Глава 8
2 сентября 2015 г., 23:27
Глава VIII. Беззаботные игры
Я проснулась раньше обычного и сразу же направилась к спальне Сиэля. Как и всегда, от такого количества дверей у меня начала кружиться голова, и время от времени я придерживалась за одну из них, дабы передохнуть. Ума не приложу, как вообще здесь можно свободно перемещаться? Я, наверное, никогда к такому не привыкну. Даже такому невезучему человеку, как я, может в этой жизни повезти: комната Графа Фантомхайва смотрела на меня прелестными дверями со светлыми покрытыми узорами створками. Радостно подпрыгнув, я без единого звука открыла их. Сиэль, посапывая, мирно спал на своей большой кровати, устеленной огромным количеством подушек. Маниакальная улыбочка заискрилась на моем лице, и я на цыпочках начала приближаться к мягкой постели. Притронувшись к острому плечу Графа, я начала настойчиво его трусить. — С-Себастьян?.. — сонно произнес мальчик, приоткрыв свои глаза. Пентаграмма блеснула неестественным светом. — Да, милорд, — сказала я наигранным голосом дворецкого. — Вы сегодня прекраснее обычного. Ваше личико заставляет моё сердце биться чаще. Не желаете ли вы уединиться со мной в кроватке? Эти слова сразу же подействовали на Сиэля. Но он даже не успел ничего сказать, поскольку я сразу же прыгнула в кровать Графа и выдернула из-под него одеяло. В мгновение Сиэль с криком полетел на пол. Громко хохоча, я стала кататься по всей кровати, а Граф, пользуясь моей невнимательностью, в ярости поднялся с пола и, подобрав с пола, кинул в меня большую перьевую подушку. Я чуть не ринулась с соблазнительно мягкого ложа вместе с ней. — Вера, какого чёрта ты делаешь?! — давил на мои барабанные перепонки Сиэль. — А где «Доброе утро…» или типа того? Сыночек, ты невежа, — парировала я, поджав нижнюю губу. — Да что ты тут вообще забыла в такую рань?.. — Не виновата я, что бабочка в душе! — крикнула ему в ответ я, а на моих щечках выступили ямочки. — И пришла я на аромат твоего нектара! Ха-ха! — Заметив, как Граф Фантомхайв брезгливо скукожился от моих последних слов, я заулыбалась шире. — Ах, какой ты холодный. Ну, тогда я согрею тебя своим телом! В мгновенье ока я спрыгнула с кровати и полетела на Сиэля с подушкой в руках. Как я и думала, Граф увернулся, а затем с победным лицом скрестил руки на своей груди. Хитрожопый лилипут! — Это дважды не сработает! Сиэль даже не успел сообразить, что к чему, как я спохватилась с пола и отправила подушку в изумлённое лицо Графа. Мой прицел был на удивление точным — она попала в свою цель с неописуемой мощью. Сиэль с грохотом упал на пол, приглушенно вскрикнув. А я подошла к Графу и, сев на него, направила ему в лоб указательный палец, а большой подняла вверх. Мальчик попытался выскользнуть из-под моего тела, однако я еще сильнее сжала на нем свои ноги. — Head shot! — Я с насмешливой улыбкой наблюдала за движениями Сиэля. — Ну что, сдаёшься, Граф Фантомхайв? Предвкушая скорую победу, я запрокинула голову назад, безумно смеясь в пустое пространство комнаты. Но вдруг ответом на мой вопрос стала большая в размерах подушка, которая полетела мне в раскрасневшееся от смеха лицо. Моя царская морда приняла удар, а я ринулась назад. Сиэль тем временем направился куда-то в сторону, вскакивая с пола. Вскоре собравшись с силами, я убрала подушку со своего лица и встала с пола на свои две. Но то, что я увидела дальше — это пустая комната. Чего?..***
