Стекло (Дилогия "Зеркаль". Часть 1)

      Придя к обоюдному согласию, родители проводили своих детей познакомиться поближе в спальню наследника рода Малфой. Василию было поручено перенести приданное и гардероб невесты в восточное крыло дома и приготовить гостевую спальню к приходу новой владелицы.       Не обронив ни единого слова, молодые прошли в комнату и уже там начали разговор. — Никогда не представляла, что буду повенчана с четой Малфоев, — Астория присела на бежевый диван возле книжного стеллажа.       Диван и книги находились прямо напротив двуспальной кровати с покрывалом кремового цвета и синим балдахином. Слева от кровати у большого окна стоял темный стол с множеством бумаг и книг, хаотично разбросанных. С левой стороны от дивана была темно-красная дверь, ведущая в ванную алых оттенков. — Тебе до сих было рано думать о таких вещах, — Драко оперся спиной на столб балдахина и сложил руки на груди. — Я слышала, что твою метку носит сам Гарри Поттер, — Драко удивленно поднял брови. — Дафна писала домой и… упомянула. — Благотворительный взнос в будущее, — невеста напряглась, когда запах альфы в комнате усилился. — Думаю, что могу говорить с тобой на равных, Астория. Нам обоим не сильно уж нравится сложившаяся ситуация. — Согласна, но, когда становится вопрос об имени семьи, наше мнение стоит в последних строках, — Астория перевела взгляд на окно и тяжело вздохнула. — Хм, а мы подружимся. И всё же — довольно пессимистичный взгляд для юной омеги. У тебя есть кто-то? — Скорее у тебя. На тебе-то чувствуется омежий отпечаток, — на немой вопрос Драко: «как?» — Астория пожала плечами. — Омеги очень тонко чувствуют такие вещи. Пожалуйста, делай всё так, чтобы это не затронуло честь семьи. Я не надеюсь на какие-либо чувства в свою сторону. — Ты всё больше и больше поражаешь меня, Астория. Из тебя выйдет великолепная светская дама, — блондин подошёл к девушке и протянул руку. Омега протянула свою, и Драко уважительно поцеловал её. — Свадьбу сыграют, когда нам обоим исполнится восемнадцать. До того момента мы будем помолвлены и связаны метками принадлежности и верности. — Верности? Сам-то в это веришь? — зеленые глаза невесты сверкнули слишком знакомо, и Малфой отдернул руку.       По условиям договора Астория принимала обязательства невесты наследника рода с некоторыми правилами. В течение времени до свадьбы омега должна была проводить в семье супруга всё время каникул и отзываться в это время на имя «миссис Малфой», а также приучаться к быту и традициям семьи.

