Одержимость

«… - Разве мы заслуживаем смерти? – спрашивает высокий, но хрупкий парень с острыми чертами лица. - А смерть нужно заслужить? – улыбается убийца, продолжая играться со своим ножом. – Это был риторический вопрос. Не отвечайте. Мне не особо интересно говорить с вами о смерти. Это вопрос решенный. Давайте лучше поговорим о дружбе. Почему бы не задаться вопросом, почему именно вы тут? - Потому что мы лучшие друзья, – тихо шепчет молодой человек крепкого телосложения, но маленького роста. Он смотрит в пол и пытается хоть как-то осмыслить ситуацию. Получается плохо даже для него, изучающего психологию. – Поставить нас перед выбором, кто из нас умрет, а кто будет жить. Это ваша цель? - Не совсем. Больше меня интересует то, как второй будет жить после. Вы идеальны, когда вместе. Вы дополняете друг друга, вы – продолжение друг друга, вы созданы друг для друга. Хотя это звучит пошло, но это так. Даже когда вы не рядом, ваша целостность все равно чувствуется. Удивительная дружба. Мне так интересно её разбивать. - Вы её не разобьете. Вы убьете одного, но для другого он будет навсегда рядом. Даже после смерти, я уверен, мы будем рядом, – высокий парень без страха смотрит на своего убийцу. Он готов к смерти. - Какой смешной, – хохочет маньяк и подходит совсем близко к парню, который хотел стать журналистом. – Ты думаешь, что после смерти будешь заботиться о своем друге? Боюсь тебя разочаровывать, но все, что тебя там ждет – это тьма. И ты будешь захлебываться в ней, как и в собственном одиночестве. Не веришь? Ну тогда почувствуй. Нож вонзается в тело, как в масло, проникая в сердце, разрезая его напополам, входя между ребер. Потом медленно выходит из него и снова резко вонзается на этот раз в район печени, но молодой человек уже не чувствует этого удара. Он уже ничего не чувствует. - МИНСОК!!! – больше похоже на визг, чем крик. Все вокруг плывет перед глазами, время остановилось, и весь мир, который знал невысокий парень, взорвался, а остатки его полетели в Тартар. Ничего не происходит, ничего больше не происходит для него. Это конец. - Прости, Енгуки. Но ты ошибался, я с самого начала хотел убить его. Ты тут скорее как зритель. Ты не спросишь - почему? А ну да, ты сейчас не в состоянии этого сделать. Просто ты ничего не сделаешь, потому что не сможешь что-то сделать без его поддержки. А он, если бы ты умер, нашел бы меня: пошел бы по трупам, убивая, предавая, но нашел бы. И убил бы, но моя смерть была бы хуже твоей в десятки раз. Но это не так страшно. Самое плохое то, что он бы на мне не остановился. И в мире бы появился ещё один маньяк, намного хуже меня и беспощаднее...» Мин Юнги «Тот, кто гасит свет» Глава №9 ЧонГук считает себя хорошим человеком, он усердно учится, работает, пытается не сидеть на шее у родителей. Помогает друзьям, не обращает внимания на придурков, которые считают себя лучше других. Просто обычный парень. И именно поэтому он совершенно не понимает, какого черта он постоянно думает о Мин Юнги. О вежливом, немного напряженном, умном, холодном и пугающем писателе, но таком притягательном для него. Фотограф искренне не понимает, почему вчера, когда он смотрел программу про него, тот был совершенно другим. Мягким, улыбчивым, добрым, нежным и таким сладким, но не приторным. Как можно в одном человеке это совмещать, парень не понимает. Сейчас он вместе с семьей на похоронах господина Ким МинДжуна. Сам Чон видел его пару раз, но отец с ним был в хороших отношениях, именно это знакомство и дало ему работу. Парень видит, как держится жена его босса. Глаза красные, но сухие. Во взгляде отрешенность и пустота, все слезы уже выплаканы. Девочка не понимала, что происходит, и стояла рядом с матерью. Гроб был