Мстители. Война богов

Рора села в нашу машину, теснясь на заднем сидении вместе с Нико, Хейзел и Стеллой. Бартон, явно радуясь возможности поболтать с давним другом, тут же завалила бедную девочку расспросами разного рода: от того, что маленькая Фостер проходит на уроках в обычной школе, до того, что не хотела бы она передумать и присоединиться к нам, Новым Мстителям. Заслышав такую бредовую идею, о которой Стелла говорила не раз, я кинула на неё весьма красноречивый взгляд, не суливший ей ничего хорошего за такое предложение. Ещё во время нашей битвы против хельхеймовской нежити я голосовала против того, чтобы Аврора стала частью команды. Вы наверняка скажете, что это слишком жестоко — всё веселье достаётся нам, а дочь Тора сидит тем временем на базе Щ.И.Т.а, гадая, кто из вас вернётся живым. Поймите меня правильно: я не хотела видеть Рори среди Новых Мстителей не потому, что мне так хочется или из-за того, что она из Дома Одина. Вовсе нет. Я не хотела пускать её в нашу странноватую компанию по одной лишь просто причине — она ещё ребёнок. Тринадцатилетняя девочка. К тому же, я мне не хотелось, чтобы ещё один из близких мне людей погиб на поле боя — я и так потеряла брата и подругу, не могу потерять ещё и Рори. Когда девочка заинтересовалась, откуда мы узнали, что Камень Времени хранился у неё и зачем он нам понадобился, я решила корректно промолчать, поэтому слово взяла снова Стелла. Она рассказала обо всём, что произошло с нами за последние дни: безумной настолько, что комиксный Джокер нервно курит в стороночке*, и очень-очень плохой Аморе Чаровнице, её придурочном плане отравить Иггдрасиль и собрать Камни Бесконечности, чтобы стать властелином мира… также не упустила рыжеволосая упомянуть о том, что сообщили нам эти ужасные новости Сиф и Джаспер, который сейчас находится в Лагере Полукровок. Заслышав знакомое имя, глаза Авроры тут же распахнулись от удивления, казалось, её не столько удивили слова агента о надвигающемся конце света, сколько слышать новые известия о своей божественной мачехе и Джаспере: — Мой брат сейчас в Мидгарде?! — удивлённо воскликнула она, как-то даже растерявшись. Аврора знала, что её братец укатил в Асгард для обучения искусству ведения боя, но вот его прибытие на Землю её весьма поразило. Стелла кивнула, на что Фостер помрачнела, отвернулась к окну, за которым сменялся городской пейзаж, и едва слышно возмущённо прошептала: — И ведь даже не навестил… Будь её воля, Аврора крепко матюкнулась бы, назвав брата весьма уместным словом. Судя по её лицу, в мыслях она явно поносила, на чём стоит Мировое Древо, сына Тора, а ведь он её родной брат, и с ним она была в очень тёплых отношениях. Однако, что-то мне подсказывало, что в последнее время оба стали терять родственную связь. Так бывает, если люди подолгу не общаются. Оставшуюся часть пути мы молчали. Изредка дочь Тора мрачно делала замечания, куда ехать, но большую часть помалкивала. Видимо, затаила обиду на Джаспера, что тот не соизволил навестить их с матерью. Поэтому в салоне автомобиля было тихо. Спустя несколько минут мы уже подъезжали к дому Эрика Сэлвига. Каждый из нас очень надеялся, что с Камнем ничего не случилось, и мы заберём его, как и положено. Тогда весь план Чаровницы покатится котам Фреи под хвосты, а миры окажутся в относительной безопасности, ведь останется решить проблему с отравленным Мировым Древом. По крайней мере, станет на одну проблему меньше, чем есть на данный момент, а это, согласитесь, гораздо лучше. Не дожидаясь нас, все вышли из машин. Полубоги нервно переминались с ноги на ногу, им уже не терпелось покончить с этим делом, но все, как один, дожидались лидера. Я, выйдя из машины и сделав всем жест следовать за нами, — рядом со мной трусила приведшая нас сюда Рори — направилась к порогу дома учёного, и наша дружная орава двинулась за нами. Ну прям гангстеры Нью-Йорка, ей-богу. Ещё бы позади Стелла шла с динамиком, из которого доносилась бы песня «Ну-ка тормозни, пацанчик», так вообще сходство налицо! Я пропустила вперёд свою названную кузину, позволяя ей постучаться или позвонить в дверной звонок. Всё-таки с моим отцом у мистера Сэлвига в прошлом некоторые разногласия (папа тогда