Дело близилось к вечеру. Бросив свои бестолковые попытки найти Сиэля и отомстить, я весь день провела, сидя в предоставленной мне комнате. Оттягивая пуговицу на темно-синей рубашке с длинными рукавами, я осмотрела себя в маленьком зеркальце. Довольная результатом часового преображения, я покрутила каштановый локон из высокого конского хвоста между пальцев и вновь оттянула короткие шорты-бриджи вниз. Надо же! Не думала, что одежда Сиэля будет настолько хорошо на мне смотреться! Запирая за собой двери, я направилась в сторону приемной. Там, видимо, и собрались Мадам Рэд, Лао, Грелль, Сиэль и Себастьян. Ловя голоса дворецкого тетушки Графа Фантомхайва и китайца Тао, я переступила порог приемной с пламенным приветствием: — Привет, сельчане! Все с удивлением посмотрели на меня. А вот Сиэль от моего вида даже чаем поперхнулся. Я легко улыбнулась мальчику. — Вера, что на тебе одето?! — спросили хором Сиэль и Мадам Рэд. — А-ах, вам не нравится? — Я выровнялась и показала свой наряд во всей красе: синяя рубашка, которую я прикупила в мужском магазине, шорты, которые я позаимствовала у Графа и кожаные ботинки на маленьких каблучках со шнуровкой, тоже из магазина. — По-моему, смотрится замечательно! — Ты что, с ума сошла?! — прикрикнул на меня Сиэль, очевидно, заметив на мне свою вещь. — Вера, ты рылась в моём шкафу?.. — Не рылась, а прибиралась, — поправила того я, ухмыльнувшись. — А вот не надо было оставлять меня одну в комнате. Джентльмены так не поступают! — Леди не должна разгуливать в таком виде! — в том же тоне, что и Сиэль, обратилась ко мне Мадам Рэд. — Хочу и буду! Я не ваша собственность. — С этими словами я направилась к столу и села на стульчик в двух метрах от Графа. — Вероника, немедленно иди и переоденься, — все не отставал Сиэль, чуть отстранившись от меня. — Я не буду сидеть за одним столом с такой невоспитанной девушкой! — Ну так пересядь, — включила пофигиста я, положив руку на тыльную сторону ладони. — Вера, ты!.. — И снова Джек Потрошитель, — прервал Сиэля Лау Тао, который читал газету. — Так значит это был не Виконт? — с обеспокоенным лицом сказала Мадам Рэд, тут же забывая про меня. Тао продолжил читать газету с непонимающим беспокойством. Мадам Рэд стояла около него с тем же выражением на лице. Грелль прирос к месту где-то в сторонке и невинно наблюдал за происходящим. Сиэль повис над ненавистной газетой свежего выпуска то ли с напуганным, то ли с разгневанным выражением на лице. Себастьян наблюдал за своим господином. Ну…а я принялась уминать пирожные, что располагались на столе, за обе щеки.***
— То-олько рюмка водки н-на столе-е-е!.. — Я встала в легендарную позу на диванчике, используя вместо микрофона розу, что сорвала в саду особняка. — Ветер плачет за окно-о-о-м! Тихой болью-ю-ю!.. — Вера, заткнись! — остановил мой концерт Сиэль, бросив в мою сторону раздражённый взгляд, преподнося к губам фарфоровую чашку. — У меня большой баян, пусть завидует Билан! Лучше я, как ни крути, даже круче Джигурды! — Вера, заткнись! — ВСЁ РЕШЕНО! — Я спрыгнула около стола, где восседали Мадам Рэд и мерно воспламеняющийся Граф. — Мама, я — гей! Папа, я — гей! Можете просто промолчать! Можете злиться или беситься! НУ, А Я ПОШЁЛ!.. — Вероника, заткнись! — на этот раз к Сиэлю присоединилась и сама Мадам. — Архимедовы баклажаны! Вы чего так орёте? — Я, негодуя, замотала головой, отчего роза выпала из моей шевелюры, приземлившись прямо на голову Сиэля. Граф, чьи глаза в гневе расширились больше, рывком скинул ее со своей головы. — Я им тут настроение пытаюсь поднять, а они орут во всю… — Вероника, заткнись! — Адвокат! — вдруг заорала я, призывая защитника правосудия. — Я требую себе адвоката!***