закрытым, ребенок не видел своего отца, а вот его жене не повезло. Ей пришлось опознать тело. Очень много людей, либо коллеги по работе, либо те, с кем он когда-то сотрудничал. И потому, когда Чонгук увидел Хосока из «Чосон Ильбо», он не был удивлен. Но спустя минуту до фотографа начинает доходить, что и Юнги тоже тут. Убеждать себя в обратном совершенно бесполезно, тем более что через несколько минут он видит его самого, разговаривающего с распорядителем похорон. - Не правда ли удивительный человек. Он оплатил все расходы, – сзади слышится мужской голос, оборачиваясь, студент видит главного редактора «Чосона». Тот в черном костюме, как и положено, на похоронах, но выражения скорби на лице нет. По нему видно, что он не особо рад присутствовать на этом мероприятии, но выбора у него нет, как и у самого фотографа. – Не ожидали нас тут увидеть, Чонгук? - Нет, почему. Тут можно было увидеть кого угодно. Мне приятно, что Вы меня запомнили, господин Шин ДонХек. - Вы очень похожи на одного моего старого знакомого. Он давно умер. И, честно говоря, когда я впервые вас увидел, думал, что вы привидение. Поэтому простите меня за такое поведение, – эти слова сильно удивляют фотографа. Перед ним взрослый мужчина, который сделал себе имя, счастлив в браке, и между ними разница в возрасте чуть ли не пятнадцать лет. А он общается с ним настолько учтиво и как с равным. Это располагает к нему. – Позвольте вопрос, какое лицо было у Юнги, когда он Вас увидел? - Не знаю, мне свет ударил в глаза. Но он выглядел напряженным. - Напряженный - интересная характеристика. Могу себе представить, хотя нет, боюсь, что не могу. Мин Юнги может быть сильным, властным, а может быть милым, спокойным, даже добрым, как сейчас. Смотришь на этого сытого удава и не нарадуешься. - Он же молочный змей, – улыбается Чонгук, глядя, как писатель разговаривает с вдовой. – Кстати, кто это придумал? - Ваш покорный слуга. Но если честно, это не соответствует действительности. Эти змеи на самом деле не опасны… - Но их легко можно перепутать с коралловыми аспидами. А они уже ядовиты, – резко возникает рядом с ними Юнги, и у фотографа от его голоса воздух вышибает из легких. – Здравствуйте, Чонгук. А Вы опять рассказываете про меня небылицы. Да, профессор Шин? - Даже не начинал, – Чонгук удивленно смотрит на редактора, поэтому тот поясняет. – Я преподавал многим журналистам, которые присутствуют здесь. В том числе и Юнги. Но это было лет шесть тому назад. - Не скромничайте, профессор, ваше мнение до сих пор важно в университете. - Безусловно, но сейчас оно имеет другой вес. Что ж, приятно было с Вами, Чонгук, ещё раз увидеться, даже при таких ужасных обстоятельствах. Но я, пожалуй, Вас оставлю, – редактор уходит в сторону Хосока, который все это время настороженно за ними наблюдал. Этого не заметили ни профессор, ни писатель, но у студента на такие вещи глаз наметан. И когда глаза их встречаются, Чонгук видит в них страх и опасность. Как будто журналист предупреждает об угрозе, которая нависла над парнем дамокловым мечом. И это страшно. - Я могу пригласить Вас на обед? – вопрос был неожиданным, поэтому парень сначала отвечает, а потом думает. -Да. В этот момент Чонгук полагает, что перед ним явно не сытый удав и вряд ли это безобидный молочный змей. За этой ухмылкой скрывается аспид. «… - Я искренне не понимаю, почему Вы хотите, что бы я читал у Вас лекции. Я не преподаватель и не журналист, – спрашивает прокурор по особо важным делам. Не так часто он принимает кого-то в своем кабинете. - Ты же знаешь, что профессор Пак попал в больницу. Отдать его часы другим преподавателям невозможно, у всех итак полные ставки. К тому же курс «Введение в профессию» отдать кому попало