Проклятие марионеточника

Когда в ресторанчик ввалилась громогласная компания, несколько посетителей испытали незабываемые ощущения от еды, застрявшей посреди горла. Слишком внезапно распахнулась дверь, и слишком громко кричали поздравления мафиози. Вонголе даже в голову не пришло, что в самом зале именинника может и не быть. В комнате, например, сидит. Но то ли хитрец Тсуна воспользовался своей гиперинтуицией, то ли просто везение, но хранитель дождя прилежно исполнял роль официанта. И когда компания появилась на пороге ресторана, он, ничего не подозревая, помогал наливать горячий чай женщине в годах, в простонародье, бабушке. Чай восторженно расплескался по столу, ибо мечник, хоть и имеет хорошую реакцию, но друзья появились слишком неожиданно. Бабуля была старушкой мудрой, поэтому возмущаться из-за пролитого чая не стала. Хотя… Будем честны, она была одной из тех, кто подавился, от чего ей было совсем не до возмущений. Пока бравая братия медленно, но верно приближалась к Такеши, парень спохватился и постучал старую женщину по спине, помогая справиться с протестующей едой. Когда компания, уже вся донельзя улыбчивая, подошла к Ямамото, тот сделал останавливающий жест рукой и достал тряпку. Вытереть стол, чтоб посетитель был доволен, - это превыше всего. Но когда вся влага была стерта со стола, то тряпочка была немедленно убрана в карман фартука, а сам виновник торжества и обладатель самой широкой улыбки в этом заведении тот час распахнул объятия и был готов принимать поздравления и обнимашки, коими его не обделили друзья. Разумеется, кроме Гокудеры. Подрывник с чувством раскинул руки в стороны, будто готов заключить Такеши в дружеские объятия, но резко остановился, переменился в лице, с чувством показал фак и вручил маленькую коробочку со словами: «Размечтался, бейсбольный придурок». На этой, язык не поворачивается сказать, радостной ноте Ямамото окликнул одного из помощников отца и передал ему свой пост. Когда фартук перекочевал с бедер мечника на бедра мужчины, то Такеши повел свою маленькую армию на кухню, где Юна стояла с двумя подносами, на которые всё прибывала еда. Коленки у девушки уже заметно подкосились, а подносы становились всё тяжелее и тяжелее. Вначале компания подождала, но после мужская половина вспомнила о свой принадлежности к сильному полу и ринулась помогать Юне. Ну, как ринулись. Ламбо планировал всё съесть, Хаято «бежал и спотыкался». Помощь оказали только Такеши и Тсуна, хотя последний уже успел пару раз пожалеть об этом. Но всё же он благополучно донес заказ к нужному столику, где сидел толстый мальчик и не менее толстая девочка. Когда Юна вышла с кухни и передала фартук другому помощнику Тсуёши, кушанья были доставлены ко всем столам, а подносы торжественно вручены новым официантам. Сама же пополнившаяся на одного члена компания продолжила свой в поход на второй этаж. А именно - в комнату именинника. До закрытия ресторанчика ещё час, и ребята убивали это время с особой любовью и жестокостью. По сути это были простые разговоры да просмотры подарков, но не прошло всё без происшествия. Сегодня. В этот знаменательный час. Кацураги Юна. Чуть не заработала инфаркт, даже не дожив до своего восемнадцатилетия. Дело было в том, что для улучшения взаимоотношения в Вонголе с собой ребята позвали малышку Хром. Робкая девушка долго не соглашалась прийти на день рождения одного из хранителей, придумывая разные отмазки. Хотя причина и так понятна – робость. Но всё же она согласилась. И всё было бы ничего. Хром пообщалась бы в неформальной обстановке с хранителями, возможно, подружилась бы с Юной, но ни у кого даже не промелькнула мысль, что кольцо хранителя тумана одно, а самих хранителей, по сути, два. Как бы вы отреагировали, если