Смертоносная наука

Гулкий шум вентиляционных труб и легкое жужжание ламп дневного света всегда отвлекали Уитли от работы. Он всеми силами хотел выбраться из этой серой коробки, снова оказаться на поверхности и увидеть солнце. Мыслями он всегда был там – за этим ужасным КПП, под голубым небом, рядом с золотым полем и обдуваемый свежим ветром. Его тянуло на свободу. Только сейчас время было уже за полночь, солнце село, а последний служебный автобус ушел час назад. -Ты исправил ошибки прошлой версии? – спросил вкрадчивый голос. -А, что? – парень вздрогнул и потер лоб. – Кирк, пойми наконец - у меня голова уже не соображает. Я сейчас не в состоянии фиксить проблемы в системе жизнеобеспечения. Нам необходимо поспать, в конце концов. -Уитли, вруби свои мозги! – грубо перебил его друг. – Тебе сдавать проект начальству через 36 часов! -Да-да, - усмехнулся Уитли. - Если с камерой что-то случится, они меня туда засунут и выкрутят время заморозки на несколько тысяч лет. А потом я проснусь в совершенно новом мире. Думаю, там будет какая-то новая интересная экосистема. Люди-бабочки или типа того. И я очень надеюсь, что Aperture Science к тому времени превратится в прах. Лениво потянувшись, он встал с кресла и подошел к стеклянной капсуле и набрал что-то на ноутбуке. Аппаратура мягко зашумела, по монитору быстро побежали строчки программного кода. Уитли максимально сосредоточился, пытаясь в сотый раз найти ту самую проклятую ошибку из-за которой DF153 отказывалась нормально работать. Камера криогенного сна была рассчитана на людей до двух метров роста. В результате чего она казалась слишком огромной и больше походила на стеклянный гроб с железным основанием. Внутри камера была снабжена тоннами электроники, способной поддерживать жизнь человека достаточно долгое время. Все провода были спрятаны за мягким матрасом и ортопедической подушкой, которая должна была обеспечить правильное положение шейного отдела позвоночника. -Знаешь, - Уитли задумчиво поправил очки. – Меня больше беспокоит мое состояние после этой камеры. -ТЫ В НЕЙ СПАЛ?! – удивленно воскликнул Кирк, широко раскрыв глаза и подскочив к другу. – DF153 должны были тестировать на добровольцах! Ты мог не проснуться! Немного успокоившись, он добавил: -Что с тобой случилось? Уитли отвлекся от строчек на экране ноутбука и аккуратно провел рукой по железному корпусу. -Всего за одну ночь у меня онемели мышцы, - парень, стиснув зубы, со всей силы долбанул по камере. – И я не понимаю в чем причина! Два года разработки и всего одна ночь! Хватило лишь 24 часов, чтобы организм отринул нашу модель. Я этим же утром проверил всю аппаратуру. Всё в DF153 работает отлично, но тело не отдыхает, а просто лежит бесполезным мешком с костями. А теперь представь на мгновение, что тебя засунут в нее на год! -Мышцы превратятся в тряпки, - ужаснулся Кирк. – Но если не предоставишь разработку, тебя отправят в испытательные камеры. -Её нельзя пускать в оборот, - отчаянно прошептал Уитли. – Мне конец.

