Oh take me back to the start

— Пожалуйста, только не бейте меня! - взмолился мужчина, в этот раз довольно быстро поднимая голову со стойки и обороняясь. Перед его глазами предстал уже до тошноты знакомый старик с приторной и притворной улыбкой на устах. Все та же заедающая песня, все тот же с перебоями свет. За окном так темно, что нельзя с уверенностью сказать существует ли остальной мир за дубовыми дверьми. — Мне как-то не доставляет удовольствие твоя боль, если она доставляет удовольствие тебе. По ходу ты даже тащишься от всех этих больниц, от каждой новой лжи, от новых встреч с Куртом, когда он смотрит на тебя как на пустое место. — Я зол не меньше Вас, - Блейн отодвинул от себя рюмку водки и оглянулся. Казалось, никому нет дела до исчезающего время от времени человека. - Я немного увлекся, признаю, но в этот раз нет моей вины. Это все Курт, это все наша нерушимая с годами связь. И этот поцелуй... Знали бы Вы, как он был прекрасен. Тот самый настоящий поцелуй. — О, я очень сильно хотел бы узнать. Не подскажешь, у Курта стоит только на мужичков за пятьдесят или за девяносто тоже сойдет? Ну понимаешь, может, чем старше тем лучше, а я как раз не прочь изменить прошлое. Блейн незамедлительно поднялся со стула и подошел вплотную к своему видению. Скорее всего, это видение. Это все, наверное, ужасный сон. — Больше чем пустые люди, мне не дают покоя только малодушные. Те, кто говорить горазд, а на деле они сломанные, не подходящие, не доделанные. Я не знаю, кто Вы, что Вы, и существуете ли вообще, у Вас слишком длинный язык, чтобы молчать, и слишком мало сил, чтобы жить, Вы прикованы к этому бару и ко мне. Поэтому прошу, если хотите пережить еще один повтор этой долбанной песни, заткнитесь, блять. И не смейте говорить о моем женихе такие вещи. Старик зашелся в сильном кашле и, конечно, случайно, не успев обернуться, запачкал когда-то чистую рубашку Блейна, его трость, разумеется, случайно ударила его по голени, а руки пожилого человека, само собой, рефлекторно вцепившиеся в чужую грудь, перекрыли путь к кислороду. — Дорогой Блейн, если ты будешь продолжать называть свою любовь тридцатилетней давности "женихом", ничего не изменится. Тебе нужно действовать, а не "увлекаться" на сайтах знакомств. — Я все продумал, у меня был гениальный план. — Хреновый план. Хреново продумал. Ты, Курт, свидание... О, поцелуй, откуда, как?!?!?! Я смотрел на все это действо через свой волшебный телик, и вот честно, не ожидал, не ожидал! Я сам больше шипперил тебя и того парня, на которого ты по ночам ноги на диване закидывал. Вот там интересно было, - пожилой человек посадил Блейна обратно на стул и придвинул к нему рюмку. - Займись делом и включи мозги, а то лежал гений, два месяца восстанавливался, "супер-план" разрабатывал. — Называть имя Курта нельзя, целовать его нельзя, а что тогда... — Боюсь, своего змея тоже придется попридержать. Заранее предупреждаю, а то вдруг ты не догадываешься, что Курт тебя так узнает в любом возрасте. Блейн с каменным лицом опустошил рюмку. Он никогда не любил пить. Ему нравилось мучить себя этой гадостью, когда было плохо, и затуманивать мысли, когда думать было невыносимо. — Я не знаю, что делать, - взвыл он, вытирая рукавом подбородок. - Я так боюсь, знали бы вы, как я боюсь снова все испортить. Я вижу его и каждый раз как в последний. Хочется упасть на колени и навзрыд прокричать ему все, что должен был шептать на ухо каждое совместное утро. Он такой чудесный, такой молодой, такой мой. И скорее умру, чем отдам его кому бы то ни было. Старик, сморщившись, опустил руку на кудрявую голову. — Так, не ной мне тут. Не так уж ты и безнадежен, конечно, идиот еще тот, этого не отнять, но у тебя все получится. Ты не один, помни, у тебя есть Курт. Он поможет все исправить. Вы отличная команда, и на вас двоих, надеюсь, хватит одних мозгов. Выбери день, на который будет легче повлиять. Нужно изменить какой-нибудь поворотный момент, какой-нибудь важный... — Ужин. Не будет разрыва помолвки, не будет аварии, не будет самолета, - Андерсон воодушевленно улыбнулся. - Мне самому ударится головой об стойку, или Вы это сделаете драматичнее? — Пока что только я тут владею силой перемещения во времени, но если ты хочешь просто побиться, вперед, - старик поднес руки к кудрявому затылку. - Готов? — Всегда, - натянуто улыбнулся Блейн. - Только пообещайте, что в следующий раз, когда я сюда вернусь, не будет никакой воспитательной работы, только сильные удары. — Никакого следующего раза. Ты сделаешь это сейчас. И перед глазами лишь звездочки, предвещающие новое время и новые возможности.

