Penance

Сторибрук, штат Мэн – Июнь 2013       Она стояла на кладбище, глядя на серое надгробие, когда услышала за спиной тихий шорох травы под чьими-то ногами. Шаги были тяжелые и неровные, словно тот, кто подходил к ней, был если не в хламину пьян, то, как минимум, слегка нетрезв.       - Привет, красотка, - услышала Эмма, и Крюк встал рядом с ней. Пах он просто отвратно, а выглядел ещё хуже со свалявшимися волосами и заросший бородой.       - Крюк, - моргнула шериф. – Где тебя носило весь месяц?       - Залег на дно, - ответил тот, прежде чем поднять фляжку и отхлебнуть из неё.       - Дно, видимо в буквальном смысле, - сухо констатировала Эмма. Но, протянув, было руку за фляжкой, тотчас же опустила ее из-за пронзившей всю конечность острой боли. Пулевое ранение, полученное в перестрелке с Грегом и Тамарой, уже почти зажило, но движения ещё были скованными, хотя, по словам доктора Вейла, так будет ещё какое-то время.       Она поправится, Вейл убеждал её небывало сопереживающим тоном, который от него мало кто слышал, просто нужно время.       Поразительная аналогия со Сторибруком.       - Обычный ром, - вздохнул Крюк, глядя шерифу в глаза.       - Понятно. Так ты искал меня специально или…?       - Нет, возвращался на корабль и случайно заметил тебя, здесь, над ним. – Опустив голову, мужчина тихо проговорил: - Мне жаль.       Эмма вскинулась: - О чём ты сожалеешь? О том, что упивался вдрызг из жалости к себе, пока мы сражались за жизнь с психопатами, с которыми, между прочим, ты был заодно или ты сожалеешь о том…       - Я сожалею о том, что допустил это, позволил ему погибнуть, - перебил её Крюк чуть дрогнувшим голосом. – Я не… я даже не знал, кем он был, пока после… пока я не узнал, что он был первым, кто погиб. Знаешь, ведь всё, что я искренне желал, была месть, и мне было все равно, как я её получу, а мщение привело к смерти сына Милы… месть… она того не стоила.       - Совсем как история этого города. Регина хотела отомстить моей матери за неумение держать язык за зубами, ты хотел отомстить Румпелю за убийство твоей возлюбленной, Грег жаждал отомстить Регине за убийство отца, и всем было наплевать на тех, кто оказался среди этих разборок. Месть никому не принесла счастья. Грег мёртв, а Регина…       Эмма запнулась, увидев, как пират поднёс фляжку ко рту и сделал основательный глоток, его затравленный взор голубых глаз признавал всё.       - Крюк, - тихо спросила спасительница, - ты знаешь, что с ней произошло?       - Её пытали, - последовал ответ.       - Мы знаем.       - Нет, не знаете. Вы думаете, что через неё пропустили ток и убили, но всё вовсе не так. Её подводили к смерти снова и снова, а как только она отключалась, её откачивали и начинали сначала. И самое страшное то, красотка, что я убеждён, что они были способны на куда худшие вещи. Их наниматели точно социопаты.       - За последние несколько недель это мы тоже сами узнали, - глухо произнесла Эмма. – Скажи, они убили Регину?       - Наверняка, - протянул пират, затравленно-печальное выражение его лица говорило о том, что он обдумывает свою роль в её несомненной смерти. Да, она предала его, но и сам Джонс уже слишком давно зашёл слишком далеко, настолько далеко, когда избавился от человека, прославившегося своей жестокостью в открытом море. – Потому что никто, даже Королева, не вынесла бы такого кошмара, - продолжал Крюк. Этот парнишка Менделл, он был так же зол, как я когда-то, и он хотел, чтобы она страдала не меньше его. И поверь, она страдала.       - Мы так и не нашли тела.       - Есть тысячи способов надругаться над человеком даже после смерти, - напомнил ей Джонс, и лицо его помрачнело, словно он вспомнил своё собственное ужасное прошлое. – Думаю, что Менделл опробовал несколько.       - Несомненно. Но легче от этого не стало.       - Мне жаль, - повторил Крюк, - я пытался уйти, когда они начали то, что проделали с Региной, потому что это было совсем не то, чем должно было стать. Я лишь хотел отомстить за Милу. И я ошибся.       - И что теперь? Пойдёшь мстить Голду? Нам всем пойти мстить, пока не ошибёмся, но расплачиваться за ошибку будут другие? – Эмма обвела рукой кладбище и указала на могилу. – Нил погиб, защищая меня. Прошу, хватит.       - Всё кончено, - убеждающее проговорил Крюк. – Я не хотел… я только хотел вернуть её…       - Тебе надо отпустить её и жить дальше. Кто-то должен.       - Я не знаю, как.       - Тогда ты обратился не к тому человеку, - проговорила Эмма, и в голосе её слышалась печаль самоиронии. – Я пытаюсь понять, как помочь сыну справиться с потерей самого близкого человека в его жизни, той, что любил больше жизни, даже если понимал этого или не умел показать так, как стоило бы; и отца, с которым он хотел бы познакомиться. Я не знаю, как сделать всё правильно, но я очень постараюсь. Я ведь не стремилась стать его единственной мамой, но месть не оставила мне выбора. А ты?       - А у меня есть боб, - просто ответил Крюк.       - У тебя есть боб? Тот самый, что …       - Тот, что создаёт порталы, да. Думаю, что пора мне возвращаться домой, туда, где мне самое места. Пора вернуться в Зачарованный Лес. Здесь мне больше нечего делать. Да может, и не было никогда.       - Думаю, это хорошая мысль. – Чуть помолчав, проговорила Эмма. – И может, тебе стоит протянуть руку помощи тем, кто тоже хочет вернуться. Предложи им переход на своём корабле. Поиграй немного в героя, и отвези этих людей домой.       - Слишком сильно в меня веришь, - задумчиво протянул Крюк, опуская руки в карманы. По лицу пирата будто пробежала тень, но уже начинало смеркаться, и сказать наверняка было сложно.       - Быть может, но я лишь убеждена в том, что ни один из нас не должен был стоять на кладбище, заливая боль ромом. У меня есть семья и это… для меня это важно. Пора и тебе, Джонс, найти семью. Пора жить дальше и найти свое счастье. – Тут Эмма дернула носом и добавила: - и к слову, принять душ и переодеться.       Пират фыркнул и одарил её тем, что вероятно должно было стать харизматичной улыбкой, призванной обаять Эмму до потери штанов. Но из-за опьянения улыбка вышла вялой и похотливой. – А если ты моё счастье, Свон?       - Вряд ли, что тебе есть, на что рассчитывать, Крюк, - хмыкнула Эмма.       - Вряд ли, - только и кивнул мужчина. – Как рука? Вижу, пока щадишь её.       - Заживает.       - Хорошо. – Тут Джонс качнулся на носках, и ещё раз приложившись к фляге, передал её Эмме. – Не окажешь мне услугу?       - Смотря какую?       Капитан одарил её чуть настороженной улыбкой и проговорил: - Услуга не для меня, Свон, а для Регины. Тебе стоит кое о чём узнать, да и твоему пареньку тоже.       - Ладно,- тихо ответила Эмма. - Расскажи мне.       Джонс поднял крюк, и спасительница увидела лежащий в нём, чуть поблескивавший, чёрный бриллиант. – В самом конце, Регина совсем отчаялась. Её уверенность, что твои родители её бросят, и что она может потерять сына, сподвигла её на ужасный поступок. После того, как Миллс похитили, мне удалось провести несколько минут наедине с ней. Она и рассказала мне, что именно собиралась сотворить. А потом объяснила, как остановить их, забрав у этих психов бриллиант. Это триггер, и он мог бы уничтожить Сторибрук и убить нас всех, кроме Генри.       - Боже, - только и пробормотала Эмма, не в силах скрыть отвращение.       - Так вот, она предотвратила это. Она всех спасла.       - Не понимаю.       - Грег и Тамара отняли у неё триггер. А её Величество велела мне украсть его у них, и объяснила, как деактивировать его навсегда, прежде чем бриллиант вообще сумеют активировать. Регина была уверена, что умрёт, и она могла забрать всех, всех своих врагов с собой, а твой мальчик бы выжил, но она переживала только о том, чтобы паренёк не остался один, только одно это её и беспокоило. Регина совершила много плохого, впрочем, как и я, но важно только то, что она любила сына, и он же придавал ей сил.       - Спасибо, - проговорила Эмма, принимая упавший в ладонь темный блестящий камушек.       Кивнув, Крюк отошёл от неё. Его взор в последний раз упал на надгробие Нила. Джонс долго смотрел на него, глубокое горе и печаль отразились на его лице, а потом Эмма вновь услышала шорох, пока Крюк шёл по мокрой от росы траве кладбища.       Шериф постояла у могилы ещё немного, беседуя с Нилом, все же надеясь, что он услышит её. Надеясь, что узнает, что она простила его.       Эмма уже собиралась уходить, когда взгляд её упал на склеп Миллсов. Регины в нём не было, и спасительница в глубине души не верила, что та умерла, но само строение только возвращало к мысли о том, как много уже потерял Генри.       Слишком много.       - Мы с тобой никогда не были друзьями, и вообще, практически каждый разговор заканчивался руганью, - проговорила Эмма, глядя на табличку с фамилией над дверью склепа. – Но я просто уверена, что в глубине души мы уважали друг друга, и сейчас мне необходима твоя помощь. Помоги мне быть сильной ради Генри. Если ты была достаточно сильна, чтобы не сломаться под пытками Грега и Тамары, то я уверена, что ты сумеешь быть сильной и для нашего сына. И мне плевать, даже если ты будешь вести себя в своём обычном стервозном репертуаре, Регина, но ты нужна Генри, так же, как и мне. Так что, окажи мне услугу, ладно? На всякий случай, пригляди за нами так или иначе, - прикусив губу, шериф помолчала и добавила, - а если ты ещё жива, тогда держись, потому что я найду способ вернуть тебя домой к сыну. Обязательно найду. - Спасительница подождала ответа, хотя знала, что его не будет, и, она, втянув носом воздух и, усмехнувшись своим мыслям, развернулась и зашагала домой.