Sleepy rabbit
14 марта 2020 г., 11:09
Ветер разносит свою песню через щель в единственном окне по всей комнате. Но в других помещениях слышится лишь упрямый гул, в одной конкретной каморке начисто скрываемый за шумом работающих лопастей шумного вентилятора.
Джонни навалился на стол, опустив усталые веки. Он тут же провалился в темноту. Его вызвали работать в ночь субботы, что в конец вымотало его. Они с Винсентом прошерстили вчера все три здания, как и планировалось. Они бегали из одного конца города в другой. Ноги гудели от столь долгих пеших прогулок, а голова не хотела соображать от усталости.
Аниматроник за спиной усмехнулся. Охранник вырубился настолько быстро, что он ещё даже подойти не успел. Совсем головой не думает, а если бы что-то случилось? Блэки неторопливо стаскивает фиолетовую фуражку с взлохмаченной головы и надевает на себя. Ему всегда нравилась форма охраны, в отличие от одного его хорошего знакомого, который её из принципа ненавидел.
К сожалению, Блэки так и не довелось померить эту форму, а сейчас он просто порвёт её. Но ему доставляло какое-то эстетическое удовольствие и просто нахлобучить себе на голову фуражку. Лис оценил свой вид в отражении стекла.
Он широко оскалился и повернул вытянутую морду к экранам. Ему не было нужды следить за камерами видеонаблюдения, но это был один из немногих способов развлечь себя без возможности выйти из офиса охраны. Он не мог просто так оставить этого беззаботно спящего человечка здесь. Вероятность того, что другие аниматроники настигнут его, всё ещё велика.
Этот ночной охранник… Он так крепко уснул. Так спокойно доверил свою жизнь в руки того, с кем знаком даже чуть меньше недели?
Нужно оправдать это доверие.
Чем сильнее Фрид доверяет ему, тем лучше. Так и надо.
Блэки ухмыляется, надавливая хвостом на кнопку, активирующую дверной механизм.
Пока что всё идёт по плану.
***
Новый день встретил меня… Крайне неоднозначно. Проснулся я от несильного, но достаточно грубого толчка в плечо. Потом до меня донеслись странные тревожные голоса. — М? Что?.. — Я приоткрыл глаза, медленно соображая, что… Я вскочил, сонливость как рукой сняло. Девушка-официантка вздрогнула. Позади неё я заметил вытянутое лицо менеджера пиццерии. Я. Заснул. На. Работе?! — Ах! Эм… Простите, это… — я начал что-то бормотать в оправдание, чувствуя страх. Что случится, если меня уволят? Почему-то это наводило на меня бóльший ужас, чем очередная приближающаяся ночная смена. Рука Стивена сжала моё плечо. — Слушай, всё в порядке. Мы… Просто немного волновались, когда ты не открыл дверь. Я поднял глаза и увидел доброжелательную улыбку Роджерсона. Мне кажется, что он был немного… Эм… Порумяней при нашей первой встрече. — Впредь прошу вас не спать на рабочем месте. Это в ваших же интересах. — Менеджер серьёзно посмотрел мне в глаза. — Конечно, — чуть более «отрезвлённым» тоном ответил я, поправляя фуражку. Стивен кинул на меня неоднозначный взгляд и, развернувшись на каблуках, направился в коридор. — Эм… Я могу сделать вам кофе, — напомнила о себе официантка. Я удивлённо посмотрел на неё. — Эм… Ну, вы так утомились на работе. Я подумала… — Да, спасибо. — Сколько ей? Шестнадцать? Кажется, она здесь недавно. Я поднялся со своего места, и мы следовали в сторону кухни. — Здесь есть кофемашина для сотрудников? — Да, а вы не знали? Можно налить себе до трёх чашек в день. — Ну, мне всё равно выходить… Который час? — вспомнил я, поскольку здесь существует только искусственное освещение в силу отсутствия окон, и было трудно