Кровь королей

      Санса почти провалилась в сон, когда услышала скрипучий голос Пса неподалеку. Она не хотела подслушивать разговора, не предназначающегося для ее ушей, но не могла пошевелиться и выдать себя. Мужчины разговаривали долго — о прошлом, о вечном. Будто вели словесную битву. Тело девушки затекло от напряжения. А когда она услышала упоминание о себе, и вовсе окоченела. Лев и Пес обсуждали ее, причем довольно откровенно. Смысл слов дошел до девушки сразу. Но она пропустила их мимо ушей, вцепившись лишь в одну фразу.       «Мне плевать на девчонку» — произнес грубый голос Клигана, и сердце Сансы сжалось в комок.       «Неужели это правда?»       Он, будто, подтвердил самые страшные ее опасения. Ему все равно. Она ему безразлична. Одна лишь похоть, животная страсть, зов плоти. Пес хочет завладеть ее телом, только и всего. Он такой же, как и все мужчины. Все, до единого! И даже Джейме не исключение. Оба они, словно хищники, смотрят на нее и облизываются. Но Лев сказал, что не сделает ничего из того, чего она не позволит. Псу и на это плевать.       Влага проступила сквозь ресницы. Санса решила — она ничего и никому не разрешит! Слишком она устала от мужской власти и мужских желаний. Надежда, что есть исключение, растаяла. Веры больше нет. Доверие для нее это роскошь. Любовь — несбыточная мечта.       Волчица проклинала себя за то, что позволила слабости взять верх и пролиться слезами. Скупыми и уже давно позабытыми.       Новый день встретил Сансу пасмурным небом. Таким же, как ее настроение. Но она не позволила себе хоть как-то проявить это. — С добрым утром, — улыбнулась девушка Ланнистеру, запрягавшего своего мерина. — С добрым, — мягко ответил Лев, и проводил ее взглядом.       Санса углубилась в чащу. Идя прямо, спустя пару минут, дошла до ручья. Пес тоже был здесь. Он наполнял меха свежей водой. Увидев девушку, Клиган распрямился и угрюмо глянул в ее сторону. — С добрым утром, — более напряженно произнесла она.       Мужчина ничего не ответил, лишь еще больше нахмурился. Санса слегка пожала плечами, решив, что сполна отдала долг учтивости, и далее может Пса игнорировать. Она присела у самой воды, набрала полные ладони и плеснула на себя. Лицо обожгло ледяной прохладой. Струйки скатились за ворот. По телу побежали мурашки. Она омыла руки, щеки, шею. Пригладила волосы. Было холодно, но приятно бодрило. Санса сама себе улыбнулась. Обернулась и увидела, что Сандор все также, как и прежде, смотрит на нее. Их глаза встретились. Улыбка исчезла. Девушка поднялась и заправила за ухо выбившуюся прядь. — Простудишься, — неожиданно произнес Клиган.       Санса не нашлась, что ответить. Она ждала от него вызова, насмешки, молчания. А получила заботу.       Пес развернулся и пошел прочь. Она еще пару мгновений раздумывала, пойти следом или чуть подождать.       Его широкая спина маячила впереди. А девушку терзали противоречивые эмоции. Санса твердо решила, что будет держаться с ним холодно и отстраненно. Ей нужно перебороть в себе то непонятное чувство, что она приняла за влюбленность. Но находясь рядом, понимала, что пока ей это удается с трудом. Сердце билось учащенно, а от его взгляда она вся сжималась внутри. Будто возвращалась в прошлое, становясь маленькой девочкой, что Пес любил пугать. Самое страшное, что она одновременно и хотела, и не хотела этого.       Санса оступилась, и чуть было не упала. Раньше, она бы вскрикнула, но теперь, схватившись за широкий ствол дерева, лишь прикусила губу. Несмотря на это, Клиган обернулся. Девушка почувствовала, как краска растекается по щекам. Ее неловкость, его укор - все, как раньше. Сансу это разозлило. Она нарочно, припомнила обидные слова, произнесенные ночью.       «Ему плевать на меня. А мне должно быть все равно». — А ты не изменилась, — прохрипел Пес, ухмыляясь.       Санса вскипела. — Вы ошибаетесь, сир, — чрезмерно эмоционально ответила она.       