Крючкотвор

Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь, Так воспитаньем, слава богу, У нас немудрено блеснуть. Онегин был, по мненью многих (Судей решительных и строгих) Ученый малый, но педант: Имел он счастливый талант Без принужденья в разговоре Коснуться до всего слегка, С ученым видом знатока Хранить молчанье в важном споре И возбуждать улыбку дам Огнем нежданных эпиграмм. А.С. Пушкин «Евгений Онегин»

      Гарри Поттер с детства хотел стать констеблем. Носить черный блестящий шлем, быть уважаемым, охранять порядок и спасать людей. Он даже познакомился с настоящим констеблем, который жил на их улице, расспрашивал его о работе и карьере полицейского.       Потом увидел любимый домохозяйками мыльный сериал о женщине-судье и решил, что станет судьей. Будет носить широкие черные мантии, парики с буклями и стучать на всех молоточком. Гарри Поттер знал — чтобы стать судьей, надо быть образованным. Благо читать он научился рано и это дело любил. Тетка ворчала, что он читает слишком много, что чтение чтением, а работу по дому никто не отменял. Но книги покупала.       Дядя, когда узнал, что Гарри в будущем планирует носить парик и мантию, стал насмехаться над племянником, обзывая того «бабой» и намекая, что Гарри в платье вообще станет ненормальным. За ним обидную дразнилку: «Баба, баба!» повторял кузен.       Но когда компания дяди «Граннингс» заключала контракт с французскими подрядчиками на использование английских дрелей в строительстве домов в Европе, гадкие намеки прекратились. Английское качество и надежность ценили даже на континенте. Слова «качество и надежность» были основными аргументами в переговорах с лягушатниками. Тогда Вернон Дурсль с ног сбился, бегая по Лондону в поисках юриста со знанием английского и французского законодательства одновременно по приемлемой для среднего предпринимателя цене. А его племянник-мальчишка неожиданно объяснил ему, загибая пальцы на обеих руках, чем на континенте отличается выполнение работ от оказания услуг. Вернон советам племянника не придал значения, но почти теми же словами его консультировал юрист дорогущей конторы, в которую мистер Дурсль обратился после безрезультатных поисков кого-нибудь подешевле и понадежнее.       После этого положение Гарри Поттера в доме упрочилось. Поттер отказался давать дяде бесплатные консультации, предлагая взамен приобретать ему необходимую литературу. Дядя с красным как пожарная машина лицом орал, что он-де дает племяннику бесплатный кров и пищу, а в ответ получает черную неблагодарность. Шея его раздулась, лицо налилось кровью, и было похоже, что он сейчас лопнет от возмущения.       Поттер объяснил что, во-первых, его жена является опекуном несовершеннолетнего, а опекаемый в соответствии с Законами об опеке семьдесят первого года и семьдесят третьего года обязан проживать совместно с опекуном, во-вторых, по другой статье вышеназванных законов опекун должен обеспечивать опекаемого не только едой, но и всем необходимым, в том числе предусмотренным в Акте о детях восьмидесятого года образованием, и в-третьих, ни в одном правовом акте не сказано, что опекаемый обязан работать в саду и выполнять другую работу по дому. Более того, несовершеннолетние находятся под защитой международной Декларации прав ребенка, которая предусматривает защиту ребенка от жестокости, эксплуатации и других форм злоупотреблений.       Тут к нему глубочайшим уважением проникся даже кузен Дадли, тем же вечером придя в новую комнату Гарри, спешно переселенного из чулана под лестницей, с просьбой научить его «так» разговаривать с учителями.       С тех пор у Гарри Поттера была не только своя комната, но и еженедельная практика в виде анализа договоров «Граннингса», необходимая литература, уважение всего семейства Дурслей и даже собственный ученик - Дадли, который готов был хоть хвостом вертеть (если бы он у него был) ради занятий с Гарри.