Проклятие марионеточника

Совсем промокшие мы медленно шли ко мне домой: одежда и так представляет собой водохранилище, так что смысла спешить нет. Сидящие, греющиеся за окнами ресторанов и магазинов люди провожали мокрых крысок удивленным взглядом, а потом вновь возвращались к своим делам, убивающим время. Из-за дождя видимость сильно упала: не видно дальше собственной руки. Но это особо не напрягает. Даже наоборот, неизвестность завораживала. Возле дома кипела жизнь, будто маленький шумный островок на пустой улице под дождем. Во всех окнах горел свет, а дверь была открыта. На пороге стояло человек трое-четверо, точно разглядеть пока не могу. Хотя краем сознания я понимала, что одна фигура - это Ки. И от этого понимания я остановилась, а колени задрожали: страшно. Я… заметно потрепала ей нервы, мне страшно и стыдно появляться перед ней. Но теплая рука Ямамото ободряюще и понимающе легла на плечо. Странно, сейчас так холодно, а руки у него до сих пор горячие. Немного нерешительно шагнула вперед, но после уже более уверенно направилась к дому. Чем ближе мы подходили, тем отчетливее становились фигуры в свете коридорной лампы. Они все устремили свой взор на нас, пытаясь разглядеть, кто же это идет. Когда мы подошли, никто не шелохнулся. Двое усатых полицейских молча смерили нас профессиональным взглядом, а Ки… она просто с минуту постояла, а после, выйдя из укрытия прямо под дождь, подошла и крепко, ничего не говоря, обняла меня. Я слышала, как громко, даже громче ударяющихся о землю капель стучало её сердце, как она дрожала, то ли от слез, то ли от холода. Чувствовала, как всё крепче сестра прижимает меня к себе, боясь отпустить. - Прости меня, - уткнувшись в грудь, тихо прошу прощения за её страхи, нервы, свою дурость и эгоизм. - …ст. - Что? - не расслышала её слова. - Домашний арест, - еще сильнее сжимает, - хрен ты у меня из дома выйдешь, на цепь посажу и скажу, что собаку завела. - Э-э… - чувствую, как не хватает воздуха, а шок от таких не трогательных слов и вовсе усугубляет моё положение. - В школу не пущу. Предоставлю лишь еду, воду и вот этого брутального паренька. Будет учить и тра… кхм, - она осеклась на полуслове. Ослабив хватку-объятия, сестра внимательно посмотрела на меня. Её светло-карие глаза были немного красными: значит, всё-таки плакала. - Не пугай меня так больше. Я забыла все слова. Такая простая фраза, но столько эмоций, которые пережила Ки. Теперь уже я прижимаюсь к родному телу, чтобы не словами, а действиями показать, как много она для меня значит и что никогда больше не буду её пугать. - А не то и паренька отберу, - уткнувшись в мои мокрые волосы, разрушила окончательно всё волшебство этого момента. - Я тебя ненавижу, - беззлобно буркнула в ответ. - Простите, - полицейский, более старый, чем его напарник, окликнул нас, - я так понимаю, что наша помощь уже не нужна? - Нет, уже всё в порядке, - за нас ответил Ямамото, одновременно напоминая о себе. Раскрыв черные зонтики, мужчины, попрощавшись и пожелав больше не попадать в такие ситуации, вышли со двора, направляясь к своей машине. Когда они скрылись за забором, как-то сразу стало легче. Их присутствие как противный шепот напоминало о моем поступке, а с их уходом это уже не так сильно чувствовалось. Зато моё тело захватило другое чувство: две ночи без сна дали о себе знать. Если я сейчас закрою глаза, то открою их только дня через три. Сестра, заметив это, приобняла меня за плечи и повела в дом, но на пороге остановилась и обернулась. - А ты чего стоишь? Проходи, - не знающий, куда пойти и что делать Ямамото, кивнув, проследовал за сестрой внутрь. Дома теплее, уютнее. - Сонное чудовище - в ванную, ты, - повернувшись к Ямамото, - ждать своей очереди. Я на кухню, делать вам чай. - А ты не будешь? - дрожа от холодной мокрой одежды и жгучего желания спать, стою уже на первой ступеньке, держась за перила. - У меня коктейль - кофе с виски, успокаиваться буду, - схватив парня за край футболки, потащила на кухню. Со всей быстротой черепахи я поднялась наверх и скрылась в самой желанной комнате - ванной. *8* Пузатый чайник с шумом закипел, радостно оповещая о том, что температура воды достигла состояния «расплавлю ваш язык и нёбо». Ки, уже насыпав сахар в кружки и налив виски специально для себя, заливает кипяток. Для двух школьников - чай в пакетиках: в писательнице проснулся дух экономии или по-другому «жмот», а себе несколько - ложечек кофе. Неправильно это - пить бодрящий напиток на ночь, но девушке сейчас откровенно плевать. Она потратила уйму сил, чтобы вести себя максимально спокойно, когда сестра появилась живая и невредимая возле дома, ведь иначе поток слёз уже было бы не остановить. Может, ей было бы легче, будь рядом Сатоши. Но он не пришел, и в ближайшие дни его точно не будет: купив, наконец, телефон, девушка разговаривала с редактором, которая упомянула, что её соперник