Oh take me back to the start

- Итак, на чем же мы остановились? Ты благополучно попал в прошлое, верно? И вместо того чтобы использовать уникальную возможность хоть что-то, ну хоть что-нибудь, исправить, ты просто пялился на свои же страдания. Ну, неплохо. Бездействие лучше, чем противодействие. Наверное. Ах, нет, по-моему, я где-то слышал, что с каждым таким путешествием ты все ближе к смерти. Хм, как думаешь, это веская причина начать хоть как-то пробовать спасти свою обреченную задницу? Блейн лежал на полу и просто довольствовался своим положением. Он в порядке. Дыхание ровное, сердце стучит спокойно и уверенно, глаза лицезреют грязный деревянный потолок, а пальцы нащупывают остатки заплесневелого сэндвича, неизвестно когда оказавшегося под барной стойкой. Но он жив, а этого достаточно, чтобы продолжать пытаться. Странно, но именно это темное и мерзкое заведение стало для Андерсона своего рода домом. Он из раза в раз возвращался сюда, видел одного единственного знакомого человека, который, как он был вполне уверен, его определенно ненавидел, и чувствовал себя спасенным. Потому что здесь не нужно было прятаться, врать и притворяться. Здесь можно было лежать в луже «надеюсь не мочи» и наслаждаться. С - Так, мы договорились без разговоров. Я идиот, я рискую, я пятидесятилетний влюбленный самоубийца. Давайте, выпейте что-нибудь покрепче и собирайтесь с силами снова меня бить. А я минут пять тут полежу. Пять минут же ничего же не решат? - Ну, для пятидесятилетнего тебя, они ничего бы не решили. А сейчас я сомневаюсь. Ты слишком давно не смотрелся в зеркало. В эту же секунду Блейн поднес руки к своему лицу, сперва осматривая поверхность кисти, а затем трогая свое лицо. - Сколько…? Сколько мне? - Прости, дорогой, я не разбираюсь в привлекательности антиквариата, в отличие от твоего бывшего кавалера. Ты изменился, и это главное. Полежишь еще пять минуточек и начнешь разлагаться. Вставай, давай, а то начну пинать тебя ногами! С воплем подбитого животного Блейн поднялся на ноги. На колени. Одна хрень, когда остальное не под силу. - Так что, в этот раз ты решил запропаститься куда подальше? - В этот раз все получится, старче. Бейте уже. - Мне кажется, в это раз с тебя хватит движения одного моего пальца. Старик легонько толкнул своей тростью плечо Блейна и тот, словно в замедленной съемке начал падать обратно на пол. Он падал так долго, что наверное мог усомниться в здравии своего рассудка. Но к счастью, вместо деревянных прогнивших половиц в свои объятия Андерсона приняла перина мягких подушек кожаного дивана. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе, волосы обдувал легкий ветер кондиционера, на заднем фоне играла классическая музыка. Вот бы не просыпаться. - Кхм, кхм. Где-то на подсознательном уровне Блейн отдавал себе отчет в том, что обращались, скорее всего, к нему. Но сейчас, когда усталость стала перетекать не просто в бессилие, больше в летаргический сон, он не мог подать ни единого признака жизни. - Мистер…? Вам назначено на четвертое октября? Когда мужчина открыл глаза, он не пожалел. И дело было совсем не в ослепительной девушке в белом платье с, словами не описать, каким глубоким вырезом. За спиной отвлекающей и довольно назойливой особы красовалась гордое и сверкающее “VOGUE”, а на календаре и, правда, висела судьбоносная дата. Конечно, это не Лайма, и физически остановить себя казалось невозможным, но шанс был. И этого достаточно, чтобы счастливый Блейн, не