Свободный полёт

После окончания занятия капитан задержал Моргану и Мерлина, чтобы объяснить, где можно ознакомиться с пропущенным материалом. — По сути, в теории вы и так всё это должны знать, лучшими пилотами не называют идиотов, не слышавших о стратегии воздушного боя, а вот на практике я вас погоняю, — хмыкнул капитан Глок. — Свободны. Отдав честь, они с Морганой — чета Эмрисов, ха-ха, хоть Моргана и не взяла его фамилию, чтобы не возиться со сменой документов, да и два лейтенанта Эмриса слегка дезориентировали бы руководство — вышли из учебного класса, а внутрь скользнул один из давешних длинноволосых мачо. В просторном холле у окна их поджидал владелец пристального взгляда — Артур Пендрагон, сын министра обороны. Скрещенные на груди руки и брови, сведённые к переносице, не давали надежды, что злиться он стал меньше. Плохо. — Отойдём? — спросил он, и когда Мерлин с тяжёлым вздохом уже собрался шагнуть за ним, Артур схватил Моргану за руку и отвёл в сторону. — Ну, здравствуй, детка, — довольно громко пропел он елейным голосом, но от этого добродушного тона по телу пробежалась толпа мурашек — плохо вдвойне. — Значит, вышла замуж, а я ни сном ни духом. — А ты ждал приглашения? — моментально нахмурилась Моргана. Мерлин, ожидавший нападок на себя, стоял обескураженным столбом в стороне, переводя недоуменный взгляд с одного на другую. — Ну, хотя бы звонка могла меня удостоить — всё-таки не чужой тебе человек. — Но и не бойфренд, перед которым я должна отчитываться, — Моргана отзеркалила позу Артура, сложив руки на груди и задрав подбородок, чтобы гордо смотреть сверху вниз на парня намного выше себя. Если бы Артур начал разговор в другом ключе, она бы не кинулась так колко защищаться, а, возможно, по-человечески объяснила, что они даже маме Мерлина не позвонили — слишком быстро и нервно всё это закрутилось. Хотя… Всё зависело бы от того, кто он ей — с бывшими или несостоявшимися ухажёрами, например, его новоиспечённая жёнушка обычно не церемонилась. — Да боже упаси, такое счастьюшко и врагу не пожелаешь! И я не поверю, что даже перед бойфрендом ты отчитываешься, да и… — Артур хотел продолжить, но Моргана его перебила. — Чешир! Ты мне тоже не сообщил, что принят в Королевскую Академию, кстати. А Мерлин, как мой муж и напарник, знает обо мне всё! — Чешир? — переспросил Мерлин и шагнул ближе, приходя в себя от нового потрясения. — Этот придурок и есть твой милашка-брат? — Всё знает, говоришь, — хмыкнул Артур. — А ты про него тоже всё знаешь? С каких пор ты по девочкам, Ме-е-ерлин? — издевательски протянул он, переведя на него взгляд. — Трахаетесь под гейскую порнушку, а потом она тебя страпонит? Теперь уже Моргана беззвучно открывала рот, как выброшенная на берег рыбка. — А не заткнуться бы тебе, Артур? — на скулах Мерлина заиграли желваки, а из глаз готовы были посыпаться искры. — Ты ничего обо мне не знаешь! — О, я знаю о тебе достаточно, чтобы утверждать, что ты физически не можешь спать с женщиной. — Давно я не бил твою лощёную физиономию, — выплюнул Мерлин, автоматически сжимая кулаки и пытаясь задвинуть Моргану себе за спину. — Та-а-ак, и где же вы познакомились? — Моргана решительно проигнорировала защитный жест и уставилась на них цепким взглядом. — Только не говорите мне, что... Мерлин быстрым движением накрыл тёплые губы Артура ладонью, не давая ему сказать. От этих прикосновений по телу пробежала дрожь, но он, не показывая вида, спокойно ответил: — Мы учились вместе в одной школе до лётного. — Старшая военная школа-интернат для мальчиков имени Джона Сноу? Одноклассники, значит. — Ага, — как можно увереннее кивнул Мерлин, отчаянно прикусив щёку изнутри. Сволочной Артур, ехидно выгнув бровь на слова Мерлина, мстительно лизнул его в ладонь. А может, просто жарко и влажно дышал приоткрытым ртом — ведь он уже набрал воздуха и разомкнул губы, чтобы вывалить на Моргану их общую подноготную. — Что здесь происходит? — из кабинета вышел капитан Глок и уставился на подозрительную троицу, нахмурив густые чёрные брови. Следом за ним вывалился тот самый лохматый мачо, глядя на Артура виноватыми глазами нагадившего сенбернара. — Старший лейтенант