★★★

Первое, что он услышал, когда пришел в себя, были крики. Эти голоса выбивали из Блейна все новые и новые стоны о пощаде, он жмурился и закрывал уши от знания. Он знал эти крики. Первый голос был самым раздражающим, самым нестерпимым, но почему-то убийственно спокойным. А второй приятным, родным, высоким, но очень надрывистым. Эти крики сливались в какую-то страшную песню. Блейн поднялся с колен и удивленно обнаружил себя в пыльном коридоре когда-то их общего дома в Бушвике. Хорошо, что не в самом лофте, вышло бы неловко. Он подошел на ватных ногах к раздвигающимся дверям и вновь упал на землю, скатываясь по стене. Так было проще воспринимать информацию, и к тому же легче прикидываться бездомным. Из окна с лестничного пролета светило яркое ослепляющее солнце, которое еще не закрыли синие вечерние тучи. В коридоре пахло подгоревшими блинчиками, и Блейн прекрасно помнил почему. Он помнил каждую сказанную в сердцах фразу и каждый брошенный в сторону любимого злобный взгляд. Крики доносились будто откуда-то издалека, но мужчина открывал губы вслед за роковыми словами, оживляя картину ссоры. — Ты вынуждаешь меня. — Ведь знаешь, что? Уходи! Давай, однажды твой переезд помог нашей бесконечной любви, попробуй! Ты ведь дорожишь нашими отношениями, так сохрани мои нервы, просто оставь меня в покое! — Твоя истерика пройдет через пару минут, я же могу выйти за эти двери за считанные секунды. Если честно я хочу уйти каждое гребенное утро, когда ты начинаешь пилить по поводу и без. — Давай просто не будем друг с другом разговаривать. Не будет нас, не будет проблем. — Это всего лишь блинчики, Боже. Это случайность. Прекрати все максимализировать. — Из этих моментов складывается вся жизнь. Пока мы с тобой ссоримся, все остальное катится к чертям. — Ты можешь просто успокоиться? Просто перестать быть такой сукой и повзрослеть? — Мы начали говорить о возрасте?! Моя любимая тема! Помнишь тот случай, когда ты забыл заплатить за свет, и мы целую неделю жили как в подземелье? А еще было очень смешно, когда ты притащил к нам диван с клопами! Погоди, чуть не забыл о том самом случае, когда на нашу годовщину ты арендовал лодку, чтобы пересечь Гудзон, и со словами "нет, Курт, я сам, я справлюсь" утопил два весла. Круто нас тогда показали по телевизору с вертолета? — Это сейчас ты так говоришь, пытаешься меня побольнее уколоть. А когда это происходило ты, конечно, злился, но прощал меня. Потому что без света с одними свечами было очень романтично, идти на голоса друг друга, чувствовать только кончиками пальцев. Ты прощал, потому что после полной чистки дивана мы принимали душ вместе, а затем ванну вместе, и ты знаешь, что потом было... Потому что все, даже то, что было сделано по глупости, я делал ради тебя. Я, наверное, не выиграю в номинации "лучший жених", но я очень стараюсь, Курт. Изо всех сил стараюсь не дать нашей лодке, переплывающей Гудзон, потонуть, даже если у нее нет обоих весел. — Я люблю тебя и вспоминать все эти моменты беспрекословно мило, но я опаздываю в академию. А ты можешь продолжать отскребывать блинчики от сковородки. — Курт, я прошу тебя, не уходи. Мы не договорили. Вообще я хотел пойти вместе с тобой, ведь уже на протяжении месяца ты исчезаешь раньше, и твоя "необходимая дистанция" превращается в полное избегание меня. Пожалуйста, не уходи. Мы пойдем вместе, поговорим и все исправим. — Мне надоели разговоры. Уже поперек горла. Мне нужно подумать. Напиши мне, когда посчитаешь нужным, а сейчас, как ты сказал, мне нужно