Бритва Оккама.

Родителей Рикки дома не было, так что объяснять свой ранний приход не пришлось. С нами напросился Зак, причина была очевидна – он не похож на любителя поучиться. Посовещавшись, мы решили, что заходить туда всем сразу не надо, иначе из-за шума можно будет что-то пропустить. И, так как я на собрании показала себя самой внимательной и собранной, моя кандидатура не подвергалась сомнению. В комнате было холодно. На кровати был вырезан кусок ткани – наверное, там нашли тело Роджера. Лампа с той стороны, где был срезан кусок, валялась на полу. Я осмотрела ковер. В некоторых местах он потерял свой окрас, значит, его кто-то замывал, потому что остальные части были в идеальном состоянии. На стенах обои были чуточку ободраны, виднелись следы ногтей. Но это было лишь частью самого странного. В комнате царил идеальный порядок. Такого явно не могло быть в жилище мальчика-подростка. Мусорка под рабочим столом была очищена. Я видела миссис Кан после смерти сына – это была явно не ее работа, она слишком разбита. Полицейские тоже не убирались, значит, это был убийца. Все буквально блестело. Все, кроме стола. Там сохранились четкие отпечатки ноутбука. Но его там не было. В комнате было достаточно улик, чтобы обратиться к Наоми, поэтому я вышла оттуда через тринадцать минут. Но, прежде чем ехать в другой город, надо было сначала найти ноутбук. -Рикки, где ноутбук твоего брата? – я перешла сразу к делу. -На столе, - немного удивленно ответила она. Так я и знала. Если кто-то выкрал ноутбук, то он явно был уликой. Но ребята почему-то пристально смотрели на меня, будто я что-то забыла. Вероятно, кто-то из них не до конца уверен в том, что это было убийство. Я прокашлялась: -Итак, улики, найденные в комнате Роджера, позволяют с девяносто процентной уверенностью заявить, что он был убит. -Какие такие улики? – недоверчиво спросил Брэд. -Стены ободраны, в комнате идеальная чистота и вынесен мусор, хотя никто там не убирался, верно? -Как ты узна… -Все эти улики, вместе с кражей ноутбука, позволяют мне называть это дело убийством. Ровно пятнадцать секунд в коридоре царила тишина. А потом все, кроме Рикки, громко захлопали. Это было странно, но почему-то приятно. Когда все прекратилось, Жаклин подытожила: -Нам нужно найти ноутбук. -Совершенно верно. Поиски могли быть долгими и трудными, чтобы сузить круг подозреваемых, мы решили спросить у их родителей про странные вещи, происходившие в этот день. -Миссис Кан, мы знаем, вам трудно говорить, но не было ли чего-нибудь странного в день смерти Роджера? Это было вечером того же дня, Рикки ушла гулять с Заком, так что это осталось на нас с Джинн. Но миссис Кан будто бы не понимала, что происходит. -А я вас знаю. Вы учитесь вместе с моими детьми. Ты Джекки, правильно? За двадцать три минуты беседа вообще не продвинулась. Медленно, но верно это начинало надоедать. Я взяла дело в свои руки. -Матильда! Мы хотим узнать, кто убил Роджера! Потому что это ваш ребенок. Он явно не мог наложить на себя руки! Мы ищем подонка, который сделал это с вашим сыном. Нам нужна ваша помощь. Что произошло в тот вечер? Даже я сама была поражена своей пронзительной речью, но, если бы они были по-внимательнее, то заметили, что это сплошь и рядом цитаты из полицейских фильмов. -Да, я помню, помню, что собиралась на прием. Мы с мужем шли на чьи-то именины, Джессики, по-моему. Я сказала ему сидеть тихо и рано лечь. Господи, если бы я осталась тогда, если бы не ушла… -Это не ваша вина! Это вина того ублюдка, который сделал это с вашим сыном, - опять цитаты. -Ох, не знаю. Мне.. Мне нужно подумать, поговорить с мужем. Я не могу сейчас говорить, я… Я попробую вспомнить, просто дайте мне