Я сидела на диванчике и испепеляла Сиэля взглядом. Кто бы мог подумать, что на мои возгласы вместо желанного адвоката примчится Себастьян и начнёт утихомиривать меня. И вот теперь он, не отрывая от меня глаз, стоит чуть поодаль своего господина и лучезарно улыбается. Вскоре мне надоело просто так сидеть и я начала придумывать, как себя развлечь. — Слушай, Сиэль, а давай после раскрытия этого дела поедем на озеро, хорошо? — состроив милую гримасу, обратилась я к Графу. — Нет, — строго ответил мне тот, прикрыв глаз. — Но почему? — Все мои надежды мигом разбились, отбившись эхом на дне земном. — Я сомневаюсь, что мы распутаем это дело даже к концу этой недели. Нам нужно, как можно быстрее закончить с этой задачей и отправить доклад Её Величеству. А то, как ты каждый день капаешь мне на мозги, делу не поможет! — Ну-у, зануда ты, — надула губки я. Сиэль хотел уже что-то сказать, но, видимо, передумал. В эту же минуту дворецкий, каким-то чудом достав откуда-то поднос с чайничком и парочкой фарфоровых наполненных кружек, двинулся ко мне. Преподнося красивую фарфоровую чашку с золотой ручкой, он улыбнулся. Я недоуменно изогнула бровь. — Прошу. Белый Дарджилинг с нотками цитруса. Вам должно понравиться. Молча принимая чай из рук дворецкого, я неловко опустила взгляд. — Спасибо, — тихо поблагодарила я. Я принялась делать маленькие глотки ароматной смеси, а дворецкий отошёл к огромному шкафу, открытая его и выуживая оттуда связку каких-то бумаг. С несколько секунд я наслаждалась своим Белым Дарджилингом и уже хотела продолжить доставать Сиэля, как тут Мадам Рэд встала и направилась в сторону шкафа. К столу она вернулась с шахматами. — Сиэль, тебе нужно отвлечься от всей этой рутины, — заботливо сказала Мадам и начала расставлять шахматные фигуры на доске. — Не время играть в шахматы. Однако его слова ни капельки не повлияли на решение Мадам Рэд поиграть со своим племянником. Женщина присела на кресло, бросив озорной взгляд на шахматное поле, пальчиком раскачивая вычурную ладью на своей половине. Сиэль, сдавшись ее желанию, вздохнул. — Тебе нельзя напрягаться, — улыбнулась Мадам Рэд и сделала свой первый ход. — Может, пусть Себастьян разберётся? — Он всего лишь одна из моих пешек. Подчиняется мне и исполняет приказы, — двигал фигуры Граф в такт своих слов. — Но пешка не простая. Он может пересечь всю доску за один ход. — И с этими словами королева Мадам вылетела с доски, поверженная вражеским конём, что буквально перелетел все поле. — Вот так. — Э-э? Это не по правилам! — поставила королеву на законное место Мадам с возмутительным лицом. — Верно. Если мы говорим об игре, — усмехнулся мальчик. — Но в реальном мире правил нет. Судьба предрешена для коней, не подчиняющихся правилам, и пешек, ослушавшихся приказов. Если ослабите бдительность вам поставят шах и мат. Игра упорно продолжалась. Я наблюдала за племянником и тетушкой и грелась ароматным напитком. Меня даже слегка заинтересовала их борьба. Но всё время результат был один и тот же: Сиэль с лёгкостью ставил Мадам Рэд шах и мат, а ей не было, чем ответить. Чем-то эта игра мне даже напомнила судьбу бедной женщины… В итоге она так и осталась со своей одной маленькой пешкой и чёрным конём. — Можно жить и по-другому, — опять-таки начала разговор Мадам, — не будучи Сторожевым Псом преступного мира. Моя сестра, то есть, твоя мать