**************

Очнувшись, Уитли испуганно распахнул глаз и осмотрелся. Тишина и темнота царили вокруг маленького модуля. Странное видение еще не до конца пропало, и он смутно видел очертания того тостера-переростка. -DF153, - пробубнил он. – Где-то я уже слышал этот номер. -О, ты очнулся, дурак, - из темноты отозвался до боли знакомый голос. – Прямо сейчас тебя ждет много адской и мучительной боли. Я постараюсь выжать все из твоего маленького процессора, идиот. -Эм, а может, как-то договоримся? – в полголоса спросил Уитли, пытаясь понять с какой стороны звучит голос GLaDOS. - Я сейчас не в лучшей форме, знаешь ли. У меня весь корпус забит камнями и пылью и я с трудом поворачиваю свою линзу. Состояние маленького модуля и вправду было плачевным, что он прекрасно ощущал. Фонарь не работал, глаз двигался плохо, внутри то и дело что-то поскрипывало и замыкало. Пытка, даже самая слабая убила бы его в мгновение ока. Приземление, насколько он смог вспомнить, было не очень мягкое. -Думаю, стоит начать с криогенного рефрижератора, - задумчиво произнесла GLaDOS, ухватив модуль своей механической рукой. -Нет, пожалуйста, - взмолился модуль. – Я сделаю все, что захочешь, только не мучай меня. Я, правда, раскаиваюсь, хотя и понимаю, что ты не простишь меня. Уитли запнулся, подбирая слова. В этот момент он говорил их не для того, чтобы разжалобить GLaDOS. В маленьком поврежденном процессоре навсегда осталось в памяти лицо Челл в тот момент, когда он её предал. – Я так и не успел попросить прощения у неё и сказать, как я сожалею… «ВНИМАНИЕ, вторжение на территорию комплекса! Внимание! Внимание! Вторжение на территорию комплекса». -О, а вот это уже интересно, - усмехнулась GLaDOS и вывела изображение с камер на экраны. – Посмотри, кто к нам пришёл. Уитли с трудом развернул свою разбитую линзу и взглянул на изображение. -Не может быть, - только и смог прошептать модуль, узнав во вторженце ту самую девушку, которую он разбудил больше года назад. – Она вернулась, но зачем? -Идиот, она услышала твой крик. Спутник транслировал его на все ближайшие радиоприемники. Ты вопил как девчонка, - GLaDOS поднесла модуль поближе к себе и посмотрела в его разбитый глаз. – Знаешь, у меня есть идея. Уитли, предчувствуя неладное, взглянул на монитор.