бы рядом с вами сидела милая девушка в светлом платьице, сшитым на праздник Кёко, а потом внезапно у неё исчезла грудь, но появилось кое-что другое? Ехидную рожу коварного иллюзиониста Рокудо Мукуро Юна точно не ожидала увидеть, когда делала глоток сока. И Мукуро не ожидал апельсинового сока на своем лице. - Ку-фу-фу бля, - без улыбки изрек туманник и достал платок из заднего кармана. Вытерев лицо, он брезгливо посмотрел на него, будто стер не сок, а что-то более отвратительное, и бросил за спину, совершенно не заботясь о том, что находится в чужом доме и ведет себя по-свински. - Мало того, что вместо меня позвали малышку Хром развлекаться, так еще и облили… оплевали… чем-то. - Соком. Апельсиновым. Холодненьким. - Лучше бы что-нибудь покрепче ты на меня выплюнула. - У нас тут все непьющие, - за всех ответил Тсуна, а остальные закивали, подтверждая его слова. - Фи, какие вы скучные, - Мукуро лишь махнул рукой и исчез восвояси, вернув на место малышку Хром, чем вновь чуть не утроил незапланированный инфаркт Юне – девушке, которая не так хорошо знает иллюзионистов Вонголы. Да что там, она практически ничего не знает, так, основы. - О чём болтаем, молодёжь? – на пороге появился Тсуёши как раз в тот момент, когда Юна схватилась за сердце. - Я тут услышал нечто недопустимое, а именно – «непьющие». - Правильно услышал, - Ямамото поднял брошенный платок Мукуро, - клуб анонимных трезвенников. - И правильно, заботьтесь о здоровье, - радостно сказал Тсуёши, похвалив рвение ребят к безалкогольной жизни. Но Ямамато-старший не был бы собой, если б не захотел пойти против всех моральных устоев правильного родителя и не совершил поступок, который более подходил молодому, безбашенному студенту, нежели взрослому мужчине. Его сын совершил вчера непростительную вещь: вылил коньяк, который с таким трудом был найден. Вопреки своему виду и первому впечатлению, Тсуёши не являлся человеком, налегающим на алкоголь. Возраст не тот. Поэтому вся хмельная жидкость была просто коллекционерской прихотью. Ничего более, просто несколько бутылок, которыми можно хвастаться перед знакомыми. Но не открывать. И лучше бы Такеши вылил в унитаз весь коллекционный запас. Маленький план мести уже в активную формировался в голове отца именинника. Ему не жалко было потратить вторую бутылочку своего сокровища, чтобы устроить незабываемый праздник сыну-спортсмену. Такеши любил яблочный сок. Всегда любил. И всё, что с этим вкусом связано тоже. И парень очень ревностно относился к пачке этого напитка: никто никогда не имеет права его взять в руки и тем более сделать хотя бы глоток. И все, кроме, разумеется, Юны, об этом знали. Но уже давно было понятно, что девушка больше тёплых чувств питает к оранжевой радости. Поэтому план был до омерзения прост, банален, но последствия того стоят. Половина сока успешно вылита в раковину, а заполнил образовавшееся пространство коньяк. Конечно, не прошло всё это без слёз, ибо эта бутылочка была дорога сердцу мужчины, но месть требует жертв. Хотя тут даже не особо месть фигурировала, как желание поржать. Когда все дела были сделаны, а клиенты ушли, компания переместилась вниз, где уже их ждали совмещенные столы в один большой, который начинал ломиться от угощений. Тсуёши показал не только своё мастерство не только японской кухни, но и некоторые знания иностранной, поэтому разнообразие было заметно. Вначале, как и положено, решили поесть нормально, а после небольшого передыха перейти к чаю с тортом. Но маленький Ламбо требовал на первое именно сладкое. И очень качественно требовал: захлёбывался слезами, орал, махал руками и топал ножкой. В конечном итоге он всех достал, и специально для его Коровьего величества, с позволения именинника, отрезали