немного успокоиться. У нас все будет хорошо, просто дай мне время. — Курт! — Курт, черт возьми! Блейн услышал шум отъезжающей двери и отвернулся в другую сторону, надеясь скрыться в тени мыслей уходящего Курта. Он шагал так громко, презентативно и недовольно, он практически бежал. И как только его фигура скрылась за поворотом, Блейн ринулся за ним. Тут даже не было излишних размышлений, подчиниться ли естественному желанию снова побыть с Куртом или последовать за самим собой. Блейн просто пошел, не имея в голове ничего помимо вопросов и веры. Он хорошо помнил, как сам провел свой день. Все началось со слез после ухода жениха, продолжилось валянием на диване, заказом китайской еды и соответственно прогулом, закончилось это походом в тот самый отель, где они с Куртом хотели провести церемонию. А вечером, разумеется, был только ужин, и его хватило, чтобы обнулить все последующие тридцать лет. Блейн мог только догадываться, сколько Курт его терпел, сколько раз он пытался сказать об этом, с какими друзьями он успел поделиться. Самое гадкое, было понимать, что сам Курт никогда бы не признался, самое гадкое, что приходилось следить. Дорога до академии выдалась отвратительно долгой. Курт и так опаздывал, но почему-то решил идти пешком, вместо чтобы проехать три станции и пережить две пересадки. Он толкался среди толпы людей, ровно также куда-то спешащих, и получал от этого какое-то извращенное удовольствие. Курт появился на ступеньках НЙАДИ, когда часовая стрелка дотянулась до половины десятого и заодно до половины пары. По расписанию значились бальные танцы, и, ну что ж скрывать, Кассандра Джулай всем сердцем любила опаздывающих. В то время пока Курт беспроблемно преодолевал турникет, Блейн перепрыгивал через него не без боли в спине. Они шли по коридорам на расстоянии пары метров, и Блейн улыбался воспоминаниям. Эти стены, эти люди, эта безграничная энергия. Когда его выгнали оттуда, он не сожалел, он даже не плакал. Терять было уже нечего, и место в академии также не было потерей. За дверьми кабинета громыхала музыка, и Курт остановился в ожидании окончания песни и криков Джулай, но вероятно осознавая, что это все никогда не кончится, все же открыл двери нараспашку. Воцарила сладкая тишина. Все ученики повернулись в сторону новой жертвы и покорно отступили от входа, освобождая побольше места для действия и создавая маленькую сцену. Кассандра блаженно разминала шею, прежде чем повернуться и довольно протянуть: — Курт Ха-а-аммел... — Извините, пожалуйста, за опоздание, мисс Джулай. Этого больше не повторится. Блондинка лишь улыбнулась одним уголком губ и немного кивнула. — Давай пока отложим разговоры о безответственном, наглом и беспардонном тебе, который срывает чуть ли не каждое мое занятие, и вспомним о другом человеке. Как думаешь, на кого я намекаю? — Мисс Джулай, Рейчел сама решила уйти из академии, и я понимаю Ваше возмущение... — Да мне плевать на эту однодневную девчонку, она пыталась передо мной объяснится, но подавилась жалостью к самой себе и разрыдалась. Я хочу поговорить о том, о ком ты даже не вспомнил. О том, кто оказался в этих стенах отнюдь не благодаря своему таланту. О том, кто попал сюда через постель. Через твою постель, Хаммел. У Блейна подкосились ноги и закружилась голова. Когда за твоей спиной говорят такие вещи, последнее, что хочется делать, это прятаться за дверью. — Ты и эта самопровозгласившая себя королева НЙАДИ мадам Тиби-Табо-Даби-До решили, что это нормально, взять еще одного гея только за