like it post to be

Giriboy — Take care of you

К вечеру погода портится окончательно, и Чимин надеется, что дождь начнется после того, как вечерне-ночной ритуал подойдет к концу. Он лежит на той самой лавочке, закинув одну ногу на спинку только потому, что за полторы недели уже убедился, что поблизости в такое время практически никто не ходит. Воздух пахнет сыростью и надвигающейся бурей, Пак Чимин чувствует себя просто ужасно. Несколько дней назад испытательный срок Техена подошел к концу и, судя по тому, что тот все еще творит странные вещи в общежитии и на практиках, все завершилось довольно удачно. Если не сказать, сказочно. Именно этим словом Рэпмон описал происходящее. Техен действительно очень старается выполнить задуманное. Он пытается преобразиться, полностью и в самый короткий срок. И, если честно, такая настойчивость вводит Чимина в ступор — он никак не ожидал такого. Наверное, количество эмоций, которые внезапно стали доступны для Техена, было не понятно самому владельцу. Он то и дело ошарашено крутил головой по сторонам, будто не понимал, где находится, и взглядом искал то, за что можно было бы зацепиться. Извлечь из странного состояния его можно было практически мгновенно и, в то же время, местами забавно. Хосок с Чонгуком быстро просекли фишку: лезли к Техену, висли на плече, шутливо пинали и громко смеялись над тем, с каким выражением лица этот дурак возвращался на землю. Техен задирал голову и тоже громко смеялся. Правда, один раз они не успели вовремя вывести Техена из транса, поэтому тот, конкретно залипнув, споткнулся о лежавшего на полу Шугу, пытающегося восстановить из пепла желание продолжать танцевать. К счастью, дело обошлось лишь в очередной раз разбитой коленкой, живым хеном и, как следствие, относительно живым Техеном. Иногда, видимо, все же удается идентифицировать какие-то чувства, и тогда Техен внезапно начинает бурно радоваться абсолютно простым вещам: получившемуся танцу, высоким нотам и крутому рэпу. Мелкие, правда, тут же подхватывают, а хены, которые поначалу пугались, теперь пожимают плечами. Техен орет и мается дурью — иногда по делу, иногда невпопад. Его прощают, хотя порой отвешивают подзатыльник. Техен не обижается и продолжает улыбаться. Хосок умиляется и лезет обниматься. Такого живого и красивого Ким Техена, с его дурной головой, прыгающими мыслями и низким голосом, который он вдруг начал показывать, нельзя было упускать. Чимину нравится в Техене все, кроме одного — он по-прежнему не поднимает глаз. То, насколько тяжело Техену дается новая жизнь, не знал никто. Такую тайну доверили лишь ему, Пак Чимину. И от этого факта просто распирает от гордости, хотя, гордиться, по правде говоря, особо нечем. Потому что Техен был измотан и тяжело дышал. А еще дрожал и заламывал руки. И все для того, чтобы набраться смелости и посмотреть Чимину в глаза. Это происходит уже неделю на этой самой лавке. Техен просто привел его сюда, посадил и приказал сидеть смирно и не распускать руки. Чимин успел придумать тысячу и одну причину для волнения, пока тот сидел напротив и очевидно мучился. В первый раз все закончилось тем, что Техен начал задыхаться, а Чимин так перепугался, что сначала прыгал вокруг, а потом тряс за плечи и уговаривал не умирать. Уговаривал диким ором. Неудобно, в общем, получилось. Техен не желал ничего объяснять. Чимин беспокоился и ждал. Про глаза каким-то образом догадался сам. Поэтому сейчас он хмурится и надеется, что дело больше не дойдет до таких крайностей. На такой случай он прошерстил весь интернет — Тэхен же, черт его дери, лучший друг. То, что лучших друзей обычно не хочется гладить по щеке и, уж тем более, целовать, Чимин упрямо игнорирует. Ким Техен опаздывает. Чимин преданно ждет. Где-то на третьем кругу мыслей «я же смогу, я же помогу», его резко дергают за ногу. Чимин даже не успевает как следует испугаться — потому что слышится глупый ржач, а из-за спинки показывается лохматая макушка. — Ты, все-таки, полный идиот, — Чимин, улыбаясь, констатирует факт и двигается в сторону, пока Техен устраивается рядом поудобнее. — Значит, и ты тоже, раз со мной ошиваешься, — лыбится он, но тут же трясет головой и становится пугающе серьезным. И достает из кармана очки. — Эм, — Чимин совсем ничего не понимает, — зачем, я же сейчас в линзах. И все прекрасно вижу. Техен несмело кивает и протягивает ему очки, держа их двумя руками. — Э-это просто стекляшки. Мне надо, чтобы ты их надел. У него сейчас такой вид, будто он как минимум предлагает руку и сердце. Чимину неловко, но он никак не может отказать — ситуация совсем не та. Он надевает очки и поднимает голову. Техен смотрит мимо — то ли на оправу, то ли рядом — и сразу же бледнеет. Чимин, кажется, тоже. Судя по всему, в этот раз Техен настроен очень решительно, раз поднимает голову и бродит взглядом около чиминового лица, потому что все остальные дни после той совместной паники, они просто сидели какое-то время, а потом Чимин не выдерживал напряженной атмосферы и усиленно пытался ее разрядить. — Техен-а, может не надо? — аккуратно начинает Чимин, а тот лишь поджимает губы, — ну нельзя же сделать все сразу, посмотри на себя… И, видимо, эта фраза — совсем не то, что нужно было сказать. Вот совсем. Техен замирает, хмурится и резко выдыхает. И не вдыхает. Браво, Пак Чимин.