Весна. Чонгук. Пиздец.

- Отпусти меня, - шепчет Чонгук и сжимает толстовку Тэхена на груди. - Нет, Чонгук, - спокойно отвечает Ким, прижав к себе парня еще плотнее. - Я не отпущу тебя, даже не надейся. - Тэхен проводит вверх по спине Чона широкой ладонью и даже через черную кожаную куртку чувствует, как содрогаются его плечи. - Зачем ты пришел? - тихо спрашивает Чонгук, сдавшись. У нет сил злиться, ненавидеть или прощать... Тэхен просто выбрал не то время. Или наоборот вовсе. Чонгук злится сам на себя, ненавидит себя же за свою наивность, ему настолько осточертела вся эта хрень, что он уже не в состоянии о ней думать. Он решает пустить все на самотек. Ему плевать. Тэхен ничего не ответил. Он отпустил парня, наклонился и принялся развязывать его шнурки. А Чонгук как будто к полу прирос, ни шагу сделать не может, ни просто пошевелиться. - Что ты... Что ты делаешь? - сглатывает он, не отрывая от Тэхена влажных от слез не понимающих глаз. Тэхен продолжал молчать. Закончив с одним кроссовком, Ким принялся за второй. Когда же Тэхен закончил, он аккуратно стянул кроссовок сначала с одной ноги Чона, а потом с другой. Он вырямился, наскоро стянул ботинки и со своих ног. Подметив про себя, что без кроссовок Чонгук кажется еще ниже, Тэхен мысленно улыбнулся. Чон продолжал стоять как вкопанный, только изредка моргая и шмыгая носом. Тэхен подошел к парню совсем близко и потянул за молнию на его куртке. Та с характерным звуком скользнула вниз и Тэхен едва не поперхнулся от неожиданности: на Чонгуке не было футболки. - Ты что, свехнулся? - раздраженно произнес Тэхен, сдвинув брови. - Я забыл... наверное, - неуверенно выдавил Чонгук и опустил взгляд в пол. Тэхен бросил еще один взгляд на подтянутое накаченное тело Чонгука, быстро стянул с себя толстовку, оставшись в рубашке, и протянул ее парню. - Я не... - начинает Чонгук, но Тэхен, недовльно цокнув языком, придвигает парня к себе и сам натягивает на него большую черную толстовку. - Я же дома, у меня есть свои вещи... - пробормотал Чон и вдохнул, сколько есть сил, стараясь скрыть это от Тэхена: запах Кима пробрался в ноздри и Чонгук чуть не застонал от удовольствия. Тэхен пах каким-то горько-кислым одеколоном и молочным шоколадом. - Идиот, - бросил Тэхен, беря Чонгука за руку, и повел на кухню, - Мне нужно поговорить с тобой. - Но я... - Головка от хуя, - заткнул его Тэхен и усадил на стул, убедившись, что Чонгуку не холодно. Ким опускается на стул напротив Чонгука и смотрит на него, почти не мигая. Пролетает минута. Он начинает. - Привет, - у него почти получается улыбнуться. Чонгук непонимающе смотрит на него, натягивая рукава до кончиков пальцев. Все еще не понимая, что задумал Ким, Чон решает играть в его игру. - Привет, - неуверенно отвечает он и смотрит парню в глаза. - Меня зовут Ким Тэхен, - Тэхен делает паузу, - Я живу в центре Сеула и учусь на саксофониста. Мой лучший друг - Мин Юнги, мы дружим с детства, пусть жизнь и пытается нас разделить, мы никогда не допускаем этого. Мои родители и младший брат живут в Румынии, я не поехал с ними, потому что сказал, что хочу остаться. Они разозлились и уехали. Это было почти семь лет назад, и с того дня я больше не видел их. Мне тогда было всего шестнадцать, и я стал жить вместе с Юнги и его матерью. Она была прекрасной женщиной. Но через два года, - Тэхен замолчал, и Чонгук заметил, как побледнело его лицо, - Ее не стало, - тихо добавил Тэхен и продолжил. - Мне нравится ледяной латтэ и молочный шоколад. Я люблю дождь, - Тэхен смотрит Чонгуку точно в глаза и шепотом добавляет, - И тебя. Чонгук не понимает, что происходит. Выходит, тот Тэхен, которого он знал, и не Тэхен вовсе? Пролетает несколько секунд, прежде, чем до Чонгука доходит то, что Ким сказал в самом конце. - Меня? - недоверчиво спрашивает Чонгук и часто моргает. - Тебя. - кивает парень. - И, выходит, ты не учишься в моем универе? - Да, - снова кивок. Чонгук замолкает. Ему некомфортно в сложившейся ситуации: он знает о споре между Тэхеном и Юнги, но спросить не решается. А еще он чувствует себя третьим лишним и просто мишенью. Призом в игре. - Чонгук? - из раздумий его выводит кимовский бас. - А? - Чон вскидывает голову. - Ты ничего не ответишь мне? - в глазах Тэхена Чонгук видит искренность. И это пугает его так сильно, что подушечки пальцев коченеют. - А что я должен ответить? - Чон не смотрит на Кима, предпочтя его лицу гладкую поверхность деревянного стола. - Ты и так знаешь обо мне все, что только можно и нельзя, - Чонгук как-то разочарованно вздыхает. - Где я живу, что мне нравится, что я люблю... - Чон загибает пальцы. - А что ты любишь? - спрашивает Тэхен абсолютно напрямую. - Ну, я... - а у Чонгука туча мыслей в голове, и одна другой странней. Ему просто до дрожи хочется вырвать последние две страницы своего существования и сжечь их нахуй в синем пламени костра жизненного возмездия. Но увы, нет у него никаких страниц. Да и костра тоже нет. Чон решает изменить свое решение пустить все на самотек. Однако только он открыл рот, чтобы высказать все свои мысли в длинной умной тераде, Тэхен опередил его. - Дай мне один шанс, Чонгук, - шепчет Тэхен и прячет холодную ладонь Чонгука в своих теплых. - Прошу тебя. Чонгук не теряется ни секунды. Он прекрасно понимает, как пожалеет об этом. Уже чувствует, как будет ненавидеть себя за то, что собирается сейчас сделать и на что будет в будущем обречен. Чонгук кивает.