Подхватила юбки и быстрым шагом прошествовала мимо него. Но Клиган схватил ее за локоть и больно сжал пальцы. Девушка невольно обернулась и нахмурилась. — Я устал повторять, что я не «сир», — сейчас на нее смотрел прежний Пес. — Слишком много лет прошло, чтобы я запомнила, — парировала она и словом и взглядом. — Да, у пташек короткая память, — то ли с ехидством, то ли с грустью произнес он.       Санса вздрогнула от упоминания своего прозвища. И она знала, что мужчина понял это. Оправдываться было бессмысленно. Она решила, что лучшая защита, это нападение. — А псы не так уж и преданны, — ее взгляд метнул острую стрелу. — Что, выпустила коготки и думаешь меня поцарапать? — мужчина свел брови и оскалился, — Не выйдет. У меня толстая шкура. — И довольно потрепанная, — Санса повела рукой, но он не отпустил. — На мой век хватит. — Рада за Вас.       Пес рассмеялся. — Девочка выросла, — снова надел на лицо страшную маску. — И повзрослела, — Волчица сжала губы. — Она больше не боится грозных взглядов и грубых слов.       При этом, девушка попыталась вырвать руку из его хватки. — Зря, — он не поддался. — Это все пустое. Ничего не значит. Пес лает, а не кусает. Я усвоила этот урок. — Не боишься ошибиться в своих выводах? - Нет, — Санса ответила настолько уверенно, насколько могла. — Вы тоже не изменились. Злой, нелюдимый, отталкивающий. И никогда другим не будете.       Его пальцы еще крепче сжали локоть. Стало нестерпимо больно. Но Санса постаралась не показать этого. — Отпустите меня, — холодно произнесла она. — А ты попробуй вырваться. Докажи, что изменилась и научилась бороться. Что та маленькая пугливая девчонка, только и умевшая дрожать и лепетать учтивые слова, когда ей делают больно, умерла.       Санса пораженно распахнула глаза. Это был вызов. Она его приняла.       Резко дернулась, высвобождаясь от мучительных оков, но снова попала в плен. Сандор схватил ее за другую руку повыше. Девушка перехватила его запястье, но сил отодрать пальцы не хватило. Тогда она ударила его кулаками в грудь, уперлась ладонями. Попыталась отстраниться. Снова ударила. Все было бесполезно. Пес был сильнее ее. Намного сильнее. Она знала, но боролась. И чувствовала себя идиоткой. И маленькой, и запуганной. А он, наверное, опять смеялся над ней. Она трепыхалась в его железных объятьях, как слабая птичка, попавшая в силки. Понятно, отчего он дал ей такое прозвище. Глупая, глупая Пташка! Столько лет она старалась избавиться от «дурехи Сансы», чтобы этот человек в один миг все испортил. Ей хотелось закричать от беспомощности. Дыхание сбилось, волосы растрепались. А Санса ощутила, что руки Клигана уже сжимают ей плечи.       Она предприняла последнюю отчаянную попытку, но вместо этого мужчина слегка встряхнул ее и прижал к дереву. В спину вдавилась шершавая растрескавшаяся кора. Девушка порывисто вдохнула и тут же выпустила воздух от такого напора. Пес смотрел на нее яростно, а, может быть, страстно. Сейчас она не смогла разобрать. В любом случае, ситуация была опасной. Он навис над ней и прожигал взглядом. Хищный оскал медленно сползал с его лица, а дыхание потяжелело. Волнение, больше, чем страх овладели девушкой. — Что Вы делаете? — прошептала она, настороженно. — Не знаю, — еще тише ответил Сандор, опять удивив ее.       Его руки все еще лежали у нее на плечах. Ей было тяжело, но не больно. В какой-то момент Сансе показалось, что мужчина хочет ее поцеловать. Она запаниковала. Так часто думала об этом миге, но сейчас испугалась. Не то место, не то время. И они не те. Злость обожгла с новой силой. Она вспомнила обиду и данное себе обещание. — Зато я знаю, — ее взгляд стал сосредоточенным и таким взрослым, что Клиган моргнул и немного отстранился. — Ведете себя, как все остальные мужчины. Берете, что хотите, не задумываясь, разрешено Вам то или нет.       Пса словно ледяной водой окатили. Он замер. Санса добилась того эффекта, на который рассчитывала. Значит, она все поняла правильно. — Я не… — начал, было, он. — Оправдываетесь? — перебила она, — Не стоит. Я привыкла.       