***

      На следующее утро Драко долго вглядывался в последнюю строчку договора, где обговаривалась свадьба. Гости, убранство, наряды, карета… Всё это не вызывало у альфы интереса, но вот дата. Драко был уверен (как и в том, что Земля круглая), что дату «31 июля» он уже слышал. И не раз. Только мозг отчаянно отказывался выдавать ответ. Отбросив в конце концов затею, наследник продолжил попивать утренний кофе и разглядывать вид утреннего неба за окном столовой.       Вскоре он услышал мягкие шаги в тапочках по ступеням второго этажа и узнал в них Асторию, ввиду их юной спешности.       Шатенка вошла в столовую, потягиваясь как разбуженная птица-феникс, вытянув руки и широко зевая. В её прическе было сложно узнать вчерашнюю укладку. Драко оглядел её с «гнезда» до тапок и скривился. — Не дело миссис Малфой являться к завтраку в таком виде, Астория, — девушка разлепила заспанные глаза. — Как увижу её — передам. А пока, где у вас чайник? — омега прошаркала мимо блондина на кухню и загремела чашками.       Когда она вернулась с подносом овсяного печенья, любезно приготовленным именно для молодых домработницей Марией, Драко рассмеялся с неё. — Замолчи, лучше помог бы, жених, — Астория села на стул рядом и прокусила до сих пор удерживаемое в зубах печенье. Затем она рассмотрела его поближе. — Твоя мама очень вкусно готовит. — Моя мама вообще не готовит. Для этого есть повар и Мария, — Малфой снова притянул к себе договор и стал перечитывать. — Ммм, — промурчала омега с набитым ртом, — на Малфоев работает целая гвардия. Меня лучше познакомить с ними, чтобы я ненароком никого не оглушила с испуга.       Не отрываясь от листа, Драко начал перечислять персонал: — Василий — дворецкий, его ты уже встречала. Большую часть времени слоняется по комнатам, играя в горничную, вечером сидит в семейной библиотеке здесь, на первом этаже, или в своей комнате на третьем. Мария — домработница и моя бывшая няня, возрастная женщина с высокой прической, помогает матери, её семья сбежала из России в период каких-то революций. Никогда не называй её горничной, ибо у нас их нет. Мария скорее экономка, она шарит в бумагах. Если заглянешь в конюшню за садом, то там встретишь Тони, хотя его полное имя Антониро, но к Тони он больше привык. — Итальянец? — Правильно. Наш конюх и тренер по верховой езде. Ему около двадцати пяти, не помню точно. Я пару раз с ним встречался. Чаще он видится с отцом, чем со мной и матерью вместе взятыми. Ну-у, еще повар Марк из Франции и садовница Клодетт из Шотландии, — Астория кивнула. — Других ты вряд ли когда-нибудь увидишь, — Астория подавилась. — Других? Я угадала про гвардию? — Нет, это второсортный персонал, который работает только с главой рода. Пока отца нет, они в отпуске, — голос Драко постепенно затих, когда глаза снова наткнулись на злосчастную дату. — Ты не особо дружелюбен к людям, Драко. Ты и с однокурсниками себя так же ведешь? — В точности, — парень вздохнул. — Вот. Ты вряд ли ещё видела, — он протянул омеге договор. — Здесь уже нужна твоя подпись. Свой я оставил в кабинете отца, туда же отнесу твой. Дальше разберется мать.

***

      Неделя прошла, и пришел час Драко собираться в Хогвартс. В этот день Нарцисса с утра была очень нервная и стучала каблучками по паркету с восьми утра. Сегодня молодые должны были пройти процедуру обмена метками, как было указано отцом Астории.       После обеда Драко и Астория снова уединились в комнате наследника, чтобы перейти этот сложный для обоих рубеж. Астория была не спокойней Нарциссы, но её поведение скорее смахивало на гиперактивность, чем на мандраж.       Драко взял невесту за руку и отвел к дивану, он уперто игнорировал наличие кровати. — Не волнуйся, не так больно, как представляется, — омега активно закивала и, отклонив голову набок, выставила альфе тонкую шею. Драко прошелся кончиком языка по клыкам, чтобы слюна усилила заживление и обхватил Асторию за затылок. Надо отдать должное, девушка ни на миллиметр не дернулась, но закрыла глаза. Малфой вдруг живо почувствовал жжение в груди, мозг активно вырисовывал изображение Поттера в больничном крыле, Поттера в постели и очень активно Поттера с Маклаггеном. — Чего так вцепился? — услышал блондин голос сквозь свой слайд-шоу туман. — Виноват, — он наклонился и пристроился прямо к сонной артерии. Досчитав до двух, он стремительно пронзил тонкую кожу и услышал писк над ухом. «Не справедливо Гринграсс называют «очеловеченными», Астория даст фору даже Забини и Ноттам», — думал Малфой, чувствуя зарождение метки под зубами.       В глазах возник образ куницы, как омежьей души Астории Гринграсс, а сзади к золотистой кунице приближалась какая-то крупная тварь (Драко понял, что это была его альфа-душа). Он никогда не желал встречаться со своей душой, поэтому, когда фигура начала принимать очертания, Драко выдернул клыки.       Девушка дернулась и кончиками пальцев коснулась быстро-заживающей метки. Её глаза светились гордостью. Через мгновение она придвинулась к альфе и, пока он вытирал губы рукавом, протянула руку к его затылку. Но Драко взглянул на неё со странным недоумением, и девушка усмехнулась. — Я поставлю, чтобы в глаза сильно не бросалось, — Малфой хмыкнул. Омега обхватила платиновый затылок и вцепилась мелкими клыками в изгиб шеи, чуть выше ключицы. Драко передернуло, когда очертания душ снова начали вырисовываться, но благо Астория сделала всё быстро. — Не зря сестра с мелких лет делилась со мной омежьми секретами. Я расскажу тебе, как спрятать метку, — Астория вскочила к тумбочке у постели, где хранились лекарства. — Вот. Смажешь пластырь чем-либо с сильным запахом, чтобы перебить метку, и приклеишь поверх. Дафна говорит, что работает отлично. — Теперь я жалею, что так мало знался с твоей сестрой, — альфа принял из рук омеги коробочку с медикаментами. — Спасибо тебе, — Астория снова присела рядом. — Я всё-таки невеста мистера Малфоя, — она погладила жениха по плечу. — Специфическая профессия, знаешь ли.