определить время даже на глаз. — Эм… Где-то полседьмого. — Как вы вошли внутрь? — поинтересовался я. Из персонала я обнаружил двух косо посмотревших на меня уборщиков. — А… Первым пришёл Боб, он не смог открыть дверь. Вы не открыли и после стука, поэтому он ушёл… Курить, — девушка-официантка, имени которой я до сих пор не знал, замялась. Похоже, она не была уверена, стоит ли говорить мне о чьих-то вредных привычках. Хотя, мне всё равно. Притом, я вообще не в курсе, что ещё за Боб? — Мы поговорили и… Ну… В общем, Боб согласился позвонить менеджеру. Он приехал очень быстро, и десяти минут не прошло. Он выглядел… Эм… Взволнованным. Я усмехнулся. Непроизвольно. Конечно, «взволнованным». Не в этот раз, роботы. Не в этот раз, Фазбер! Кстати, что-то я директора ни разу не видел. Что ж, всё равно скоро свидимся. Кто-то всё же должен оплачивать мои услуги ночного сторожа (читай: «приманки»), хех… Я не спеша выпил американо, заботливо подслащённое юной официанткой, наблюдая за тем, как постепенно подтягиваются сотрудники пиццерии. Некоторые поприветствовали меня. Я ответил им лёгкой улыбкой и кивком. Похоже, люди вполне не против моей задержки на утренний кофе. Возможно, у меня даже получится влиться в этот коллектив… Да, я планирую остаться на этой работе. Всё-таки лис исполняет свою часть уговора: он не отдал меня сегодня на растерзание другим «зверюшкам». Хотя от мысли о том, что робот всю ночь крутился вокруг, как здоровенная, бешеная собака… Кхм-кхм. В любом случае, мне нужно исполнить и мою часть сделки. Сегодня воскресенье. Надеюсь, меня не вызовут этой ночью. Нам нужно будет проникнуть в одно из заброшенных зданий из сети пиццерий «Фредди Фазбера». Я ещё не до конца уверен, будет ли там вообще охрана. Хотя, насколько я понял, они и после закрытия нанимают охранников. Хотя не уверен, что тот же регламент действителен в течении ещё десяти лет после закрытия. Первым делом я решил отправиться в старое «новое» здание. Хех, а как звучит-то… В общем, это было то самое здание, где, кажется, и было совершено убийство. Да, вроде бы, это именно оно. По словам Блэки, есть ещё две пиццерии. «Центральная пиццерия», по совместительству являющаяся и главным техническим центром, и «Дом», так же выполняющая функцию сервисного центра. Вроде как в первой этих аниматроников делали, а во второй производили и копировали чипы, разрешали всяческие неполадки в системе. Как бы ни было неожиданно, во всех трёх происходили инциденты со смертельным исходом, но, судя по тому, что рассказал мне фиолетовый лис, все аниматроники должны быть давно разобраны или должны быть в нерабочем состоянии. Ключевое — «должны быть»! Мне кажется, что стоит запастись шокером каким-нибудь, а то кто знает, что может произойти. Я выкинул пластиковый стаканчик в мусорку и отправился сменить рабочую форму на свою оставленную в шкафчике одежду. Когда я расстёгивал последнюю пуговицу рубашки, то краем глаза заметил охранника дневной смены. Тот уже успел облачиться в форменные брюки и на ходу накидывал на плечи сиреневую рубашку. Я успел заметить какие-то жутковатого вида шрамы на пояснице. Я, конечно, не специалист, да и не разглядел я повреждений толком, но его ножом пырнули, что ли? Жуть. Натягиваю тёплую кофту поверх майки. Октябрь как-никак, и сейчас довольно прохладно. Зимой будет Рождество. Думаю, смогу поднакопить немного и купить маме что-нибудь приятное к празднику. По дороге к выходу я встретил Сару, поздоровался и тут же попрощался. Я не знаю, насколько долго я останусь на этой должности, но, думаю, что достаточно для того, чтобы успеть познакомиться и пообщаться и с другими коллегами. Но сначала дело! С довольно солнечными планами на будущее я направился домой. Пешком, ведь я пропустил автобус. Но даже это не омрачило моего настроения.***