милую задницу и терпимый голос. Это я еще пережила. Я опять же промолчала, когда его с бухты барахты перевели на второй курс, и я совсем не утверждаю, что это связано с тем фактом, что ваша сексуальная жизнь пошла в гору. И вот мы дошли до самого интригующего. До этого занятия. Где твой любовник, Хаммел? Он прогулял все мои пары в этом семестре. Как насчет, поменяться позициями, и временами побыть пассивом? Быть может, ему не было бы так больно танцевать, и он стал бы почаще появляться на моих уроках? Лицо Курта оставалось непроницаемым, пока Блейн тихо сжимал кулаки и старался не проломить дверь. Он хотел сказать так много, но все, что надо, сказала его половинка. — Во-первых, он не просто мой любовник, он мой жених. И наша сексуальная жизнь - это наше с ним дело. Во-вторых, Блейн поступил в НЙАДИ, потому что в нем таланта больше чем в Вас самой, и именно по этой причине его перевели. В-третьих, пожалуйста, отвалите от меня со всеми претензиями в отношении его посещаемости. Он может не ходить на все Ваши бессмысленные мучительные пары, а на экзамене выступить настолько хорошо, что его снова переведут на курс выше. И не то чтобы Вас это касалось, но сегодня мы немного поссорились, поэтому я задержался, поэтому же его сейчас нет. Это всего лишь раз, и в будущем мы оба будем здесь, в восемь часов утра, чтобы выслушивать Ваши завистливые крики и неуместные комментарии. Знали бы вы, как Блейн любил его. И в то время, и в тот миг, и на протяжении всей жизни. Курту приходилось отдуваться за них двоих, пока идиот-Блейн лежал на диване. — Раз? Всего лишь раз? Мне кажется, или у вас проблемы посерьезнее, учитывая масштаб прогулов за последние месяцы? Стоит ли вступать в брак в столь раннем возрасте, если вы уже сейчас не умеете расставлять приоритеты? И вот этот вопрос. Тот самый, который вот вот появился у Хаммела на задворках сознания, который был у Андерсона на языке всю вечность. — Я буду выбирать Блейна, даже в том случае, если придется жертвовать своей мечтой. Такие важные слова заставили мужчину выглянуть из укрытия и увидеть слезы на длинных ресницах. — Я говорю не про любовь, Курт. Брак. Это вечная любовь. Готов ли ты всегда выбирать его? Кассандра уже не шутила, она спрашивала, потому что сама, наверное, хотела узнать. Хотела поверить. — Готов, - сказал Курт без сомнений, и тогда у Блейна появилась маленькая надежда, что будущее не придется менять, что нужно лишь тихо наблюдать, как его судьба вечером приходит в ресторан, целует его и радуется назначенной дате свадьбы. Но к сожалению, все мы знаем правду: ужин наступит, Курт будет зол и обесценит только что сказанное слово. Кассандра не соизволила выдавить из себя даже подобие улыбки и просто рявкнула в сторону надломленного Курта "значит, входи и делай по сотне гранд-плие за вас двоих". А он стоял. Он просто застыл в дверях, пока та продолжила стучать палкой в ритм какой-то сумасшедшей песни. — А знаете что? Нет. Это время расставлять приоритеты, а значит, мне здесь не место. Я должен готовиться к свадьбе, пока все остальные могут только прогибаться под вашими запугиваниями. — Ты вернешься, Хаммел. И будешь один, и тоже будешь прогибаться. — Посмотрим, мисс Джулай. Теперь уже он шел по коридору гордо и медленно. Он удалялся, пока Блейн стоял в стороне и старался не задыхаться так громко. — Ты просто побоялся танцевать сегодня, потому что этой ночью был снизу! - кричала Кассандра ему вслед, посмеиваясь. Курт и Блейн лишь улыбнулись, потому что это, правда, не ее дело.