задумываясь, выдохнул: - Райт. Опешившая секретарша, как-то поумерила свою надменность в голосе и учтиво добавила: - Я знаю, как выглядит бывший муж мисс Райт. - И думаете, на этом ее родственники кончились? Мы с Уинстоном и Бель всю лихую молодость провели вместе, хотя она, наверное, меня уже не помнит. Слишком много воды утекло. Меня зовут Джеймс. И я, конечно, очень хочу увидеться с Бель лично, но с другой стороны, не хочу ее отвлекать и думаю, ее ассистент вполне мог бы мне помочь. - Я знаю, родственников мужа мисс Райт, и Вы не входите в их число. - Вы ошибаетесь, милочка, - настаивал Блейн, – и еще пожалеете, что не назначили мне встречу. Блондинка смотрела на не совсем вменяемого человека, развалившегося на дорогом диване, озадаченным взглядом. Её задранный нос говорил «да не за что на свете», её поднятые брови шептали «за дополнительную плату». - Я должна согласовать с мисс Райт. Она вальяжной походкой двинулась к своему рабочему месту в приемной главного модного журнала в Нью-Йорке, затем начался спектакль. Она успела накрутить провод стационарного телефона на палец, вслух произнести каждую цифру номера начальницы и ошибиться трижды. Прежде чем Блейн окликнул ее. - Погодите! Со страдательным выражением лица он подошел к девушке. - Ребекка, верно? – прочитал Блейн на одной из папок. – Ну что ж, Ребекка, раскроем карты: денег у меня нет, Ваша внешность, как минимум, меня отталкивает, а, как максимум, заставляет желать переместиться во время, когда Вас еще на свете не было, чтобы, не дай Бог, еще где-то не увидеться. Так что, я думаю, будет разумным, ни Вам, ни мне не нарываться на лишние проблемы и просто помочь друг другу. Вы выясняете, чем занят ассистент мисс Райт сегодня вечером, а я тактично сделаю вид, что не заметил, как Вы говорили о мистере Райт, насколько хорошо Вы знаете его родственников, как давно он сделал Вам предложение и по какой причине Вы прячете кольцо. Как Вам такой вариант? И нет, Блейн не просто так все это выдумал. Просто, все частички паззла стали складываться воедино сами собой, и с каждой новой попыткой картина прояснялась. - У Курта на сегодня взят отгул. Но я почти уверена, что он не пропустит афтепати в нашем офисе, скажем, в десять вечера, - проговорила блондинка железным голосом. - Скажем? - Во-первых, ему нужно было точно знать, во-вторых, ему необходимо было ее точно достать. - Да, да. Он будет. Он всегда здесь, когда шишки заявляются. И он писал об этом в твиттере. Может быть, проблема Блейна в том, что в этих путешествиях у него нет ни интернета, ни телефона? Может быть, дело не в том, что он такой идиот? - Спасибо, Бекка. Я посплю на Вашем диване пару часиков, а ближе к вечеру, ты меня, молча, разбудишь гляссэ грандэ с кронатом, ладненько? - Для начала, ни я, ни мисс Райт терпеть не можем сокращения наших имен. Просто на будущее, мистер родственник. Далее… что такое кронат? - Боже! – прорычал Андерсон. – Древние люди, у вас же еще не изобрели самые гениальные вещи… Загугли, Бекка, я не знаю, придумай что-нибудь, но главное, разбуди до того, как придет Курт! Мне еще нужно привести себя в порядок, а то он примет меня за элитного бомжа или, и того хуже, хипстера! Мужчина растянулся по всей площади дивана, так что в белых подушках не утонула только его кудрявая голова. И пока Бекка невнятно бормотала себе под нос ругательства, покидая офис, Блейн уже путешествовал по мирам, где они с Куртом могли быть счастливы. Вместе и навсегда.

