Мстители. Война богов

— За мной! Переполняемая энергией, которой наполнил меня сражающийся с Чаровницей Феникс, я махнула рукой своей команде, давая знак следовать за мной. Одиннадцать подростков помчались за мной, со стороны могло показаться, что мы отступаем, но на деле же мы хотели перетасовать свои карты и дать новый, более эффективный отпор, всемогущей Аморе. Талия, сестра оставшегося без способностей Джейсона, ловко увернувшись от очередного читаури, выстрелила ему промеж глаз, отчего тот упал замертво, и, дав сигнал своим Охотницам продолжать биться с киборгами, умчалась следом за нами. Папа сражался весьма храбро: повелевая морозными бурями, что слепили врагов или даже замораживали их насмерть одним ледяным порывом ветра, и хлеща огненными кнутами читаури, которыми, к слову, во время его сговора с Таносом командовал он, бог то и дело уворачивался от их метких лазеров. Однако, стоило ему заметить удирающих полубогов и Новых Мстителей, он ещё разок напоследок хлестанул по надвигающейся на него армии инопланетян, отчего от некоторых из них остались лишь тлеющие угли, а асфальт и вовсе в том месте запузырился чёрной булькающей жижей, и рванул с места чёрным леопардом за нами. Я привела всех в то же место, откуда мы со Стеллой и прочими пошли за Фениксом. В полуразрушенный лазарет уместились все: Лео, весь раскрасневшийся от бега, тяжело дыша, завалился на пыльную кушетку; Сандра гордо расправила плечи, поставив щит к своим ногам; Стелла перезарядила, на всякий случай, пистолет и, нахмурившись, снова и снова огляделась в поисках шпионов. Первой добралась до места встречи я, поэтому, остановившись на пороге, подгоняла своих, активно жестикулируя и ворча, чтобы те поторапливались. Мимо пробегали полубоги и Мстители, и некоторые из тех друзей, которые пришли нам на помощь. Стелла даже умудрилась слегка разрядить атмосферу своим эпичным падением через порог, из-за чего вызвала смешки Джеймса и Кайла, а она, в свою очередь, изрядно прокляла их так, что, если бы она и вправду была колдуньей, оба Мстителя уже давным-давно превратились в кактусы или ещё что похуже. В лазарет вбежали все, последним нас нагнал мой отец. Завидев, что я решила собрать всех для обсуждения нового плана, он замедлил шаг и остановился прямо напротив меня — наши взгляды пересеклись. Я безумно была рада его видеть, сердце часто-часто забилось в груди при взгляде в такие родные зелёные глаза. Я так давно молила, чтобы отец был рядом, особенно, в такое трудное для всех время, когда не знаешь, умрёшь ты или переживёшь этот кошмар. Да и, судя по тёплому взгляду отца, он тоже был немало рад тому, что я жива. Если бы не он, то Амора либо свела бы меня с ума, либо убила окончательно. Даже представить страшно, что было, опоздай он на пару мгновений… возможно, меня не смог бы исцелить даже Феникс. — Папа, — едва прошептала я, изо всех сил сдерживая порыв обнять его, а трикстер улыбнулся. — Я… я и не думала, что ты придёшь. — Многие боги поддержали меня, когда стал твориться такой беспредел на Земле, — пояснил мужчина, пожимая плечами. — В конце концов, Один и Зевс не стали противиться воле большинства, поэтому нехотя, но дали разрешение нам помочь вам. Узнаю отца. Это в его натуре добиваться своего, упрямство — наша семейная черта. Особенно, когда те немногие дорогие ему люди в опасности, он готов на всё, чтобы защитить их и, по возможности, отомстить обидчикам. Как поётся в знаменитом мюзикле «Граф Монте-Кристо»: Iʼll deliver hell to your doorstep dressed in rich facade Then, Iʼll burn you to the ground like an angry god Once youʼre in my shining cathedral Heed the tolling bell Itʼs the final sound you hear as you descend to hell* Или: I will carry hell to your doorstep; you will rue the day You will reap the hate youʼve sown No matter how hard you pray Itʼs a place without any mercy, fashioned in cold blood Stones of fear and stones of doubt No forgiveness, no way out Only justice** Примерно также можно охарактеризовать нашу семью. Если вы посмели обидеть кого-либо из близких нам людей, мы, Лафейсоны, принесём Ад к вашему порогу, неважно, будь то Дом