Ночь накрыла наш не самый крупный городок. Я взял с собой сумку, в которую предусмотрительно уложил аптечку, на случай, если мы где-то поранимся, фонарик, ведь вряд ли внутри будет освещение, да и если бы было, мы бы не стали его включать. Вдруг заметит кто? А также я уместил небольшую бутылку воды. К счастью, звонка от моего начальника я так и не дождался, что означало, что эту ночь я могу потратить, как и планировал, а если быть точнее, облазить потенциально опасные здания. — Здоров, Джон! — Меня ощутимо хлопнули по плечу, отчего я непроизвольно дёрнулся всем телом. — Не пугай меня… И что это на тебе? — Я приподнял одну бровь, показательно разглядывая самодельную маску террориста из носка. — Как что? Маскировка! — Ты придурок, — не спрашиваю, а утверждаю. — Не волнуйся, у меня и для тебя одна есть… — О нет, избавь меня от этого. И сам сними! Спустя полтора часа, одна третья которого была потрачена на ожидание ночного транспорта, который, как оказалось, ходил ещё реже, чем вечерний. И это понятно. Сама старая пиццерия, оказавшаяся где-то почти что на окраине западной части города, оказалась… Не слишком впечатляющей. Нет, она бесспорно больше той, в которой я работаю. Но… На самом деле я не знаю, чего я ожидал. По периметру не было охраны, но я всё ещё опасался, что внутри может кто-то быть. Только поэтому я согласился напялить эту идиотскую маску вора из третьесортного боевика. Только по этой причине! Парадная дверь была закрыта, как и ожидалось в принципе. Никакой ограды вокруг самого здания не было, что уже хорошо. Я уже хотел было предложить ломать замок, как Винсент предложил осмотреться. Мы немного покружили вокруг бывшей пиццерии и обнаружили задний вход. Он тоже был закрыт, но сама дверь заметно расшаталась. С горем пополам мы смогли открыть её. На обратной стороне виднелись жуткие следы. Дверь была поцарапана и по ней тянулись грязные полосы. Я сковырнул кусочек чего-то засохшего. Не сразу мне в голову пришла мысль, что это может быть кровь. Эти следы действительно похожи на то, будто кто-то пытался удержаться за эту дверь, разбивая свои пальцы и ногти в кровь. Картина явственно встала у меня перед глазами. Меня передёрнуло. Ужас. Не хочу об этом думать… — Воу, Джо, глянь сюда! — окликнул меня ушедший вперёд Винсент. Кажется, он не обратил внимания на дверь. Я направился к нему и побыстрее. Почему те следы не стёрли? А вдруг они появились уже после закрытия?.. Когда там она закрылась? Около шести лет назад? Это 1987-ой? Когда я прошёл к голосу друга, я увидел… — Ты что делаешь? — Я окинул взглядом Бэя, что уселся на пластиковой утке и отталкивался своими длинными, согнутыми в три погибели ногами, принудительно вызывая движение карусели. — Слезай давай, мы здесь по делу. — Да ладно тебе, мы что, не можем немного повеселиться? — Винсент криво улыбнулся и зашуршал чем-то в кармане на груди. Я уже знал, что он достанет оттуда. — Чёрт с тобой. — Я отмахнулся от этого несносного курильщика и пошёл в другую комнату, краем глаза замечая поднимающийся к потолку дым. Порой это действительно раздражает. Дверь открылась с тихим, но заметным скрипом. Кабинет директора. Бывший. На стенах фотографии в рамках. Видимо, прошлые владельцы пиццерии. Хотя, я не уверен в этом. Строгие