Смертоносная наука

К счастью для Челл удар был слабый, и девушка осталась невредима. Она приподнялась с колен и всмотрелась в темноту. Вокруг ничего не было видно и слышно. Только тяжелое и хриплое дыхание Уитли. Аккуратно нащупав его руку, Челл прислонила парня спиной к панели. Затем, используя стену как опору, девушка помогла ему подняться на ноги. Высоченный парень был истощен, но по-прежнему весил прилично. -Надо… спрятаться, - шепотом сказала она, двигаясь вперед и надеясь, что GLaDOS её не услышала. -Ох, я и забыла, что вы не можете проходить испытания без света, -незамедлительно отозвалась она. В это же мгновение испытательная камера наполнилась ярким светом. Челл, понимая, что у них есть всего несколько секунд, чтобы найти убежище, бегло осмотрела комнату. Огромное помещение состояло сплошь из белых панелей, а значит, полностью контролировалось GLaDOS. Бассейн с кислотой преграждал путь к спасительной двери. Но один момент огромная компьютерша все же упустила – одна из панелей неплотно прилегала к стене. Ей мешал обломок куба-помощника, который вставили в работающий механизм. Зазор был достаточно большим, чтобы туда пролезть. Аккуратно, чтобы не вызвать подозрений, Челл подтащила Уитли поближе к ней. -Это ваше оборудование, - GLaDOS выдвинула панель с двумя портальными пушками перед ними. – Можете начинать проходить испытания. Челл ухмыльнулась, мысленно благодаря бога за такой подарок. Схватив пушки, она выстрелила порталом точно в зазор, другой поставила под собой. Уитли, с трудом держащийся за плечо девушки, провалился вместе с ней в созданный портал. Через мгновение они оказались в спасительном закутке. -Вы не уйдете от меня, - спокойно произнесла компьютерша. – Оттуда только один выход и он ведет сюда. Помещение за панелями трудно было назвать комнатой из-за царившего там бардака. В углу валялись консервные банки и бутыли с надписью «вода». Часть из них была пуста, но некоторые остались целы. В основном это касалось консервированной еды. Другие углы были завалены мусором и пустыми бутылями. Рядом с ними лежали три матраса и самодельные подушки под голову. Повсюду на стенах были странные расплывчатые надписи, которые сильно потускнели от времени. «Хорошо, тут есть еда», - подумала Челл, аккуратно сажая Уитли на матрас. Бедный парень все еще дрожал всем телом и прерывисто дышал. Ноги его не держали вообще, руки поднимались с большим трудом. На лбу выступила испарина – бедняга вот-вот мог потерять сознание от слабости. «Дело плохо, - девушка пощупала пульс на его запястье. – Он долго не протянет». В этот момент её взгляд совершенно случайно скользнул по стене, к которой она прислонила Уитли. На ней была жирнее всех выделена надпись: «Лекарства рядом -> -> -> » Корявые стрелки показывали точно в сторону горы мусора, которую Челл приметила в самом начале. Девушка подошла к ней и аккуратно отодвинула кучу. Точно за ней она обнаружила еще одну небольшую комнату с множеством шкафов и холодильных установок. Возможно, в былые времена, это был склад биологических образцов, но сейчас многие шкафы были пусты, и лишь в одном стояла маленькая бутылочка, которая сияла в мерцании старых ламп. Наклейка на ней была слегка помечена тем же маркером, которым рисовали надписи на стене. Челл подошла, взяла баночку с полки и прочитала инструкцию, прикрепленную к ней: «Индицифианид NANO 100 мл. Робоактивная сыворотка. Произведено и запатентовано: Aperture Science Показания к применению: Повреждения, появившиеся в результате ранений от огнестрельного, холодного, плазменного, ядерного и других видов оружия. При повреждении костной ткани в результате падения с большой высоты. Мышечная недостаточность, возникшая в результате долгого сна в криогенной камере третьего и более раннего поколений. ВНИМАНИЕ, препарат бесполезен при посмертном введении! Противопоказания: Не применять к людям-богомолам и роботизированным гуманоидам. Использовать с осторожностью при беременности. Избегать прямого контакта с кожей – есть риск возникновения сиамского близнеца. Побочное действие: Сильные боли в месте укола, связанные с распространением наномашин по телу больного. Первые часы сопровождаются жаром, конвульсиями и галлюцинациями, которые спадают через час. Затем следует глубокий сон больного, вызванный работой робомолекул. Способ применения и дозы: Во время первого укола (50 мл.) крепко зафиксировать тело больного. Рот оставить в открытом положении, чтобы избежать проглатывания