хотела бы этого же. После всего мною сказанного ты всё равно вернёшься туда и будешь мстить за своих родителей? — Даже если я отомщу мёртвых это не вернёт, — помрачнев, произнес Сиэль. — Им уже всё равно… Но я не стану повторять ошибки семьи Фантомхайв, — Мрачный взгляд тонул в синем камне, мальчик вспоминал ужасное прошлое. — Таково моё решение! Я заставлю почувствовать боль тех, кто предал нас и запятнал имя семьи Фантомхайв. — Хм, всё ещё помню день, когда ты родился, — начала подходить к Сиэлю Мадам Рэд, встав из-за столика. — Ты был таким маленьким и хрупким и во мне пробудился материнский инстинкт. У меня не было детей, но я всегда думала о тебе, как о своём сыне, — положив руку на голову мальчику, печально произнесла Мадам. — Может, ты всё же немного отдохнёшь? — Сам решу, что мне выбирать, — убрал руку Мадам Сиэль с неким раздражением. — Извините, но мне не нужна ваша жалость. Ничья не нужна… От этих слов взгляд Мадам Рэд налился глубокой печалью и тоской. От одного её вида мне ставало не по себе. Зная её прошлое и даже будущее, мне стало жаль эту женщину до глубины души. Я наблюдала, как она направляется к выходу из комнаты, и, когда ее одеяния скрылись в полумраке коридора, последовала за ней. Сиэль, какой же ты дурак!***
Я со всех ног мчалась за Мадам Рэд. И вот, как только я резко свернула налево, мой нос повстречался с чьей-то спиной. Этот кто-то вскрикнул, и мы вместе покатились с лестницы, словно маленькие колобки. Когда я уже дошла до двести сорок пятой ступеньки, мои колени встретились с плиткой, а лицо, с помощью силы притяжения, уже летело к земле-матушке. Я приготовилась к тому, что мой нос вновь потерпит фиаско, но, на моё удивление, он приземлился на что-то мягкое. Не подымая головы, я начала щупать то, что так радушно приняло удар на себя. Так-с. Мягкое, круглое, упругое… Стоп! Я приподнялась и увидела Мадам Рэд, чье лицо было жуть какое красное. Я удивлённо подняла руку и пошевелила пальцами, как будто сжимала мячик. — Кия-я! — Я отпрянула от Мадам, лежащей на плитке. — Вероника, что ты себе позволяешь?! — поднялась Мадам Рэд на ноги всё ещё красная. — Простите, простите, простите, простите, простите!.. — умоляюще кланялась я женщине. Она продолжала испепелять меня взглядом, а я — бить низкие поклоны в извинениях. Святые угодники, кто же мог подумать, что мое лицо так радушно встретят груди Мадам Рэд! Блин, какой позор! Вскоре мои мысли прервал мученический вздох Мадам. Я и с невинным личиком посмотрела на женщину. — Ну, и ради чего ты набросилась на меня? Чтобы мы вдвоем скатились с лестницы? — всё ещё зло, но уже без той пунцовой краски на щеках, обратилась ко мне женщина. — Эм, нет, — невинно почесала затылок я. — Мне просто хотелось унять свой интерес. — Унять интерес? — подняла одну бровь вверх Мадам. — Да. На днях Сиэль рассказал мне о вашем прошлом, — Я сделала короткую паузу, чтобы увидеть реакцию Мадам Рэд, а затем поспешно продолжила: — Вы относитесь к Сиэлю, как к собственному сыну. Но почему он вам так дорог? Неужели из-за того, что он сын человека, которого вы полюбили в молодости? От такого вопроса женщина сильно удивилась. В её глазах отразился отблеск тоски. Если бы кто-то это видел, то подумал бы, что она пытается сдержать слёзы. — Я… думаю о Сиэле, как о самом дорогом мне человеке. Но это не только потому, что он сын моей любимой сестры и моего возлюбленного, — Мадам Рэд сделала паузу, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. — Может, в