★★★

- Ваш гляссэ и кронат. Это был голос, который Блейн хотел и не хотел слышать. - Извините? – переспросил голос Курта. Но Блейн все еще упорно надеялся, что это не он. Можно ли это проверить, не отрываясь от подушки? - Мистер Хаммел? – прогудел он в кожаную поверхность и нехотя принял сидячее положение. У него было всего пара секунд, чтобы сориентироваться в пространстве. Курт. Красивый как всегда, с острыми скулами, в пору, когда Блейн еще или уже не пытался его откормить. VOGUE. Вечерний, потому как освещение практически отсутствует после окончания рабочего дня. И сам он. Судя по мимолетному взгляду в помятой, судя по ощущениям грязной, судя по запаху измученной временем, одежде. Лицо он практически не ощущал, так что оставалось только надеяться на милосердие обивки. - Вы.. Ребекка сказала, Вы хотели со мной поговорить. Правда, не знаю, где мы с Вами встречались… Может Вы являетесь родственником… Курт явно начал всматриваться во внешность Блейна внимательнее, находить черты, греться в лучах его солнечных глаз, непроизвольно улыбаться его непроизвольной улыбке. - Не утруждайтесь, мистер Хаммел. Меня зовут Джеймс, и мне не терпится предложить Вам, Вашей начальнице и остальными членами редакции одну интересную идею. Курт окинул мужчину снисходительным взглядом. - Я не уверен, что смогу провести Вас на закрытое мероприятие нашей компании так просто. Я работаю здесь лишь неделю и сам пытаюсь подстроиться под это ритм, понять что можно, а что нельзя. Почему Вы решили обратиться ко мне? Назначить встречу с Изабелль было бы менее проблемно. - Дело в том, что я начищающий дизайнер, тайный фанат Вашего творчества и ежедневный посетитель сайта Ваших луков. - О Господи, так это Вы тот единственный человек, а я-то думал мой скучающий парень, - улыбнулся Курт. И вместе с ним, конечно, Блейн. - Я был бы очень рад провести этот вечер в Вашей компании. Не столько важно, в стенах ли этого офиса. Андерсон очень надеялся, что это не выглядело как флирт. Потому что это таковым не являлось. - Я постараюсь совместить приятное с полезным. Подождете, пока я переговорю с Изабелль? Блейн неловко кивнул, и фигура парня поспешно удалилась в темном коридоре. Теперь нужно было собраться с мыслями и выполнить свою миссию. Контролировать каждое движение, фразу, голос, который благо стал глуше и тише за тридцать лет не совсем здорового образа жизни. Не говорить имя Курта, не говорить о себе, вообще не слишком много говорить. Не пялиться на него, не трогать, не смеяться, желательно не улыбаться… - Пойдемте, там уже все собрались, - подозвал Курт куда-то в глубины офиса. И он был прав, про приватность мероприятия. Фуршет состоял из несколько закусок, встреча лишь для десятка сотрудников. Никто не обращал внимание на новых прибывших, все продолжали обсуждать что-то с поднятыми бокалами и ослепительными улыбками. - Изабелль отлучилась ненадолго, так что… - Она мне не нужна, К…, - он поперхнулся. – мистер Хаммел. Давайте, поговорим о Вас. Как давно переехали в Нью-Йорк, скучаете ли по дому, тяжело ли совмещать учебу, работ и личную жизнь? Блейн надеялся, что не ляпнул лишнего. - Я? Да во мне нет ничего интересного. – Смущение Курта было невозможно скрыть. – Интересно, как вы узнали о переезде, когда я вроде бы не упоминал об этом, но.. - Ляпнул. – Наверное, по мне это видно невооруженным глазом. Моя потерянность, неуклюжесть и опасливость. Но знаете, я как-то держусь. Конечно, скучаю, но приходится двигаться вперед. Так же насчет личной жизни. Мы с моим парнем поддерживаем отношения, но сейчас на первом месте будущее. Блейн взял со стола бокал и отпил немного, чтобы не ответить чего грубого. Он был зол тогда. В семнадцать лет, когда думал, что Курт «двинулся дальше». А теперь оказывается, что он, действительно, так решил. Поставил их отношения на второе место и не включил его в свое «будущее». Блейн был взбешен сейчас. Особенно сейчас, когда он боролся и рисковал своей жизнью какой раз, ради глупого восемнадцатилетнего мальчишки, которому он, оказывается, не нужен был так сильно. Был ли смысл останавливать Блейна от измены, если расставание, так или иначе, произойдет из-за Курта? - О, извини, это как раз мой парень звонит. И вот этот