Пендрагон, как старший по званию, доложите по форме. Артур, убрав ладонь Мерлина ото рта, сделал шаг в сторону, выпрямился в струнку и, прижав руки к бокам, отрапортовал: — Выражаю сестре и её мужу свою крайнюю обиду на то, что меня не пригласили на свадьбу, сэр. — Лейтенант Ле Фей, вы урожденная Пендрагон? — Глок перевел на Моргану уже менее пристальный взгляд. — Так точно, сэр. По окончании школы взяла фамилию мамы, чтобы на службе меня не ассоциировали с министром обороны, — в тон Артуру отозвалась она. Артур же прожёг сестру быстрым укоризненным взглядом, но при капитане сказать ничего не посмел. — Решайте семейные вопросы менее бурно и в приватной обстановке. Через… — Глок глянул на наручные часы, — сорок пять минут каждой паре быть в своих «птичках». Советую поторопиться. — Разрешите выполнять? — спросил Мерлин, встав по такой же струнке, как и все. — Разрешаю, разойтись, — капитан, козырнув, развернулся на каблуках и, чеканя шаг, направился к лестнице. *** Женская раздевалка в Академии всё-таки присутствовала, хоть и была на добрые три четверти меньше мужской, поэтому Моргана отправилась готовиться к полёту в полном одиночестве, впрочем, как и всегда. А Мерлин последовал за Артуром и его вторым пилотом Гвейном, тем самым лохматым мачо, что отвлекал Глока, пока Артур выяснял отношения с сестрой и новым родственником, то есть с ним, с Мерлином. До самой раздевалки Артур не проронил ни слова и даже не смотрел в его сторону, а Гвейн же, носивший весьма подходящий ему позывной Бродяга, наоборот тарахтел без умолку, сыпля пилотными байками и просто излучая дружелюбие. А ещё, кажется, заносчивый сукин сын Пендрагон только с Мерлином вёл себя, будто набрал в рот дерьма, всем остальным парням он искренне улыбался и охотно вступал в беседы. Всего неделю здесь, а уже грёбаный король и супер авторитет Академии. Ничего не меняется. Артур всегда нравился людям, даже тем, кто не знал о папочке-«шишке». И как же он когда-то… Нет, эти мысли Мерлин отмёл напрочь, он здесь не для того, чтобы вспоминать прошлое, а чтобы из просто отличного пилота стать пилотом-асом. Личная жизнь пока не складывается, значит, будет строить карьеру. Моргана, конечно, постоянно пеняла ему на то, что так рано похоронил свою «возможность на счастье». У Мерлина от этих слащавых слов каждый раз зубы сводило, но Моргана для него была не просто боевым товарищем, но ещё и отличным верным другом, поэтому он отмахивался от этих нравоучений, советовал переспать с барменом и не отказывать уже себе в «возможности на счастье». Моргана предсказуемо бесилась и тянула руки к его «жилистой цыплячьей шее», тот самый бармен по давно отработанному жесту Мерлина наливал им по очередной порции текилы, и разговор переходил на безопасную для обоих тему. Так они и жили последние пару лет. — Поторопитесь, девочки, — в раздевалку заглянул Глок и красноречиво постучал пальцем по циферблату наручных часов. Мерлин, заканчивая приготовления, подёргал крепления обвязки с парашютом и застегнул под горло молнию болотно-зелёной лётной куртки с лейтенантскими нашивками, надетой поверх такого же цвета комбинезона — эта форма шла, кажется, только зеленоглазой ведьме Моргане, красиво оттеняя колдовские глаза, себя же он в ней считал ещё более бледным и угрюмым. Кое-кто из парней шлемы с позывными на лбу нацепил прямо в раздевалке, Мерлин же предпочитал тащить свой до самолёта в руках, слушая музыку и настраиваясь на полёт. Их с Морганой шлемы были отдельной историей. У неё рядом с витиеватым позывным красовалась кокетливая золотистая корона, а ещё она клеила вокруг этого прекрасия розовые звёздочки за каждый сбитый вражеский самолёт или удачно выполненную миссию, Мерлину же синхронно доставались такие же синие или серебряные. Клоунада, но бунтарю внутри него нравилось, хоть Моргана и получала каждый раз солидную порцию ворчания. Мерлин сунул в уши пуговки наушников и включил на плеере, засунутом в нагрудный карман, песню по случайному выбору. Мимо прошли Бродяга и Артур, на шлеме которого красовалась надпись «Зубоскал» — скорее всего, пафосная интерпретация милого детского прозвища Чешир. В наушниках