Весна. Чонгук. Пиздец.

Чонгук лениво разлепил глаза, но тут же пожалел об этом: голова болела так сильно, что грозила разорваться на части от малейшего движения. Парень выдохнул и попытался вспомнить вчерашний вечер. Тэхен, клуб, выпивка, снова Тэхен, грязный диван. Глаза Гука становятся в два раза больше, ведь взгляд так неудачно падает на руку Тэхена на его ребрах, как бы завершая весь этот вопиющий пиздец неким подобием вишенки на торте. - Блять, Тэхен... - Чонгук еле слова выговаривает, что уж говорить о заднице, что болит невыносимо, - Мы, что, вчера?.. Тэхен приподнимается на локтях и кивает. - Серьезно?.. Снова кивок. - Бля... Чонгук хватается за голову, силясь собрать остаток адекватных мыслей в кучу. Что за ебаный пиздец нахуй происходит, блять, - было единственным, что Гук получил на свой запрос "Требую здравых объяснений происходящего" в адрес собственного мозга. Ему ничего не остается, как отъебаться от своего мыслительного аппарата. Парень окидывает взглядом Тэхена и останавливается на его лице. Такой домашний и уютный. Такой красивый утром. Чонгук трясет головой, отгоняя странные мысли, однако фортуна явно не была на его стороне и взгляд парня остановился на губах Тэхена. Именно эти губы Чонгук вчера целовал, эти губы доставили ему столько удовольствия и в эти губы он, кажется, начинает влюбляться. Гук решает, что он мужик и, чего греха таить, иногда может и сломаться. Гук решает, что или сейчас или никогда. Гук решает сказать Тэхену, что он неравнодушен к нему, и ебал он в рот, что знакомы они от силы день. И Чонгук говорит ему об этом. Говорит все, что на душе и все, что он чувсвует к Тэхену-который-сука-вообще-откуда-нахуй-взялся. - Что? - немного ошарашенно спрашивает Тэхен, стоило Чонгуку замолчать. - А что тебе не понятно? - Чонгук вообще не ебет, почему Тэхен не ебет. - На каком языке ты только что говорил? Это было похоже... на португальский. - Что, блять? - Чонгук моргает и чешет лоб, силясь сообразить, как он мог пиздеть на португальском, не зная, сука, португальского, - Это был... корейский, отвечаю. - Нихуя, - все еще ошарашенно качает головой Тэхен и смотрит на Чонгука как на ебанутого пингвина в бирюзовых репетузах, а его рука постепенно перемещается с ребер Гука по направлению к своему обладателю. - Да как, блять?! - Чонгука даже калить начинает. Он тут, видите ли, в чувствах нежных признается, а его не понимают. Не, ну что за мужики пошли, пролетает в мыслях Гука, прежде, чем он продолжает, - Я говорил о том, что ты мне нравишься, и... - Уверен? - Тэхен смотрит искоса, но огоньки в его глазах Чонгук может увидеть даже сквозь опущенную челку на его лице. - Уверен, - Чонгук сглатывает, глядя Тэхену прямо в глаза. - М, дай мне минуту, - говорит Тэхен и тянется за телефоном, который он, как оказалось, заботливо оставил под подушкой. Чонгук видит, как он по памяти набирает какой-то номер и прикладывает трубку у уху. Через пару секунд Гук слышит низкий хриплый голос по ту сторону провода, при чем его обладатель оказался таким громким, что парень мог слышать каждое слово, и становится свидетелем немного непонятного диалога. - Тэхен?.. Ты, блять, охуел так рано?.. Смертник что ли? - И тебе доброе утро, Юнги. - Хуютро, придурок, блять. Что тебе надо? - Ты просрал мне два косаря зеленых. - А я беременен от святого духа. - Что, блять? - Я подумал, мы играем в игру "назови то, чего не может быть". - Ну нахуй. Я о том, что ты проспорил. - Схуяли? - Чонгук сказал, что я нравлюсь ему. В трубке повисла гробовая тишина. Минуты так на две. - Юнги? Ответа не последовало. - Юнги, блять, ты знаешь, что я не буду тебе врать, так что давай оживай там, э. - Бля. Тэхен заливисто