момент. Хаммел бросил взгляд на экран, посмотрел на своего собеседника и сбросил вызов. - Это не так уж и важно, - говорит он. – Наверное, - добавляет он. – Перезвонит, - думает он. Он не будет, Курт. Он позвонит, но уже не тебе. Злость ушла. Осталась только пустота, равная пустоте его квартиры в будущем каждый вечер. Остался холод, равный холодной постели с левой стороны, морозным вечерам, когда никто не напоминает одеться потеплее, холодному сердцу, которое уже просто рефлекторно стучит. Осталась обида, равная обиде в день измены. Но теперь это можно исправить. - Это важно, - сказал Блейн самым низким и уверенным голосом, надеясь, что больше ничего говорить не придется. Но Курт оставался неподвижным и смотрел на него непонимающим и недовольным взглядом. Значит, придется. – Тебе вообще все равно? В смысле, тебе вообще есть дело? Ты вообще его любишь? – Получилось, не так хорошо, как должно было. – Как можно быть таким бессердечным козлом?! – Совсем не хорошо. – Объясни мне, какого черта, ты сейчас отклонил звонок? Я какой-то важный человек по работе?! Нет, я никому не нужный начинающий дизайнер, в грязной одежде и отсутствием места жительства. Кто должен был стоять на моем месте, чтобы ты принял звонок? Если бы ты стоял в одиночестве ты бы ответил? Будь ты дома на диване, будь ты один во всем мире, ты бы ответил? – Блейн повысил голос, и теперь несколько человек наблюдало за его речью. – Ты знаешь, что сейчас делает твой парень? Ты знаешь, зачем он звонит? Все ли с ним в порядке, хорошо ему, плохо? Ты бы ответил, если бы знал, что это не так? Если бы он стоял сейчас перед тобой и говорил, что ему ужасно, смог бы ты просто ответить «это не так уж важно»? Смог бы сказать ему, что он больше не занимает первое место в твоей жизни? Что он не твое будущее… - Блейн огляделся и понял: все смотрят на него, все слушают его, все осуждают Курта из-за него. Вот и отлично. – Будущее, мистер Хаммел. Будущее зависит не от одного дурацкого звонка. Будущее — это надежда, которая у тебя либо есть, либо нет. До тех пор, пока ты надеешься, ты можешь все изменить. Так что, милый? Ты сможешь поднять свой палец, нажать на звонок и дать надежду человеку, который прямо сейчас еле дышит без тебя? Блейну искренно было плевать, как чувствует себя Курт сейчас. Его действия - единственное, что имеет значение. - Вы. Ты… - Хаммел шмыгнул носом и прижал телефон к груди. – Ты ругаешься, как он… Злишься, рычишь и… Ты… На секунду Блейн испугался, что все кончено, что тот самый нужный момент безвозвратно упущен, что он уже ощущает запах пролитой текилы, что уже чувствует удары деревянной тростью, но к счастью, настала очередь Курта что-то менять. - Прав. Андерсон видел, как Курт дрожащими пальцами разблокировал телефон, нажал на звонок и взволновано ждал ответа. Теперь нужно, чтобы ответил другой идиот. - Блейн... Привет! Что ты… Как… Все хорошо? У нас… У нас с тобой все хорошо? Блейн что-то ответил, и Курт с полуулыбкой вышел из стеклянного зала для переговоров. Слава Богу, что стеклянного, потому что можно было увидеть, как он радостно удержал телефон, как тяжело дышал и активно кивал. Они договаривались. Блейн ничего не натворит. Он приедет в Нью-Йорк. Джеймс сделал то, чего не смог ни Уинстон, ни Дэвид. Теперь наступала неприятная часть плана, не включающая в себя общение с Куртом. Та, где нужно было выслеживать, прятаться и следить за происходящим из кустов. Ладно, и до этого нужно еще дожить. Сначала ему следовало выбраться из офиса без последствий. Поэтому пока Курт увлеченно разговаривал по телефону, а остальные поднимали бокалы за очередной кусочек меха из новой коллекции, Блейн постарался незаметно ускользнуть. Но, разумеется, Курт заметил. Он повесил трубку, конечно, несколько раз повторив «я тоже люблю тебя» и «до встречи», и оглянулся на Джеймса. - Спасибо. Мне это было необходимо. Блейн признательно кивнул в ответ. Он хотел сказать спасибо Курту за то, что тот оправдал его ожидания. - Кем бы ты на самом деле ни был. Откуда бы ты ни взялся, я обязан тебе своим будущим. И уже не было места испугу, отрицанию или оправдываниям. Был только понимающий Курт и счастливый Блейн, что именно сейчас, в эту секунду, ему не нужно притворяться.

