В одной комнате

      Темная аллея, ведущая в гору. Кровавые листья вьются под ногами словно змеи. Жара. Луна скрыта за тучами настолько, что можно было бы подумать, что во вселенной ее вообще не существует. Молодой человек идет быстрым шагом вглубь. Черные ветви-тени расступаются перед ним в зловещих реверансах, а ветер будто охватывает и сам подталкивает к длинному, светлому дому, излучающему сияние даже в такое время суток, с рыжеватой крышей. Часы над крыльцом пробивают полночь. Звонок. Тихая органная мелодия. Открытая дверь и приглушенный холодный свет. - Владимир? - Да. - Проходите.       Худощавая дама с сильно впалыми скулами и длинными косами берет под руку юношу среднего роста, у которого темно-каштановые волосы, складная фигура и большие карие глаза. Она проводит его к высокой, железной двери с античным узором, с легкостью открывает, будто дверцу буфетного шкафчика, пропускает вперед себя Владимира и запирает металлический засов.       Длинная лестница. Триста шестьдесят пять ступенек. Нумерация начинается с первой и ведет обратный отсчет. Снаружи здание казалось гораздо ниже. Окон почти нет. Только небольшие отверстия с решетками изредка попадаются на пути. Из них ровной струйкой на каменные ступени проливается лунный свет. Идешь – кажется, что в бесконечность. За спиной слышатся приглушенные разговоры и смех.       Конец. Тяжелая, железная дверь. Точно такая же, как и внизу. Даже пробоина та же. Молодой человек оглядывается – темнота, ничего не видно. Скрип и яркий, ослепляющий свет, заставляющий зажмуриться. - Имя? - Владимир. - Стоимость? - Неделя. - Добро пожаловать.       Юноша попадает в огромную залу с черно-белым полом. По всему периметру расставлены высокие колонны, декорированные в греческом стиле. Стены расписаны голубым цветочным орнаментом. Над дверью висят старинные часы с семью стрелками. В середине зала гигантский стол с сотней ящиков, за которым сидит та самая анорексичная дама, что проводила его к лестнице. - Вы на сеанс? - Да. - Карта у Вас? - Я впервые. - Надо получить. Проследуйте за мной. Наступайте только на белую плитку.       Женщина встала из-за стола и ,покачиваясь, прошла к двери. Ее косы влачились по полу, постоянно попадаясь под ноги Владимиру. Все казалось настолько большим, что мегалофоб давно бы уже умер от разрыва сердца. - Свод действий и правил. Прочтите. Вслух.       Владимир взял листок : « 1.Полностью подчиняться Мастерице. 2.Полностью удовлетворить ее. 3.Нахождение в комнате не менее пятнадцати минут. 4.Больше часа дает карту постоянного клиента со стопроцентной скидкой. 5.С момента вступления в комнату Вы не имеете права расторгнуть настоящее соглашение и вступаете в полное распоряжение на указанный выше срок.» - Согласны? - Согласен.       Белоснежная дверь отворилась, впуская в себя посетителя, и снова захлопнулась.       Полчаса. Владислав выходит. Он раздет. Проходит к столу. - Карта. - Добро пожаловать. Ваш заказ уже ждет Вас. Проходите. Наступайте только на черную плитку.       Владимир заходит. Дверь растворяется. Огромная зала, наполненная морозным лунным светом. Огромная кровать с массивным балдахином, будто изначально предназначенная для изысканных любовных утех.Дубовый, поистине роскошный шкаф. Каменный пол. На нем спит юноша. Кожа лица настолько светлая, что сияет в отражении ночи. Он облачен в черные камзол и плащ. Владимир со страхом наклоняется, садясь на колени. Камень обжигает обнаженные ноги. Дрожащими ледяными руками снимает плащ и медленно, петелька за петелькой, пуговичка за пуговичкой расстегивает шелковый, таящий на глазах наряд. Поднимает спящего на руки и опускает нежно, кусая при этом губы, на кровать. Робко, но с нарастающей жадностью, припадает к его блестящим губам, тончайшей шее, ключицам, обнаженному, прозрачному телу. Секунда…        Белый свет. Яркий, ослепляющий, открывающий все и скрывающий в себе жизнь. Крик. Стон. Вопль ненависти и муки. Сладость. Музыка. Резкая, звонкая, веселая. Давно знакомая и привычная, откуда-то из глубины… Снизу, все громче, громче. Заглушая стоны, заглушая свет.        Влад открыл глаза. Будильник разрывается. Не понимая, что произошло, он выключает телефон и зажигает свет. Брат мирно спит внизу. Парню стыдно даже смотреть на Никиту.        «Сон… Это был всего лишь сон… я… Как это… Но так реалистично…» - мысли бились в голове. Плоть горела неостывшей страстью. Было страшно, но в то же время какая-то непреодолимая приторность разливалась по всему телу. Это был только глубокий сон нервно неустойчивого человека. А какое наслаждение, если бы так вживую? - Вставай! В школу пора! Давай, давай!       Никита не просыпался. Становилось не по себе. -Просыпайся! – раньше Влад никогда бы так не сделал, но сейчас его одолел такой жуткий страх за жизни возлюбленного, что все преграды были окончательно снесены, тем более под влиянием сна. – Просыпайся! – он с нежной силой толкнул брата в плечо два раза, и тот открыл глаза, уставившись недовольно на Влада. - Сегодня. Суббота. Ты не выключил будильник.