Одина или Амора Чаровница. У меня в памяти всплыло то воспоминание: мама падает замертво от руки стражника Асгарда, и от этого я неприязненно поёжилась. Также я вспомнила, каким молодым тогда был отец и каким древним кажется он сейчас, несмотря на то, что боги могут принимать любое обличье — видимо, смерть родных меняет даже богов. Ну, или же сказывается влияние отсутствия целебных яблок Идунн. Трикстер внезапно улыбнулся и положил мне руку на плечо, внимательно смотря глаза в глаза. Он знал меня наизусть, ведь я его дочь, а значит, открытая книга. Каждый мотив моих поступков, каждую черту характера… он знал чисто всё. Но вот эта тёплая улыбка никак не вязалась с образом коварного бога Лжи, которым представляют его всем асы. Также плохо она смотрелась при сложившихся обстоятельствах апокалипсиса. — Я очень горжусь тобой, Эшли, — тихо сказал Локи, отчего у меня глаза на лоб полезли. Он меня похвалил? Не верю своим ушам. Однако, судя по его взгляду, эти самые искренние слова дались ему без труда, несмотря на то, что отец не любит правду. — Ты, несмотря на трудности, решила довести дело до конца. У меня едва слёзы на глаза навернулись. Что-то в последнее время я стала слишком сентиментальной — может, сказывается атмосфера обречённости и вообще тот ужас, что творится за окном. А может, я и сама такая стала, более мягкая, что ли… хотя, вероятнее всего, первый вариант подошёл бы больше. — Но, пап… это всё последствия моего решения. Я сохранила жизнь Авроре, но обрекла миры на смерть. Это я виновата в том, что… Бог, отрешённо покачав головой, легонько коснулся моих губ, как бы прося замолчать. — У тебя не было иного выбора, — произнёс он. — Ты сделала всё, что могла, — тут его взор затуманился, словно он мыслями был далеко отсюда. Если бы я обладала даром телепатии, непременно залезла в его мысли, чтобы узнать, о чём отец думает. Судя по пелене боли, что застелила изумрудные глаза Лафейсона, вспоминал он не очень хорошие вещи или вообще ужасные. Мужчина тряхнул головой, как бы прогоняя назойливые воспоминания, и добавил. — Для тебя я сделал бы то же самое. Повисло неловкое молчание. Все уже ожидали в разрушенной палате меня, зависшую вместе с богом обмана на пороге, кто-то — то ли Перси, то ли Джейсон — уже окликали меня по имени. За окном вспыхивали яркие вспышки огня и света — то Феникс яростно сражался с непобедимой Аморой. Слышались пронзительные вопли раненых и убитых, неистовые выкрики бьющихся не на жизнь, на насмерть, резали тишину почище клинка. — Идём, — кивнула я отцу, вспомнив тот план, который мы заранее обдумали с Фениксом, и направилась в сторону заждавшихся полубогов и Мстителей. — Это моя команда, я их лидер, и мой долг отдать новый приказ. Отец понимающе кивнул и пошёл следом за мной. Облокотившись спиной об стену, Талия Грейс внимательно наблюдала за каждым моим движением, словно пытаясь уловить какой-то подвох или засаду. Золотые глаза Хейзел в полутьме лазарета горели двумя огоньками, как у кошки — не удивлюсь, если она и видит также прекрасно, как священные животные Фреи. Нико, завидев, как я осторожно перешагнула через порог, подошёл ко мне и подал руку. Этот жест не ускользнул от всевидящего взгляда моего отца, который как раз в это мгновение заходил в нечто подобие комнаты. Я услышала за спиной, как он скрипнул зубами, внутри уже всё похолодело — не хватало, чтобы он публично казнил ди Анджело за недопустимую дерзость, проявившуюся в прикосновении к дочери бога обмана. Тем не менее, ничего больше не произошло, и на сердце у меня отлегло. Под чутким руководством сына Аида я оказалась в центре полуразрушенной палаты. Лицо Стеллы исказилось удивлением и даже каким-то ликованием, что смотрелось странно в данном случае, а потом до меня дошла причина её распирающего веселья — Нико прикоснулся ко мне, вот она и бесится от радости, мол, ещё одна парочка образуется, и плевать, что за окном бушует конец света. — И снова здрасьте, народ! — присвистнул запыхавшийся Лео, сидящий на кушетке. Видок у него ни дать ни взять шахтёр: смуглое лицо всё в копоти, кое-где на одежды догорали язычки пламени. Парень, видимо, вошёл