Быть может, Клиган и хотел что-то сказать, но не смог. Девушка скинула с себя его руки и ушла, оставив мужчину наедине с собственными мыслями. *****       Джейме сразу отметил, что что-то идет не так. Санса появилась первой, немного взъерошенная, но абсолютно спокойная. По крайней мере, она изо всех сил делала вид. Клиган был угрюм, как никогда. Лицо, серее тучи, нависавшей над ними. — Что-то случилось? — поинтересовался Лев. — Отвали, — отрезал мужчина.       Он быстро снарядил коня и запрыгнул в седло. Джейме хотел возразить, что не Пес тут «правит бал» и все решает, но подумал, что лучше сейчас промолчать.       Завтрак обернулся скорым поеданием подсохшего хлеба с солониной и парой глотков ледяной воды. Они выбрались из леса и двинулись по просеке на юг. Клиган, как всегда, возглавлял процессию, предоставляя Ланнистеру развлекать даму. Но сегодня Санса, похоже, была не в духе. Она односложно отвечала Льву, и казалась полностью погруженной в свои мысли.       И когда, Джейме уже не ожидал от девушки ничего, кроме «да» и «нет», она произнесла: — По Вашему мнению, все, что произошло с каждым из нас — это справедливо?       Мужчина пристально посмотрел на нее, но Санса не повернулась, устремив невидящий взгляд вдаль. — Это не тот вопрос, на который я мог бы ответить. Понятие справедливости у каждого свое. Люди сложные существа. Хорошие вещи, происходящие с ними, воспринимают, как данность. Плохие — относят к несправедливости. И думают о себе лучше, чем есть на самом деле. Жалеют себя, оправдывают.       Рыжеволосая девушка усмехнулась. — Даже Вы? — Я о себе и говорю, — улыбнулся Джейме, — Можно винить судьбу и окружающих во всех своих несчастьях. Но, прежде всего, каждый сам делает выбор. Осознанно или нет. Принимает решение, от которого, порой, зависит многое. Иногда собственная жизнь, а иногда и чужая. И зачастую не знаешь наверняка, правильно ли поступил. — А если этого выбора нет? — Такого не бывает. Всегда есть как минимум два варианта. Даже если один плохой, а второй — очень плохой. — Вы жалели когда-нибудь, что приняли неверное решение? Хотели бы его изменить? — Да. Но это ни к чему. Прошлого не воротишь, время вспять не повернешь. Нужно смириться с этим и жить дальше. — И Вы смирились? — Нет. Но жить мне это не сильно мешает.       Санса помолчала, а потом повернулась к мужчине и серьезно произнесла: — Когда-то давно я услышала одну фразу «Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь». Верно ли это утверждение? — По большей части, — Лев про себя отметил, что девушка напротив, все еще продолжает его удивлять. Слова показались знакомыми, но вспомнить, где их слышал не смог. — Так значит, слабым в этом мире нет места? — Выживает сильнейший — это правда. Но нельзя всех мерить одним мерилом. — Тогда, что же остается женщинам? — глаза девушки горели огнем. — Ведь любая из нас по природе своей слабее мужчины. — Знавал я ту, которая запросто опровергла бы это утверждение, — Ланнистер невольно вспомнил мощное тело в доспехах, лицо в веснушках и безумно глубокие и чистые глаза. Бриенну нельзя было назвать изящной или хрупкой. И все же, она была девицей. Холодок пробежал по спине, и ком подступил к горлу.       Но Санса, по всей видимости, поняла его слова по-своему. — Наш удел подчиняться, безропотно принимать, все, чтобы не приказали. И я мирилась с этим. Считала, что так и должно быть. Но однажды мне надоело. Я устала быть куклой в чужих руках, марионеткой. Я захотела свободы. Жизни. Той, что выберу для себя сама. И прежде всего, я хотела свободы от мужчин. От их власти надо мной. Их желаний и страстей, — Санса потупила взор, - Но, самое забавное, что именно благодаря им, я и обрела ту самую свободу.       Волчица немного выгнула спину, будто принимая выгодную позу. Уголки губ скользнули вверх, а глаза исподлобья стрельнули в Джейме, лукаво искрясь. — Холодная сталь в сильных руках иногда подчиняется не воле мужчины, а тому, что шепнули ему на ухо нежные женские губы.       Ланнистер замер в седле, не узнавая милую Сансу или смиренную Мэгги. Сейчас перед ним был кто-то другой. И эта девица ему не понравилась. — Женщина имеет власть над мужчиной, но она не безгранична, — ответил он. — Все зависит от обещанной награды.       