хохотнул. - Сука. Тэхен выпучивает глаза, ржет как душевнобольной и бьет себя по коленке рукой в истерике. - Ну ебаный же ты нахуй насрал. Мобильник Тэхена падает. И Тэхен падает. - Э, Тэхен, ты чего? Тэхен кое-как поднимает с пола телефон и снова прикладывает его к уху. - П... Прости... - Ну, ты, блять, как всегда. И когда ты, сука, привыкнешь к моей речи? - Ты, это, от темы не отходи. Два косаря мне торчишь. - Ой, блять, вот опять ты начинаешь. - Ебаться-сраться, Юнги! - Ладно, ладно. Сука, только попадись мне этот педо... да, педорас. - Не злись, ну? Он просто поддался моему природному обаянию. - Кому ты, блять, пиздишь? Не иначе споил и трахнул. А вот теперь замолчал Тэхен. - Тэхен? По ту сторону трубки слышится тихий саркастический смешок. - Блять, неужели все так и было? Юнги почти смеется. - Отъебись. - Бля, я-то подумал, что все будет красиво и пиздато. Ну, там, цветы, конфеты, ухаживания, шоколадный зефир, розовые страпоны... - Харош, блять. - Так ты просто поимел его и на следующее утро он признался тебе? - Ага. - Ебать... Ладно, будет тебе два косаря. - Люблю тебя, хен. - Иди нахуй, блять. Даже не думай обижать Чонгука, а то огребешь, я просто хотел удостовериться, что он небесный. - Ой, хен, а сам-то... - Блять, вот только не начинай... - Вот сколько мальчиков ты отымел на прошлой неделе? Молчание. - Четверых? Снова молчание. - Пятерых? - Двенадцать. Тэхен прикусывает губу и делает недовольное лицо. - Иди нахуй. - И я люблю тебя, Тэхен. Как на счет выпить сегодня кофе? - А я не найду на дне кофейной чашки маленькую записочку с надписью "неудачник"? - Ничего не могу обещать. - Эх, ладно. - И Чонгука с собой возьми. Я соскучился по нему. - Ты, блять, видел его вчера! - Не важно, в общем, возьми его с собой. - Ладно. - Наберу тебя попозже. Часам к семи. - Сейчас семь, хен. - Семь вечера, еблан. - Ааа... - Письку в рот на. Тэхен убирает телефон и поворачивается к Чонгуку. Чонгук же чувствовал себя странно. Ему нравился Тэхен. До этого момента. Он плюнул ему в душу. Засрал тупым враньем все мысли Гука, а он просто повелся. Как последний доверчивый мудак. Тэхен бессовестно врал ему, а Чонгук просто был очаровательной мишенью. На глазах Чонгука проступили слезы и он резко встал с кровати, вытирая уже влажные щеки ладонью, и быстро скрылся в ванной. Он не смотрел на Тэхена ни секунды, ни разу не обернулся. Закрыв дверь на защелку, Чонгук прижался к ней спиной, опустился на пол и уронил голову на колени. Слезы окрашивали серую ткань домашних штанов в черный, а мысли редели и сокращались с каждой секундой. Откуда Тэхен вообще знает Юнги? Как давно они дружат и дружат ли вообще? Чонгук очень хотел, чтобы Юнги сейчас был рядом и объяснил ему, что вообще происходит, и какого хрена ему так больно. Почему в груди так тяжело? Нет ничего пизже, чем влюбиться в обман, саркастически размышлял Чонгук, вытирая слезы полусжатыми кулаками. Он вздрогнул, услышав настойчивый стук в дверь. - Чонгук, нам нужно поговорить. - На земле семь миллирадов человек, - Чонгук пытается выровнять голос, но тот не слушается и периодически срывается, - Почему, блять, именно со мной? Убирайся. - Успокойся, - начинает Тэхен, но закончить не успевает. - Что именно тебе не понятно в слове "убирайся"? - голос Чонгука наполняется агрессией, а терпение начинает закипать. - Чонгук, - Тэхен ударяет кулаком в дверь, - Позвони сегодня Юнги. Он очень хотел тебя увидеть. Гук слышит, как Тэхен уходит прочь. Слышит шелест его одежды и звук застегивающейся молнии. Слышит, как Тэхен бросает в тишину что-то типа "Не забудь". Слышит, как Тэхен громко хлопает дверью. Слышит, как Тэхен уходит прочь из его квартиры. Или из его жизни вовсе.