★★★

Блейн встретил себя из аэропорта, последовал за собой на такси, проконтролировал выбор букета и даже сопроводил до подъезда в Бушвике. И все благодаря Ребекке и ее добровольным бескорыстным пожертвованиям в будущее фонда молодых дизайнеров. Андерсон заедал пиво луковыми колечками, стоя на лестничной площадке перед входом в лофт. У него не было большой газеты с дырочками, но он надеялся, что капюшона его темной кофты достаточно. Зато у него было отличное настроение, потому что аналогичным оно было у его молодой копии. Он как вчера, помнил этот день. Этот самолет, забитый людьми, это место, купленное в последний момент, между выворачивающимся наизнанку наркошей слева и беременной недовольной женщиной справа. Он помнил, каким уставшим приземлился, каким потерянным ходил по цветочному магазину, каким опустошенным постучал в дверь. Но теперь лицезрение себя доставляло несказанное удовольствие. Блейн давно уже не видел и не ощущал себя настолько счастливым. Дверь отворилась, и Блейна буквально затащили внутрь. Он исчез, оставляя после себя лишь мечтательную улыбку на другом лице. У них все будет хорошо. Они с Финном и Рейчел сейчас соберутся на караоке вечер... Финн. Это имя пронзило его память сейчас, сильнее чем имя «Курт» когда-либо. Финн. Он жив. В этой реальности. В этот момент. Было бы здорово его увидеть. Было бы здорово поговорить, обнять... Дверь отъехала в сторону, и из-за нее показалась шумная компания. Джеймс завернул за угол, к выходу на балкон, чтобы рассмотреть каждого, но не попасться на глаза. Блейн шел спереди и держал Курта за руку, пока Рейчел кричала что-то о Финне, показывая на него пальцами. И Финн. Он просто улыбался. Но был таким родным и молодым. У него была вся жизнь впереди. Он был таким же, каким и на фотографии на своем надгробии. А главное, он был. Блейн не помнил этого момента, он не помнил держания за руку или поцелуя в щеку, который другой Блейн только что получил. Быть может, потому что он уже слишком стар. Быть может, потому что этого никогда не происходило. Может, он сам создал этот момент. И мог гордиться, как писатель, оставивший свой след в истории. Компания прибыла в бар, когда пиво Блейна как раз кончилось, доведя его до нужной кондиции, чтобы на всякий случай вытерпеть позор неизбежного завывания «Teenage Dream». Он сел за соседней столик, молясь всем Богам, что Курт его не узнает. И Блейн, конечно, не узнает. Это было бы совсем ужасно. Когда Рейчел и Броуди поднялись на сцену, Андерсон вспомнил этого дешевого парня, который вскоре исчезнет из жизни Берри. Захотелось снова вернуться в прошлое, чтобы остановить от ошибки еще и ее. Блейн не заметил, как они спели дуэт, потому что ждал следующего. Молодой Блейн, действительно, поднялся со стула и направился к стене. Не забыв потащить за собой сопротивляющегося Курта. И даже возмущенные крики не остановили его от: - Добрый вечер, меня зовут Блейн. И я хотел бы посвятить эту песню парню, прячущемуся за моей спиной, и по совместительству любви всей моей жизни. Курт, ты споешь со мной дуэт? Курт перегнулся через его плечо и весело добавил: - Только потому, что ты так умоляешь. И сейчас, в свои пятьдесят, а то и больше, Джеймс никак не мог объяснить выбор песни.

Adam Levine – Lost Stars

Он ее никогда не слышал и не запоминал. Она никогда не стала бы его выбором для дуэта с Куртом. Но почему-то стала. Наверное, она играла в такси по дороге в Нью-Йорк, а может, звучала, когда Курт перезвонил. Эта песня что-то значила, но Блейн не мог понять почему. Эти двое создали настоящее, за которым Блейн из прошлого не поспевал. Курт улыбнулся, когда услышал первые аккорды и вступил: Please don't see, just a boy caught up in dreams and fantasies Блейн подошел к нему ближе и ответил: Please see me reaching out for someone I can see Они пели так, словно не вписывались в этот бар. Во всю эту ассоциирующуюся с болью атмосферу, с этими дебильными фонариками, с этой гребаной панорамой Нью-Йорка, с фортепиано, за которое, к счастью, семнадцатилетний Блейн так и не сел. Cause we are all lost stars trying to light up the dark Они пели так, что все в баре начинали понимать. Звезды. Это все потерянные звезды.