пытался при помощи читаури захватить Манхэттен, и при этом с помощью Камня Разума он поработил разум профессора и Соколиного Глаза)… поэтому не думаю, что он будет особенно рад меня увидеть. А вот Аврора — другое дело. Дети Джейн вызывали у него умиление, ведь Фостер была ему как дочь. Так что пусть лучше сначала он увидит первым делом миленькую маленькую дочку Тора, чем ребёнка своего бывшего врага и его хватит удар. Что удивительно, никто нам не соизволил открыть. Рори как-то растерянно посмотрела на меня, давая понять, что обычно мистер Сэлвиг не заставляет себя долго ждать. Девочка, тем не менее, ещё пару раз позвонила в звонок, уже более настойчиво надавливая на кнопку. Никакого эффекта. Тогда вперёд вышел Вальдес: — Дайте дорогу профессионалу! Под этими словами он подразумевал наглый взлом и проникновение в жилище старого учёного, и такое святотатство поразило Аврору до глубины души, когда латинос подошёл к двери и начал возиться со замком. — Нельзя! Это же… это… — Нельзя медлить, ломать — можно, — неожиданно сказал Джеймс, ухмыляясь Лео. На это дочь Тора не нашлась, что ответить, поэтому она безропотно позволила сыну Гефеста взломать замок, что заняло у того максимум минуту, и пройти в дом без разрешения хозяина. Что же я могу сказать об интерьере дома? Ничего интересного и мало чем отличается от особняка семьи Фостер. Я же говорю, учёные, неважно, на чём они специализируются, помешаны на науке, поэтому они мало чем друг от друга отличаются. Разве что стены у мистера Сэлвига завешаны какими-то дипломами, которые, согласно им, дают за определённые достижения в области астрофизики, а на столах, комодах и вообще везде были разбросаны в хаотичном порядке научные труды и всякого рода бумаги. Рора едва заметно потянула меня за руку, как бы привлекая моё внимание, и предупредила: — Я пойду поищу доктора, а вы найдите Камень. Он сейчас важнее всего. Я одобрительно кивнула, как бы давая добро на свободное перемещение по дому, и русоволосая девчонка помчалась по лестнице вверх, на второй этаж. Вскоре она скрылась из виду, а я жестом велела остальным обыскать первый этаж, что все безропотно стали выполнять. — Будьте начеку: Амора может напасть неожиданно, — предупредительно произнесла я, на что Вальдес усмехнулся, мол, он сумеет сам очаровать эту богиньку, однако, словив мой серьёзный взгляд и поняв, что я вовсе не шучу, он, спешно закашлявшись, принялся за поиски. Мы недооценили размеры дома, ибо он оказался довольно-таки просторным и большим — только первый этаж чего стоит! Со мной в поиск увязалась Стелла, поэтому мы с ней молча прошли в гостиную, а остальные распределились, кто куда: Перси вместе с Джейсоном ушли на кухню — сострила бы насчёт того, что им лишь бы пожрать в самый ответственный момент, да что-то настроения нет, Хейзел и Пайпер решили начать поиски с кабинета профессора. Однако, судя по недоуменным лицам всех и каждого, кто проходил мимо нас, никаких следов. Мы, наверное, переворошили каждый угол в этом особняке, что в целом заняло у нас минут 7-10, но мы ничего не нашли. Стелла от досады едва не вышвырнула древнюю вазу в окно, чтобы хоть как-то отвести душу, однако её вовремя остановила Сандра, явно догадываясь, что для профессора это нечто большее, чем посуда для битья. Мы уже все поменялись местами, теперь я и Бартон ушли в кабинет, а прочие разбрелись кто куда. Странным мне показался и тот факт, что спустя столько времени Аврора до сих пор не пришла. Не к добру это, чую, не нравится мне всё это. Не знаю, куда смотрели полубоги, но именно в кабинете мы и нашли ответы на все свои вопросы. Я, наконец, увидела то, что мы искали. У дальней стены, завешанной разными картинами, историческими артефактами, наподобие древненорвержских топоров (мистер Сэлвиг, видимо, после встреч с Тором и моим отцом помешался — в буквальном смысле! — на нашей мифологии), в стеклянной коробке лежала красная бархатная подушка с золотистым камнем внутри. Камень словно сиял, переливался всеми оттенками света, от почти белого до тёмно-жёлтого, он буквально очаровывал взгляд, заставляя тех, кто мельком взглянул мимо, концентрировать внимание именно на нём. И это только доказывало, что я права: каждый