зашуршал трек, начавшийся со звуков чиркающей спички и хриплого смеха солиста, проникновенным сексуальным голосом с придыханием сказавшего: «Пусть летят искры»*. В этот момент Артур засмеялся, видимо, на очередную шутку Гвейна и что-то ответил. Воображение Мерлина моментально соединило звук и «картинку», и по телу второй раз за день пробежалась волна мурашек. Уж очень голос Тревора МакНилана — тоже блондина, кстати — в этой песне подходил ублюдку Пендрагону. Мерлин слишком хорошо помнил, как он точно так же смеялся и чувственно шептал, когда хотел довести его до полуобморочного состояния. Нет, об этом думать сейчас — да и, в общем-то, никогда больше — тоже не стоит. Но член уже ощутимо стал распирать трусы. Это провал. Если он сейчас же не успокоится, о нормальном полёте и речи идти не будет. Когда кровь приливает к головке, вслед за ней туда же мигрирует и мозг, лишая Мерлина возможности мыслить трезво. Он резко переключил песню, попав на ритмичный клубный трек, никак не соотносящийся с Артуром, и поймал под локоть Моргану, вышедшую из соседней раздевалки. — Хэй, милый, не нервничай, — ласково погладила она его по тыльной стороне ладони. — Нет, с чего ты взяла? — подстроившись под её шаг, Мерлин даже сбился. — Ну, у тебя руки трясутся. Не дрейфь, чего мы там не умеем? — Всё умеем. Слушай, напомни-ка мне рецепт твоего фирменного пирога, и подетальнее, пожалуйста. — Что, возбудился в раздевалке, полной брутальных самцов? — хмыкнула она и выгнула бровь. — Ой, только не спрашивай опять, с чего я взяла. Ты же не выпечкой в кабине истребителя заниматься собрался. Я просто помню, как ты однажды сказал, что мой пирог — самое НЕ сексуальное, что ты видел в жизни, так что выводы вполне очевидны. Мерлин виновато посмотрел на Моргану, но та весело улыбалась, совсем не обидевшись. Перед полётом она, как и Мерлин, всегда находилась в приподнятом настроении — небо для них было круче секса с самым лучшим любовником. *** Мерлин и Леди были последними в очереди на взлёт, так как порядок выстраивался по рейтингу, где они пока были внизу списка. Конечно, за пропущенную неделю пилотов только один раз выпустили в небо для показательных выступлений в коробочке**, а там, кроме скорости реагирования на приказы и несложных фигур высшего пилотажа, ничего не продемонстрируешь. Как сообщил диспетчер, первым взлётно-посадочную полосу покинул «Тайфун» Зубоскала и Бродяги. Моргана хмыкнула одновременно с Мерлином — кто бы сомневался, кто тут король неба. Но ничего, они с Морганой тоже не пальцем деланные. Задача на этот полёт была простая — подбить Сталкера — капитана Глока, летающего на более быстром одноместном истребителе, и при этом сохранить «девственность» своего «зада». Моргана фыркнула на формулировку задания, пихнув Мерлина сзади в плечо. — Мор, ты как школьница, увидевшая в тексте фразу: «Трахнул по башке». Если буквально, то девственность лично МОЕГО зада беречь уже поздно, — чуть недовольно буркнул тот. — М-м-м, так ты пассив, — хихикнула она. — Я универсал, если тебе так уж интересно, — проворчал Мерлин. — Кстати, разговоры между пилотами во время учений пишутся, и раз теперь весь штаб в курсе сексуальных предпочтений твоего мужа, давай готовиться к вылету. — О, раз пишут, я могу свежий пошлый анекдотец рассказать, хотите? — весело спросила она. — Мерлин, Леди, база разрешает вылет, — будто ей в ответ раздалось в лётных наушниках, а красные сигнальные огни на взлётно-посадочной полосе поменяли цвет на жёлтые. — Внимание всем пилотам, — продолжил диспетчер. — Для вас свободна третья общая частота, у Сталкера доступ закрыт. — «Пусть летят искры, детка», — пропел уже успевший заскучать от ожидания Мерлин и начал руление, увеличивая скорость под оглушительный снаружи и едва слышный в кабине рёв турбин. Оторвавшись от земли и убрав шасси, они сделали большой круг в коробочке, повернув самолёт на девяносто градусов, чуть не задев брюхом диспетчерскую вышку, и вылетели в заданный квадрат под маты из наушников. Кажется, там кто-то от страха чуть не обделался. На подлёте к заданному периметру Моргана сообщила, что уже три команды выведены из игры. Да, такой