глубине души я и завидовала сестре… Но Сиэль сразу же стал мне любимым племянником. Я проводила с ним большую часть своего времени. Взгляд этих глаз напоминал мне о нем… Но, вскоре, когда Сиэль вернулся после долгого отсутствия, я стала относиться к нему с еще большей теплотой. Ведь это все, что осталось от самых дорогих мне людей… — Значит, Сиэль — это сокровище, что для вас дороже всего. — Неожиданно для самой себя я заключила Мадам Рэд в свои тёплые объятья. Не могу сказать точно, но мне показалось, что женщина хотела мне что-то сказать, но, похоже, впала в шок. Я приподнялась к её правому уху и прошептала так, чтобы мои слова услышала лишь она: — Вот только…это сокровище потеряет свой блеск, если вы не остановитесь. Неужели ты этого не понимаешь, Джек Потрошитель? Я почувствовала, как Мадам вздрогнула, а её сердце заколотилось, как бешеное. Я отошла от женщины и начала всматриваться в её расширенные глаза с доброй улыбкой. — Будьте осторожны, Мадам. Вы стали врагом для своего племянника, — предупредила я женщину и направилась обратно к Графу, оставляя Мадам Рэд стоять в ступоре.***
— Шоколадки и ириски тают прямо в карманах. Я танцую в дискотеке в черных байковых труса-ах! — Хлопнув в ладоши, я рукой смахнула из рук Графа какой-то документ, продолжая давать свои концерты. — Ну же, Сиэль, подпевай! Я косолапый мишка, воришка и врунишка, подонок и стервец. Я никакой не заяц, я сволочь и мерзавец, кидало и подлец! В ответ — молчание. Граф, терпеливо поднимая бумаги с пола и кое-как их выравнивая, захватил какую-то книгу в зеленом переплете с чайного столика и углубился в чтение. Я села в кресло, где до меня сидела тётушка Графа и тяжело задышала. Вдруг со стороны Сиэля я услышала облегченный вздох, и меня это возмутило. С какой стати он должен расслабляться?! Я решительно направилась к Графу. Он не обращал на меня внимание, и был поглощен чтением. Ну, а я тем временем зашла к нему за спину и заглянула в книгу. — Бухты-барахты! — мои глаза превратились в блюдца. Не удивительно, ведь в книге повествование шло на французском языке. — Сиэль, как тебе не стыдно такое читать? — Что? — не понял мальчик. — Это — исторический роман Вальтера Скотта. — Роман? А разве главные герои имели права выражаться матами? — Вероника, что ты несёшь? — То, что думаю, мой Ромео. — И в следующее мгновение я развязала повязку на глазу Сиэля и отбежала с ней на безопасное расстояние. — Эй! — разъярённо посмотрел на меня Сиэль, прикрывая глаз с пентаграммой. — Отдай немедленно! — Сначала догони! Я начала бегать и скакать по всей комнате, словно мартышка, а Синеглазка пытался меня поймать, закрывая правый глаз. — Вера, живо отдай! — Нит, мальчик-спальчик. И так продолжалось ещё долго: я скакала по столу, креслах и просто бегала кругами по комнате, а Сиэль бегал за мной следом с криками и иногда открывал шкафы, и бросал в меня чем попало. Естественно, я успевала уворачиваться, ведь все, к чему прикасался мальчик, было слишком тяжелым, чтобы он сумел его нормально поднять.***
