Мстители. Война богов

Судя по осунувшимся лицам, которые я увидела, выходя утром из своей комнаты, в эту ночь не спал практически никто, что было, в принципе, предсказуемо. Кто же сможет спокойно и безмятежно уснуть, зная, что завтрашнее утро — последнее в его жизни? Видимо, только одному Нико удалось хотя бы немного поспать, ну, может, и остальные спали, но явно урывками. Честно сказать, после ночной вылазки я сама не могла глаз сомкнуть. Мы собрали всех, кого только можно, даже умерших призвали подняться из своих могил и помочь отразить атаку Чаровницы. Но меня не покидало тревожное чувство. Несмотря на то, что мы ничего не можем сделать, на душе у меня было до жуткого гадко: мало того, что из-за меня случилась такая беда вселенского масштаба, так ещё и меня сделали лидером в последнем сражении. Словно сама Судьба смеялась мне в лицо. Я безустанно ворочалась в кровати, бесполезно пытаясь уснуть, но ничего из этого не вышло. Меня, будто яд, убивала изнутри мысль: последняя битва, и мы все погибнем по моей вине. И вот электронные часы, светившиеся в темноте ядовито-зелёным циферблатом, показали 4:30 утра, и я, обречённо думая: «Ну всё, пора», встала с постели. С таким настроением, какое было у меня, трепетное и волнующее, обычно уезжают в другую страну надолго, разлучаясь со своей семьёй. Но тут, какая ирония, всё наоборот: мы все вместе идём туда, откуда можем не вернуться. «Пора». С этой мыслью я переодевалась для последней в своей жизни битвы. Как думаете, что следует взять с собой на такое мероприятие? Если бы вы сказали про оружие, Стелла незамедлительно пустила скупую слезу и просипела тоном гордого препода: «Моя школа!». Ну, а если серьёзно, то вы правы: оружие — неважно, огнестрельное, холодное или даже магическое — любое сгодится в данной ситуации. Особенно, если вспомнить, что сражаемся мы против всесильной богини. Я переоделась в чёрные джинсы, нацепив поверх них громоздкий пояс с метательными ножами. В потаённые карманы кожаной куртки, что я надела поверх футболки, повсюду были засунуты всякие разности: складные ножи, мини-пистолеты, а также мелкие плоские камушки. Зачем мне последнее? Рунная магия. В бою я вытаскиваю одну любую плашечку и, прошептав или мысленно назвав название руны, кидаюсь ею во врага — в зависимости от значения руны эффект бывает разный. Моя магия, доставшаяся от отца позволяет мне использовать боевые руны, никто больше из богов, а уж тем более, полубогов на это не способен: только Локи, Один и их дети. Даже дети громовержца Тора бессильны перед магией древнего языка Вселенной и не в силах ею управлять. На левое запястье я нацепила электронные часы а-ля «всё включено от Щ.И.Т.а», а сама при этом размышляла, понадобятся ли они мне вообще. Выйдя в подобном облачении в коридор, я громко произнесла: — Доброе утро всем! На что некоторые на меня посмотрели, как на полную дуру — ну да, сморозила глупость. Конец света на носу, однако же доброе утро! Так сглупить могу только я, ну, может, ещё и Стелла, ладно. Джеймс мрачно пробурчал что-то в ответ, по ходу, не я одна переоделась в специальное снаряжение. Брат и сестра Бартоны, уже в полном обмундировании, о чём-то мирно переговариваясь, прошли мимо меня, предварительно поприветствовав. У меня едва челюсть не отвисла, завидев настолько дикую картину: Кайл и Стелла разговаривают друг с другом в абсолютно спокойном тоне! За спиной сына Клинта я заметила лук и стрелы, доставшиеся ему от отца, а на поясе Рыжей Банши — гранаты, кучу пистолетов и прочие игрушки. Ко мне подошёл Нико, отчего внутри у меня всё похолодело. Надеюсь, он не заметил странных иероглифов на его шее, чтобы он не задавал лишних вопросов. Однако, судя по тревожному выражению, застывшему в тёмных глазах полубога, он нашёл меня не для серьёзного разговора насчёт внезапно появившихся на его теле защитных рун. — Ну что? — глубоко убрав руки в карманы джинсов, поинтересовался сын Аида. Одет он был, как и в первую нашу встречу в Лагере Полукровок, когда я его едва не зарезала на дереве: большая для его телосложения пилотская куртка, свободная чёрная футболка под ней с изображением черепа и грозно сверкнувшее в свете неоновых ламп коридора серебряное кольцо-череп, последний подарок его сестры Бьянки. — По ходу, это наша последняя битва и сегодня мы все умрём. По его абсолютно спокойному тону, я с ужасом осознала — он не боится. Любой бы другой на месте парня стал метаться в панике и отчаянии, захлёбываясь слезами и жалобно зовя мамочку, но не ди Анджело. Казалось, ему отныне было всё равно, что будет, и полукровка уже смирился с неизбежным. Вначале я с надеждой подумала: может, он просто тщательно скрывает свои чувства, а глубоко в душе у него бушует настоящая буря? Но нет, на это было непохоже. Полубог именно что смирился с неизбежной кончиной. Я пожала плечами, словно он сказал самую очевидную вещь во всей этой бурде: — На то это и конец света. Что меня поразило, так это то, что Нико тут же прыснул на это моё заявление, что вызвало у меня крайнее недоумение. Шутить и смеяться на смертном одре — самая странная вещь, которую я когда-либо видела. Брюнет отмахнулся, как-то опечалено улыбнувшись: — И не из такого дерьма выкарабкивались! Я через силу сдерживала улыбку. Мой Нико… либо