★★★

В этот раз Курт поехал на метро. Он сел в последний вагон и достал из сумки свадебный журнал. Да, правильнее предсвадебный. Было так интересно наблюдать за ним со стороны, как он задумчиво открывал упаковку, как с удовольствием и предвкушением разглядывал обложку, как неловко и игриво переворачивал страницы. Наверное, Блейн был самым безумным влюбленным. Он словно маньяк наблюдал за каждым движением своей жертвы. Запоминал каждую мелочь в ней, не подозревающей о преследовании. Он охотился на самого опасного и грациозного зверя и поэтому был очень осторожен, когда шел по следам до одного уютного заведения поблизости их дома. Курт разговаривал с кем-то по телефону и смеялся так громко, что Блейну бы позавидовал любой другой маньяк: следовать за Куртом было слишком легко. Поверите или нет, но солнце на улице пекло так сильно, что Хаммел расстегнул рубашку на две пуговицы. И Блейн очень надеялся, что это именно из-за солнца, а не из-за человека, которого тот ждал в кофейне уже пятнадцать минут. Курт сбежал с занятий, чтобы готовиться к свадьбе. Он читал журнал, чтобы узнать новые тренды для свадьбы. Он сидел за столиком, смотрел на свое обручальное кольцо и думал о свадьбе. И это было так прекрасно. Этот день, это солнце, это кольцо. До тех пор пока не пришел Эллиотт. И может быть сейчас с высоты своих лет Блейн мог признать, что ревность к нему была глупой и беспочвенной, но когда это вампир появился в дверях, былые чувства все же нахлынули. Эти уж очень долгие объятия, эти совсем не легкие похлопывания по плечу, ах да, невинный поцелуй в щеку. Как вам такие друзья? Блейн сидел слишком далеко, чтобы подслушать их диалог, но они явно наслаждались обществом друг друга. Спустя полчаса задушевных разговоров они направились гулять по городу, как оказалось не без цели. Андерсон застыл у дверей того самого отеля, в который заходил он сам в этот же день, и сложно было описать его эмоции. Курт не просто готовился к свадьбе - он был готов назначить место и дату. Эллиотт и Курт долго ходили по большому залу, показательно украшенному к грядущему празднику и оценочно осматривали интерьер и оформление. Настолько оценочно, что время от времени возлюбленный Блейна возмущенно цыкал или даже смеялся над выбором дизайнера. И, благо женихов и невест в помещении хватало, одинокий Блейн не выглядел очень подозрительно. Наверное. — И тогда я сказал, что расставил приоритеты и эффектно ушел. — А что Блейн? — Что Блейн? — Ты ему писал, звонил, встретился или помирился? — Пока что я просто решил, что мы будем вместе несмотря ни на что. — Ты чуть ли не каждый день это решаешь. Настала пора перестать говорить и начинать делать. Как тебе помещение? Берем? На тринадцатое число? — Помещение прекрасно так же, как было, когда я приходил сюда с Блейном. — Так значит..? — Нет, я не хочу делать что-то за его спиной, ни как сюрприз, ни как что-либо иное. Сегодня я думаю масштабного ничего мы не решим, но зато смотри какие бутоньерки! Я вполне согласен заказать штучек двадцать и... еще можем определиться с цветами. Я всегда думал бирюзовый и сиреневый, хотя это, наверное, тоже еще рано решать... —Ты уже какой месяц сюда приходишь, какой месяц пялишься в эти однотипные журналы, но так и не можешь начать хоть что-либо планировать или заказывать. — Я пока не готов... — Выходить замуж? Потому что, по-моему, это главная причина. — Я готов выходить замуж, Эллиотт. Просто все эти ссоры и недомолвки, все это приводит в каком-то плане к сомнениям. — Я как-то сказал, что вы, парни, действительно любите друг друга и готовы к совместной жизни. И я не отказываюсь от своих слов, напротив. Это просто испытания, которые нужно пережить вместе. — Спасибо, Старчайлд. Спасибо, что всегда здесь, когда я начинаю накручивать на себя. — Ты замечательный парень, Курт. И не будь ты так без памяти влюблен в своего жениха, я бы попытался завладеть твоим сердцем. Вампир посмеялся, в то время как Блейн остановился в своем слепом преследовании и обратил внимание на то как посмотрели друг на друга эти двое. — А вот ты никогда бы мне не понравился... Курт отшутился и продолжил ходьбу. — Ну знаешь, чтобы достичь хоть какого-то успеха на этом поприще, нужно быть не просто особенным. Нужно быть... — Сексуальным? Мне рассказывали историю о плохом Санте. Я знаю, Курт, в тебе живет чертенок... Хаммел остолбенел, а Андерсон поклялся себе не только узнать об этой истории, но и наказать Курта за что бы то ни было. Этот Гилберт заигрывал, и это уже точно не предвзятое отношение. — Нужно быть Блейном.