***************

Челл бежала со всех ног через верхние этажи комплекса, стараясь как можно быстрее добраться до главного зала GLaDOS. Паутина заброшенных коридоров запуталась у нее в волосах. Руки и ноги были в синяках и ссадинах. Одежда перепачкалась в мазуте и грязи, как и её лицо. Девушка старалась пробираться через помещения, в которых отсутствовали камеры и панели. Таких в Aperture Science было очень мало, особенно это касалось новых помещений. И вот настал момент, когда пыльные коридоры с мигающими лампами дневного света закончились, приведя Челл в своеобразный тупик. Она оказалась в кабинете, окна которого выходили на испытательную камеру. В ней было все: панели, камеры и полный контроль GLaDOS. Челл остановилась, чтобы отдышаться и взвесить свои дальнейшие действия. Изначально у нее не было вообще никакого плана. Сейчас же, в комплексе, проснулись старые инстинкты выживания. Вопрос жизни и смерти стоял не только в отношении Уитли, но и в отношении неё. Поэтому ей нужна была портальная пушка, которая находилась невесть где в этом огромном комплексе. «Возможно, я смогу проскользнуть через эту комнату, если пройду по стенке под камерой? – думала Челл, осматривая помещение. – Это опасно, но другого пути нет». Аккуратно вытащив разбитое стекло из рамы она спрыгнула на одну из панелей и сразу прижалась к стенке. Прислушавшись к монотонному гулу вентиляции, Челл двинулась по стенке в сторону приоткрытой панели, за которой проглядывалась шахта лифта. -О, так ты вернулась, - произнес электронный голос у нее над головой. Голос GLaDOS послужил для Челл командой к спасению. Девушка сорвалась со своего места и бросилась к панели. Когда до нее оставалось несколько метров, она захлопнулась прямо перед носом Челл. Выскользнувшая следом другая панель сбила бедняжку с ног. Механическая рука тут же схватила девушку и подняла над землей. Панели со всех сторон пошли «волной» и раскрылись, открывая прямой проход к залу с GLaDOS. -Никогда не думала, что скажу это, но я рада тебя видеть. Ты – монстр, но сейчас ты мне нужна, - произнесла компьютерша, поднеся Челл поближе к себе. С этими словами она взглянула на Уитли и продолжила: -Знаешь, пока тебя не было, я много думала, - с этими словами GLaDOS наклонилась и в упор посмотрела на модуль. – Криогенный рефрижератор и доменная печь, слишком легкие наказания для тебя. У меня есть кое-что получше. -Нет-нет-нет, - тихо застонал Уитли, мельком взглянув на девушку с надеждой. – Помоги… Челл с нескрываемой опаской наблюдала за происходящим. Бедный модуль, слегка искрясь и скрипя, дрожал от неописуемого страха. Сейчас она не могла ему помочь. Тем временем одна из панелей комплекса открылась. Следом из образовавшегося проема в стене показался до боли знакомый предмет – камера криогенного сна. У самого её основания красовалась выгравированная надпись DF(K)153. -Я нашла оболочку, которая находилась все это время у меня в подвалах. На нем тот же номер, что и на твоем корпусе. Этот биологический мусор стоял там и смердел без всякой пользы, но думаю, для наказания он тебе подойдет, - с этими словами GLaDOS захватила Уитли своей механической рукой и небрежно подсоединила к выемке у основания камеры. -Знаешь, сколько боли может испытывать человек? – продолжала она. – Насколько хрупко его тело? Как долго он может мучиться от боли, прежде чем умрет? Знаешь? -Н-н-нет, - заикаясь, промямлил модуль. -Я тоже не знаю, - с усмешкой произнесла она, - Но в моей базе огромное количество видеозаписей испытаний. Многие умирали, крича от боли, другие сражались до последнего с переломанными конечностями, кто-то сходил с ума и сам прыгал под пресс. И теперь я хочу посмотреть на твою агонию, - GLaDOS цинично выдвинула под собой большую красную кнопку, над которой завис куб-помощник. – Мне известно, что пробуждение тела после многолетнего криогенного сна, в камере этого типа, подобно рождению заново и в нем очень МНОГО БОЛИ. Сделав акцент на последних словах, она сбросила куб прямо на кнопку. Все точно так, как было в испытаниях, только на этот раз маленький куб стал палачом для Уитли. По его сигналу сработала система криогенной капсулы, к которой был подключен Уитли. -Что ты дела-а-а-ае-е-е... – Уитли отключился на половине фразы, как-то неестественно закатив глаз. Подключенный модуль, показался Челл мертвым. Она невольно вздрогнула от этого зрелища. Запотевшая капсула, стоявшая перед ней, в какой-то момент напомнила девушке гроб. Но, несколько секунд спустя камера странным образом зашипела, выпустила пар и открылась. За запотевшим стеклом она увидела мужчину примерно 29 лет. Он был достаточно высокого роста, излишне худощав и бледен. Его короткие рыжие волосы торчали во все стороны, а очки на закрытых глазах слегка переехали набок. Помятую рубашку украшал логотип Aperture Science. -А-а-а-а-а-агх! – неожиданно захрипел мужчина, резко вдохнув воздух и открыв глаза. Не удержавшись в стоящей капсуле, он выпал из нее, запутался в ногах и распластался по полу. На его лице Челл увидела смесь паники, боли и ужаса от всего происходящего. Мужчина сильно схватился за горло обеими руками, продолжая жадно вдыхать воздух. Глаза его метались за тонкими стеклами очков. Ноги тряслись в конвульсиях, тогда как руки все сильнее сжимали горло. Неожиданно GLaDOS ослабила хватку, и этого хватило Челл, чтобы вырваться из ее механической руки. Она подбежала к дергающемуся Уитли, крепко схватила его за руки и развела их в стороны, чтобы тот случайно не задушил себя в порыве паники. -Ус…спокойся, - тихо, с трудом прошептала Челл, но этого было достаточно. Уитли мгновенно перестал дергаться и удивленно распахнул свои голубые глаза. Он стал ровнее вдыхать воздух, не сводя глаз с девушки. Бедняга попытался что-то сказать, но вместо этого из его горла вырвался только сдавленный хрип и кашель. «Он сильно истощен», - ужаснулась Челл, глядя на парня. Издалека она не заметила его состояния. Впалые щеки, синяки под глазами, бледность кожи и замутненные глаза делали беднягу похожим на живого мертвеца. Руки, под рубашкой, были настолько худыми, что Челл могла почувствовать кость. -Вот ты и родился заново, идиот! Твои конечности атрофированы, поэтому у тебя должно болеть все тело. Надеюсь тебе достаточно больно? Так же некоторое время голосовые функции будут отсутствовать. Пару суток молчания тебе обеспечены, - сказала GLaDOS, заметив, что парень окончательно успокоился. – Но это не важно. Для вас настало время испытаний. В этот же момент панель под Челл и Уитли со скрипом открылась, и они упали в бесконечную тьму комплекса.