он меня не хотел пугать, поэтому старался вести себя более дружелюбно, либо ему что-то от меня понадобилось. Зациклившись на последней мысли, я тут же посерьёзнела, вспомнив, как мирно болтали обычно спорящие Кайл и Стелла, и спросила: — Нико, ты же ведь не просто так нашёл меня сейчас, верно? Что-то мне подсказывало, что это было именно так. Несказанные слова должны быть озвучены, давние обиды — забыты. Поэтому Бартоны мирно беседуют и шутят, словно всю жизнь были прекрасными друзьями, а не пытались ежедневно выдрать друг у друга волосы и выцарапать глаза. Ди Анджело выглядел смущённым, он как-то нервно кусал губы, явно собираясь с духом сказать нечто важное мне. — Эшли, я… — наконец, решился сказать он мне важную новость, как вдруг за спиной я услышала знакомый оклик Старка: — Эшли! Иди сюда! Я, мысленно проклиная Джеймса, ибо испортил столь знаменательный момент, тем не менее, раздражённо повернула голову, упрямо решив дослушать ди Анджело: — А попозже нельзя? — Нет! Удушу Джеймса, ей-богу, когда-нибудь. Я виновато посмотрела на Нико, всё равно желая выслушать сначала его, а потом уже решив отправиться за Старком. Однако, явно разочарованный, ди Анджело как-то ободряюще кивнул мне за спину: — Иди. Ты нужна всем нам сейчас. Ну вот, такой момент упущен, и я это прекрасно поняла, как и сам парень. Естественно, я расстроилась, но это бы в любом случае не помешало мне оставить Джеймса без головы. Я, оставив Нико в одиночестве, направилась в сторону зала, откуда донёсся этот бесячий голос сына Тони. Старк-младший, держа в руках телефон, тут же перевёл взгляд на меня. Некоторые из команды уже были здесь. Золотистые глаза Хейзел воинственно горели, а каштановые кудри бойко растрёпаны в разные стороны. Волосы Пайпер, как были вороньим гнездом, так им и остались, тем не менее, обе девушки уже облачились в свои боевые наряды, хотя и выглядели не столь внушительно и опасно, в отличие от Сандры, которая расхаживала в звёздно-полосатом костюме Леди Америки, или же вооружённой до зубов Бартон. Джейсон и Перси стояли рядом с Джеймсом, и все трое, видимо, ждали меня. Вальдес для битвы никак не оделся, зато продолжал что-то мастерить, не обращая внимание на происходящее вокруг, а на вопрос нашего любознательного учёного Феликса Беннера, что за штуку он делает, небрежно отмахнулся: «Оружие Судного Дня». Ради своей же безопасности, Фел, как поистине мудрый человек, отодвинулся от Огненной Китнисс. — Не прошло и полгода, — проворчал Старк, завидев меня. Тут я затылком почуяла, как в зал вошёл Нико и сел рядом со своей сестрой. — Эш, как лидер, ты должна отдать главный приказ. Я оглядела просторную комнату, где собрались все наши, но не было даже намёка на присутствие Охотниц, полубогов из обоих Лагерей или же мертвецов Хельхейма. Кому отдавать приказ, непонятно. — Все собрались? — угрюмо спросила я, вспомнив, что все остальные подойдут на Манхэттен к самой битве. По ходу, здесь Старк специально собрал только своих, и все смотрели на меня, прям заглядывая в рот, как какому-то идолу, отчего меня стало мутить. Однако, более-менее взяв себя в руки, я приосанилась и продолжила, хотя слова давались мне с титаническим трудом. — Сегодня настал тот день, когда все объединятся для общего блага, когда все сплочённой командой идут против общего врага. Ребята, — я с особой теплотой и благодарностью посмотрела в глаза каждому из присутствовавших, — Я горжусь тем, что мне выпала такая честь — работать с вами. Не буду давать ложные надежды, с этой войны вернутся не многие, — Пайпер повесила голову, в то время, как Грейс приобнял её за плечи. — Но если нам и суждено умереть, то сделаем это вместе и сражаясь. Сандра, едва сдерживая слёзы, что крайне меня удивило, так как уж кто, а мисс Роджерс старалась при любых ситуациях держаться гордо и стойко, как учил её отец, просипела: — Хорошо сказано. Стелла, резко закивала, как бы подтверждая слова подруги, и тут же повернулась ко мне — в тусклом свете ламп её рыжие волосы полыхнули лесным пожаром. Девушка была настроена весьма воинственно. — Раз так, то давайте сделаем это! — рыжая бестия с силой ударила кулаком себе в ладонь, отчего я коротко улыбнулась. — Наваляем одной недобогиньке и покажем, кто в доме хозяин! Вот теперь я узнаю свою лучшую подругу. Мы, Новые Мстители, всегда поднимались из пепла, сколько бы раз ни падали. И здесь тоже мы не собирались отступать. — Тогда выезжаем, — посерьёзнев, приказала я. — На Манхэттен. Щ.И.