*Хогвартс*

      Ближе к учебным будням Гарри перевели в спальню мальчишек гриффиндора. Он пару раз был у Дамблдора, чтобы директор проконтролировал возвращение его организма в нормальное русло и, разумеется, поспрашивал что-нибудь ещё о том мире. К счастью, со здоровьем всё прошло как нельзя лучше и примерно через неделю, благодаря «возрождению» омежьей души, Гарри ждал новую течку. Это одновременно пугало и притягивало. Ведь его альфа обещал вернуться.       Но всё же что-то было не так. Вокруг, в людях, в воздухе. Да ещё и метка принялась бесноваться. За пару дней до начала занятий красивый, извилистый, цветочно-образный шрам начал кровоточить и щипать, как свежая рана. Гарри постоянно ходил с окровавленным платком, но сильно никто не переживал. Мадам Помфри отмахивалась и как-то грустно говорила, что это временная проблема всех меченных омег. На самом же деле она сразу поняла истинную природу кровотечения. А означало это, что альфа Гарри Драко Малфой принял метку принадлежности от другой омеги и скорее всего поставил её сам. — Скорее бы Малфой вернулся, — возвратившись от родителей, Гермиона то и дело крутилась вокруг своего друга-омеги. — Как-то жутко на это смотреть. Даже представить не могу… Что это значит по словам Помфри? — Сказала, что это нормально, — Гарри сменил уже седьмой окровавленный платок за пару дней. — Нет, это не нормально. И, — Герми замешкалась, — Гарри, я же очень точно ощущала, что в тебе зарождается жизнь, — Поттеру вдруг хотелось провалиться сквозь землю. — Может, это как-то связано? — Да-да, скорее всего, — он закивал головой, вызвав новую струйку крови из метки. — Чертовщина.

***

      К вечеру жжение в метке стало невыносимым и Гарри не нашел ничего лучше как отправиться к Дамблдору. — Да, это действительно выглядит не хорошо, Гарри, — осмотрев окровавленную шею, констатировал директор. — Мне нужно будет самому пообщаться с мадам Помфри. — Это же не настолько дикий случай, чтобы даже Вы не понимали, профессор, — в очередной раз промакивая кровь, пробубнил омега. — Нет, не настолько. Но теорий много. Две из них точно отсеиваются, ибо Драко Малфой жив, а дитя в опасности у вас нет, — поглаживая бороду, произнес Дамблдор. Гарри откашлялся, когда он проговорил часть про ребенка. — Может, это тоже из раздела «побочных эффектов»? — с надеждой спросил он. — Всё побочное уже должно изжиться. К тебе вернулась омежья душа? — Поттер кивнул. — Это и есть финальная стадия… — Альбус задумчиво взглянул на феникса, а тот в ответ курлыкнул. — Ну, ступай. Не заостряй внимания, лучше снова посети мадам Помфри и надень впитывающую повязку на шею, — гриффиндорец благодарно закивал и, простившись с директором, вышел из кабинета.