***

- Еб твою мать, блять, глазурь ты на палочке. - раздраженно прошептал Юнги и достал из-за пазухи салфетку. В кофейню, где он ("Ну, хен, ты же у меня общительный и вежливый мальчик!") подрабатывал официантом и немного ("А почему бы и нет, хен?") бариста, зачастил один странный парень. В постоянные клиенты что ли, сука, записался, раздраженно подумал Юнги, собирая салфеткой только что разлитый парнем американо. - Извините, - робко ответил молодой парень. Он был очень смущен, однако Юнги было поебать настолько, что он даже этого не заметил. - Ничего страшного, - на автомате произнес Юнги и натянуто улыбнулся. - Я все оплачу, - засуетился парень и полез в рюкзак, видимо, за бумажником. - Вот, - он протянул Юнги несколько купюр. Юнги взял деньги, кивнул и, захватив поднос, подошел к барной стойке. Ебанутый пацан, подумал он и поднял глаза на потолок. Ебанутая кофейня, ебанутый мир. "И ты тоже ебанутый." - обратился Юнги то ли к небу, то ли к потолку. Рабочий день подходил к концу, и это не могло не радовать его. Развязав, наконец, "этот ебучий пидорский фартук-хуяртук", как Юнги часто "ласково" называл его, парень поспешил прочь из кофейни. Будучи уверенным, что еще один уебанский день подошел к концу и совершенно не готовым ни к какой сумасшедшей хуйне, Юнги уже мечтательно отплывал в то время, когда придет домой и откроет бутылку холодного пива. Однако эта тончайщая идиллия была нарушена мгновенно: не успел Юнги переступить порог кофейни, как врезался во что-то темное и пиздецки высокое. - Понастроят, блять, - прошипел Юнги и потер ушибленный лоб. - Извините... - хрипло, но виновато донеслось откуда-то сверху. Юнги знал, что трезв. А еще знал, что столбы не разговаривают. Однако этот заставил его усомниться в своей правоте. - Что? - Мин моргнул. Что-то тяжко к вечеру доходит. "Да и нам с тобой уже не по шестнадцать." - вспомил Юнги первые слова Тэхена на его семнадцатилетии. - Я сказал "Извините.", - еще более виновато ответил низкий голос сверху. - Ничего срашн... - и тут до Юнги доперло. - Это ты?! - парень вскинул голову и, похоже, ответил на свой вопрос сам. Перед ним стоял тот самый парень, который сегодня разлил американо. - Ну, да... Я, - обладатель голоса вздохнул и спрятал нос в большой черный шарф. - Ебутся мои тетушки, - тоже вздохнул Юнги и глянул на часы. - Ты, что, проторчал тут два с половиной часа? Парень ничего не ответил, только еще сильнее закопал свой нос в шарф. - Блять, ну, вот захуя? - Юнги в тысячный раз проклял свое доброе сердце. Он абсолютно ничего не должен этому человеку. Ничем не обязан. Ну, вообще ни капельки. - Тебя же зовут Юнги? - неожиданно выпалил парень, и в его темно-карих глазах сверкнули маленькие огоньки. - Да, - кивнул обладатель своего имени и прищурился: это еще что за хуйня? - Меня зовут Ким Намджун, - парень протянул руку, и Юнги пожал ее, охуев от того, какой пиздюшечной кажется его ладошка по сравнению с клешней этого ебанутого. - Не знаю, уместно ли говорить "Приятно познакомиться." - пожал плечами Юнги. - Ты ведь частельно бываешь в этой кофейне. - Мин безразлично кивнул головой в сторону небольшой вывески на здании. - Я люблю кофе, - просто ответил он. - А я люблю вискарь, - как-то слишком ествественно и спокойно выдохнул Юнги. Поняв, что спизданул, парень на секунду пришел к выводу, что он долбоеб. - Ооо... Вот как? - Ким позволил легкому смешку вылететь из своих губ, и слаженным движением руки вытащил из-за пазухи начатую бутылку виски. Юнги так и подавился своими выводами. - Имею смелось пригласить тебя... на кофе, - сглотнул Юнги наболюдая, как бутылка исчезает где-то в недрах огромного черного плаща Намджуна, в высоту больше, наверное, чем сам Юнги.