Лев нахмурился и промолчал. А Санса, спустя пару мгновений продолжила. — Теперь я лучше понимаю Вашу сестру. Скованная рамками и ограничениями, она использовала любые способы добиться своего… — И для нее это плачевно закончилось, — перебил ее мужчина. Кого ему хотелось вспоминать сейчас меньше всего, так это Серсею. — Но она, по крайней мере, старалась, — Санса пожала плечами. — Тебе не стоит брать с нее пример. — Мне показалось, что я нравлюсь Вам… именно поэтому, — ее голос прозвучал загадочно. А у Ланнистера перехватило дыхание. Он не ожидал такой откровенности. Когда он бросил пристальный взгляд, девушка свой не отвела. Лицо словно маска. Опять перед ним кто-то другой. Почему Санса переменилась, он не мог понять. — Ты мне больше нравилась, когда была собой, — откровенно ответил он. — Откуда Вы знаете, какая я на самом деле? — даже голос ее звучал сейчас иначе. Мягкий, тягучий. Он действительно напомнил ему сестру. В тот миг, когда она была с ним притворно нежна ради собственной выгоды. — Быть может, именно сейчас я настоящая. — Нет, я видел… — Что? — теперь его перебила девушка, — скромную простушку Мэгги или забитую глупышку Сансу?       Джейме покоробило, как она говорит о себе в третьем лице. Похоже, девушка сама запуталась в своих личинах, и не может сделать правильный выбор. — Вы встретили меня в таверне. Узнали. Но что побудило Вас кинуться спасать меня, везти домой? Жалость, сострадание к девице, испытавшей столько горя. Ах, бедное дитя! Невинный взгляд, смущенье на лице, безропотность и покорность судьбе. Как захотелось стать героем! Почувствовать вновь, что значит быть рыцарем. Я дала Вам этот шанс, а сама получила то, чего и добивалась. Мы на пути туда, где, быть может, меня ждет более завидная судьба, нежели жизнь простой кухарки и посудомойки.       Вместо ответа, Джейме тронул своего мерина пятками, повел в ее сторону и поравнявшись, резко схватил за руку, притягивая к себе.       Санса почувствовала вызов, но не испугалась. Дернулась, но, как и прежде, не смогла вырваться из мужской хватки. — Если ты сейчас же не прекратишь нести эту чушь, — Лев гневно и вполне серьезно сквозь зубы цедил слова, — я спущу тебя с коня и выпорю. Да так, что ближайшие дни тебе придется пешком плестись за нами следом.       Волчица хотела было возразить, но Джейме еще раз дернул ее. — Все хорошо в твоей лжи, кроме того, что ты не можешь отделаться от шлейфа благородной леди. Твое «Выканье» выдает тебя. Кем бы ты сейчас передо мной не старалась казаться, Санса все еще пробивается, портя игру. — Всего лишь учтивость, —, но губы ее дрогнули. — Глупая девчонка, чего ты боишься?       Голос мужчины прозвучал громче прежнего, не сдержав эмоции. Клиган, едущий впереди, обернулся. Его тело напряглось, а взгляд потемнел, когда он увидел, что Лев достаточно грубо сжимает руку девицы. Но Ланнистер был на взводе и ответил не менее испепеляющим взглядом своему оппоненту. Он нарочито демонстративно освободил Сансу из своих оков и отвернулся от нее. Пес еще несколько секунд изучал Цареубийцу, а потом перевел глаза на Волчицу. Та невозмутимо восседала на своей кобыле, будто ничего и не произошло. Сандор сплюнул, что-то проворчал себе под нос и отвернулся.       Минут пять молчание не нарушалось никем. Первым его оборвал мужчина. — Можешь и дальше играть свою роль. Я ей не поверю. Но буду сильно разочарован. Я думал, что между нами есть доверие. Но, видимо, ошибся.       Санса ответила спустя некоторое время. — Простите меня, — ее голос снова обрел девичью кротость, — Я не хотела Вас обидеть.       Джейме обернулся и, дождавшись, пока девушка поднимет на него слегка смущенный взгляд, одобрительно улыбнулся. — Такая Санса нравится мне куда больше.       Но Волчица ему не улыбнулась в ответ. — Именно этого я и не хочу — нравиться Вам.       Лев снова опешил.       Вот так поворот!       