***

      Пока Гарри носился со своим недугом, в школу прибывали ученики. Гермиона с компанией гриффиндорцев отправилась в Большой зал, где резко ощутила, почти ядовитый для ее обоняния, запах Малфоя. Сжав челюсти до скрежета, девушка подавила желание кинуться слизеринцу в лицо, пока цитаты из книги «Туман ароматов меченных» четко проговаривались в её голове.       Щепотка горести, кислоты и четкое разделение с природным запахом Малфоя говорили о том, что под липовым «глубоким порезом от бритья» (что Гермиона услышала краем уха) скрывается настоящая метка принадлежности омеге. И этой омегой был точно не Гарри Поттер, чей запах лучшая подруга знала как свой.       Сам Гарри появился спустя четверть часа, когда зал был полон возвратившихся студентов. Завидев его, Грейнджер стала внимательно разглядывать «змеиный клубок» во главе с Драко Малфоем. Альфа отреагировал странно для изменника или для того, кому по барабану на ненавистного омегу-Поттера: грудь Малфоя заходила волнами от частых вдохов, а глаза повернулись ко входу в зал. Когда же он уловил Гарри, то напрягся ещё больше от вида его повязки на шее. — Как ты, Гарри? — протягивая руку к присаживающему и кривящемуся другу, с сочувствием протянула девушка. — Бывало лучше, — усевшись, Гарри коснулся кончиками пальцев тугой прямоугольной повязки. Он упрямо подавлял мурашки и жжение затылка серебряным взглядом. — Даже присутствие Малфоя ситуацию не улучшает, она адски горит. — А шрам? — вдруг дернулась Гермиона. — Нет, ничего. Но в голову отдает, думаю, зря сюда пришел. Лучше вернусь в спальню, хочу лечь, — подруга-омега погладила друга по спине и кивнула.       Гарри быстро попрощался с однокурсниками и тяжелой походкой направился к выходу. За ним подорвался Малфой. Гермиона тяжело вздохнула и мысленно попросила Мерлина помочь этим двум идиотам, а лучше поразить Малфоя молнией.       Поттер подскочил к окну в коридоре и, запрыгнув на подоконник, прижался пылающей шеей к ледяной поверхности стекла. В голове проскочило воспоминание о Еиналеж. За прикрытыми веками он слишком поздно ощутил присутствие Драко, чтобы не удариться о стекло с испуга. Затем парни одновременно уставились на «ранения» друг друга. — Что случилось? — спросил альфа, вставая сбоку. Чтобы удержаться от прикосновения к желанному телу, он скрестил руки на груди. — Я первым хотел узнать, — неосознанно двинувшись навстречу, усмехнулся Гарри. — У меня же всё через одно место, — омега заметил по движению взгляда Малфоя, что, даже сквозь плотный бинт, к ключице отправилась на пробежку капля крови. — Она кровоточит. — Больно? — Поттера смутила дрожь его голоса. — Довольно неприятно. А у тебя что? — Порезался. — Настолько, что пришлось бинтовать? — Гарри протянул руку, но Малфой отступил. — У нас же… всё хорошо? — Конечно, — Драко нервно дернулся вперед, обхватывая его руку. — Я волнуюсь за метку. — Помфри сказала дать ей сутки, и она всё исправит, — тепло улыбнулся омега, разглядывая напряженного Малфоя (редкое явление). — Ты помнишь, что у нас ещё есть незаконченное дело, — он притянул руку альфы, тем самым привлекая самого Драко. — Тебе всё же так идет твоя омежья сущность, — плюнув на всё, Малфой вжал своего Поттера в окно, приникая к губам жадным поцелуем.