★★★

Когда ребята стали уходить из бара, Блейн допивал второе пиво. Стараясь забыть о том, что именно он виноват в том, что этой песни не прозвучало в свое время. Они остановились перед входом, чтобы решить куда направиться. И хорошо, что их выбор отличался от предыдущего. Финн с Рейчел свернули к парку, а Курт и Блейн пошли к дому. Так было удобнее подслушать их разговор. Они шли медленно, людей на улице было не так много. Теперь оставалось только надеяться, что разговор не повторится. - Эта песня, это было трогательно. Я просто пытаюсь понять, что это было… - Блейн обеспокоенно посмотрел на Курта. Эти слова произносил именно он, пока Курт, виновато потупив голову, продолжал идти неторопливым шагом. - Я очень скучаю… - тихо проговорил Хаммел. - Я тоже скучаю, очень здорово, что ты попросил меня приехать, но я спрашиваю как раз об этом. Об этом замечательном вечере. Пожалуйста, перестань притворяться, что ничего не случилось. Курт молчал, и тогда пришлось признаться ему самому. - Сегодня я мог совершить самую большую ошибку в своей жизни. Мне написал один парень с фейсбука, - Курт посмотрел на него так пронзительно, что наш Блейн вспомнил это взгляд из своих ночных кошмаров. – Ты не отвечал весь день, а я чувствовал себя таким одиноким, и думал, с каким парнем на фейсбуке можешь переписываться ты. И я подумал… Лишь на секунду подумал… - Ты бы никогда так со мной не поступил, - сам себе сказал Курт. - Это правда. Но у меня была мысль, что… - Не важно. Важны только мы с тобой и наши действия. Блейн остановился и посмотрел на своего парня, словно сейчас будут произнесены слова, меняющие судьбу. А Джеймсу пришлось остановиться намного дальше, чтобы тихо, но все-таки услышать слова, не вписывающиеся в историю. - Дело в том, что сегодняшний день изменит будущее. Сегодня я осознал, как много ты для меня значишь. Я понял, что не влюблен Нью-Йорк, если в нем нет тебя. Курт притянул к себе улыбающегося парня и поцеловал. Так, что Блейн из будущего решил, что этот поцелуй стоит смерти. - Спасибо, - прошептал другой Андерсон так тихо, что оставалось только читать по губам.

★★★

Блейн проснулся рано от звука чьих-то голосов. Конечно, у него были деньги, чтобы переночевать не на пыльном полу уже ненавистного коридора в Бушвике, но он не хотел пропустить утро. Ему нужно было убедиться, что у него, правда, получилось. Что прошлое, правда, изменилось. Он подошел к двери и прислушался. Это были они. Курт напевал какую-то песню, а Блейн всячески ему мешал, вставляя сбивчивый рэп и несдержанные смешки. Хаммел явно его за это наказывал. Очевидно, они вместе готовили завтрак. Очевидно, они встали вместе после ночи в обнимку. После хорошего окончания вечера. Очень хорошего, если вы понимаете, о чем я. Послышался шум, и Блейн понял, что в комнате появился еще один человек. Это был Финн. Он разговаривал с парнями своим грустным и тихим голосом, стараясь радоваться за их отношения. Он сказал «обнимите меня напоследок» и Блейну захотелось обнять. Ему захотелось схватить Финна, и никуда не отпускать на протяжения года. Быть с ним на каждом шагу. Защищать его, хранить, помогать. Дверь отварилась, и из-за нее показался высокий парень с рюкзаком за плечами. Он еле переплетал ноги, закрывая глаза руками. Он не заслуживал, в последний раз войти в этот лифт. Он не заслуживал последний раз увидеть Нью-Йорк. Он заслуживал попытки. - Финн! – выкрикнул Блейн, поднимаясь с пола. Да, выглядел он не очень. - Мы знакомы? – с сомнением проронил Финн, всматриваясь в лицо мужчины. - То, что я сейчас скажу, может показаться абсолютной бессмыслицей. Но поверь, я не сумасшедший. Ради