Мысли застопорились. Раньше Санса не была против легкого флирта. Но Джейме ничего большего себе и не позволял. А значит, что-то иное повлияло на ее перемену к нему. Догадка пронзила молнией. — Ты все слышала? Ночью? — он вздохнул и прочитал ответ в ее глазах.       Теперь понятно. Девушка всю свою сознательную жизнь была узницей и марионеткой в мужских руках. Ей пользовались, ей расплачивались, старались выгодней продать. Она не знала настоящей ласки и любви. Мужчины стали ей противны. И вот, когда на горизонте забрезжил луч свободы, еще кто-то посмел возжелать ее. Сделать своей. Конечно, она испугалась. Ведь то были ее спасители, которым она доверилась, и, похоже, обманулась. — Я говорил тогда и повторю сейчас, — уверенно произнес Джейме, — Я не сделаю ничего из того, что тебе будет неприятно. Ты свободна. Никто не посягнет на тебя. — Если я того не захочу. — Да.       Санса бросила секундный взгляд на Клигана, и Ланнистер его перехватил. — И его ты тоже можешь не бояться, — Лев начал догадываться, что в лесу, быть может, между этими двоими, произошло то, что добавило страха запуганной девушке. — Я не дам тебя в обиду, если Пес сам не совладает с собой. Только скажи, и я буду готов скрестить с ним мечи.       На этот раз Санса легонько улыбнулась. — Не стоит доводить все до крайностей, — мягко пропела она, и тише добавила, — И ему не стоит знать о нашем разговоре. Джейме кивнул. ******       Вскоре, после полудня и одного короткого привала, небо разродилось косым хлестким дождем. Троица спряталась под раскидистым деревом, не спускаясь с лошадей.       Лев и Волчица скрывали свои головы и взгляды под капюшонами, а Пес — обожженное лицо за намокшими прядями волос. Его настроение было мрачнее угрюмых тяжелых туч. Дождь ни коим образом Клигана не тревожил, скорее присутствие по левую руку от него Пташки. Она была так близко и как назло с той стороны, где его страшная рожа зловеще морщилась застарелыми шрамами, а уголок рта постоянно подергивался. Повернуться к ней не было повода, а отвернуться, не хватало духа. Боковым зрением, Сандор мог видеть профиль девицы, тонкие пальцы, сжимающие поводья. Это цепляло и раздражало. Тишину нарушало лишь шуршание капель о листву. И мысли беспорядочно засоряли голову.       Клиган поражался собственному идиотизму и несдержанности. Вся эта затея с провожанием рыжеволосой девчонки в Королевскую Гавань, с самого начала грозила неприятностями и самобичеванием. Но побороть тягу к ней не было сил. Сегодняшнее утро стало тому лучшим доказательством.       Он стоял истуканом и, как заколдованный, не мог отвести взгляда от Пташки, когда та умывалась. Щеки ее раскраснелись от холодной воды, а шаловливые капли, убежав с ладоней, скользнули за край одежды. Сандор нервно сглотнул и чуть не выронил мех из рук, когда девчонка вновь обратила на него внимание. — Простудишься, — в панике выдавил он из себя слова, сказав первое, что пришло в голову. И не нашел ничего лучшего, чем сразу ретироваться.       Пес слышал ее шаги за спиной, и как они стихли. Против воли, обернулся. Увидел ее глаза. В них был вызов, и он повелся на него. — А ты не изменилась, — бросил Клиган и получил ответ.       «Сир» — как его бесило это обращение! Кровь закипела. Воспоминания нахлынули волной, лишь распаляя сдерживаемые эмоции. Пташка собиралась упорхнуть, но он рефлекторно схватил ее, одним движением говоря, что их разговор не окончен. — Я устал повторять, что я не «сир», — прорычал он, надеясь и опасаясь одновременно, увидеть в глазах девчонки страх. Но она лишь выплюнула в ответ — «Слишком много лет прошло, чтобы помнить». Словно пощечину отвесила.       