Т. снова арендовал нам три автомобиля, поэтому мы на всех порах неслись по шоссе, на котором практически не было машин. Неудивительно — утро же, нормальные люди встают на работу только где-то около восьми, но никак не в пять утра. Хотя сегодня, возможно, им и не придётся ехать на работу. В мерседесе со мной ехали, угрюмо храня молчание, Бартон, Нико и Хейзел. Все наши с замиранием сердца ожидали битвы, морально готовясь к тому, чтобы отдать жизни ради благой миссии — спасения девяти миров. Связываться с остальными членами команды нам позволяла стоявшая на панели рация в виде обыкновенного домашнего телефона, поэтому, судя по звукам, нетрудно было догадаться, что и у других дела обстоят ничуть не лучше — никто не хочет озвучивать свои самые страшные опасения, боясь, что они станут кошмаром из крови и плоти. Но самым странным и одновременно настораживающим было не это. — Джеймс, тебе не кажется, что для рассвета как-то темновато? — с ноткой скептицизма протянула я, опасливо пялясь на до сих пор чёрное, как смоль, небо. Обычно в это время как минимум на востоке начинает сереть, что предвещает скорейший восход солнца, но сейчас, видимо, светило дня не собиралось показывать свой сияющий нос. Одно из двух: либо состояние умирающего Иггдрасиля отразилось на Мидгарде в таком жутком ключе, либо Амора уже входит во вкус своей божественной и всемогущей силы. И тот, и другой вариант мне никак не нравился, да и тьма угнетала, словно без неё нам жилось чересчур хорошо. — Самому тошно смотреть в окно, не поверишь ли, — язвительно протянул Старк, тем не менее, в его голосе не столько слышалось сарказма, сколько страха перед неизвестным. Странным было не только это. Зная, что Чаровница вся из себя теперь такая всемогущая, что демоны и ангелы падут к её ногам, логичнее всего было бы ожидать любой пакости с её стороны для нас. Однако же ничего сверхъестественного не происходило. Стоило бы радоваться, да вот чего-то не хотелось — лучше бы сразу подлянку видеть, чем найти змею подколодную. И так, сгорая уже не столько от праведного гнева и яростной решимости, сколько от страха, мы без проблем добрались до центра Нью-Йорка, прямо в сердце Манхэттена. Мы остановились неподалёку от Эмпайр-Стейт-Билдинг, вокруг было так тихо и безлюдно, что становилось жутко и волосы сами по себе вставали на затылке дыбом, как шерсть у до смерти перепуганной кошки. Феликс, стоило ему выйти из машины, моментально обратился Халком, отчего Пайпер, испуганно взвизгнув, отпрянула от него. Да, когда того требует ситуация, Беннеры могут превращаться в Халков благодаря усилиям собственной воли, хотя мы стараемся об этом не упоминать. Стелла, подойдя к свирепо сжавшему огромные зелёные кулачищи Феликсу, подошла к своему парню и, нежно поглаживая его по руке, что-то прошептала ему. И, что самое странное, Халк немного успокоился и, не требуя шаурмы, ждал нападения затаившейся Чаровницы. Что касается Старка, то он сразу же после выхода из Щ.И.Т.а, переоделся в костюм Железного Человека. Тут из какого-то тёмного переулка вышла высокая девушка с чёрными волосами и грозными синими глазами, за спиной у неё виднелся серебристый лук, а на голове сиял, как полная луна, обруч, ознаменовавший её главенство. За ней следом шли несколько так же одетых, как и она, девушек, — кто совсем юная дева, а кто уже взрослая женщина — но эта брюнетка, несомненно, была главной из них. Завидев нас издалека, воинственно стоявших у припаркованных машин и опасливо смотревших в небо, она поначалу застопорилась. Однако же Джейсон, вовремя повернувшийся в сторону воительниц, увидел их всех, и его лицо сменилось с серьёзного на радостное: — Талия! На него тут же шикнули все наши, даже Лео заворчал, мол, не мог ещё громче сказать, чтоб Чаровница нас точно услышала, да и сам Грейс понял спустя секунду свою оплошность. Девушка, которую сын Юпитера назвал Талией, решительно двинулась навстречу нам вместе со своими воительницами, тем не менее, теперь её лицо светилось более дружелюбно, нежели в первые секунды. — Ну и где эта трусливая ведьма? — агрессивно оглядываясь по сторонам, будто Амора могла выскочить из-за любого угла, поинтересовалась Грейс. Видимо, это и были небезызвестные Охотницы Артемиды, а сестра Джейсона являлась их главой. — И где солнце? — самая младшенькая из Охотниц, девочка лет десяти, с наивными светло-голубыми глазами, подала голос с задних рядов, и воительницы тут же уставились на нас, ожидая ответа на поставленный вопрос. Как будто мы боги, и знаем, почему вдруг звезда Солнечной Системы взяла себе отпуск на недельку! Да и жутким показалось мне то, что Талия позволила столь юной девочке присутствовать при апокалипсисе. Но, повторюсь уже в который раз, если мы не остановим его сейчас, нас всех ждёт неминуемая гибель. Только Стелла открыла рот, чтобы ответить, как в небе прогремел взрыв, а земля сотряслась от мощнейшего удара, словно при землетрясении так, что все повалились на землю, однако кто-то всё же сумел удержать равновесие, а кто-то — кхе-кхе, Лео, кхе-кхе — эффектно распластался ничком с растерянным выражением лица. Резко вскинув голову вверх, я ужаснулась, внутри у меня всё похолодело — лучше бы не смотрела. Прямо в небе зияла огромная дыра, чернеющая внутри, как трещина на стене в комнате. В отличие от тьмы вокруг нас, за границами дыры было гораздо мрачнее, и там время от времени вспыхивали и тут же угасали белые световые всполохи, как молнии при грозе. Вдруг на крыше небоскрёба, терявшегося последними этажами в прозрачных облаках, неподалёку от которого мы приостановились, материализовалась фигура. Несмотря на то, что она была слишком высоко и далеко от нас и вдалеке выглядела не такой уж устрашающей, — мелкой, как муравей — однако же что-то изменилось теперь в ней с нашей последней встречи. Ядовито-зелёные одежды развевались на ветру, будто флаг на шесте, до нынешнего дня блондинистые волосы, казалось, совсем побелели и теперь стали совершенно белыми, как снег. А глаза… даже отсюда было заметно их, ибо они горели на белоснежном