***

- Блять, странное какое-то знакомство, не находишь? - спросил Намджун, когда примерно через полчаса парни уже поднимались на нужный этаж. - У меня в заначке два литра рома, - парировал Юнги, поворачивая ключ в замочной скважине. Поймав на лице Намджуна очевидное согласие в подтверждение того, что сказанная им до этого фраза была ни чем иным, как актом вежливости, Мин толкнул дверь, пропуская Кима вперед. - Охуенное знакомство, - говорит Юнги, пытаясь повесить пальто Намджуна на самый высокий крючок, да только роста не хватает. - Это да, - кивает Намджун, наблюдая за происходящим. Юнги слышит, как он начинает тихо хихикать. - А че ты ржешь, я не пойму? - дерзость срывается с губ Юнги, а пальто срывается с крючка. Намджун начинает трещать, а Юнги не знает, где ебаный выход из этой огромной черной хуйни. - Да ничего, - Намджун уже в открытую хихикает.- Просто кто-то, похоже, мальчик-с-пальчик. - Да я... - начинает Юнги и на секунду делает вывод, что он долбоеб. Он ничего не отвечает Намджуну. В ответ на свое ничего он получает какую-то теплую улыбку, но не обращает на нее внимания. У него в голове не укладывается: какого это, извините, хуя Великого И Ужасного Тролля Всего Этого Пидорского Мирка Мин Юнги смог заткнуть какой-то шкаф?.. Намджун и правда был очень высоким и достаточно крупным. Во всяком случае, так казалось Юнги, уже который раз поймавшему себя на мысли, что он не без интереса разделил бы с Намджуном удовольствие отхуярить каких-нибудь пиздюков в темном переулке. А еще губы. Губы Намджуна на вид казались такими мягкими, будто зефир. Юнги тряхнул головой, пытаясь выгнать из нее странные мысли. - Эй, ты чего завис? - Намджун дарит парню еще одну улыбку и протягивает руку, а Юнги мысленно дарит себе удар бошкой об стену и поднимается с пола, опираясь на протянутую ему конечность. - Задумался, - бурчит он и молча протягивает Намджуну его пальто. - Будь добр. Намджун кивает и без труда вешает пальто на самый высокий крючок. Юнги в мыслях сокрушенно качает головой, но не позволяет себе сделать этого вживую. - Ты что-то говорил про ром, - Намджун как-то по-приятельски ухмыляется и закидывает руку на плечо Юнги. Юнги только угрюмо улыбается в ответ.

***

Губы Намджуна действительно оказались мягкими. Он целует медленно и сладко, придавливая Юнги к дивану собственным весом. Его пальцы где-то на затылке парня, опускаются все ниже, пересчитывают выступающие позвонки на шее и щекочут подушечками кожу. Намджун шершавым языком проходится по щеке Юнги и оставляет на ней мокрый поцелуй. А Юнги не думает. Он пьян и ему заебись. А почему заебись - потому что он вылакал два литра рома, а потом залил сверху виски или потому что мягкие теплые губы сминают его тонкие и сухие, - ему насрать.