нельзя. - А я никто попало? Сколько у Вас таких студентов, которые перевелись с журналистики? К тому же у меня работа, мне сложно будет совмещать. - Профессор Пак рекомендовал именно тебя, да и ДонХек настаивал на тебе. Он у тебя ещё преподавал, до того как стал главным редактором. Четыре часа в неделю – это не так много. К тому же, тебе уже предлагали читать лекции у юристов. У меня уже был разговор с твоим начальством. Они согласны. - И все же почему я? Из нашего курса вышло много хороших журналистов. - Набор на наш факультет большой, а мало кто из этих людей станет хорошим журналистом. Ты видишь суть. Ты легко отберешь тех, кто может работать в этой профессии. - Но я стал более жестоким. И методы отбора будут такими же. - На это и рассчитываю…» Из разговора декана факультета журналистики университета Ёнсе с прокурором по особо важным делам Ким Сокджином. Чимин настолько счастлив, что готов танцевать на улице. И нет, он не псих, просто в последнее время много всего плохого случилось, что даже одно радостное событие делает его счастливым. Даже если его лучший друг перестал с ним общаться. Чимин учится на первом курсе факультета журналистики, и он один из двенадцати человек, которые в свое время остались в аудитории у профессора Кима. Когда он был там, он не знал, что его ждет и сильно боялся преподавателя. Но сейчас он боготворить его готов. Его лекции не похожи на чьи-либо другие. Они не часто проходят в аудитории, а если проходят, то это больше похоже на игру или квест. Они уже видели, как работают журналисты газет перед сдачей статей. Они брали интервью у людей, собирали информацию, просто наблюдали за ситуацией. У них была аккредитация на политической и экономической пресс-конференциях. Они видели, как работают телерепортеры, ведущие программ новостей. Они сами готовили репортажи, сами делали газету, и они понимают, что значит быть журналистом. Разумеется, теперь те, кто ушли очень сильно жалели об этом. Потому что эти двенадцать человек набираются опыта, знакомятся с нужными людьми, понимают, как и с кем говорить можно, а как нет. Если раньше парень жалел о том, что поступил на журфак, то теперь он не может представить себя на другом факультете. И самое главное, что после таких занятий учиться другим предметам становится интересно, потому что ты знаешь, что эти знания тебе нужны. И ты учишься усерднее. Сейчас семестр подошел к концу. Печально осознавать, что профессор Ким не будет у них ничего вести. Как это ни странно, последнее больше всего не нравится их группе. Они видели, как к нему бегут на перерывах студенты второго и третьего курса, рассказывают ему что-то, просят совета. Грустно становится от того, что и Чимин будет так же бегать между парами, а не общаться с преподавателем на лекциях. И его это совсем не радует. - Пак Чимин, все-таки пришел. Неужели не передумал и хочешь понять, как расследуют преступления? Криминальная хроника присутствует везде: и в газетах, и на телевидении. Но все же, с чего такой выбор? – Ким Сокджин стоял у входа в главное здание прокуратуры Сеула. - Нет, не передумал. Я не знаю, что Вам ответить, чтобы убедить, что мне это интересно. Может, я детективов начитался и мне нравится мысль о том, что я буду неофициально помогать ловить убийц. - Это не так увлекательно, как пишут в книгах, – они входят в здание, где у входа на Чимина выписывается пропуск. – У тебя будет такой же доступ, как и у меня. И да, с этого момента на «ты», иначе в нашей команде не бывает. - Профессор Ким, то есть.. -Я не имею звание профессора, но вы упорно называете меня так, – тяжело вздыхает Сокджин, заходя в лифт и нажимая на нужный этаж. – Ладно, забей. Тебе нужно кое-что запомнить о команде. Не шути на тему