лице двумя дьявольскими огнями. И, что самое ужасное, на её левой руке красовалась золотая железная перчатка с шестью сияющими разными цветами камнями, отчего внутри у меня всё сжалось, а про себя, наверное, каждый подумал: «Мамочки, мне пиздец». Ну всё, богиня вошла во вкус. - Презренные жители Мидгарда! — заговорила не своим голосом Чаровница, словно заговорило сразу же 10 охрипших экс-валькирий. Её заставляющий стыть в жилах кровь голос разносился грозным эхом по всему городу. — Вы и ваш ничтожный мир погибнете. Склонитесь перед своей богиней, если хотите пережить Конец Света, и встаньте на мою сторону! Я нервно сглотнула и переглянулась со Стеллой. Глаза Бартон стали как стеклянные, однако же, стоило нашим взорам пересечься, мы как бы вместе мысленно воскликнули: «Да чёрта с два!». — А если не подчинитесь мне, — всё тем же угрожающим тоном продолжала Амора, — Тогда узрите истинную мощь Всевышней! Она взметнула вверх руку с Перчаткой Бесконечности, и голубой луч энергии, невообразимой силы и мощи, ударил прямо в небесную трещину, и та с громким треском стала стремительно разрастаться, отчего в толпе Охотниц кто-то испуганно пискнул, а Джексон громко перебранился на древнегреческом. Границы дыры стали расширяться, будто кто-то невидимый рвал небольшую дырочку в огромную дырищу. На этом, я думала, что всё закончится и что Чаровница просто хочет запугать смертных, дабы они преклонились перед новым богом. Хах! Наивная. На заметку себе в будущем: если ты имеешь дело с бывшими подружками отца, то знай, что просто так они ничего не делают. К сожалению, этот случай не стал исключением. Из портала — а это был несомненно он! — вылетали на небесных мотоциклах, как их назвала бы Стелла, странного вида существа. Их кожа отливала стальной серостью, хотя нет… она и была стальная! Их лица… просто представьте свой самый ужасный кошмар детства — неважно, будь то Бабайка или ещё кто — и поймёте, какие у них морды. И этих чудищ, которых было несметное количество, мы, увы, узнали. Знали наши родители, считали страшным сном мы, а теперь они воплотились наяву с нами биться, считая Чаровницу своим командиром. — О нет… — сдавленно прошептал Старк, во все глаза смотря на всё вылетающих из дыры солдат новой богини. — Читаури, — бессильно выдохнула Сандра, снимая со спины щит Леди Америки. Дочь кэпа понимала, что будет не просто большой махач, а массовая битва. Отбиться от бесчисленной армии читаури, наполовину людей, наполовину киборгов, справиться с божественной мощью Перчатки Бесконечности в руках психопатки… и всё это в ближайшие часы, иначе Иггдрасиль умрёт, а Амора создаст свой, новый мир. Как поздно мы осознали и поняли: именно в этом и заключался её коварный план. Стелла, исподлобья косясь на недобогиню, не глядя достала из кобуры револьвер и, перезарядив его, уверенно сказала: — Ну что ж… кровавое месиво нынче в тренде, да? Пайпер, громко ахнула, указав куда-то перед нами: — Смотрите! Наши идут! Я, завидев вдалеке приближающихся полукровок, кто в боевых доспехах, а кто и в развевающихся плащах, поняла удивление и благоговение МакЛин — помощь уже подоспела. Лагерь Полукровок и Лагерь Юпитера пришли на подмогу весьма вовремя, и их было не меньше пятиста человек в целом, если не больше. У каждого было по оружию в руках, а девушка с пронзительно тёмными глазами и алым плащом за спиной шла во главе всего этого шествия, неся в руках над головой золотого орла на шесте — по описаниям Хейзел, я поняла, что это Рейна, претор римлян. А рядом с ней, бок о бок, шла в бронзовых доспехах, под которыми виднелась оранжевая футболка Лагеря Полукровок, блондинка с глазами цвета грозовых туч — Аннабет. Внутри у меня всё возликовало — надежда есть. Умрём, значит, только вместе. Мы воссоединились с остатками своих сил, пока читаури всё прибывали и прибывали. Рейна, Аннабет, Джеймс, Талия… все главнокомандующие посмотрели прямо на меня — видимо, в своих сообщениях им передали, что в последний бой веду всех я, и что моё слово — приказ. У меня засосало под ложечкой, тем не менее, я, пытаясь совладать с собой вспомнила всё, ради чего мы это делаем: спасаем миры, где полно невинных существ, позволяем умершим спокойно довольствоваться миром и порядком в Хельхейме. Тем не менее, сглотнув, я сжала руки в кулаки, и на них тут же заплясало чёрно-зелёное пламя магии иллюзий: — Слушайте мой приказ: перебить как можно больше инопланетных захватчиков и не позволять Аморе использовать Камни Бесконечности. В бой! И тут началось сражение, которого не видывали миры с своего сотворения. Армия, состоящая из полубогов и смертных, ринулась на приземляющихся читаури. Римляне и греки истязали инопланетных киборгов разномастными орудиями, отчего воздух сотрясся от ужасных воплей раненых. Армия Аморы не осталась в долгу, и тоже рвала на части полукровок, отчего выражение «кровавое месиво» стало для меня кошмарным сном, до сей поры преследовавшим меня. Чаровница, заметив битву внизу, спустилась вниз, летя без каких-либо приспособлений, что немного сбило с толку. Раньше она не могла проделывать подобное, но сейчас на её стороне огромное преимущество — она Бог Вселенной. Вокруг экс-валькирии мерцал зелёный туман, когда она спустилась в самую гущу битвы. Её едва не зашиб