Трандуилнутые, или пьеса о неоправданно-растянутых детских сказках

Акт первый, сцена третья

      Тёмный лес. Гномы гуськом движутся по сцене. У Торина за плечами – большой мешок.       Впереди на дереве сидит рыжая эльфийка – Тауриэль. Завидев гномов, спрыгивает на землю перед ними, обнажая клинок.       Тауриэль:       — Стой! Фэйс-контроль Лихолесья! Всем выйти из сумрака!       Гномы останавливаются, Тауриэль указывает на каждого по очереди:       — Ты не проходишь, ты – тоже не проходишь, нет, нет, ты – тоже нет...       Останавливается, глядя на Кили:       — А ты, красавчик, подходишь, в смысле, проходишь!       Остальные гномы возмущаются, галдят, бряцают оружием.       Вдруг из-за деревьев выплывает на огромном лосе Владыка Лихолесья – Трандуил. К рогам лося скотчем примотана магнитола с колонками, из которых на всю сцену орёт: «If you want to be rich, you have to be a bitch». Трандуил легко соскакивает с лося, щёлкая брелком сигнализации. В глазах – лёд, на голове – полный Голливуд, одежда – смесь пафоса с китчем.       Трандуил – Тауриэль:       — Младший лейтенант Лисичкина, доложите!       Тауриэль:       — Вашблагородие, вот эти – через границу прут, документов не имея. Опять же – контрабанда, видать, в мешочке!       Трандуил – Торину:       — А не мои там, часом, бусики краденые?       На сцену из-за деревьев выходит Шерлок. Бегло осматривает мешок, поднимает воротник пальто, приклеивает никотиновый пластырь, принимает эффектную позу. Вокруг фигуры гения назойливыми мухами гудят несвязные слова и фразы.       Шерлок:       — Судя по размерам мешка, степени изношенности мешковины и оседанию грунта под его весом, кровавым подтёкам и виноватым глазам гнома, в мешке – тело.       Торин, отталкивая Шерлока от мешка и отмахиваясь от мелькающих вокруг его головы слов:       — Ну, подумаешь, каждый может ошибиться.       Тут за деревьями мелькает тень. Торин, рефлекторно швыряя в неё топор:       — А-а-а! Бледный орк!       Шерлок красноречиво смотрит в зал и гордо уходит со сцены. За деревьями слышно его бормотание:       — Говорил я тебе, Джим - пора подзагореть! Эх, Джим...       Трандуил, нависая над Торином:       — Значит, так: таможенный сбор за вывоз тел из леса – сундук цацек.       Тауриэль, покрывая поцелуями прибалдевшего Кили:       — А мальчонку тут оставьте, что вам – жалко второстепенного персонажа?       Торин достаёт из-за спины стремяночку, раскладывает, поднимается на три ступеньки и замирает, сурово глядя в глаза Трандуилу. Немая сцена. Все напряжены. Из мешка доносится хрипло-шепелявое:       — Как пфекфасен эфоф дифный эльф-ф-ф...       Слышен топот, на сцену выбегает Леголас, на бегу дожёвывая оленью ногу.       Леголас:       — Папа! Папа! Там дворец горит – вроде, какой-то хоббит поджёг!       Эльфы убегают в одну сторону сцены, гномы, подобрав мешок – в другую.       Внезапно левая декорация дерева падает, за ней видны отчаянно отнимающие друг у друга «Оскар» Пи Джей и Моффат. Немая сцена. Свет гаснет. Занавес.

Конец третьей сцены

Конец первого акта