всего святого, не выходи из дома 14 мая. Просто не выходи. Финн сначала завис на несколько секунд, а потом начал нервно смеяться. - Извините, просто эти ваши штучки с перемещением во времени… Я видел слишком много кино. Блейн понял, что его не восприняли всерьез. И это было хорошо и плохо в один и тот же момент. - Я не просто пьяница, который спит у вас в парадной. Хотя не без этого. Я молю поверить мне на слово, и пожертвовать одним днем, ради всей жизни. Поиграй в видеоигры, позвони Рейчел, но не выходи из дома. Финн опять посмеялся и скорее спросил, чем ответил: - Хорошо…? - 14 Мая, Финн. Запомни эту дату. Я запомнил. Финн натянуто улыбнулся, а Блейн потянулся к нему, чтобы последний раз обнять. И либо Хадсон ударил его в ответ, либо он просто так отлетел на пол с необъяснимой силой. - Господи, я просто хотел помочь…. – бормотал он, открывая глаза. - Я знаю, - улыбнулся старик с барного стула. Твою мать. Он опять здесь. - Блять… Я все испортил? Боже, как я себя ненавижу… - Нет, Блейн. Он поднялся с колен и сел рядом. - Ты сделал все верно. Я бы сказал, ты сделал слишком много. В глазах застыл Блейна шок, он открыл рот, начал тяжело дышать и истерически смеяться. - У меня получилось?? – кричал он на весь бар, проверяя живы ли остальные посетители. - У тебя получилось, - повторил старик. - И что теперь? Мы вместе? Финн жив? Все счастливы? – захлебывался вопросами он со слезами на глазах. - Теперь ты должен продолжать жить, - сказал пожилой человек, искренне улыбаясь. – Ты исправил прошлое и теперь можешь посмотреть, как сложилось будущее. - Прямо сейчас?! – восторженно спросил Блейн, поднимаясь со своего места. – Но куда мне идти? - В больницу, - уже тише проговорил старик. И тогда весь запал Блейна пропал, он замер и дрожащим голосом проронил: - Финн? - Курт, - пронеслось на отголосках сознания. Он не помнил ничего, после этого простого слова. Он обнаружил себя в холле какой-то больницы на подкошенных ногах и с синяками под глазами, которых ранее он будто не замечал. Он слышал голос Рейчел издалека, но боялся сделать и шаг. - Иди, Блейн. Ты ему нужен. Больше не нужно притворяться. Твоему мужу нужен именно ты, - подтолкнул его старик, очевидно сопровождавший его на этом пути. - Что с ним? - Ишемическая болезнь сердца с осложнениями. Начала проявляться в тридцать лет, он пережил несколько инфарктов, а сейчас, когда появились подозрения на внутреннее сердечное кровотечение, его госпитализировали. Жидкость в сердце, которая причиняет ему ни с чем несравнимую боль. - Это наследственное? - Нет. Отчасти нет. На это так же повлияли постоянные стрессы, депрессии и образ жизни. Вы разводились. Дважды. Но потом снова, находили друг друга. - Я… Блейн сдвинулся с места и заставил себя направиться к друзьям. - О, Господи, это ты! Слава Богу! Я уж хотела выдвигаться на поиски! Они все чудовищно постарели. Морщины, стиль одежды и прически, голоса. Блейн остановился, осматривая их и улыбаясь. Они были такими родными. Рейчел выглядела усталой и недовольной. Сэм продолжил нервно ходить взад-вперед, окинув мужчину хмурым взглядом. - Мы ждали тебя весь день, - отрезал он. – А ты заявился только сейчас ночью. Спустя десять секунд Блейн почувствовал себя лишним среди этих людей. - Я не мог прийти раньше, - просипел он. - Я чувствую алкоголь, хотя сижу на соседней скамейке, Хаммел-Андерсон. Хватит оправдываться. Нам ты ничего не должен. Иди к нему, - разумеется, это сказала Сантана. - Погоди. Издалека коридора показался Финн. Это был Финн, которого еще не видел мир. Он так изменился. Поправился, возмужал и, кажется, даже вырос. У него было щетина