взгляды, некоторые тепло улыбались. Одна фотография была особенно жуткой: какой-то мужчина, казалось, смотрел прямо на меня жутким, немигающим взглядом. Ни единой эмоции на лице, этим и жутко. Тёмные провалы глаз контрастно выделялись на, кажется, мертвенно-бледном лице. Одним словом, жуть. Я включил фонарик, чтобы лучше осмотреться. Письменный стол был пуст и покрылся солидным слоем многолетней пыли. Н-да, сразу видно, что тут никто давно не убирался. Я заглянул в ящики стола. В первом была лишь паутина, а второй и вовсе не открылся. Я дёрнул сильнее, но он опять же не поддался. Хм… Может, Винсент сможет его открыть. Меня посетило разочарование. Здесь нет никаких ключей или полезных записей. Ну, ладно. Всё же главная цель — найти «Save room». Я решил напоследок посмотреть на фотографии при свете — возможно, они будут казаться не такими жуткими. Они оказались цветными. Луч света перебегал с одной на другую, пока… Я похолодел. Та фотография… Это была не фотография, это было окно. И сейчас за ним никого нет. Я сделал несколько шагов назад на ватных ногах, пытаясь подавить страх, расползающийся холодом внутри грудной клетки. Меня словно ветром снесло в соседнюю комнату. — В-Винсент… Кажется, нас кто-то видел, — я говорил неуверенно и сбивчиво, язык заплетался. Тот мужчина… Он точно не охранник. Возможно, он следит за нами. Мне стало крайне не по себе. — Если через двадцать минут к нам не нагрянет наряд полиции, то всё окей. — Он почесал раскрасневшийся нос и беззаботно махнул рукой, в которой между пальцев сжимал свою сигарету. — Как ты можешь быть таким расслабленным?! У нас, возможно, проблемы. Нет, не так, у нас проблемы! — Джонни, мне кажется, это ты себя накручиваешь. Сам подумай, кто здесь может быть? Бомжи? Случайные прохожие? — А вдруг маньяк какой? Ты вообще новости смотришь? — Ха-ха-ха, тогда мы сами его и повяжем. — На лице расползлась глупая, кривая улыбка. Он явно уже укурен… Чёрт. — Ты с ума сошёл?! — А что? Нас двое — он один. — А если он вооружён? — А кто сказал, что мы не вооружены? — Вот… Погоди, в смысле? Бэй без лишних слов вытащил из кармана мешковатых джинсов зелёный перочинный ножик. — Боже, пожалуйста, скажи мне, что ты несерьёзно… — жалобно взмолился я, наблюдая за тем, как человек в неадекватном состоянии играется с ножом. — Ну так это… Короче, пошли! Дело не… Ждёт! — всё так же поигрывая ножом правой рукой и держа дымящуюся сигарету со странным, сладковатый запахом в левой, Винсент уверенными шагами направился… Куда-то. — То тебе лишь бы закинуться, то ты делом заняться хочешь… — Да не волну-у-уйся ты, Джонни! Если что, я защитю… Защиту себя! Ну, и тебя. В этот момент я подумал, что один фиолетовый лис звучал всё же намно-ого убедительнее. Господи, я знаю его неделю, а уже доверяю больше, чем другу, с которым знаком пять лет! Кстати, по сути, что я знаю о Блэки? Ему было в районе двадцати, когда он умер. И… Это всё. Думаю, стоит устроить небольшой вопрос — ответ. Вернул в состояние тревоги меня странный лязгающий звук из другого конца пиццерии, эхом отразившийся от стен. — Что это было? — Что «это»? — Винсент по очереди моргнул краснеющими глазами. — Ясно всё с тобой, нарколыга… — Я пытался успокоить себя тем, что со мной друг, но страх всё же медленно поражал меня. Тот человек всё никак не выходил из головы. Он казался… Действительно обычной фотографией. Будто неживой… Снова лязг, будто ударили металлом о металл. Скрип. Я узнал эти звуки. Аниматроник. — Твою мать… Уходим, Винс! — Я потянул друга к