кусочек сладости, на котором красовалась буква «О». Мальчик тут же успокоился и, схватившись за вилку, принялся уплетать торт. К счастью девушки, Ламбо не задергался в предсмертных конвульсиях, а наоборот, уплетал за обе щеки. В тишине и без лишних криков да соплей, ребята принялись за основную трапезу. - Держи, сын, - поставил на стол перед Такеши графин с якобы яблочным соком Тсуёши, решив, что в магазинной пачке подавать как-то не этично. - Что это? – хранитель дождя всё же не был настолько наивным, чтобы не принюхаться к отцовскому подношению, - по запаху сок, яблочный, но что-то… - Я его сам делал, - тут же соврал Тсуёши под сомневающимся взглядом сына, - вручную, старался. Вкус может быть немного непривычным, но сделай мне приятное, - в довершение лжи - улыбка. Парень ещё раз осмотрел графин, посмотрел в наигранно честные глаза отца и всё же поверил ему: - Ладно. Спасибо. И вот прошел час. Что хотели, то съели, а теперь, с любовью поглаживая наполненные животы, ребята сидели и медленно, как бы нехотя, разговаривали. Пока Ламбо не стал дергать Тсуну за рукав кофты. - Тсуна-а, у меня живот болит. - Всё потому, что кто-то слишком много ест, - сурово произнес молодой Вонгола и взял малыша на руки. Он положил одну ладошку на лоб, другую на живот Ламбо, будто так сможет заглушить нарастающую боль. Но тут же убрал руку со лба. - У тебя же жар! Тошнит? - Угу, - слабо ответил мальчик и сжался в комочек. - Так, ребята, я отведу Ламбо в туалет, - встал из-за стола Савада, - Ямамото, где у вас аптечка? - Я принесу, - вместе с Тсуной встал и вышел из зала Тсуёши. Когда они покинули помещение, Гокудера обвел всех суровым взглядом и спросил: - У остальных всё нормально? – ребята закивали. - Что ел Ламбо, чего не ели мы? - Эм… не знаю… - Может, роллы? - Нет, их уже подчистую смяли. - Рыба? - Я ел её. - А может… торт? – нерешительно подала голос Юна, от чего все замолчали и задумались, - он же его в самом начале съел. - И правда, - скрестил руки на груди Хаято, - значит, тортик не едим. Все закивали, хоть и не были особо этому рады. Такеши решил спасти положение завалявшимися в закромах сладостями и, слегка пошатываясь, ушел на кухню за ними, а девушка облегченно вздохнула. Больше всего она боялась, что начнут разбираться, кто готовил и прочее. Надежда стать настоящим кулинаром умерла в этот день, дрыгнув ножкой. Теперь главное - никому не говорить об этой интересной подробности. Такеши, всё так же слегка шатаясь, вернулся и поставил на стол конфетницу, чай же отправился делать один из помощников Тсуёши. И если вначале на его походку не обратили внимания, то сейчас она не оставила никого равнодушным. - Приятель, ветра нет, чего штормит тогда? – подал голос Гокудера, положив руку на спинку стула. - А не зна-а-а-ю, - улыбаясь, протянул Такеши, - мне просто х-хорошо и весело-о-о. Пух, - озвучил встречу своей пятой точки с поверхностью стула. - Юна, ты рядом с ним сидишь, нюхни-ка, - отдал приказ подрывник, махнув рукой. Девушка кивнула и приблизилась к лицу парня, чтобы уловить отсутствие или наличие запаха алкоголя. Но то ли Такеши был настолько коварен, то ли графин коньяка сделал своё, и парень лишился сил держаться, но голова стремительно подалась вперед, а губы встретились. Секунда. Две. Силы окончательно покинули тело парня, а Гравитация решила устроить встречу пола и лба Такеши. Но не вышло, ибо столешница помешала. - Так, ну и кто споил этого идиота? Признаемся, - после небольшой паузы хлопнул в ладоши Гокудера. Под его взглядом поежилась Хром, испугался бы Тсуна с Ламбо - если бы они не проводили час общения с унитазом - и перестал бы улыбаться Такеши, не будь он так пьян. Как раз в этот момент вернулся Тсуёши, который застал интригующую