скорости уничтожения противников можно только позавидовать и не щёлкать клювом, чтобы не оказаться в числе поджаренных. Уже в квадрате пришло сообщение, что Зубоскал с Бродягой только что подбили цель и возвращаются на базу. Отлично, меньше народа, больше кислорода. — Сталкер с нами, — через несколько минут деловито сказала Моргана. — Прицепился прямо на хвост, зар-р-раза. Мерлин принялся маневрировать, закладывая виражи с кренами и делая бочки с колебанием высот. Шустрый лёгкий истребитель Сталкера был значительно манёвреннее тяжеловатого «Тайфуна». — Уходи левее, — крикнула Моргана, крутя головой и беспрерывно анализируя ситуацию на мониторах и в небе. Мерлин устремился выше, но преследователь не отстал, а приблизился ещё больше. Заложив петлю, их «Тайфун» устремился вперёд, к границе допустимого периметра, а затем Мерлин опять дёрнул самолёт вверх, снижая скорость рычагом. Нос истребителя задрался, как вставшая на дыбы кобра. Увлечённый преследованием Сталкер пронёсся мимо, а Мерлин, одним движением руки вернув скоростные характеристики в норму, отлетел на исходную высоту, доделывая маневр, так и названный «Коброй» — «бросаясь», как змея, на противника и выходя на идеальную стрелковую позицию. Хвост Сталкера попал в прицел. Есть! — У-у-уху, — пропела Моргана, вскидывая вверх одновременно с Мерлином сжатый кулак в победном жесте. — Твой коронный сброс скорости и здесь не подвел. — Мерлин, Леди, возвращайтесь на базу, — раздалось на общей частоте, и их «Тайфун» заложил вираж в обратном направлении, где их ждала не только похвала, но и явная головомойка. За облёт вокруг аэродрома им с Морганой впаяли дежурство на кухне. Их челюсти — челюсти лейтенантов ВВС, профессиональных пилотов — синхронно стукнулись об пол, а директор академии полковник Гаюс на все их возражения только немыслимо выгнул кустистую седую бровь в фигуру высшего пилотажа. «Это армия, детка», — читалось во взгляде его прозрачных глаз. Что они будут делать на кухне, полковник загадочно умолчал, зато капитан Глок не скупился на слова, распекая их группу после полёта. Причём даже тех, кто подбил его самолёт, а таких было всего две пары — Мерлин с Морганой и Артур с Гвейном. — Вы что, прыщавые геймеры, задрачивающие «World of warplanes» после школы? Вы боевые единицы Военно-воздушных сил Соединённого Королевства! Мы битые два часа обсуждали тактику воздушного боя, да о чём я? Вам даже дали свою частоту для обсуждения стратегии, и ни один не догадался включить вместе с тумблерами впрыска топлива в истребителях ещё и голову. Вы попали в условную ситуацию военных действий, в вашем распоряжении десять самолётов-союзников — явное численное превосходство — и всего один вражеский. Когда нет приказа работать индивидуально, нужно использовать все имеющиеся ресурсы для уничтожения противника. Мозги, это тоже ресурсы, господа… И дама. Меня уверили, что вы лучшие, но пока я вижу только растерянных овец в лётных комбинезонах. Свободны. «Боевые единицы» с понурым видом поплелись на выход. — Хэй, парни, — окликнул всех Гвейн. — И прекрасная Леди, конечно же, — сделал он поклон в сторону закатившей глаза Морганы. — Как насчёт выпить в баре неподалёку? Завтра воскресенье, так что смело можно отметить первый провал. Лётчики нестройно закивали и одобрительно замычали. Настроение у всех было объективно хреновое, только неунывающий Бродяга Гвейн улыбался во все тридцать два и предвкушал веселье. Мерлин ему откровенно завидовал. Его собственный оптимизм сдох, кажется, с десяток лет назад вместе с наивностью и чем-то ещё, что распирало грудь и заставляло сердце замирать или пускаться вскачь, как сумасшедшее. — Пойдём? — шепнула Моргана, заискивающе заглядывая в глаза. — Давай, — пожал он плечами. Если не сильно налегать на алкоголь и сесть где-нибудь в уголочке, подальше от отливающей золотом пшеничной шевелюры, то он вполне сможет провести этот вечер без последствий для собственных нервов. Жаль, что Мерлин не знал, что кое у кого были совершенно другие планы. *Речь идет о песне Thousand Foot Kratch - Let The Sparks Fly. ** Коробочка — аэродромный круг полетов, воздушное пространство над аэродромом.