выходу, схватив того под локоть. Тот вяло поплёлся за мной на заплетающихся ногах. Что он там такое курит, чёрт возьми?! Я резко замер у двери. Тёмный силуэт стоял прямо в дверном проёме. Это был мужчина, кажется, в осенней куртке. Я не видел его лица, оно было в тени. Меня слепил свет фонаря за его спиной. Я прищурился и глубоко задышал. Мы стоим и смотрим друг на друга. Молча. Его глаза… Снова те самые пустые, бездушные глаза. Я застыл в нерешительности, когда послышался скрип старых петель. Я не сделал и шага в сторону двери, когда та с грохотом захлопнулось. Что-то с шумом подпёрло её с той стороны. Меня охватил дикий ужас. Ноги, кажется, задрожали. Может ли быть, что… Я только что видел «Фазберского убийцу»?! Я упал на колени, увлекая Винсента за собой. Тот с недовольным ворчанием повалился следом за мной. — Блять, Джо, отпусти… — Я с трудом разжал побледневшие не только на костяшках пальцы. Бэй с шипением потёр красный след на своём предплечье. — У меня же останется синяк! — Т-тише! Заткнись! — выдохнул я шёпотом, не в силах повысить голос. Твою мать… — М-м-мы в дерьме, Винсент. Он н-на улице… — Ну а мы внутри, — беззаботно ответил Бэй… — Твою мать! Твою мать, Винсент! — свистящим шёпотом надрывал я горло, схватив этого придурка за плечи. — Он запер нас здесь! Он сторожит нас снаружи. Он не добра нам хочет, Винсент! Мы можем не выйти отсюда больше… Блять… — Джо, что ты истеришь сегодня, хех? Всё в норм… Я со всей дури ударил его по скуле. Бэй схватился за повреждённое место и широко вытаращил на меня глаза. — Всё ненормально! Пойми ты, дерьма кусок, мы в очень глубокой заднице! Мы реально встретили какого-то урода! Он явно что-то задумал! Мы можем уже не выбраться из этой пиццерии живыми! Твой чёртов нож нам не поможет! Что ещё ты можешь сделать? Травой своей в него кинешь?! Мы можем сдохнуть прямо здесь, Винсент, сдохнуть! Я глубоко и хрипло задышал после только что выданной тирады. — Ох… — Винсент опустил глаза и не ответил мне. — Нам… Нам нужно что-то сделать… — Я выдохнул, отходя от внезапного приступа гнева, поднялся на ноги и посмотрел на всё ещё сидящего на холодной кафельной плитке друга. Я протянул ему саднившую после удара правую руку. — Прости. — Хех, ничего, это же я виноват?.. — с вопросительной интонацией пробормотал Винсент, принимая помощь. — Но, кхм, если он хочет нашей смерти, то почему он оградил нас от себя? Ответ явил себя механическим жужжанием с потолка.***
«Клик», — оповестила кассета, что запись окончена. Мужчина глубоко вздохнул, отхлебнул воды и прочистил горло. Он говорит без перерыва уже довольно длительное время, нужно иногда давать голосовым связкам отдохнуть, ведь есть риск и голос посадить. А у него ещё две кассеты не записаны! Мужчина улыбается и проверяет камеру с пиратской бухтой. Оттуда уже лениво выглядывает лис-пират, вяло начиная своё движение. — Уже четыре часа, Фокси. Прости, но я не дам тебе навестить меня. — Он снова улыбается. Он всегда любил Фокси. Мужчина ещё раз прочищает горло, вставляет следующую кассету с пометкой «3» и начинает говорить. Он сам согласился продежурить эту ночь вместо того молоденького парня, который, по словам его кузины Сары, выглядел необычайно хорошо для того, кто был вынужден терпеть угрозу своей жизни и для того, кто уже дважды побывал на волоске от смерти — буквально в лапах аниматроников! А недавно он узнал от Стива, что тот ещё и уснул! Нет, он точно в рубашке родился, не иначе. И рубашка эта из титана. Нельзя никак по-другому объяснить его невероятную