превратившийся в Халка Феликс. Шаурму, что странно, он не требовал, зато шашлык из читаури по-халковски — новое излюбленное блюдо в семье Беннеров. — Вы ничтожны предо мной! — громогласно заявила Амора, надменно обходя ряды сражающихся, но ей влетело за её же слова. Халк, разгневанный её надменным тоном, словно она тут уже богиня, схватил первого попавшегося читаури, с которым сражалась Сандра (хотя на него они наступали и наступали, но Беннер валил их, как надоедливых жуков), и сбил Амору с ног им же, прорычав: — ТЫ НЕ БОГИНЯ, ТУПАЯ ТЫ ЧАРОВНИЦА! ХАЛК КРУШИТЬ ЧИТАУРИ! ХАЛК БИТЬ ЧАРОВНИЦУ! Амора не сразу же пришла в себя после такого мощного удара, однако же выпад зелёного монстра в её адрес серьёзно обозлил ведьму. Растрёпанные белые волосы упали ей на лицо, но даже сквозь них были видны загоревшиеся яростью адские изумрудные глаза. Халк уже нёсся на всех порах, чтобы прикончить её, однако колдунья, вскинув руку с Перчаткой Бесконечности в сторону атаковавшего, прокричала: — Не вреди мне! — из Перчатки вырвалась едва видимая прозрачная волна, направленная на Халка. Уж не знаю, чем она оказалась столь опасной, но стоило Феликсу попасть в зону поражения, как он тут же, громко взревев от боли, зажал уши и упал на колени, морщась, как от дьявольской боли. Сказать, что я испугалась, ничего не сказать — я была в ужасе. Чтобы навредить Халку, который сам не прочь всем всё испортить, особенно, коварные прекрасные лица всяких злодеек, требовалось немало усилий и вообще нужно быть, как минимум, обозлённым Суперменом. Беннер потихоньку принимал свой обычный облик хилого парня, по-прежнему хватаясь за голову. Роджерс, отбиваясь от несметных полчищ кровожадных инопланетян и завидев такую картину, с особым смаком шибанула одного особо надоедливого читаури по голове так, что тот отлетел к стене дальнего здания, и помчалась на помощь другу, рявкнув на Амору грозным голосом: — Не трогай его! — щит Капитана Америки ловко вылетел из рук Сандры, пущенный звёздно-полосатым фрисби, прежде, чем девушка добралась до Чаровницы. Однако Амора ловко увернулась от оружия Леди Америки. Феликс без чувств упал на землю и перестал двигаться, и Амора, завидев нового соперника, который сам шёл прямо в руки, вытянула ладонь с Перчаткой Бесконечности наготове. — Посмотрим, что ты можешь против меня, смертная, — надменно произнесла она, и зелёный Камень Душ в перчатке заманчиво засиял. Пока я сражалась в это время против читаури, которые так и лезли на рожон, отбиваясь магическими шарами энергии, тем не менее, я замечала все происходящие на поле боя события. Хейзел вызвала сильнейшее землетрясение, отчего некоторые особо любопытные киборги, что полезли к ней и какому-то парню китайского происхождения, провалились под землю. Лео жёг всех подряд огнём, то и дело казалось, что он сейчас накинется и на нас, чтобы если уж полыхало, то всё вокруг. Аннабет, едва-едва пробившись к Перси сквозь толпу воевавших, встали вместе спина к спине и стали слаженно биться. В небе, в созданной буре, мелькали силуэты двух парней-блондинов, один из которых выхватывал буквально из воздуха мощные заряды молний и метал их в читаури, отчего те, не успев даже пикнуть, вмиг рассыпались горсткой тлеющего пепла. Сын Тора, Джаспер, и Джейсон Грейс, создававший воздушные потоки, сражались бок о бок. Зелёный дым моментально оказался возле Сандры, окружив её мерцающим кольцом энергии, но и этого оказалось достаточно, чтобы девушка встала, как вкопанная, и я поняла отчего. Когда я метнула в очередного читаури магическую руну «Хагалаз», — руну уничтожения и гибели — я почувствовала у себя в душе мощный выброс энергии. Ни один из ныне использованных Камней Бесконечности Аморой так не действовал на меня, как работающий Камень Душ. Это было ощущение умножения сил, какого-то благоговения и… уверенности. Но для Сандры эффект Камня Душ оказался не столь положительным, как для меня: лицо девушки резко посерело, а затем и вовсе стало смертельно бледным, вокруг глаз пролегли мрачные тени, руки безвольно повисли вдоль туловища. Волосы Сандры будто бы резко потеряли свою насыщенность, превратившись в тонкие соломинки. Губы дочери кэпа активно двигались, но было в этом что-то устрашающее — суперсолдат не могла дышать, и теперь безуспешно открывала и закрывала рот, будто рыба, выброшенная на берег. С каждой секундой Сандре становилось всё хуже и хуже, она словно постарела за считанные мгновения. Девушка прикрыла глаза, и вокруг неё стала образовываться зеленоватое свечение, в точности повторявшее контуры её тела, но я с ужасом поняла, что это не к добру — Амора вытягивала из неё жизнь. Джеймс, до сего момента бившийся в воздухе и помогавший Джасперу и Джейсону, заметил эту картину и тут же кинулся на подмогу своей подруге: — НЕТ! — репульсоры Старка активизировались, и однородные синеватые лучи попали прямо в Чаровницу, отчего та упала навзничь, а сияние вокруг Сандры исчезло. Девушка без чувств рухнула на колени, её лоб покрыла испарина, а кожа отличалась неестественно бледным оттенком — из неё действительно едва не вырвали душу с корнем. Джеймс подлетел к Леди Америке и, подхватив её себе на руки, а заодно захватив с собой и бессознательного Феликса, полетел вверх, попутно бросив мне сквозь завывания