внутренние детали. Они все то ли в ржавчине, то ли ещё в чём. Главное, что он работает и нам не нужно чинить сам процессор. — Девушка постучала по грудной клетке аниматроника. Вместо изначально ожидаемого мною стука вышел мягкий звук, будто костяшки пальцев стучали не по железному корпусу, покрытому натянутой «кожей» с коротким мехом, а по настоящему живому телу.       Я и сам подошёл вплотную к аниматронику. Тот смотрел на меня, закрыв челюсть и не произнося ни слова. Я дотронулся рукой до его предплечья. Оно оказалось мягким. Я провёл рукой по его когтям. Они были твёрдыми, холодными и не внушали доверия. — Всё, хватит его щупать. — Сара оттащила меня от Блэки за шкирку, как нашкодившего кота. — Нам пора. — Блэйк готов к работе. Запрос на выдачу музыкального инструмента, — напомнил о себе робот.       Его взгляд отчего-то показался мне необычно живым. Голос не выдавал вопросительной интонации, однако про себя я истолковал эту реплику именно как вопрос. — Прости, но сейчас у нас нет для тебя гитары, — безучастливо бросила Сара и зашла роботу за спину. — Поспи ещё. Лампочки в глазах потухли. Опустились руки, уши и голова, а крашенный мех с кончика хвоста распластался по полу. Про себя я решил, что этот аниматроник несколько странный, но всё же есть в нём что-то притягивающее. Хотя, я и не видел других в действии. — Кстати, — начала Сара. — Ты же у нас на ночной смене, так? — Да. — Иди домой, выспись, тебе ночью на работу. — Я выхожу на смену с понедельника, — заметил я. — Короче, иди. — Девушка буквально выпихнула меня из комнаты, и я вышел на сцену, где стояли Фредди, Бонни и… Чика, кажется… И всё же она жуткая.       Сара закрыла дверь на ключ и, проходя мимо, сунула мне какую-то бумажку. Это оказалась визитка. С обратной стороны был номер телефона. — Если что, обращайся, — сказала она, уже входя за красный занавес. — Услуги ремонта стоят не так дорого, как чинить здоровенных аниматроников. Это тебе не тостер.       Сара скрылась за занавесом.       Я просто сиял от счастья. Сегодня я удачно устроился на работу и нашёл себе подругу-коллегу. Интересно, мы пересечёмся завтра?       Тут по спине пробежали мурашки. Почему-то вдруг воздух стал сухим и тяжёлым. Я в недоумении повертел головой и случайно встретился взглядом с фиолетовым кроликом. Его малиновые глаза смотрели прямо мне в душу, хотя пол минуты назад, когда Сара была со мной, он смотрел в пол. Меня передёрнуло от жуткой мысли, но я тут же ударил себя по лбу. — Ну ты дурак! Уже думаешь, что какой-то робот следит за тобой!       Я двинулся вперёд, пристально следя за взглядом маскота, но тот и не думал отводить его от невидимой точки. Я с облегчением вздохнул. Показалось.       Я вышел из-за красных штор. Мне выдали сиреневую форму охранника и золотистый значок. Я благодарно кивнул, положил вещи и отправился домой. Нужно будет рассказать матери, что я подошёл. Думаю, она обрадуется…

***

      Джонатан Фрид. Сара никак не могла понять, что в нём могло привлечь её внимание — он был до ужаса обычным. Его внешность была достаточно посредственной и никак не выделялась. Несколько несуразный забавный парень, чем-то похожий на лягушку. Правильные брови-дуги, широкие губы, уголки которых смотрят вниз, широкие острые скулы, большие уши и кое-как приглаженные каштановые волосы и тёплые карие глаза, на щеках след веснушек.       В характере тоже ничего сверхъестественного она не обнаружила, однако Сара отчего-то чувствовала тягучую тоску и досаду от того, что его ждёт в будущем. Никакой охранник ночной смены надолго не задерживается. Он либо плюёт на контракт и сбегает от греха подальше в другой город, либо терпеливо отсиживает неделю и увольняется, либо… Лежит в морге хладными кусками плоти, в которых с трудом можно угадать человека.       Сару передёрнуло. Да, она знала, что творится в этой пицеррии. Знала и не могла ничего сделать, лишь молчаливо следовать инструкциям, негласно поддерживая этот ужас. И от этого она чувствовала себя отвратительной. Сколько людей погибло, дабы просто сдержать чёртовых аниматроников в здании? В их отсутствие этим занимается один знакомый «специалист», которого приглашает Фазбир. И платит ему бешеные деньги за это.       Сервоприводы нельзя отключать.       Дети так любят бездушные машины-убийцы, до процессора пропитанные человеческою кровью.       Сколько охранников вернулись с ночной смены по кускам из костюмов и сколько так и не было вытащено? Не все смерти были оглашены. Иногда хозяину просто не удаётся спрятать куда-то труп и его находят «непосвящённые» работники пиццерии. Сара думала подать заявление в полицию на Фазбера. Он буквально отправляет людей на смерть и ведёт себя так, будто не на нём лежит смерть многих людей. Но доказательств нет.       Вообще, у серии пиццерий была довольно мрачная история, в детали которой её не посвящали. Но она находила газеты. Убийство. И не одно. Смерть будто преследовала эти заведения, где бы они не открывались. Почему? Как, чёрт возьми, они ещё работают?!       Сара глубоко вздохнула и отпила из чашки горячего чая, коря себя за беспомощность. Она ничего не может сделать. Остаётся только продолжать просто делать свою работу.

***

      В тёмном помещении, где царила тишина, засветились два огонька. Неоново-алых огонька. Аниматроник метал взгляд из стороны в сторону, затем сделал уверенный шаг. Он, скрипнув острыми зубами, быстро вышел из комнаты, слегка пружиня и махая длинным хвостом. Его движения не были похожи на движения остальных. Они тоже открыли глаза, светящиеся бездумной яростью. Три пары белых огней жаждали крови. Три аниматроника, медленно шагая и опираясь на полную ступню, сошли со сцены. Они не чуяли присутствия человека, поэтому просто бродили по зданию. Фокси не вышел. Он остался в «Пиратской бухте».       Тёмно-фиолетовый маскот присел на край сцены и начал наблюдать за остальными, бездумно ходящими по залу аниматрониками.

***

Где же ты прячешься, ▒▓║╒╓█␥ ⎝▉╏▊?