Я выбивала чечётку на столе из черного дерева, словно пьяный мафиози. А тем временем Сиэль стоял на коленях и тяжело дышал. Его волосы были растрёпанные, а лицо краснючее. Я ухмыльнулась и, спустившись со стола, встала возле двери. — Ну что, холоп, сдаёшься все-таки? — И не подумаю, — прокряхтел Сиэль и с этими словами схватил со стола ту же книгу, именуемую им романом Вальтера Скотта, и кинул ее в мою сторону. — Лови! От неожиданности я выпустила повязку и отпрянула в сторону. Я уже была готова услышать, как книга врежется в деревянную дверь с резонным шумом, но в эти же секунды дверь открылась, и в ее проёме появился дьявольски хороший дворецкий семьи Фантомхайв. — Юный господин, вам… Книга с громким шумом врезалась прямо в лицо дворецкому и упала на пол, раскрывшись на форзаце. Я и Сиэль стояли в шоке. Ушибленное место на лице Себастьяна порозовело, а бровь дворецкого задёргалась. — Пф… Пха-ха-ха! — не выдержала я и уже каталась по полу и держалась за живот. — Ха-ха-хах! — на моё удивление, я услышала ржач и самого Графа. Вот такая вот забавная картина: я катаюсь под столом и долблю кулаком об пол с громким безумным смехом. Сиэль же от истощения после гонки рухнул в кресло и, держась за голову, смеялся не тише меня. А бедненький Себастьянчик недоуменно смотрел, как мы бьемся в конвульсиях и потирал ушибленный нос.***
— Ха-ха-ха! Хах… Фух! — наконец-таки я успокоилась и выползла из-под стола. — Сиэль, это было нечто! Божья кара тебе, Себастьян, от твоего господина, — Я поднялась на ноги и оглянулась в поисках Графа. Однако, как только я убедилась в том, что в ней ни души, резко вскочила на ноги. — Что? Опять?! Вот же ж, хитрожопы! Я направилась к двери и, открыв её, уже топала к спальне Сиэля. Но, подойдя к лестнице, услышала тихие шаги. Кто-то тихо и мирно спускался вниз. Я спряталась за угол и проследила за тем, как двое людей, юноша и его преданный дворецкий, бесшумно направились вниз. Граф был переодет в одежду бедняка, а дворецкий — в теплое пальто. — Вот вы где! — Прыгнула я на спину Себастьяну, отчего тот удивился. — А куда это вы собрались и без меня? — Не твоего ума дело! — грубо ответил мне Сиэль. — Отправляйся в свою комнату. — Нет! Я пойду с вами, — вцепилась я в дворецкого мёртвой хваткой. — Леди Вероника, — обратился ко мне Себа, — будет лучше, если вы останетесь в особняке. На улице дождь, а господин в первую очередь волнуется за ваше здоровье. Если вы пойдете с нами, то подхватите простуду. — У меня иммунитет ко всякой заразе! — и с этими словами я подняла руки и показала свои щуплые мышцы мужчине. — Во! Видали? Если надо будет, я и вас смогу защитить. — Это обнадеживает, однако… — Никаких «однако»! Царь сказал — царь сделал! Сиэль, возьми меня с вами! — Нет. — Возьми! — Нет. — Ох, Сиэль, давай решим это по-хорошему. Ты берёшь меня с вами, ну, а я не рушу твой особняк, что от него даже камушка на камушке не останется, — улыбнулась я юноше, позеленевшему от моих слов. Сиэль обреченно вздохнул. — Похоже, у меня нет выбора… — На том и порешили! — хлопнула я в ладоши и вновь вцепилась в Себу. — Скачи-скачи, мой коник! — Но не путайся под ногами! А если надо будет… — Да, поняла я, поняла! Вперед, салаги! На этот раз эти двое вздохнули в унисон, и мы втроем направились к выходу из огромного дома. Я уже готова была напевать над ухом дворецкого веселую походную песенку, как вдруг в мою безумную голову пришла одна идея. Я резко спрыгнула со спины дворецкого, останавливая его. — Стойте! — Что случилось? — хором спросили Граф и Себастьян. — Я кое-что забыла! Стойте здесь и никуда не уходите!***
Отперев дверь, я вошла на кухню. Оглядевшись, я заметила ножи, что висели на крючках около шкафчика с сервизом. Я подошла к ним и взяла, на мое усмотрение, самый острый и больше других в размерах. Улыбнувшись маниакальной улыбкой, я запрятала в шорты холодное оружие и вышла в коридор. — Вот теперь-то мы и позабавимся… Конец POV Вероника