Камень Бесконечности излучает особую энергию — смертные вряд ли почувствуют её, а вот полубоги почувствуют да так, будто Камень обвесили всеми магазинными табличками, цель которых заманивать любопытных туристов, а прохожим они обычно режут глаза яркостью. Я на негнущихся ногах медленно, словно во сне, подошла к стене, вперив взор только на Камень, и больше ни на что не смотря и не слушая никого. Мне кажется, даже если бы в тот момент меня кто-то и окликнул, просто бы проигнорировала это. Наконец, подойдя к золотому Камню, я аккуратно убрала стеклянную коробку — единственную преграду, отделявшую меня от него, того самого единственного наша шанса спасти миры — Камня Времени. Тот единственный, до которого злая рука Аморы ещё не добралась, а без него Перчатка Бесконечности не будет работать. Глубоко в душе затеплился маленький огонёчек давно угасшей надежды. — Не смей его трогать, Локисон! — вдруг услышала я голос за спиной, от которого меня бросило в дрожь, а я сама инстинктивно развернулась лицом к врагу. Таким лучше не подставлять спину, ибо воспользуются моментом, чтобы ударить в спину. Передо мной стояла Амора Чаровница — бывшая валькирия, недобогиня из Асгарда и сильнейший маг во всей вселенной. Как и на картинках, что показывал нам Старк, она была одета во всё зелёное, как и её глаза, в глубине которых плясали искорки неукротимой злости, длинные золотистые волосы хорошо ухожены. Любой другой, кто бы увидел эту дьяволицу сразу же сказал бы точно: она безумна. Но именно эта психопатка обучила магии моего отца, основоположника магии, как отдельной сферы жизни, в целом. И была какое-то время его любовницей, отчего я помрачнела, готовясь к бойне — она видит во мне Локи, так что не упустит шанса отомстить ему, причинив вред мне. — Будь паинькой, — ласково пропела Чаровница. Даже на меня, ту, которая устойчива к самой сильной обманной магии, её слова имели воздействие, хотя я изо всех сил пыталась выбросить их из головы. Главное, не дать себя одурманить. — Отдай мне последний из Камней Бесконечности, и всё будет хорошо. Все будут счастливы, и мы разойдёмся, как в море корабли, — зелёные глаза валькирии угрожающе полыхнули, а в уме себе она явно дополнила: несмотря на то, что я жутко хочу тебя убить за сходство с Локи. Я инстинктивно попятилась назад, но не как при отступлении перед сильным соперником, а как бы загораживая собой то, что имело высокую ценность для всего мироздания. Сердце в груди глухо отстукивало удары, с силой ударяясь о рёбра. Но я твёрдо сказала себе: нет. Если это единственное, что отделяет нас от конца света, за него надо драться до последнего вздоха, до последней капли крови. — А если я откажусь? — презренно прищурив глаза, саркастично ответила я. — Что ты мне сделаешь, м? Убьёшь? Да Один будет тебе только благодарен, ты окажешь Всеотцу огромную услугу — я давно у него костью в горле стою. — Ох, дитя, — едва слышно усмехнулась блондинка, насмешливо подняв брови. — Для тебя это слишком простой выход, — внутри у меня всё замерло, с ужасом ожидая, что же хочет сделать эта ведьма. Нутром чуяла, что-то тут неладно. — Если ты решила меня подкупить… — Да, решила. Но не отнекивайся от дара, не зная, что я тебе приготовила, — женщина противно улыбнулась, махнув рукой кому-то в стороне. Я опешила от такого жеста — кто-то ей помогает?! Но кто?.. То, что произошло дальше просто выбило меня из колеи. Эрик Сэлвиг, к которому мы пришли за ответами и Камнем Времени, грубо схватив за запястье маленькую светловолосую девочку, в которой я тут же признала Аврору, — дочь Тора и мою названную кузину — с силой толкнул её к Аморе. Хотя Рора вырывалась, как могла, Чаровница крепко её удержала. Одной рукой Амора прижала к себе девочку, свернув руку, как змею, у её тонкой шее, а вторую бывшая валькирия требовательно протянула мне навстречу. Её глаза метали молнии, она готова была убить ради достижения своей цели, и в этом была она вся. Я даже рот разинула от безграничного шока, глаза полезли из орбит, отказываясь верить в происходящее. Ноги предательски задрожали, выдавая мой страх, а в голове билась, как заведённая, одна мысль: это неправда! Это не может быть правдой! Тем не менее, как бы