во вкус, пока предавал мучительной смерти на костре всех читаури. — Каков новый план? — Не самый лучший, но он есть наш шанс на победу, — при слове «победа» Пайпер резко подняла голову, в её глазах полыхнул огонёк давно угасшей надежды. Никто даже не надеялся на шанс на победу, не говоря уже о самой такой неоднозначной Виктории. Ди Анджело встал подле меня, не сводя настораживающего взгляда с Локи, что встал напротив нас и буравил взглядом полукровку. Я буквально чувствовала искрящееся напряжение между этими двумя, отчего по спине нервно забегали мурашки, а взгляд то и дело сам по себе скользил к Локи и Нико. Бог смерил ди Анджело таким прожигающим и яростным взглядом, что любой бы другой на месте полубога уже давно, вспоминая мамочку, помчался прочь от трикстера. Я прокашлялась, стараясь обратить их внимание на себя и свои слова, пока отец не вцепился в глотку моему очередному якобы ухажёру. — И в чём же он заключается? — стараясь спрятать за серьёзным тоном страх, поинтересовался Джейсон. — Одну секунду, у меня вопрос конкретно к Эшли, — перебила высокая блондинка, что воинственно стояла подле Перси, — Аннабет, вроде? — и повернулась ко мне. Серые глаза полубогини не выражали ничего, но тут она задала интересующий её вопрос, который застал меня врасплох. — Это ты послала своего волка в Лагерь, когда началась заварушка? Я поперхнулась от такого вопроса в лоб, но, видимо, Аннабет не шутила. Она говорила о Гарме. Чёрт…, а я совершенно позабыла о своём верном шизике-волке. Вот, кого следовал бы взять на войну с бесчисленной армией Чаровницы, так это его — он с огромной радостью растерзал парочку сотен читаури на обед, а может, даже и на ужин. Я активно стала перебирать в памяти моменты, когда я в последний момент видела ледяного волка из Йотунхейма, но, что странно, не могла ничего конкретного нарыть. Помню, как он выручил меня, Хейзел, Нико и Стеллу из «Лотоса», но где он был после этих событий, Сурт его знает. Гарм порой может убежать на недельку-другую без предупреждения, а потом — бац! — появляется из ниоткуда и ну давай крушить всех, кто посмел напасть на его хозяйку. И правда, куда он запропастился, когда он так нужен? — Нет, — ошарашенно выдохнула я, во все глаза глядя на дочь Афины, и та поверила моей растерянности. Девушка удивлённо поперхнулась, но я решила разузнать всё до конца. — А что такое? Как оказалось, незадолго до того, как Перси связался с Лагерем через Почту Ириды, появился огромный белый волк. Многие жители Лагеря его узнали по неприятным воспоминаниям, однако всех, в том числе и Хирона, крайне удивило, что Гарм пришёл один, без меня, преодолев явно немалый путь. Кто-то уже схватился за оружие, готовясь отражать натиск ледяного волка, однако следующие его действия поразили всех. Гарм нашёл Миссис ОʼЛири, — адскую гончую из царства Аида, питомицу Перси — и оба начали дьявольски лаять на всю округу. Это насторожило даже Мистера Ди, который обыкновенно не принимал активного участия в жизни Лагеря Полукровок. Многие подумали, что сейчас обе собаки вцепятся друг другу в глотки, но ничего подобного — Миссис ОʼЛири вместе с Гармом вскоре умчались куда-то и больше не появлялись в Лагере. А потом спустя пару мгновений пришло сообщение от сына Посейдона. — То есть Гарм убежал вместе с Миссис ОʼЛири? — недоверчиво нахмурилась я, на что Аннабет кивнула. Я глубоко задумалась. Поведение ледяного волка казалось мне не совсем разумным в данной ситуации, более того, нелогичным, учитывая их природу преданности и верности своему хозяину. — Непохоже на него… — Ещё как похоже, — внезапно рассмеялся Вальдес и указал куда-то за окно. — Слышите? Все тут же затихли, прислушиваясь к звукам битвы, но ничего иного разобрать было нереально. Взрывы, крики, стоны…, но тут к ним примешалось что-то ещё. Все превратились в слух, пытаясь разобрать, чего же такого услышал сын Гефеста, раз обратил внимание всех на это. Да и вообще сейчас было не до того, чтобы гадать, куда… Тут и я услышала это. Издалека раздался протяжный вой, который я ни с чем и никогда не спутаю. Волосы на затылке встали дыбом, брови взметнулись вверх — не может быть. Однако это оказалось правдой. Воинственный вой Гарма заглушил адский лай Миссис ОʼЛири, теперь уже более приближённый. Кто-то рванул к окну, желая удостовериться, и тут Стелла едва не уронила челюсть: — Эшли! Ты только взгляни! — ахнула Рыжая Банши, и тут уже я никак не смогла сдержать любопытства. А после не смогла поверить в увиденное. Издалека неслись два силуэта огромных собак. Причём один выделялся на фоне сражающихся полубогов и читаури ярким, белым, как снег, пятном, а другой оказался чернее ночи, но оба лаяли так, что воюющие неподалёку киборги зажимали уши руками, и псы просто-напросто топтали их, как надоедливых блох. Я услышала, как Перси ошарашенно прошептал: «Di immortales», да у меня самой был порыв упасть в обморок — настолько нереальной казалась увиденная картина. В самую гущу битвы ворвались Гарм и Миссис ОʼЛири — вспомни солнце, вот и лучики! Адская гончая и ледяной волк яростно рвали в клочья читаури, отчего те вопили от нестерпимой муки и боли, хвостом они сбивали врагов с ног так, что поначалу испугавшиеся полубоги разили беспощадно инопланетных захватчиков, пронзая их насквозь копьями и мечами. Тут я всё поняла. Ну, Гарм… до жути преданная, хоть порой и ведущая себя глупо, псина! Я радостно рассмеялась, даже с каким-то ликованием наблюдая за тем, как мой волк беспощадно рвёт клыками и когтями армию Аморы, пока та сражается с Фениксом. Джексон нахмурился, не до конца понимая причину моего веселья: — Чего ты смеёшься? — А ты до сих пор не понял? — продолжая давиться смехом и восхищаться своим волчарой, пояснила я. — Гарм заранее учуял опасность и помчался в Лагерь Полукровок за помощью. А с кем он подружился в первый же день? С Миссис ОʼЛири. Они нас не покинули — они пришли помочь нам в самую трудную минуту вместе. — А что насчёт плана? — вставил своё Джеймс. — Я, конечно, всё понимаю — радость какая, блудный волк Эшли пришёл и всякое прочее…, но Амора сейчас главная опасность, а Феникс не сможет удерживать её долго. Я едва не выругалась на древненорвержском и снова прошествовала в центр комнаты, дабы изложить план битвы, который нашептал мне Феникс. Разумеется, в нём были свои недочёты, — а если быть откровенным, то их было слишком много для удачного плана — но делать нечего, особенно, в таком случае, когда даже малейший шанс на победу кажется спасательным кругом в океане отчаяния. Заложив руки за спину, я начала излагать план действий, и все повернулись ко мне: — Феникс сказал, что нужно делать, — выдохнула я. — Он — приманка, отвлекающий манёвр для того, чтобы мы успели продумать каждый ход и определиться с деталями. Помните, как рьяно мы искали Камни Бесконечности? — кто-то едва слышно буркнул «безусловно», кто-то активно закивал головой, но мало кто понял, к чему я веду этот разговор. Если честно, мне и самой данный план не очень нравился, но выбирать не приходится, когда сталкиваешься лицом к лицу со смертельной опасностью. — Перчатка Бесконечности не будет работать без хотя бы одного из них. Старк отмахнулся, презрительно фыркнув: — Это мы уже давным-давно знаем, Эш. Но есть один крохотный нюанс, который вы с Фениксом забыли… — Перчатку возможно вывести из строя, — тут же выпалила я, предотвращая вопрос сына Тони. Я сама не до конца верила в это, но ведь на каждое действие должно быть своё противодействие. На каждый яд найдётся противоядие. Для Супермена найдётся свой Бэтмен, который обязательно подсунет ему криптонит. На каждого непобедимого и грозного Ахилла найдётся тот, кто выстрелит ему в уязвимую пятку. Не бывает всесильных героев и непобедимых злодеев — у каждого есть свои, пусть даже самые странные, слабости. — Но как?! — едва ли не вскричал Джеймс. Он не верил в то, что всемогущую Чаровницу, которая стала в тысячи раз сильнее древних богов, возможно победить. Я и сама не до конца была уверена в победе, но, как-никак, это шанс. Я пожала плечами, покосившись на отца. Он внимательно следил за каждым моим действием, ожидая, что я скажу. Но, кажется, бог и так всё понял, к чему я веду этот разговор. Я вздохнула сквозь плотно сжатые зубы воздух и произнесла обречённым