Во имя справедливости

      Моя квартира находится в шикарном небоскрёбе рядом с моим любимым местом в городе - Огайо-стрит. Я люблю это место. Оно прекрасно не только потому, что это зона отдыха. Я люблю сюда приходить просто так: подумать, посидеть, поразмышлять...       Мелкий песок и голубая вода - всё, что нужно для успокоения души.       Но есть ещё кое-что. Я каждое утро совершаю пробежку. Когда солнце только поднимается, лениво трогая город, его здания, дома, землю.       Вот и сегодняшнее утро не стало исключением. Проснувшись пораньше, я надеваю спортивные фиолетовые шорты, майку того же цвета, кроссовки, беру плеер с наушниками. Собираю волосы в тугой хвост и выхожу из квартиры.       Нажав кнопку лифта, вставляю наушники в уши и захожу в кабину. Покрытая зеркальными панелями, кабина выглядит как Зазеркалье. Когда-то в детстве моя мама читала мне книгу "Алиса в Зазеркалье". Я любила слушать, как мама перед сном читает мне её. Я всегда представляла себя на месте главной героини. Но годы идут, девочка выросла из сказок, родителей нет в живых... Осталось только моё собственное Зазеркалье. Этот лифт.       Родители... Я была совсем маленькой, когда они погибли в автокатастрофе. Я не помню подробностей. Но в детский дом я попала в 7 лет. Когда я стала совершеннолетней, Надзор по опеке сообщил, что я унаследовала неплохое состояние от погибших родителей. Папа и мама были археологами, и всю жизнь они разъезжали по экспедициям. Именно археология свела их. Это было их общей страстью. Они окунались в неё с головой. Нет, они никогда не забывали обо мне. Меня всегда оставляли с бабушкой. Но и её вскоре не стало... А потом и моих родителей...       Я спускаюсь на первый этаж и выхожу из лифта. В большом холле сидит консьерж. Молодой парень по имени Эндрю всегда приветлив и улыбчив. Но иногда я ловлю на себе его мечтательные взгляды... Но он же мальчишка ещё! Совсем юный и неопытный. Ему лет двадцать. Но, не смотря на его юный возраст, он всегда галантен, учтив, вежлив и добр.       - Здравствуйте, мисс Прайор! - Здоровается он и машет мне рукой.       Я улыбаюсь и машу ему в ответ рукой. От этого парень совсем "плывёт", улыбка на его лице не сходит. Он, как зачарованный, смотрит мне в спину...       Я выхожу на улицу и вдыхаю свежий утренний воздух. Он пробирает до костей, заполняя все пространства и пустоты в моём организме. Я улыбаюсь самой себе и иду быстрым шагом вдоль дома. Когда дохожу до угла, ноги сами собой переходят на бег. Медленный и неторопливый. Музыка в ушах отвлекает от окружающего мира, заставляя почувствовать себя одной на всём белом свете. Но через пару часов дымка рассеется: я пойду на работу, меня окружат коллеги, клиенты...       Поэтому я просто пользуюсь моментом. Перебежав улицу по переходу, я спускаюсь по лестнице на пустой песчаный пляж. Рассвет ещё будет царствовать где-то полчаса, поэтому у меня есть время на то, чтобы побыть в одиночестве и сконцентрироваться.       Я неторопливо бегу по пляжу вдоль кромки воды. Мокрый песок отлетает хлопьями из-под моих ног. Я дышу полной грудью. Я чувствую себя легко. А это то, что мне нужно, чтобы зарядиться перед трудным рабочим днём.       Когда же рассвет окончательно уступает свои права новому световому дню, я поворачиваю обратно. Маршрут всегда один и тот же. Правда, назад я всегда возвращаюсь через пекарню. Аромат, исходящий от этого магазинчика, просто сводит с ума. Свежая выпечка и хлеб так и манят. Поэтому я завсегдатай этого заведения. Хозяин пекарни, пожилой мужичок с седой бородкой Тони Декстер и его супруга, женщина того же возраста, что и хозяин, по имени Мариэль, всегда точно знают, что я буду первым клиентом в их чудном заведении. Поэтому я, когда переступаю порог пекарни, получаю от хозяина положительный заряд энергии.       - Доброе утро, деточка! - Приветствует меня Тони.       В его живых глазах живёт неподдельный восторг и радость. Наверное, поэтому я всегда стараюсь быть первой в их заведении.       - Доброе утро, мистер Декстер. - Говорю я и улыбаюсь старичку. - А где ваша жена?       - О! - Он театрально вскидывает руки. - Мариэль откопала какой-то старый рецепт рогаликов с маком, поэтому мы не увидим её в ближайшие пару дней. Ты же знаешь... Она будет изучать, пробовать, экспериментировать...       - Здорово! - Восторгаюсь я. - С нетерпением буду ждать новых сюрпризов!       Старик улыбается, как солнышко. Кажется, что от его доброй улыбки на небе появляется второе светило.       - Как всегда? - Лукаво спрашивает он меня.       - Ни за что в жизни не смогу отказаться от свежих круассанов с шоколадом. Вы же знаете меня...       Старик ловко заворачивает в бумажный пакет два круассана и протягивает мне. Я подхватываю их. Горячие, только что из печи, они так и манят своим ароматом. Я рефлекторно глотаю слюну и отдаю деньги.       - Удачного дня, дорогая! - Машет мне Тони Декстер.       - Спасибо, и вам того же! - Машу я ему рукой. - До завтра!       Я выхожу из пекарни и уже медленно плетусь домой. Мысленно предвкушая свежую выпечку на языке, я задумываюсь.       Подойдя к переходу, я останавливаюсь на светофоре. Поток машин уже полным ходом "течёт" по дороге. Меня окружают люди. Все торопятся на работу. А у меня в запасе ещё минут сорок, чтобы собраться, выпить кофе, съесть свои круассаны.       Стоя в толпе, я мысленно радуюсь, что мне к девяти часам нужно быть в офисе.       Я настолько погружаюсь в свои мысли, что не замечаю, как на светофоре останавливается тонированная машина. Из приспущенного окна показывается рука с пистолетом. Люди, в отличие от меня, с криками и испуганными лицами, разбегаются прочь.       Когда раздаётся выстрел, я падаю на землю. Саднящая и ноющая боль разрывает предплечье. Я хватаюсь рукой за раненое плечо и зажимаю его ладонью. Сквозь пальцы начинает просачиваться струйка крови. Боль адская. Кажется, что она просто звенит в ушах. Как такое возможно? Не знаю. Но именно так я себя чувствую в данный момент.       Машина с визгом уносится прочь. Я лишь успеваю рассмотреть номера. Меня тут же окружает толпа людей. Они что-то говорят, спрашивают. Я не слышу их. В голове крутится лишь один вопрос: кто и за что сделал это?       Ведь очевидно, что я была их мишенью...       Мой пакет со свежими круассанами так и остаётся лежать на земле, издавая тончайший аромат свежей утренней выпечки...