ни была жестока реальность, в глубине подсознание твердило обратное — всё это происходит на самом деле. И Аврора, моя любимейшая Рора, единственный родной человек, который у меня остался… её жизнь сейчас в одном мгновении от цепких объятий смерти. — Рора… — шокировано выдохнула я, во все глаза смотря на заложницу в руках Чаровницы. Она поистине безумна, раз даже жизнь тринадцатилетнего ребёнка для неё ничего не значит. — Эшли, не слушай её! — я видела, что дочь Тора била мелкая дрожь — она боялась, но, как истинная дочь своего отца, не выдавала страха даже перед лицом самой смерти. — Не отдавай Камень! Не позволяй ей завладеть Камнем Времени! — Отдай Камень, дочь Локи, или она умрёт, — холодно процедила ведьма, наблюдая за моей реакцией. Я покосилась на мистера Сэлвига, что отдал Чаровнице Аврору, и ужаснулась — как же я раньше не заметила этого?! Его глаза подёрнуты едва заметной пеленой, он делал всё, будто под гипнозом, и даже не будто — именно так всё и было. Он был во власти Камня Разума, который был у Аморы. Передо мной стоял невозможный выбор. Камень Времени сиротливо тянул свои лучи энергии ко мне, будто прося не отдавать его в плохие руки, но у меня на глазах мог умереть родной человек, последний родной мне человек. Я не могла потерять Аврору, это просто несправедливо, что именно я должна терять всех, кого люблю. Разве не достаточно я настрадалась, теряя всех и каждого, видя, как они умирают? С другой стороны, если отдать Аморе то, что она просит, и то, ради чего мы гнались наперегонки со всем сущим, то спасать уже будет нечего. Она победит безоговорочно и бесповоротно. Невозможный выбор… — Я жду! — требовательно прорычала Чаровница, сильнее сжимая руку на шее моей сестры. Как мне хотелось убежать в этот момент, быть подальше отсюда, не видеть всего этого и не знать, что происходит! И главное, ничего не выбирать. Жить Авроре и умереть мирам или же спасти невинную душу, но обречь всё мироздание на верную гибель?.. Хоть я горько пожалею о сделанном, но я приняла решение. Меня постигнет кара за содеянное, я это понимала, но всё же сделала то, что должна была. — Обещай, что не причинишь ей никакого вреда, — хрипло пробормотала я, внезапно почувствовав себя такой старой, словно мне было уже несколько сотен, а то и тысяч, лет. Возможно, так действовал на меня Камень Времени, а может я просто устала терять всё, что мне дорого. Поневоле чувствуешь себя обессиленной и усталой от постоянных ужасов войны и крови. Амора свободной рукой нарисовала у себя на сердце крест — символ клятвы, и снова протянула руку. Аврора вовсю кричала мне одно и то же: пусть она умрёт, но не позволить Чаровнице получить власть и силу богов. Но я была, как всегда, непослушна. Свой выбор я уже сделала. Я схватила из-за спины Камень Времени и швырнула его прямо в руку к Аморе. Поймав его в воздухе, она пихнула, как какую-то игрушку, Аврору прямо мне в объятия, и с жадностью смотря на Камень Времени. Последний из Камней Бесконечности, которого ей не доставало для полного уничтожения миров. — Наконец-то, — как умалишённая прошептала женщина, без отрыва смотря на золотистый овальный Камень, словно это было величайшей брагоценностью вселенной. — Наконец-то! — победно вскричала Амора, злобно рассмеявшись. Она торжествовала полную победу над ничтожным врагом, который теперь никак не сможет ей помешать. — Передавай папе привет от меня! — злобно ухмыльнувшись напоследок, сказала Амора и исчезла в чёрном дыму. Ведьма телепортировалась неизвестно куда, когда и зачем, и это ей теперь не составит труда — она теперь выше всех богов. Я ещё некоторое время смотрела на то место, где пару мгновений назад стояла злодейка. Из всех уголков коттеджа примчались Мстители, наперебой расспрашивая, что случилось. Но я молчала. Потому что мне нечего было сказать. — Эшли… — бессильно выдохнула Аврора, посмотрев мне прямо в глаза. В них я видела то, чего не видела никогда — ужас и отчаяние. Моя смелая Рора… даже она осознала то, что я поняла спустя несколько секунд. И за что я буду проклинать себя до самого конца миров, который теперь наступит уже сегодня. — Что же ты наделала… Ничего, кроме того, что обрекла всех и вся на неминуемую смерть.