и теплая улыбка на лице. Улыбка, которая казалась не свойственной людям в этом времени. - Хорошо, что ты здесь, - сказал Хадсон, обнимая своего друга так крепко, как только возможно. – Теперь иди. Палата, о которой все говорили, была с закрытыми жалюзями и с цветами у входа. Блейн постучался, зная, что делать этого не следовало. Послышалось приглушенное «идиот» и он вошел внутрь. На кровати лежал Курт. Такой, каким Блейн боялся его представлять. Безжизненный и сломанный Курт. - Ты знаешь, что из нас двоих, ты выглядишь ужаснее? – усмехнулся он. Блейн закрыл рот рукой, чтобы не разрыдаться. Его муж немного подвинулся, чтобы освободить место, и он сел рядом. Просто сел и продолжил смотреть. - Прекрати так делать. Не жалей меня, - грубо сказал Курт, хриплым голосом. Блейн хаотично закивал, но все равно не смог сдержать вой, вырвавшийся из глотки. - Эй… Не надо. Я даже Рейчел запретил рыдать здесь. Тебе точно не позволю. Хочу провести последние минуты с тобой. - Я же столько раз подводил тебя. Мы разводились дважды. Из-за меня это все с тобой произошло. – Блейн положил голову на его грудь и поднес его кисть к губам. - Наша любовь стоила всех ссор. Она стоила такого исхода. Главное, не пункт назначения, а путешествие, помнишь? - Я бы хотел, чтобы наше путешествие было другим. Если бы я переместился в прошлое, я бы сделал все, чтобы ты был счастлив. Я бы не допустил… - Ты так и делал, милый. Ты старался изо всех сил каждый день нашей совместной жизни. Просто так получилось. Просто мое сердце оказалось слишком маленьким для такой большой любви. Блейн склонился над Куртом и легко прикоснулся губами к его губам. - Я не смогу тебя отпустить. Я не смогу жить без тебя, я знаю. Его муж ответил на поцелуй сильнее. Он обнял Блейна со спины и опустил на кровать рядом с собой. - Я никогда не скажу тебе «прощай», идиот. Я же обещал. Я всегда буду рядом, вот здесь, как сейчас, слева от тебя с осуждающим взглядом. Блейн засмеялся и уткнулся носом в больничную сорочку. Наверняка Курт сопротивлялся, когда ее надевали. - Мы были счастливы, Курт? Эту короткую жизнь, ты хоть немного был счастлив? Он называл свою судьбу по имени, потому что сейчас мог делать это беспрепятственно. - Бесконечно. Бесконечно счастлив. - А Финн? Как он прожил эти тридцать лет? Хаммел посмотрел на него с сомнением и усмешкой. - Не успел я еще коньки отбросить, а тебя уже прихватил Альцгеймер? Хорошо. Конечно. Он до сих пор страдает, когда видит Рейчел вместе с детьми и Джесси, но… Так уж сложилась жизнь. - А почему у нас не было детей? Этот вопрос встал ребром, и Курт уже не торопился так быстро и легко отвечать. - Не знаю… Мы не могли остановиться в ссорах и задуматься над настоящим. Просто мы не решились. - Я бы хотел от тебя детей, Курт Хаммел. Больше всего на свете, - проговорил Блейн, целуя уже плачущего мужа в висок. - Я тоже, Блейн. Больше, чем жить, я хотел бы оставить на свете частичку себя, чтобы тебе не было так одиноко. - Я так сильно люблю тебя, - сказал Блейн, переплетая их руки. - В другой раз, Блейн Хаммел-Андерсон. В другой раз у нас будут дети. И долгая счастливая жизнь. Курт замер. Как замер и размеренный писк аппарата. - Нет… - прошептал Блейн. - Ты, правда, хочешь видеть, как он умрет? – проговорил голос за его спиной. Это был тот самый старик. -Нет… - повторил Хаммел-Андерсон, не выпуская Курта из рук. – Верни все. Верни все обратно. Он не должен умереть так рано. - А Финн? - Верни меня в бар. Верни попытки. Верни его. - Как скажешь, - промолвил старик, и грудь Блейна пронзила сильнейшая боль. В его руках больше не было мужа. Была только тишина и темнота..