по перу уехал то ли в отпуск, то ли по личным делам. Так выпрашивал несколько дней, что женщина толком не вслушивалась в его лепет, просто разрешила официально похалтурить. Конечно, после он будет пахать в два раза больше, но это уже факт, который не нужно упоминать. Мысли о своём первом друге в этом городе напомнили девушке об одной вещи, про которую она совсем забыла. Оставив чашки на столе, она, ничего не говоря тихо сидящему парню, умчалась наверх в свою комнату. Возвращение сестры полностью отбило рациональное мышление, которое должно было сразу направить девушку переодеваться и искать одежду также промокшему Такеши. Завязав мокрые волосы в пучок и надев сухие вещи, Ки спустилась вниз, в гостиную, которую несколько дней назад успешно оккупировал Сатоши. Небольшой пакет с его вещами стоял на нижней полке небольшой тумбочки. Нагло порывшись в чужой собственности, писательница достала, как бы это ни было банально, футболку и домашние шорты. У мужчин нет такого разнообразия в одежде, тем более домашней, нежели у женщин. - Держи, герой, не капай мне на пол, - Ки небрежно бросает одежду Такеши, который в прострации сидел за столом и буравил взглядом стену. Лишь отточенным рефлексом он поймал «снаряд» рукой, а не лицом. - Спасибо, конечно, но не стоит. Я скоро пойду, одежда всё равно промокнет, - немного неловко улыбнувшись, аккуратно свернул уже немного мятый дар. - На улице темно, холодно, страшно, маньяки и убийцы, - подошла к столу девушка, - ночуй здесь, почувствуй себя султаном в маленьком гареме. - Ха-ха, милое сравнение, но всё же… школа там, отец, наверное, волнуется. - Пф, - не поворачиваясь, отмахнулась от такого заявления. Ки сделала маленький глоток своего кофе и, немного подумав, поставила кружку на место и присела на корточки, открывая шкафчик. И уже выглядывая лишь одной свой частью из него, продолжила разговор: - Прогуляешь. А Тсуёши-сану позвонишь, скажешь, что весь такой бедный и несчастный промок, а мы, такие хорошие, приютили. Так сказать, ответная услуга. Юна ночевала у вас, а ты - у нас, - достав бутылку виски, показалась на свет Ки. - Да, но… - Ночуй, - повелительный тон. Но в ту же секунду, сжимая горлышко еще не открытой бутылки, она тихо продолжила, - я не знаю, как себя вести с Юной. Если уснет - хорошо. А утром? А если опять бессонница? Что мне говорить и делать? Трогательный момент, когда можно высказать всё, что чувствуешь, уже прошел. Дальше будет не то. А вести себя как обычно… не будет ли это выглядеть равнодушием? Поэтому, останься, пожалуйста, мне будет чуточку проще. Такеши удивленно смотрел на спину девушки, услышав такое откровение. Он не думал, что такое может сказать взрослый человек. Он думал, что им, наоборот, проще подбирать правильные слова в нужный момент. - Хорошо, - уже не отказывается парень, - я позвоню с вашего телефона? - Да, конечно. Если Юна освободила ванную, то она, ванная, маленький раб гормонов, твоя. Полотенце оранжевое. Вылив кофе в раковину, Ки спокойно, будто ничего сейчас не говорила, начала наполнять кружку любимым алкоголем. Налив чуть больше половины, она поставила бутылку обратно в нижний шкафчик. Кружки перекочевали на кухонный стол, за которым проходят трапезы и попойки. Медленно попивая свой якобы кофе, девушка ждала, когда кто-нибудь из ребят зайдет на кухню. - Юна сказала, что чай пьют сейчас только зомби, и ушла спать, - минут через десять присоединился к писательнице Такеши, уже согревшийся в душе и переодевшийся. Хмыкнув, Ки подвинула немного остывший чай парню со словами: - Пей, зомби. *8* Стрелка настенных часов тонко намекала, что время не детское, надо ложиться спать. Ки ушла с кухни раньше: раскладывала диван в гостиной и стелила, попутно бормоча о том, что надо бы просто дать одеяло и подушку да отправить паренька спать на полу в коридоре. Но Матушку-Лень перекрикивала совесть, напоминая, что оставить Ямамото ночевать – её идея, а значит, надо предоставить гостю комфорт. Впервые совесть победила. Закончив стелить диван, девушка, зевнув, заглянула на кухню, где еще сидел Ямамото. Уже то время, когда невольно ведешь себя тихо, поэтому парень не знал, что ему делать, пока Ки отсутствовала. Растягивал время как мог: медленно пил уже заметно остывший чай. - Кровать готова, Мой Султан, извольте идти ко сну, - не смотря на усталость, не изменила себе девушка. Хранитель дождя подавился чаем, смешно хрюкнув, чем поднял Ки настроение. - Свин-Султан. Прокомментировав в своей излюбленной манере, она скрылась в темноте коридора, напоследок спросив: - Ты же позаботишься о Юне, да?* *Бета прокомментировала так: "Последняя фраза выглядит как: "Ну ты же трахнешь её, да?"" На меня произвело неизгладимое впечатление XDD А вообще, я дико извиняюсь за эту главу. Она мне кажется дурацкой и отпиской, но по-другому уже не могу её преподнести. ТзТ *неудачнеГ* Больше такого не допущу! *Слово пионера*