Да, прошла целая вечность. Она стала взрослой. Он пропустил это. Бросил ее. Не смог уберечь от невзгод. Теперь перед ним волчица, способная защитить себя сама, не ожидая помощи со стороны. И она больше не боится Пса. Она его презирает. Нет, хуже. Она забыла его. А он, как дурак, цепляется за прошлое. И, тем не менее, при слове «Пташка», Волчица вздрогнула. Словно разряд молнии, прошедший сквозь ее тело, задел и его. И Сандор не смог побороть желания, продолжать с ней препираться. Это удовольствие, слышать, как она отвечает ему, пусть, и пытаясь уколоть. — Это все пустое, — почти шипела Санса, — Ничего не значит. Пес лает, а не кусает. Я усвоила этот урок. — Не боишься ошибиться в своих выводах? — Клиган чувствовал, как воздух обжигал легкие от негодования. А Пташка все не унималась. Хотела взять над ним верх, сказать последнее слово. Снова огрызалась: — Вы тоже не изменились. Злой, нелюдимый, отталкивающий. И никогда другим не будете.       Может быть, она и права, Пса не переделать. Вот только откуда ей знать каков он, Пес, на самом деле? Та маленькая изнеженная рыжеволосая девчушка в Красном замке видела беспощадного и свирепого воина с маской из ожогов и злобы на лице. Он таким и был. Для всех. Всегда. Но почему-то с ней, вел странные беседы, невольно стараясь быть мягче. Открыть ей глаза на мир и людей, объяснить, что делает его таким злобным. И ему даже иногда казалось, что Пташка понимала. Вот только страха в ее глазах не убавлялось.       «Глупая пичуга. Храбрится. Тоже, одела маску, которую теперь не может снять».       Клигану внезапно стало противно. Не такую знал он Сансу Старк. И дело было не в отсутствии покорности или смирения, а в том, что от девицы разило наигранностью. Будто в ней сосуществовало сразу несколько личностей. То храбрая и дерзкая, то кроткая и молчаливая, а то милая и улыбчивая. Прежнюю Пташку он видел насквозь, даже, если та пыталась врать. Девушка, стоящая перед ним тогда, оставалась загадкой. Прежде всего, потому, что сама себя не могла понять.       Она пыталась освободиться от его рук, но Клиган крепко сжимал ее локоть. Эта перебранка зашла дальше простых словесных упреков. Ему хотелось действа. Пташка и тут не стушевала. Ее попытки оттолкнуть мужчину и ударить, вызвали улыбку. Словно птичка, билась она в его объятьях, все больше распаляясь и распаляя его.       Ее щеки пылали огнем, а медные пряди, приглаженные водой, снова растрепались. Она жадно хватала ртом воздух, задыхаясь от нахлынувшего на нее гнева и тщетности действий. Она была так соблазнительна. Его новая Пташка. Теперь уже не девочка. Теперь уже не пленница.       Собственные руки не послушались и сжались на хрупких плечах девушки. Сандор поддался импульсу, и вот уже он склоняется над ней, прижимая к дереву. Она его волнует, она его заводит. Воздуха теперь не хватает и ему. — Что Вы делаете? — услышал Пес, будто издалека ее приглушенный голос. — Не знаю, — ответил растерянно. Но почти врал. Нет, он знал. Определенно. Он хотел коснуться ее губ своими. Ощутить их тепло, мягкость и податливость. Он хотел ее. Смотрел в глаза и видел пожар, который пожирал и его. Пташка тянула, как магнит. Сандор знал, что коснувшись ее, не сможет отпустить. Так и произошло. Но и здесь, за Волчицей было последнее слово. — Зато я знаю, — ее голос покрылся инеем, — Ведете себя, как все остальные мужчины. Берете, что хотите, не задумываясь, разрешено Вам то или нет.       Клиган застыл в немом оцепенении. Теперь она точно его задела. Словами, словно мечом проткнула. Его желания для нее не секрет. Пташка научена горьким опытом. Она знает, что значит быть чьей-то собственностью. Быть объектом вожделения. И ей от этого противно. Он ей противен. А у Пса нет оправданий. Она нужна ему. Вся, без остатка. Любой ценой… Но не по принуждению.       А значит, у него нет шанса…       И только эта истина сейчас пульсировала в висках. Не в силах сдержаться, Клиган перевел хмурый взгляд на девицу рядом.       «Седьмое пекло!»       Все это — одна сплошная громадная ошибка. Он здесь лишний. Ей не нужна его защита. Так зачем и дальше рвать душу и мучить тело? Еще есть возможность плюнуть на все и уехать прочь, куда глаза глядят. Главное подальше от рыжих локонов и синих глаз.       Будто услышав его мысли или почувствовав на себе взгляд, Санса тоже обернулась к воину. Поправила капюшон. Она смотрела прямо и открыто. Долго-долго. А он не мог даже моргнуть.       