тоном: — Нужно выбить один из Камней Бесконечности из Перчатки. Отвлечь Амору, воспользоваться моментом и ты, Джеймс, — Старк-младший едва не поперхнулся, когда я упомянула его имя при всех, — С помощью репульсоров на костюме выбьешь любой Камень, и Чаровница беззащитна. Все тут же стали активно обсуждать щекотливый вопрос, громко перешёптываясь. Хейзел одобрительно закивала Пайпер и Аннабет, которые, видимо, ставили под сомнение данный план. Нико как-то поёжился и протёр рукой шею сзади — надеюсь, он не заметил защитных рун, которые я начертала ему? Отец что-то почувствовал, как я нервно посмотрела на сына Аида в этот момент, и он сощурился, смерив Нико внимательным взглядом и предполагая, что же случилось такого между нами. Вперёд вышел Перси, как-то неуверенно переглядываясь с Аннабет: — Что-то не верится, что всё так просто… Сердце сжалось, будто его поймали в плотный капкан. Да, о кое-чём я своим умолчала намеренно, чтобы не пугать их. По крайней мере, не сразу в лоб. Пускай поверят в то, что есть хотя бы мизерный шанс победить, хотя есть крошечный нюанс. А если подумать, то вовсе не крошечный — это огромнейшая проблема, решить которую представлялось весьма трудно, если не сказать невозможно. Я не могла просить их идти на такой риск, никого из них, будь то любимый мною Нико или порою бесячий Лео. Пусть я и лидер, но даже приказать такое я не в силах. Поэтому выход тут я видела только один. Нервно сглотнув образовавшийся в горле ком страха, я продолжила уже не так уверенно, ибо эта перспектива меня пугала, но выхода другого не видела, да и не было его. — Так и есть, — внимание всех присутствующих оказалось прикованным ко мне, и я обречённо продолжила, пытаясь мысленно смириться с неизбежным. — Если хотя бы один из Камней Бесконечности коснётся поверхности земли, всё живое погибнет. Поэтому кто-то из нас должен будет словить его в воздухе, что практически невозможно. На лицо Стелла сильно помрачнела, так что рыжие волосы зловеще полыхнули огнём в свете пламенных всполохов Феникса за окном. Ей эта идея не понравилась, пусть даже и есть шанс одержать верх над врагом, которого не остановить. Сандра растерянно заморгала, типа «я не ослышалась и надеюсь, что это была шутка». Даже Вальдес как-то нервно прикусил нижнюю губу, обдумывая услышанное. — Бросим жребий, — выпалила Бартон и оглядела всех таким уничтожающим взглядом, сам за себя говорящий: «Кто будет против, нашлю гнев далеков на этого несчастного». — Я не вижу здесь другого выхода. Так будет честно. — Нет, — перебила я подругу и договорила, пока она не стала протестовать. — Я уже всё решила. Камень словлю я. Сказать, что в комнате повисло молчание, значит ничего не сказать — просто гробовое молчание разрезало воздух. Казалось, пролети сейчас комар, его услышат все в такой тишине и даже не обратят внимание на шум битвы за разбитым окном. В создавшейся тишине я слышала глухой стук собственного сердца. Отец, до сего момента пытавшийся испепелить Нико взглядом, уставился на меня так, будто я заявила, что хочу покончить с собой. По сути, именно так он и видел моё самопожертвование сейчас. Ди Анджело побледнел, став белым, как привидение — махни рукой, и он исчезнет, в крайнем случае, провалится сквозь землю, лишь бы не видеть и не слышать этой фразы. Рыжая Банши поперхнулась от возмущения, и, что неудивительно, первая отошла от шока: — Ты… ты не посмеешь этого сделать! Это самоубийство! — Это мой шанс исправить ошибку, — рявкнула я. Агентша вроде хотела препираться, с пеной у рта доказывая свою правоту, но я жестом приказала ей замолчать. Что удивительно, Бартон резко умолкла, хотя было видно, что она продолжать внутри закипать, как чайник. — Я лидер, и это мой приказ: никто, повторяю, никто, кроме меня, не смеет даже прикасаться к Камням Бесконечности! Всем всё понятно? Старк выбивает репульсором любой из Камней, я его ловлю. — Ты погибнешь, — подала вдруг голос Левеск, как-то скорбно смотря на меня своими большими золотистыми глазами. За всё это время я успела подружиться с дочерью Плутона, она мне стала, как сестра, и она единственная понимала, каково это, быть