учиненной детьми богов грома бури: — Эшли, я отведу их в безопасное место! Мне оставалось лишь молиться, чтобы с ними было всё в порядке и по пути не случилось ничего ужасного — я не могла потерять кого-либо ещё из своей команды. У остальных дела обстояли ничуть не лучше: читаури всё прибывали и прибывали, особенно много их вылетало из портала — ни дать ни взять покупатели на распродаже в магазине мод! Рейна воинственно разила мечом из имперского золота всё наступающие вражеские ряды, а Нико призвал себе на помощь армии мертвецов прямиком из царства Аида: из трещин в земле парил ядовито-зелёный дым, и оттуда тянулись гнилые руки и скелеты. Зомби атаковали читаури под предводительством своего Короля Призраков. И тут из разных уголков Манхэттена стали тянуться всё новые и новые силы нашей армии, причём самые необычные. Из-за углов тёмных улиц выплывали невесомые души, облачённые в золотые доспехи и несущие каждый в руке своё оружие: кто меч, кто копьё… и во главе призрачного войска шёл рослый парень, умерший в возрасти двадцати лет, с растрёпанными чёрными волосами и сапфировыми глазами, которые сияли даже из-под забрала шлема с серебряными крыльями. У меня на душе аж даже потеплело, несмотря на гнетущую атмосферу хаоса и разрухи, ибо на помощь мне пришёл давно умерший брат — Маркус сдержал своё слово и привёл на битву жителей Хельхейма. Завидев такое кровопролитие, мёртвые тут же взбунтовались, по рядам армии призраков прошёлся взбудораженный шквал — их возмутило такая битва и тот факт, что наши проигрывают. Даже не дожидаясь приказа своей Королевы Теней, умершие, воинственно лязгая оружием, понеслись в самую гущу сражения, обезглавливая весьма реалистично инопланетных захватчиков. Их воинственный клич, с коем они неслись на врагов, разобрать было сложно из-за разнообразной какофонии звуков битвы, но они кричали что-то вроде: «За Королеву! За Хельхейм!». Полагаю, они переделали клич эйнхериев*, который в оригинальном исполнении звучал: «За Одина! За Вальгаллу!». Внезапно в ухе у меня прозвучал знакомый голос Стеллы в перемешку с рычанием мотоцикла, завываниями ветра и гневными воплями читаури: — Эшли! Мы с Кайлом решили застать её врасплох — едем на мотоцикле, нападём сзади! — затараторила Бартон-младшая, но в наушнике зашипели помехи, даже через которые я услышала громкий стук и гневные матные тирады Рыжей Банши. — Сволочи! Они нагоняют! Кайл, ты не мог бы стрелять получше?! По-видимому, брат и сестра Бартоны ехали на мотоцикле — Стелла за рулём, а Кайл позади, дабы уберечь сестру с тыла. Просвистела стрела Ястреба, разрезающая воздух, и предсмертный крик одного из инопланетян. — А ты сама попробуй целиться в этих тварей на ходу! — съязвил Кайл, продолжая отстреливать приставший хвост в виде киборгов с другой галактики. — Прекрасно, ребята, — похвалила я их, прокрутив в голове с небывалой скоростью план. Чтобы план сработал идеально, нужно привлечь внимание чародейки на себя, дабы у наёмников была возможность атаковать со спины. — Может, я помогу отвлечь её? Последняя фраза не принадлежала ни мне, ни Кайлу, ни Стелле, а это значило, что к нашей линии связи подключился ещё кто-то посторонний, отчего поначалу у меня мурашки побежали по спине, однако же я узнала этот язвительный и гордый тон. До сих пор не могу поверить, что он так вовремя появился на поле разгорающейся битвы. Над Манхэттеном завис огромный чёрный самолёт Щ.И.Т.а — судя по размерам, самый большой из всех, что был на базе. Громкие двигатели летательного аппарата на время отвлекли читаури, чем и воспользовались полубоги — на земле теперь валялось полным-полно трупов инопланетных киборгов. Так внезапно и пафосно может появиться только один человек. — Тони, — в один голос выдохнули я и Стелла. — Дьявол Старк, — ошеломленно добавила я, на что босс, громко улюлюкая, протянул: — У-у-у, Локисон, всё кэпу расскажу. Люк самолёта Щ.И.Т.а отворился при приземлении, и некоторые агенты, вооружённые до зубов, не дожидаясь даже когда самолёт нормально приземлится, уже спрыгивали на землю и неслись в атаку, что пули резали воздух, а автоматные очереди во мраке ночи Манхэтена огнём палили тьму. На бой собрались все, чисто все, кого мы знали. Вдруг из корабля вышли… Мстители. Истинные, первые Мстители. Нат вместе с Клинтом, взявшись за руки, — настоящие муж и жена даже в бой идут вместе — соскочили с трапа и помчались на читаури. Огненные волосы Романофф-Бартон развевались на ветру, несмотря на возраст, женщина весьма бодро выглядела и внедрилась в гущу событий не хуже любого солдата. Вдова воинственно отбивалась от врагов, попутно стреляя в них, а Клинт то и дело успевал перезаряжать лук, и стоило лишь стреле Соколиного Глаза настигнуть цели, жертва тут же падала замертво. Из самолёта также выпрыгнул через окно, предварительно разбив его своей массой, огромный зелёный монстр — Брюс Беннер, Халк. Приземлившись на читаури, он незамедлительно стал колошматить инопланетян своими огромными кулачищами, вдавливая их в асфальт. Вот вам и отвлекающий манёвр. Я, решив поддержать Мстителей, палила без разбора по киборгам сгустками магической энергии. Хоть моя магия не распространяется на технологии, но всё же на какую-то часть читаури были живыми, поэтому и воздействовать