★★★

Курт куда-то спешил. Он скоропостижно покинул своего друга и теперь перебегал дорогу с латте в руках. Сейчас только два часа дня, но он уже несколько раз доказал, что нет ничего, что могло бы разрушить их с Блейном отношения. Оставалось понять, как солнечный и чудесный день превратился в пасмурный и роковой. Они шли по Центральному парку, с одной стороны вместе, а с другой так далеко друг от друга. У Курта был слишком обеспокоенный вид, он присел на скамейку у озера, и Блейн последовал за ним, заняв соседнюю. Когда его жених достал телефон, Андерсон сразу понял, кому тот сейчас напишет. Он помнил каждое сообщение. (12:05) From: fiancé; to: Blaine; Встретимся в где-нибудь к шести в нашем любимом месте? Я очень соскучился. (12:06) From: Blainе; to: fiancé; Я тоже очень соскучился, Курт, и хочу извиниться за утро. Ты не сука, ты так... моя маленькая сучка:) (12:07) From: fiancé; to: Blaine; Я знаю, и ты тоже прости. Не смей никуда уходить из нашего дома. <I>(12:07) From: Blainе; to: fiancé;</i> Жду тебя к шести, и не опаздывай!!1!1! Курт так комично улыбался каждому полученному сообщению, что Блейн не заметил, как на его скамейку подсела миниатюрная женщина. Услышать их разговор было невозможно, поэтому преследователь непринужденно спрятался за соседним деревом. — Что с Вами, Изабель? Вы в порядке? — Прошу давай на ты... и нет. Все просто ужасно. — Что-то случилось на работе? — Поэтому я и попросила о встречи вне офиса. Я хотела сказать тебе лично. Меня уволили и весь мой отдел расформировали, поэтому вас всех, ребята, тоже сократили. Но ты обязан попробовать дать резюме в отдел кадров на полную занятость, там есть пара отличных вакансий, а я оставила только самые лучшие рекомендации. — О, Господи, Изабель, мне так жаль. Забудьте обо мне. Вы так долго работали там, вложили всю душу. Поверить не могу, что они так с Вами поступили. — Дело не в моих личных заслугах или неудачах. Я думаю они приняли такое решение после недавнего инцидента в офисе. Мой бывший муж... Уинстон. Он заявился туда. Знаешь, бывшие друзья на то и бывшие, что ты вычеркиваешь их из своей жизни и лишаешь их какой либо возможности снова все испортить, но... Я наступила на те же грабли. Во мне что-то щелкнуло, и я вновь увидела в нем того подростка полного романтики и любви. Я сходила с ним на пару свиданий и старалась даже не вспоминать, по какой причине мы с ним расстались. Я просто утонула в былых чувствах и снова поверила ему. В тот день был совет директоров, и меня пригласили объявить результаты исследований рынка за прошедшие пять лет. И в тот самый момент, когда я начала загружать презентацию, мимо стеклянного офиса прошел он с какой-то девушкой в обнимку... И я просто... — О Боже, Изабель, он не мог. — Ты даже не поверишь, что смогла я. Я выбежала с заседания и на глазах у верхушки VOGUE врезала этому подонку. Одно радует, что не придется с ним снова разводится. — Он изменил Вам? Поэтому вы развелись? — И да и нет. Я всегда знала, что он дамский угодник, просто хотелось думать, что я для него все равно важнее других. Мы развелись, когда ссоры стали убивать нас обоих. Хэй, милый, что не так? Блейн посмотрел на парня, прикрывшего руками глаза, и