удачу. Мужчина продолжает говорить заранее заготовленную речь, иногда запинаясь. Ему было намного уютнее разговаривать с живым человеком по телефону, а не с самим собой. Он был уверен, что он в опасности. Что-то изнутри тревожило его, хотя аниматроники сегодня крайне не активны, как будто им всем разом выставили «low». Энергии было ещё трать — не хочу. Хоть закройся на всю оставшуюся ночь. Но кошки всё равно скреблись где-то в глубине души. Как раз вовремя он вспомнил о дверях — Бонни подобрался довольно быстро. Только мужчина потянулся к кнопке, закрывая дверь. Новая кассета. «4». Он не видит особого смысла записывать и пятую. По сути, пятая ночь никак не отличается от четвёртой, разве что роботы становятся более агрессивными. — Э-э, ну, слушай, меня завтра может и не быть, чтобы отправить тебе сообщение. Раздался довольно громкий стук в дверь. Всё так хорошо начиналось. — Э-эта ночь выдалась для меня плохой. Гм, я-я типа рад, что записал свои сообщения для тебя, — мужчина кашлянул. — Э-э, эй, сделай мне одолжение. Стук в дверь. — Может, когда-нибудь ты проверишь внутренности костюмов в закулисье? Стук в дверь. — Я попробую продержаться на этой работе, пока кто-нибудь не проверит. Может, всё будет не так уж и плохо. Стук в дверь. Слишком долгий и настойчивый для Бонни или же Фокси. — Э-э-э, м-м-м-мне всегда было интересно, что в этих пустых головах на заднем плане. — Его уже действительно начал нервничать этот стук, хотя, казалось бы, не было причин. Всё было относительно в порядке… Он уже собирался закрыть и вторую дверь, как… Свет вдруг погас. Он замер в удивлении и ужасе одновременно. Что произошло? Как же так, энергии ведь было ещё вагон? Откуда-то издалека начал проигрываться марш Тореадора. Казалось, мелодия постепенно становилась громче. — Ты знаешь… — Мужчина прильнул к динамику, шумно выдохнув в него. Внезапно мелодия превратилась, так же резко, как и началась. — О, нет… С криком аниматроник набросился на него, больно схватив за плечи и сильно прижав к стенке. Что-то неприятно впилось, казалось, прямо в позвоночник, заставив человека коротко вскрикнуть. Затем его с силой оторвали от стены и подкинули в воздух, ещё сильнее сдавливая плечи, по которым наверняка уже начали расползаться пока что красные предвестники синяков. «Клик», — кто-то нажал на кнопку, прерывая запись. Мужчина задержал дыхание, широко раскрыв глаза. — Ты хочешь увидеть, что там, да? — шепчет чей-то голос прямо на ухо, не обдавая, однако, дыханием. Вокруг кромешная тьма. И только удары своего сердца слышит он. Лапы Фредди до боли крепко сжимают плечи, но больше не тормошат из стороны в сторону, оставляя всё новые гематомы. — Ты увидишь, обещаю. Можешь не волноваться по поводу других людей, Харри, один уже узнал всё, что нужно. И этого будет достаточно, поверь мне. — Ч-что?! Кто ты?! Откуда ты?.. В темноте зажглись две белые точки механизированных глаз. Очень близко. Глаза Фредди. — Тебе стоило выбрать другую работу, Харри. Ту, что предлагал тебе мой отец, — продолжил говорить неизвестный за спиной. — Э-эм… П-подожди, я… Я не понял… Кто т-ты? — Твой старый друг, хотя это и не важно сейчас. Ведь мы не увидимся больше. Прощай, Харри. — П-подожди! — Кости захрустели, сминаемые сильными механическими лапами медведя. Харольд закричал, пока ещё один механический зверь не сдавил его горло. Из глаз потекли слёзы. Лучше бы ему в этот момент сломали шею — будет думать Харольд по дороге в мастерскую, чувствуя, как его безвольно болтающиеся ноги иногда касаются пола.