ориентации, по крайней мере не начинай. Час работы впустую. Также не шути насчёт замужества и женитьбы. Будет ещё хуже. - А про расследования расскажете? - Не я, наш отдел занимается делом одного серийного убийцы. Ребята тебя посветят в детали, это, к слову говоря, строго конфиденциально, и ты уже подписался о неразглашении. Так что если детали расследования выйдут, тебя посадят. Не пугаю, просто предупреждаю, – Чимин тяжело сглатывает от угрозы и вздрагивает, когда открываются двери лифта. – Добро пожаловать. Восторг снова возвращается к будущему журналисту, именно так он и представлял себе этот отдел. Шумно, но людей не так много, все они что-то несут: коробки, документы, улики, кофе. Все вертится, ничто не стоит на месте. - Мама, я попал в рай, – шепчет Чимин. Его преподаватель улыбается и ведет дальше. Они сворачивают и оказываются в небольшом холле, здесь тише и, как и везде, много столов, заваленных бумагами и пакетами с уликами. - Пак Чимин, позволь мне представить основную часть нашей команды. Ким Намджун, – высокий мужчина поднимает руку верх, но, отрываясь от бумаг, облегченно вздыхает. На голос оборачиваются ещё двое. Один рыжий, взгляд недовольный, но на губах улыбка, второй же больше смотрит на Сокджина. – Ким Тэхен, введи его в курс дела. Хосок, рад тебя видеть. - Чимин, и как тебе наш супер-секси прокурор Ким? – спрашивает рыжий парень, когда Сокджин и этот странный Хосок уходят в кабинет преподавателя. – Скажи, горяч? - Тэхен, он для него преподаватель, – Намджун нравится Чимину, он производит впечатление хорошего и доброго человека. Эдакого большого мишки, который при желании и загрызть может. - За ним столько студенток бегает, и не только девушек. А он своей холодностью ещё больше привлекает, – говорит студент и садится за один из свободных столов. – У него кто-то есть? - А ты быстро перестроился. Значит сработаемся. Нет, он у нас вообще не разговорчивый и не особо дружелюбный. Слушай, хен, а реально кто его друзья? Ты, я, Хосок, ну и ещё этот неизвестный нам Шуга. И всё, наверное. С остальными у него рабочие отношения. - До чего же ты трепло, – тяжело вздыхает молодой мужчина с золотым кольцом на пальце. – Слушай, Чимин, эта балаболка – эксперт-криминалист, я – оперативник. Остальные тебе пока не нужны, ибо один-два раза с ними пересечешься, не больше. Нашему отделу отдали дело о газетном серийном убийце, так что твоя помощь может пригодиться. Что ты, кстати, знаешь про этого убийцу? - Ну, он похищает своих жертв, истязает их, а потом убивает, оставляя на месте преступления газету. Поэтому его и назвали газетным. -Пресса больше и не выкладывала. Теперь он ещё и журналы оставляет. Он отрубает своим жертвам кисти и ступни, пока они ещё живы. Некоторые из них умирают от потери крови, некоторых он добивает ядом. Бред, почему нужно использовать яд, заморачиваться так зачем? Не понимаю. - А почему дело вам отдали именно сейчас? – спрашивает Чимин, с любопытством поглядывая на дверь, ведущую в кабинет Сокджина. - За семь лет его не смогли поймать. Мы последняя надежда, – улыбается Тэхен. - Последняя, а хена все равно не допустили к расследованию, – встречаясь взглядом со студентом, Намджун поясняет. – У Сокджина личный интерес к этому делу. И он слегка повернут на нем. К тому же он просто уверен, что знает, кто именно убийца. И честно, мне все больше кажется, что он прав. - Я понимаю, но Мин Юнги не похож на того человека, который будет так убивать. Он просто комплекцией не вышел. Если бы травили всех, тогда может быть, но нет, – рыжий парень становится резко серьезным, и это слегка напрягает Чимина. - А почему это дело так важно для прокурора Кима? - Первой известной жертвой этого убийцы была его девушка.