его картину. - Что я пропустил? - Много чего. Особенно смертельное шоу «Пьяный бейсболист и коварная Гравитация при участии неудачно севшей за стол девушки». - Подробности мне! – внезапно возбудился мужчина, - Боже, как я мог всё пропустить?! Столько труда, и на тебе! Из-за блюющего ребёнка! Подробности мне, парень, - схватил Гокудеру за грудки Тсуёши и посмотрел ему прямо в глаза, - подробности. - Кажется, я знаю, кто споил нашего именинника, - не изменившись в лице, произнес Хаято и поступил, как мужчина, - не скажу. Это вам кара, - и повернулся уже в сторону Кацураги и Такеши: - Юна, иди переведи дух или сделай что-нибудь другое, чтобы убрать это ошарашенное выражение на твоём лице, а я, когда освобожусь, дотащу несчастного придурка до его комнаты. - Ага, - подобно роботу ответила девушка и встала со своего места. Не обращая внимания на крики Тсуёши о том, что окна в комнате Такеши так и не починили, Юна ушла наверх, где, закрыв за собой дверь комнаты, осела на пол. Не так девушка себе представляла первый поцелуй. Даже пусть это банальное «чмок». Лишь спустя какое-то время она хлопнула себя по щекам, возвращаясь в нормальное состояние. В голову лезли непрошенные мысли, от которых срочно требовалось избавиться. Взгляд зацепился за рюкзак, и решение пришло. Девушка достала тетрадь и рукопись Сатоши. Что угодно делать, лишь бы отвлечься. А это – единственное, что сейчас возможно сделать. «Я не буду вдаваться в подробности, что да как, но итог – в одном из подземелий я нашёл одну часть послания, а там и другие были найдены. Несколько лет потратил на расшифровку, а потом понял, что она-то элементарная! И теперь вот сам всё зашифровываю. Но не смешно ли? Ладно, перехожу к главному, хоть и не понимаю, зачем это делаю. Чтобы вернуть Иточи силу, нужно…» Юна отвлеклась. Возле двери послышался грохот и маты. Гокудера выронил Ямамото, поднял и потащил до соседней комнаты, которая и принадлежит парню. Хаято не такой заботливый, поэтому на разбитое окно ему было плевать. Лишь бы уложить тушку спортсмена и спуститься вниз. Попить чай с конфетами и пойти домой, первоначально проводив Джюдайме и мелкого. Вздохнув, девушка продолжила перевод. Слова непривычно быстро подбирались, а одна страница сменялась другой. Всего час. Потребовался всего лишь час, чтобы закончить свой труд. Сейчас Юна думала о том, чтобы немедленно рассказать об этом Вонголе, но остановилась, схватившись за ручку двери. Не совсем подходящий момент. Лучше завтра. С утра. Девушка вернулась к записям. Перечитала всё, особенно акцентировала внимание на последнем абзаце. Хорошенько всё обдумав, она взяла рукопись Сатоши и свою тетрадь. Юна спустилась на кухню, где никого не было. И в зале ни души. Только стол с тарелками. Гокудера либо ушел, либо все столпились в туалете вокруг Ламбо. Это было хорошо для девушки. Она достала из ящичка коробок спичек, который увидела во время работы, и вышла во двор. Нужно всё сжечь. Память на что-то важное никогда не подводила Юну, а от написанного лучше избавиться. Устно всё завтра перескажет. Огонь долго отказывался разжигаться. Много спичек полегло, пока наконец языки пламени не охватили исписанные листы. Огонь жадно пожирал рукописи, превращая их в пепел и даря тепло девушке. Сидя возле импровизированного костра, Юна смотрела на пепел, еще горящий о краям. Было немного жалко, но в своём решении она не сомневалась. Когда источника тепла не стало, девушка встала и направилась в дом. Но внезапно чужая рука с силой закрыла рот, а другая прижала руки Юны, не давая пошевелить. - Ну и зачем ты это сделала? – прошептал знакомый голос на ухо. Вот я и разбила весь этот день. Просто кажется, что так всё более логично, нежели быстрая смена действий и ситуаций