на них мне было проще, чем если бы Альтрон возродился (упасите боги Асгарда!) и мне пришлось бы сражаться с ним один на один — он бы меня в лепёшку размазал. Амора, уже давно стоявшая на ногах, выглядела как после хорошей пьянки: разъярённая кобра с творящимся на голове адом из спутанных белёсых волос. Заметив, что её армии теперь противостоят не только полукровки из обоих Лагерей, но и даже мёртвые, Чаровница гневно взревела тем самым страшным голосом, словно она неделю болела: — Не бывать вам богами — я единственный Истинный Бог Вселенной! — Да Всевышний и то скромнее тебя! — презренно фыркнул Вальдес, предав огню очередного читаури, отчего тот, терзаемый в агонии, горел заживо. Воспользовавшись тем, чтобы отвлечь Амору, Джейсон Грейс, по-прежнему летавший в созданной им и Джаспером буре, метнул в ведьму разряд молнии — и очень зря. Колдунье это вреда не причинило, отчего сердце у меня пропустило два удара — мы опоздали. Амора уже набрала достаточно божественной мощи и подчинила себе Перчатку Бесконечности. Теперь мы бессильны против неё, ей не страшна даже смерть. Выжив после ударившей в неё молнии, тем не менее, дымясь, Чаровница угрожающе обернулась в сторону сына Юпитера и вытянула в его сторону уже Перчатку Бесконечности. Не успела я сообразить, что к чему, как Эфир, кроваво-алый Камень Реальности, завертелся в Перчатке и выстрелил в Джейсона лучом реальности, отчего внутри меня всё вскрикнуло. Бывший претор Нового Рима падал на землю, даже не пытаясь остановиться — что самое странное, он был в сознании… и не мог остановиться. — Нет! — слёзно прокричала Пайпер, однако Халк тут же отреагировал на плачевный вопль дочери Афродиты. Мистер Беннер подпрыгнул на несколько метров вверх, словив Джейсона в воздухе, а приземлившись, опустил его на землю. К нему незамедлительно подбежали я и МакЛин. Пайпс потому что была его возлюбленной, я потому что мне было тревожно за каждого члена команды. — Ты не ранен? — участливо спросила полубогиня, внимательно разглядывая бойфренда на наличие ран. Но Джейсон растеряно замотал головой. — Всё гораздо хуже, — процедила я сквозь зубы, обозлённая на Амору. Сначала Феликс, потом Сандра…, а теперь ещё и Джейсон. — Прости за прямоту, Джейс, но она лишила тебя способностей. Возможно, что навсегда, — решив не зацикливаться на ошарашенной физиономии Грейса, я повернулась к Халку и кивнула: — Мистер Беннер, можете отвести Пайпер и Джейсона в безопасное место? В этой битве им не выстоять. Халк медленно кивнул и, взяв на руки двух полубогов, которые казались игрушками в руках зелёного монстра, быстро попрыгал подальше от сражения. Внутри я закипала от злости. Меня всю трясло, и это, казалось, только придавало мне энергии и сил как физически, так и магически. Меня обуревала ярость, которая могла сжечь любого, кто посмел посягнуть на мою семью. А моя семья — это Новые Мстители. И никто не смеет их обижать. Как ожидалось, Амора не обращала внимания на то, что творится у неё за спиной, поэтому я уже видела приближавшихся к ней на разогнавшемся на огромной скорости мотоцикле Стеллу и Кайла, и оба — кто луком, кто пистолетом — целились прямо с спину Чаровнице. Так держать, ребята, так… И тут произошло то, чего мы меньше всего ожидали. Амора ни с того ни с сего отвлеклась от происходящего перед ней, то есть пытающихся её отвлечь агентов Щ.И.Т.а, мертвецов и так далее. Женщина, обнажив белоснежную улыбку, от которой внутри у меня всё похолодело, и сжав руку с Перчаткой в кулак, сказала тем самым дьявольским тоном: — Люди чертовски предсказуемы. Не успел никто понять значения этой фразы, как ведьма резко развернулась — именно в тот момент, когда Бартоны были так близко к ней! — и направила в их сторону свою всемогущую руку. Фиолетовый камень активно завертелся в Перчатке, и сию же секунду землю сотряс мощнейший толчок, движущийся в сторону Банши и Ястреба. Не успела я даже пикнуть, а Стелла и Кайл ужаснуться — всё произошло слишком быстро. Подземная сила опрокинула мотоцикл вместе с двумя пассажирами метров на сто, если не больше, так, что средство передвижения впечаталось в стену одного из зданий, прихлопнув собой брата и сестру Бартон, отчего я взвизгнула от ужаса — упасите боги Асгарда, попасть в такую страшную аварию. Тела Кайла и Стеллы валялись безвольными куклами на асфальте, несомненно, после такого удара оба потеряли сознание. Из виска Бартон-младшей, сливаясь с волосами, медленно стекала тёмно-бордовая струя крови, заливая ей закрытые веки. Судя по вывернутой под неестественным углом левой руке Кайла, парню чертовски не повезло — либо вывих, либо перелом. Мотоцикл разбит вдребезги, в некоторых местах он полыхал вовсю, где-то красовались свежие вмятины. Одним движением руки Амора убила моих самых близких друзей, самых лучших агентов во всём Щ.И.Т.