Что за напасть? Что такое между ними? Что Пташке нужно от Пса? Что хочет сказать своим взглядом? Упрекнуть? Ужалить? Прогнать?       Но ее прекрасное личико ровным счетом ничего не выражало. Все эмоции скрыты внутри. Девица научилась носить свою маску. И даже Псу не под силу пробиться сквозь нее.       Губы Сансы дрогнули, будто собирались что-то сейчас произнести. Клиган весь обратился в слух. Но в этот момент, Ланнистер тронул кобылу девицы, что-то ляпнул невнятно, отвлекая на себя внимание. Она рефлекторно отвернулась. Цареубийца сказал еще несколько слов и растянул губы в слащавой улыбке. Сандор уже не видел лица девушки, но не сомневался, что и она улыбнулась тому в ответ.       «Мне презрение, ему благосклонность» — воин взбесился, чувствуя проступившую испариной ревность. Тронул бока коня и стремглав понесся по лесной просеке.       Джейме лишь успел удивленно крикнуть вслед: — Куда такая прыть?!       И услышал в отдалении: «Дождь почти кончился».       А тише, чтоб его не услышали, Клиган добавил: — Тороплюсь поскорее закончить свои мучения. ****** «Почти кончился», было не совсем верным определением для промозглой измороси, насквозь промочившей всю одежду путников.       Было противно и неуютно. Санса совсем выбилась из сил. Бедра устали и, видимо, стерлись в кровь, но она мужественно помалкивала.       Джейме проклинал тот миг, когда ему в голову пришла безумная идея прихватить с собой Пса. А еще, корил себя за то, что все еще позволяет ему командовать.       Сандор думал лишь о том, как пережить ближайшие дни и не сойти с ума… И не сделать того, о чем потом сильно пожалеет.       Когда они нашли удачное место для ночевки, было еще светло. Но и людям и лошадям нужен был отдых, а костру больше времени, чтобы разгореться на влажных ветках.       Каждый занялся отведенными ему обязанностями. Джейме очагом, водой. Санса стряпала ужин. Пес до сих пор не мог в это поверить. После того, как он закончил с животными и оставил их пастись, побродил по округе, поставил пару силков. Быть может, местные зайцы будут столь пустоголовы и послужат хорошим дополнением к их скудным запасам.       Сумерки надвигались стремительно. Возвращаясь, Клиган прошел мимо их лагеря, отмечая, что Ланнистер все также лип с разговорами к девчонке. Ей, как всегда, это нравилось. Нервы опять подняли бунт. Сандор сплюнул и беззвучно выругался. Прошел несколько шагов, пристроился у дерева, чтобы опустошить мочевой пузырь. Послышался шорох травы, но это не коим образом не отвлекло его от процесса. Цареубийца показался в соседних кустах. — Ты что, и поссать в одиночку уже не можешь? — прорычал Пес. — Я хотел поговорить, — не обращая внимания на тон, ответил Джейме. — Как у тебя язык еще не отвалился от постоянной болтовни! — Уж лучше так, чем скалиться и беситься целыми днями. Сделай лицо попроще, может увидишь, как это в корне поменяет к тебе отношение. — Моей роже это не грозит. — Как знаешь, — Лев пожал плечами, но потом добавил серьезно, — Но если не в силах это исправить, постарайся хотя бы Сансу не трогать. Что, Семеро тебя побери, ты сегодня с утра сказал, или того хуже сделал? — Не твоего ума дело! — буркнул Клиган и оправил одежду. — А вот и моего, — он подошел ближе. — Я не позволю никому ее обижать. Она тебя боится! — Ланнистер ткнул ему в грудь пальцем. — Не твою страшную рожу, а то, что на ней написано. Тебе, что так трудно поубавить пыл? Заткнуть свои мужланские повадки куда подальше? — За своими следи, — Пес тоже напрягся. — Я-то, сама любезность и галантность, не тебе пример. И не довожу девицу до… — Цареубийца запнулся. — До чего? — Сандор подался к нему, — Да ты ее скоро заговоришь до такой степени, что она тебе даст, только, чтобы ты заткнулся. — А что тебя так это бесит? — мужчина поднял на него ехидный взгляд, — Твои проблемы, что язык в заднице. Девушки любят ушами и когда им уделяют внимание. Если Санса захочет…       Но Лев договорить не успел. Его оппонент отпихнул руку и ухватился за шею, передавив горло. — Это я тебя предупреждаю, хоть пальцем ее тронешь… — Пес низким рыком угрожал вполне серьезно. — Уже, — прохрипел Джейме, — Она моя.       