языка (кляп). Вколоть внутривенно, медленно вводить раствор. После появления побочных действий не отходить от больного в течение девяти часов. Постоянно следить за пульсом и общим состоянием. После прихода в сознание дать еду и воду. Через пять часов вколоть вторую дозу. Пациент должен лежать в кровати, тело не фиксируется. Вводится раствор (50 мл.) внутривенно в другую руку. После двухчасового сна пациент придет в себя. Раны и травмы будут полностью заживлены. Общее состояние тела будет нормализовано и доведено до оптимального. Aperture Science желает вам здоровья!» Покрутив инструкцию в руках, Челл еще раз прочитала содержимое. Еда и вода у нее была, оставалось только чем-то зафиксировать тело, найти приемлемый кляп и чистый шприц. Последний лежал рядом с сывороткой. Оглядевшись, она нашла неподалеку моток старой, но крепкой веревки. Чуть дальше валялся кусок резины, который нужно было отмыть от пыли и грязи. Забрав все необходимое, Челл вернулась в комнату. Уитли, услышав шаги, с трудом повернул голову. Заметив у нее веревки и шприц, он изменился в лице. Девушка готова была поклясться, что прямо сейчас бедняга понял, что будет больно. -Это лекарство, - как можно спокойнее сказала она. Слова еще давались ей с трудом. Но сейчас она была обязана успокоить Уитли. Девушка не понимала, но догадывалась, что сейчас чувствовал парень. Всю жизнь он был железным шариком, способным ездить по рельсу, а теперь его каким-то фантастическим образом переместили в тело одного из испытуемых. Боль, изначально запрограммированная, теперь станет для него самой настоящей. Той самой, которая импульсом за доли секунды по нервам долетает до мозга. -Будет больно, - продолжила Челл, привязывая его ослабленные руки к торчащему обломку трубы. – Но завтра ты встанешь на ноги. Уитли разочарованно отвернулся от девушки, насколько это позволяла веревка, и уткнулся носом в стену. Пока Челл привязывала его ноги и туловище, она украдкой смотрела на его лицо. Немного испуганный взгляд, сморщенный лоб, нахмуренные брови и плотно сжатые губы выдавали в его мимике настоящего человека. Для Челл этот факт было чем-то удивительным. Она не понимала, как в человека смогли запихнуть память и повадки робота. Сама мысль казалась кощунственной и фантастичной, но ученые Aperture Science никогда не отличались лояльностью к своим испытуемым. Вполне возможно, что бывший хозяин тела работал в этом комплексе. Но потом его схватили и заморозили «во имя науки». И теперь оставалось только гадать, чем же бедняга не угодил начальству. «Теперь он тоже человек, - подумала Челл, набирая сыворотку в шприц. – Ему придется привыкнуть к этому». -Ты предал меня, - неожиданно легко произнесла она. Уитли дернулся и посмотрел на девушку. В его взгляде она прочла смесь испуга и сожаления. Он дернулся, чтобы что-то сказать, но вместо слов опять послышался невнятный хрип. Челл, уже отмывшая резину водой из бака, подошла с ней к Уитли, держа шприц наготове. Парень с недоверием посмотрел на черный кусок, соображая что с ним делать. Девушка, увидев его замешательство, показательно открыла рот и театрально поднесла резину ко рту. Уитли повторил за ней и вскоре невкусный кляп уже красовался у него во рту. «Я не хочу этого делать, но придется, - вздохнула девушка, стравливая пузырьки воздуха из сыворотки, как когда-то это при ней делала миссис Шандлер. -Без лекарства не выжить, - с этими словами она вколола шприц в вену Уитли. Парень захрипел и задергался, все сильнее сдавливая резинку зубами. Рука, в которую Челл вколола сыворотку, напряглась и задрожала с огромной силой, норовя выбить шприц у нее из рук. Тело парня изогнулось дугой, грудь высоко приподнялась. Веревки, сдерживающие его, сильно натянулись. Девушка налегла всем телом на парня, продолжая медленно вводить сыворотку в вену. Когда в шприце осталось всего несколько капель Индицифианида, хрип парня перерос в сдавленный крик. -А-а-а-а-а!!! – из глаз его брызнули слезы. Как только шприц опустел, Челл аккуратно вытащила иглу и приложила к месту укола тряпку. В этот же момент Уитли успокоился и закрыл глаза. Его тело расслабилось и опустилось на матрас. Пот, выступивший на лбу, лился градом. Лицо покраснело – поднялась сильная температура. «Мне нельзя спать, - подумала Челл, устало сев на матрас. - Остается только ждать». Но тяжелый день взял свое, и вскоре девушка провалилась в глубокий и спокойный сон. Тишину помещения изредка нарушали тихие стоны Уитли.