время, - она снова зарыдала, поэтому я решила прекратить разговор. -Вот мой телефон, позвоните, если что-нибудь вспомните. Когда мы вышли из дома, Джинн сказала: -Вау. Я и не знала, что ты такая эмоциональная. Ты явно хочешь найти этого ублюдка. Видимо, я настолько хорошо сыграла свою роль, что даже такая смышленая девушка, как Джинн, купилась. Хотя, как неудивительно, людям присуще верить в особей своего же биологического вида. Поэтому, после того, как я рассказала ей, что это были лишь цитаты, она разочаровалась во мне: -Я не понимаю, как ты можешь быть так жестока. Ложное утверждение. Я не жестокая, потому что не совершила никаких действий, которые подходят под это определение. Но улучшить ситуацию эти слова не помогли бы, и я промолчала. Домой мы ехали в тишине. Несмотря на то, что вторник не прошел по запланированному расписанию, я все еще надеялась, что хотя бы вечерний распорядок сохраниться в целости и сохранности. Но в двадцать два десять от чистки зубов меня отвлек телефонный звонок. -Алло, - я постаралась сделать голос как можно более сонным, чтобы человек выражался только по делу. Но, похоже, мой намек не был понят. -Алло. Привет, это ты, Джекки? Прости, что так поздно звоню. Эми сказала, что ты будешь волноваться, если не узнаешь, откуда у меня твой номер. Это она мне его дала, так что все хорошо. У нас… Ну, то есть, у меня , потому что я еще его никому, кроме тебя, не рассказала, есть план. У меня дома, через пятнадцать минут. Возьми с собой спальник, и скажи дяде с тетей, что идешь ко мне на ночевку. Это Элли, кстати. И она повесила трубку. Меня очень сильно раздражает, когда кто-либо говорить так быстро, много и не по делу. Мама называла это тараторить. И именно это Элли и делала. Но, так как эта встреча вероятнее всего дала бы мне новую информацию об убийстве Роджера, или приблизила бы меня к разгадке, собственными чувствами пришлось пренебречь. Как это не удивительно, я приехала первой. Элли ждала меня на пороге с чашкой кофе и явно нервничала. Брэд легонько приобнимал ее. -Привет. Такая идея, такая идея! Проходи, быстрее проходи. Предки уехали, мы живем тут одни. Ей не надо было говорить, потому что это было видно по комнате. Резкий запах, четыре коробок от пиццы и три из-под тайской еды на кофейном столике, крошки на диване, банка пива на полу. Пришлось опять считать до десяти, чтобы успокоиться. -Налить тебе чего-нибудь? Я пью только молочный улун, но сейчас было уже поздновато и, скорее всего, тут он мог быть только в пакетиках. -Если я пришла первая, то можно я уберусь у вас? – тетя говорит, что такие предложения неуместны и грубы, когда ты у кого-то в гостях. Но Элли, видимо, не разделяла ее точку зрения. -Конечно. Господи, да ты определенно попадешь в рай! Я хотела сказать, что я агностик, который не верит в Бога, соответственно, согласно христианской религии, в рай я не попаду, но Брэд повел меня к чулану со швабрами. На уборку ушло двенадцать минут, и, хоть я и не избавилась от всей грязи, потому что пришла Джинн, и ведро у меня отобрали, коробки и банки больше не могли вызывать раздражения. Мне очень сильно хотелось довести дело до конца, я никогда не бросаю ничего. Иначе силы, затраченные на прогресс в том, чем ты занимаешься, не позволили достигнуть результата, а значит, использовались зря и могли пойти на другие части твоей жизни – чтение книг по биологии, домашнюю работу или выбор института, в который ты подашь заявление. Но тогда мне пришлось бы пожертвовать частью времени, отведенной на собрание, и я, вероятно, пропустила бы главную часть, и пришлось бы тратить дополнительное время на то, чтобы объяснить все по новой, а, как известно, первый сорок