Сначала пальцы сильнее сжались, но вскоре ослабли, позволяя Льву вздохнуть и снова заговорить. В голове созрел план, в успехе которого, однако, он сомневался. — Санса уже не дитя и давно женщина, — начал он. Скулы Клигана ходили ходуном, но он молчал. — Я знаю о ней все, она рассказала. Как жила эти годы. И кому была обязана. Не мне тебе рассказывать, чем порой платят девицы за кров и защиту. — Она… — теперь хрипел Пес. — Нет, — перебил его воин, — Она не была шлюхой. Но раздвигать ноги по приказу ей все-таки приходилось.       Джейме немного помолчал, наблюдая за реакцией собеседника. Постарался высвободиться из его лап. — Одно имя скажет тебе само за себя — Мизинец. Это он увез девушку из Красного замка, надеясь с ее помощью заполучить Север. Выдал замуж, но и сам не чурался пользоваться ею.       Пес взревел, немного удивив Ланнистера, но выпустил его и ударил кулаком по стволу ближайшего дерева. — Ты тоже ее принудил? — отвернувшись, сдавлено скрежетнул Сандор. — Нет, я был нежен и чуток, — ложь выходила довольно убедительно, - То, что нужно ее израненной душе.       Пес повернулся и долго щурился на Льва. А потом, не произнеся ни слова, ушел.       Почему Джейме решился на такой опрометчивый шаг, он и сам понять не мог. Но будто почуял, что это верное решение. Пес груб, но не жесток. И не лишен сострадания. Но не нежен. Нисколько. После рассказа о Бейлише, воображение должно было нарисовать достаточно четкие картины судьбы Сансы. И он бы не посмел, встать в один ряд с этим подонком. А для пущей убедительности, приписал и свое близкое участие в ее судьбе. Ланнистер не знал наверняка, но предполагал, что Пес чужого не тронет.       Вернувшись к костру, Сандор не мог скрыть своего безумного раздражения и выжигающего изнутри гнева. А вид Пташки выводил из себя еще больше. Услышанное не укладывалось в голове, а воображение рисовало отвратительные картины ее прошлой жизни.       Джейме вернулся следом, и предупредил его взглядом, умерить пыл. Наспех поев, он резкими движениями принялся с ожесточением точить свой меч. Чем еще занять руки и мысли он не знал. Нет, ему безумно хотелось кого-нибудь прикончить. Пару, тройку… сотню идиотов, попавшихся под горячую руку. Но, прежде всего, Цареубийцу. Возможно, этой ночью он так и поступит. И ему даже будет плевать на то, что он убьет его во сне. Прикопает на опушке, а Пташке наврет по полной. Она поверит. Побоится не поверить. И станет его, только его.       Сандор зажмурил глаза, на миг остановившись терзать сталь. Конечно, ничего этого он не сделает. Но помечтать-то ему никто не запретит.       Санса поглядывала на могучего воина с опаской. Таким взбешенным она его еще не видела.       «Джейме что-то ему сказал. Но что?»       Это оставалось загадкой. И спросить девушка не решалась. Молча съев свою часть горячего ужина, она совсем не согрелась. Одежда вымокла и холодила кожу. Даже жар от костра не помогал. Санса закуталась в сменный более сухой плащ. Ее немного трясло. Джейме это заметил. Он тоже обходил стороной Пса, и старался не попадаться ему на глаза. Устроился рядом с Сансой. Улыбнулся, как всегда по-доброму. Взял ее руки в свои. — Ууу, да ты вся дрожишь, — обеспокоенно, но мягко проговорил он в полголоса, — и пальцы, как лед. — Я никак не могу согреться, — девушка говорила правду. — Если только ты не возражаешь, — одновременно со словами, Лев притянул ее к себе и накрыл своим плащом и рукой, — Так будет теплее. — Спасибо, — Санса если и была смущена, то не настолько, чтобы отказаться от жара живого человеческого тела. Она плотнее прижалась к мужчине и положила голову ему на плечо.       «Он обещал ничего не делать без ее дозволения. Он хочет быть ее другом. Он заботится о ней. А она постарается научиться ему доверять».       Обнявшаяся парочка синхронно вздрогнула от удара металла о камень. Пес с силой швырнул свой меч и, быстро зашагав прочь, растворился в темноте.       Каждый по-своему воспринял его поведение.