дочерью бога, которого все ненавидят. Все тут же закивали, поддерживая мнение Хейзел. Перси лишь повесил голову, не в силах сказать ничего больше. А вот Нико… Чёрные глаза полубога переполнило такое отчаяние, от которого на душу лёг тяжёлый камень сомнений и боли. Я знала этот взгляд. Жертвуя собой, я оставлю сына Аида одного-одинёшенька в этом враждебном мире. Глубоко в душе он, вероятно, злился на меня, но больше всего он боялся. Полукровка и так потерял сестру, которая заменила ему мать, а если он потеряет ещё одного человека, с которым он столько пережил… Нико любил меня. Искренне, нежно. Как не смог полюбить Джаспер, сын Тора. Нико понимал меня, как никто другой, ибо он — сын бога мёртвых, а я дочь бога обмана и коварства. Мы части единого целого, которому не суждено быть вместе. Да и вообще, по ходу, что бы там ни говорила мама много лет назад перед своей смертью, я никогда не выйду замуж. Я умру сегодня, но умру смертью героя. Тем не менее, смотря в эти глаза, у меня язык не поворачивался подтвердить свою смерть при соприкосновении с Камнем Бесконечности. Я не могла врать Нико. Я не могла его оставить. Наши судьбы прочно связаны норнами и мойрами, я это чувствовала. — Не погибну, — дрогнувшим голосом произнесла я. — Аврора оберегала Камень Времени, возможно, она прикасалась к нему, а она дочь Тора, тоже полубогиня. Кто знает, может, и я сумею выжить. Джеймс подошёл ко мне вплотную, уверенно положив железную руку мне на плечо. Холод металла пробрал до костей, но я постаралась прогнать это ощущение. Старк смерил меня тяжёлым, но полным глубокого уважения взглядом и кивнул: — Будем надеяться на лучшее. Приказ лидера неоспорим, но знай, Эшли, — Джеймс как-то даже болезненно сжал мне плечо, голос обычно саркастичного парня и весёлого ловеласа всея Щ.И.Т. неожиданно дрогнул, но я услышала эту перемену в его тоне. — Что бы ни случилось… мы будем помнить тебя. Ты всегда была и будешь героем. Я кивнула и без труда убрала его обессилевшую руку с плеча. Ко мне подошла Стелла и крепко стиснула в объятиях так, что, казалось, все кости переломает она мне почище Халка. Рыжая Банши зарылась лицом мне в волосы, растрепавшиеся по плечам. Никто не видел этого, но я почувствовала, как она зарыдала. Горячие слёзы впитывались в мои чёрные волосы, Банши не отпускала меня из своих объятий. Она уже теряла друга, и вот скоро лишится второго. Я чувствовала себя предателем, что оставляет позади себя всех, кому я, возможно, дорога. Похлопав Стеллу по спине, я мягко отстранилась от рыжеволосой, иначе я потеряю самообладание и тоже пущусь в рыдания, а это нам не на руку — времени и так немного осталось до момента истины. Сандра оказалась подле меня и сдержанно пожала мне руку. Поначалу мне показалось, что Леди Америка затаила на меня какую-то обиду или вспомнила прошлое, однако, внимательно вглядевшись в эти знакомые черты лица, я поняла: она пытается держаться ради команды. Кайл сочувственно приобнял сестру и что-то зашептал ей, Стелла едва слышала его, иногда кивая и ворча в ответ неразборчивые слова. Нико ди Анджело был одним из последних, кто решил со мной, так сказать, попрощаться. Сын Аида долго смотрел мне глаза в глаза, словно стараясь запомнить меня всю и до конца. Боль в его взгляде плескалась бездонным океаном — полукровка был безутешен. И слова здесь оказались бы лишними. — Нико, — мягко начала я, силясь не разреветься. — Мне так жаль… — Ничего не говори, — прервал мои оправдания брюнет, слишком сильно став похожим на своего отца, Аида. — Я всё понимаю. Но, Эшли… там, на поле боя… — парень замялся, словно слова давались ему с огромным трудом. Он подбирал их с большой осторожностью. Полубог тяжело вздохнул. — Просто знай, что я… За окном послышался неистовый грохот, небо озарила на мгновение яркая вспышка огня и света и тут же угасла. Не слышны были больше воинственные выкрики птицы и проклятия Аморы — всё внезапно затихло. Внутри у меня всё похолодело, я сорвалась с места и рванула на улицу, несмотря на ярые протесты Новых Мстителей и прочих — мы не должны опоздать, если уже не опоздали. Феникс проиграл Чаровнице. Мы обречены.