восемь часов – самые продуктивные в расследовании убийства. Поэтому я отказалась от этой идеи, расставила приоритеты. Через семь минут после прерывания моей уборки все уселись на диван. Говорить начала бы Элли, потому что это ее план, и только она его знает, но выкладывать мысли четко, как я поняла из телефонного разговора, она не умела, так что это сулило нам еще одни потраченные в никуда пять минут. В лучшем случае. -Нам нужно устроить засаду. Нужно сказать, что у нас пропал ноутбук, MacBook Air, мы не знаем, куда он делся. Рикки, узнала серийный номер? -СO2N7376G083. -Ага, спасибо. Напишем объявление в интернете. На сайте школы. Дадим чей-то номер, договоримся о встречи. И схватим гада. Идея была очень глупой. Зачем убийце отдавать нам ноутбук? Конечно, самый очевидный мотив кражи – нужда в деньгах, но что, если дело в информации, скрытой там? Было лишь два вероятных варианта получения нами ноутбука: 1)убийца украл его из-за информации, потом почистил его, и, чтобы якобы подтвердить, что ноутбук к смерти Роджера не имеет никакого отношения, не сам придет на место встречи, а оставит его там, перед этим очистив от отпечатков. И это никак не продвинет нас. 2)убийца украл его из алчности, но оказался достаточно глупым, чтобы испытать раскаяние перед семьей погибшего или же вовсе из-за того, что решил, что ноутбук не принадлежал Роджеру. И тогда, вероятно, что-нибудь мы узнаем. И вероятность того, что хоть что-либо из этого произойдет, была крайне мала, а ресурсы, потраченные на это, точно не окупились бы. Но всем было все равно. Для себя я уже решила, что не буду принимать участия в этой глупости. Так что я расставила приоритеты не совсем правильно, но уйти еще не поздно. -Простите, что перебиваю, но мне нужно уйти. Все смотрели удивленно, но не останавливали, так что я направилась к дверям. И, как только я коснулась дверной ручки, ровно через пятнадцать секунд после того, как я встала, Джинн отреагировала: -Джекки, вернись, пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить. Она отвела меня на кухню и через полминуты все-таки начала говорить. -Я понимаю, план глупый, и я знаю, что вероятность мала. Но поучаствуй в нем, пожалуйста. Хотя бы ради Рикки. Она только тебе верит. Это имело смысл. Существу, пережившему сильное эмоциональное потрясение, легче держать при себе безэмоциональных людей, чтобы справляться было не так трудно. Это как горячий камень – если положить его на лед, быстрее остынет. -Тетя закрывает двери на засов после полуночи, потому что боится воров. Джинн вздохнула. Мама говорила, что люди так делают, когда их что-то раздражает. -Можешь остаться у меня. Аргументы у меня кончились, так что пришлось идти в гостиную к остальным. Когда мы заходили, она легонько пихнула меня в ребра. Социального значения этого жеста я не знала, соответственно, отреагировать не могла и просто заняла свое место рядом с Элли. -Извините, что пришлось прерваться, но сейчас продолжим. Итак, нужно выбрать, чей номер мы оставим. Это, пожалуй, самая сложная часть, потому что особого энтузиазма я не заметила, хотя, вероятно, это из-за того, что по лицам я читаю очень плохо. -Жребий?-предложил Зак. Может, его ай-кью не так мало, как я предполагала. Выбрали самый легкий путь – восемь спичек, одна из которых сломана пополам. Когда очередь дошла до меня, шанс того, что именно я вытащу короткую, была примерно пятьдесят процентов, так как спичек осталось только две. Мама бы употребила термин «удача», но она не имеет никакого научного объяснения, не существует никаких показателей, измеряющих ее, поэтому я не имею в нее веры. Все же, если бы она существовала, то явно не была со мной в тот вечер. Короткая.