*****************

Длинные коридоры Aperture Science всегда были такими серыми и холодными. Помещения, озаренные дневным светом, и нагромождение офисных столов на первых уровнях делали атмосферу тяжелой. Из-за этого штатные работники постоянно жаловались на депрессии из-за унылости и однообразности помещений. Сегодня люди с пустыми глазами толкались в столовой. Очередь шла вдоль длинного стола к кассе. Еду работники разбирали не охотно. Повара – хамоватые женщины пятидесяти лет больше напоминали надсмотрщиц в тюрьмах. -Кирк, - обратился он к своему знакомому. – Не поверишь, что я видел! Кирк был таким же молодым ученым, закончивший MIT и устроившийся в Aperture Science. Его приняли на работу на несколько месяцев раньше Уитли. Встретившись как-то раз в столовой, они разговорились и подружились. Парни привлекали много внимания со стороны начальства, которое привыкло видеть лишь серый офисный планктон. Эта парочка всегда генерировала безумные идеи, граничащие с идиотизмом. Только Кирк всегда был настороже и старался не афишировать свои мысли. -Тише ты! – шикнул на него друг, заметив недовольные взгляды людей в очереди. – Сейчас возьмем еду, и ты мне все расскажешь. Расплатившись на кассе, они сели за самым дальним столиком. -Ну, рассказывай, - тихо предложил Кирк, аккуратно осматривая сидящих за соседними столиками. -Сегодня я опять заблудился в этом чертовом лабиринте, - возмутился Уитли, пытаясь сесть поудобнее. Практически вся мебель в лаборатории была ему в каком-то смысле мала. Стулья, компьютерные столы, да и вообще все не было предназначено для его роста. -Я не удивлен, - подколол того Кирк. -Да не в этом суть! – отмахнулся Уитли. – Там, внизу, километры пещер со старыми постройками. Кажется им лет двадцать, не меньше! Почему их до сих пор не снесут, ума не приложу. Хотя представь себе, американские горки через эти подземелья. Я уже вижу название «Развалины Aperture Science»! -Горки-и-и-и! – ликующе согласился кто-то из-под стола. Друзья одновременно заглянули туда и обнаружили маленькую темноволосую девочку. Парни сразу узнали проказницу, единственного ребенка в комплексе и дочурку покойного директора, по совместительству. В руках она держала пачку зубочисток и уменьшенную боевую турель. Где она достала первое вопросов не вызывало. Уитли больше беспокоило то, КАК она смогла стащить прототип и так спокойно расхаживать с ним по комплексу. -Челл, - обратился к ней Кирк. – Где ты взяла эту игрушку? -Она стояла на столе у одного из ученых, - невозмутимо ответила девочка, заправляя турель поломанными зубочистками. – Он не играл с ней, поэтому я забрала ее. С этими словами она поставила турель на стол, направила ее на Уитли и с громким смехом нажала на кнопочку. Крылья турели раскрылись, выплюнув несколько острых зубочисток прямо в парня. -Ай, - воскликнул тот, решив подыграть ей. – Не-е-е-ет, ты меня убила! От каждого попадания зубочистки он театрально корчился и в конце упал лицом прямо на стол. -Эй, - испуганно окликнула его девочка. – Ты живой? Уитли, с трудом сдерживая смех, продолжал прикидываться мертвым. Он даже задержал дыхание, чтобы казаться более натуральным. Кирк зажал рот рукой, чтобы не заржать на всю столовую -Эй? – забеспокоилась малышка, тыкая в него зубочисткой. – Уитли? -Бу-а-а-а-а-а-а-а-а-гх! – воскликнул тот, вскочив со стола со страшной гримасой. -А-а-а-а! – завизжала Челл, швырнув зубочистки в Уитли и бросившись наутек. -Ха-ха-а-а-а! – столовую огласил их бодрый смех. В укоризненных взглядах обедающих сотрудников отчётливо обозначилось сомнение в умственных способностях, изнемогающих от хохота, молодых ученых.