е… Перчатка Бесконечности уже в своей апогее, и теперь ничто её не остановит. Мы проиграли. Однако стоило мне увидеть бездыханное тело лучшей подруги, как время вокруг словно застыло. Звуки битвы звучали отдалённо, будто через толстый слой стекла или воды. Чаровница изменила реальность, и теперь Джейсон простой смертный. Ей удалось без особых усилий превратить Феликса обратно в человека, на что даже ему самому требуется несколько часов. Эта ведьма едва не забрала душу Сандры. А теперь ещё и Стелла с Кайлом, как бы ни хотелось мне признаваться самой себе, скорее всего, мертвы. Я не отводила взгляда от лежащей без сознания Банши, как будто лишь один взор мог воскресить её, но, если бы это было правдой, если бы…, а ещё многие полубоги, простые агенты, Мстители мрут без числа под натиском её нескончаемой армии и под простирающейся мрачной тенью ладони Чаровницы. Не помня себя от ярости и даже не собираясь сдерживаться, я бессильно закричала на всю округу, что если бы была какой оперной певицей, в ближайших зданиях окна разбились вдребезги. Казалось, моего праведного гнева хватило, чтобы сжечь всё вокруг себя, предавая агонии и боли всех, из-за кого гибнут дорогие мне люди. Если бы эта ярость могла материализоваться, то она, несомненно, устроила бы настоящий Ад на Земле. Ладони, пульсирующие от переизбытка магической энергии, свирепо вспыхнули изумрудно-чёрным огнём такой силы, которой раньше я не видела. Теперь пламя бушевало у меня в руках, достигая в высоту около метра. Казалось, я сама стала горящим изнутри факелом, который питает сила гнева. Волны тёмной энергии моментально распространились вокруг меня, отчего сражавшиеся вокруг меня с нашими читаури попадали на колени, испуганно хватаясь за головы и как-то дико озираясь по сторонам — «эффект безумия» делает своё дело. Но мне было плевать. У меня была одна цель. Одна миссия. Месть. Я ринулась прямо на Амору, не обращая внимания ни на кого и ни на что. Частичка моего сознания прекрасно понимала, что я бегу прямо в руки к своей смерти, что инстинкт самосохранения напрочь заглох. Самоубийство ли то, что собираюсь я сейчас сделать? Возможно. Безрассудно? Безусловно. Но мне отныне было всё равно — мои мысли были заняты только одним: убить. Убить ту, с которой начались все беды. Чаровница, нагло ухмыляясь, только и ждала, что я накинусь на неё. Она властно подняла руку, от чего лазурно-голубой Камень заискрился, а я, словно громом поражённая, упала на колени перед злодейкой, хватаясь за голову и крича изо всех сил. Адская боль пронзила мою ненаглядную черепушку, прожигая её изнутри, будто рой саранчи прогрызал себе путь наружу. Я перестала следить за ходом событий, целиком и полностью зациклившись на невыносимой прожигающей боли, пришедшей из самого пекла Ада. То она плавила мозг, то взвивалась новым беспощадным роем саранчи, то сжимала череп в тиски… ни о чём другом думать не было сил, да и вообще думать в таком случае было невозможно. Боль. Жгучая. Сдавливающая. Пронзающая. Прямо из своего сознания я услышала чистый и звучно прозвучавший голос, такой мягкий и приятный, как глоток свежей воды в пустыне: — Ты проиграла, дочь Локи. Склонись предо мной, и я тебя пощажу. Амора. Вот, кто лез в мою голову, в мои мысли. Я попыталась представить себе с силой захлопывающиеся решётки, как бы пытаясь закрыть своё сознание от проникновения врага, но всё оказалось тщетным. Часть моего сознания продолжала бороться, хотя и сил на борьбу оставалось катастрофически мало, а боль снедала голодным зверем. «НИКОГДА!!!» — собравшись с силами, мысленно вскричала я в ответ Чаровнице. Предавать своих я не собиралась, уж лучше погибнуть в жутких мучениях. Тут я почувствовала что-то ещё в голове. То боль терзала геенной огненной, а тут, будто в довершение чего-то, глубоко в сознании будто взорвалась десятитонная атомная бомба, и — могу поклясться чем угодно! — я услышала отдалённо прозвучавший воинственный клик сокола. — НЕ СМЕЙ ПРИКАСАТЬСЯ К МОЕЙ ДОЧЕРИ, АМОРА! — вдруг меня вырвали из подсознания в реальность, и этот грозно прозвучавший мужской голос я узнала незамедлительно. Но… разве он и другие боги не отсиживаются в Асгарде? Миг — и внезапно пахнуло зимой. В радиусе нескольких сотен метров будто взорвали ледяную бомбу, и всё вокруг покрылось толстым слоем льда и снега. Читаури застыли ледяными изваяниями в сражении, некоторые полубоги покрылись тонким слоем синеватого инея. Полыхавший в нескольких местах огонь угас под натиском льда из открытого Ларца Зим, который держал в руках… не кто иной, как мой отец. Особо буйная метель снесла Амору подальше от своего Повелителя, отчего ведьма успела лишь удивиться столь неожиданному приходу богов. Я упала на землю, едва-едва цепляясь за последние остатки сознания и пытаясь понять, что же произошло. Сквозь мрачную пелену, так и норовившую накрыть меня с головой, я увидела сияющий синий портал, что открылся прямо за моей спиной, когда Чаровница пытала меня Камнем Разума. Из него, запахнувшись в длинное зимнее чёрное пальто, вышла фигура высокого стройного мужчины с длинными смоляными волосами, и в руках он держал, отчего те стали синими, как у йотунов, большую богато украшенную шкатулку, из которой вились морозные ветра и холод. Вслед за моим отцом из портала выходило ещё множество различных фигур — мужчины, женщины, великаны… и некоторые из них светились золотистой аурой. Одним словом: боги. Сознание уже тянуло меня на дно, намереваясь вырубить окончательно, несмотря на мои ярые протесты. Тем не менее, не в силах сопротивляться, я положила голову на промёрзший асфальт и, закрыв глаза, провалилась в темноту. И я снова, уже более отчётливо, слышала в своей голове воинственный клич птицы.