подошел еще ближе. — Вы же знаете, что я сейчас готовлюсь к свадьбе. И мы с Блейном тоже встречаемся с некоторыми проблемами. — Прошу тебя, не бери мой старческий бред на свой счет. Вы идеальны друг для друга, он совершенно другой человек. Курт молчал и только кивал, кивал, кивал. — Вы все нас видели. Вы все видели нашу идеальность. Но вы не были в нашей квартире, вы не слышали эти крики. Каждое утро я просыпаюсь и надеюсь, что сегодня наши отношения не рассыплются. Я хочу выйти за него замуж, я не хочу с ним разводиться. — Ты же веришь ему, Курт? Всегда был и всегда будешь? — Я верю, что ему нужен только я. Я верю ему, когда он говорит, что я его единственная любовь. Но кто знает, способен ли он снова изменить мне, просто для того, чтобы сделать больно. — Все будет хорошо, Курт. И у тебя и у меня. Я жду, когда мне пришлют приглашение на свадьбу, хорошо? А еще я хочу поймать букет. Сказала она, посмеиваясь, а со стороны озера загремел гром. Курт спешил попасть в их ресторанчик как можно скорее, чтобы не промокнуть. Он вбежал туда когда первые капли только достигли пыльных улиц Нью Йорка. Он вбежал такой взволнованный и напуганный, сел за столик и начал крутить свое кольцо. Прошло три часа, но Курт не заказывал ничего кроме воды. Он думал, он думал, что делать со своей жизнью, пока Блейн, стоящий под дождем, три часа на улице думал что делать со своей. Когда мимо него прошла его неудачная молодая копия, Блейн ее не остановил. Он видел как тот радостно подходит к столику, видел как он принимает меню из рук официанта, как сбивчиво он говорит что-то. И как безразлично на него смотрит Курт. — Почему я всегда тот, кто ждет? - открылись его губы, и Блейн пережил все эти моменты заново. Он видел, как злятся оба возлюбленных и понимал, что ничего нельзя исправить. Уже точно нельзя. Ни метеорит, ни старый Блейн, ни молодой Блейн не справились бы. — Я никогда не прощу тебя за это, - прошептал Андерсон-младший и выбежал из ресторана, сталкиваясь плечами со старшим, который теперь просто хотел занять его место. Курт тихо плакал за столиком, не замечая, как к нему подошел взрослый мужчина в мокрой одежде и расположился напротив. — Если бы той измены не было, тебе было бы не так больно сейчас? Глаза Курта заплаканные и испуганные. — Кто Вы? И какого черта вы преследовали меня весь день? Блейн закатил глаза от вынужденности снова представляться, снова врать, снова быть не самим собой. — Уинстон. Просто скажи, из-за чего ты сейчас расстался с Блейном? — Тот самый Уинстон? — Вопрос, умоляю тебя, ответь на вопрос. — Я не собираюсь ничего Вам говорить. Вы еще тот ублюдок, уйдите, пожалуйста. У меня нет сил, чтобы даже думать. У меня нет сил, чтобы жить. — У тебя есть друзья, семья, учеба и великое будущее впереди. Не сдавайся. — Откуда Вы, блять, все это знаете?!?! Зачем Вы это говорите? — Просто держись. И вы с Блейном снова будете вместе. — Я не хочу, чтобы опять было так больно. — Мужество, любимый. Нужно только немного мужества, - подмигнул он и почувствовал сладкий удар в грудь. Вот он. Приступ. Блейн так долго его ждал. Он начал падать со стула в дорогом ресторане, а упал на грязный пол дешевого паба. — Так значит, теперь ты нашел момент?