Ошибка природы

— «Дай мне повод, чтобы не делать этого», — проговорила про себя Илсе, ощущая, как ее одежда медленно начинает промокать. По привычке скинув ноги за край ванны, она сидела там уже несколько часов, облокотившись о холодную стену и закрыв глаза. Горячая вода лилась в десяти сантиметрах от ее тела и обжигала брызгами нежную кожу на ее бедрах. Из-за высокой температуры по комнате быстро распространился пар, запотели стекла. Неизвестно почему, но девушке вдруг захотелось посидеть в пустой ванной под шум льющейся воды, не снимая с себя одежды. — Что ты делаешь? — послышался из-за двери тонкий голос Сузуи. — А? — Илсе приоткрыла сонные глаза. — Решила турецкую сауну себе устроить. Заходи, не стесняйся. Парень осторожно открыл дверь в ванную и тут же отступил назад. Огромный ком горячего пара с силой вывалился на него. Немного отдышавшись и помахав рукой перед собой, Сузуя направился внутрь. — Как тут жарко! — воскликнул парень, пытаясь разглядеть сквозь пар и темноту девушку. Запнувшись об очередную бутылку вина, что Лис разбрасывала повсюду, парень подхватил ее с пола, не потеряв при этом равновесия и ничего не разлив. — «Поразительная ловкость», — Илсе с нагловатой улыбкой наблюдала за действиями следователя. В ванной было темно, лишь пара свечей горела на стиральной машине. Но Лис темнота никогда не мешала. Змеиным глазом она отчетливо видела теплое тело парня, все его движения, следы на кафельной плитке. — Тебе нравится? — в одно движение Сузуя оказался напротив сидящей в ванной, раздвинув ноги, девушки, как будто и не было никакой темноты. — Как ты видишь мир этим глазом? — Мм? — Илсе вскинула на него бровью. — В этом есть что-то. Захватывающее зрелище. Никаких цветов, только тепло. Мне нравится наблюдать за миром по ночам. Ощущать, насколько горячи людские тела в сравнении с моим. Илисса осторожно пододвинулась к одному из краев ванны и предложила Джузо сесть рядом, попутно забирая у него бутылку недопитого вина. — Будешь? — в, наверное, сто первый раз Илисса протянула усевшемуся рядом парню бутылку. — Тебе не надоело? — завопил он. — Ты из раза в раз пытаешься меня напоить. — Тц, — закатила глаза Илсе, отхлебывая из горла алой жидкости. — Можно подумать, кто-то кроме меня предлагает тебе подобное. В том-то и дело, никто. Вообще никто во всем CCG не вел себя так дико странно и нелепо, как эта девушка. Она то всех вокруг спаивала, то без спроса снимала отпечатки пальцев, то стреляла по колбам в кабинете, проверяя «якобы» реакцию окружающих. И ей всегда все сходило с рук. Лишь некоторые следователи возмущались ее поведением, но против обаятельной девушки они сказать ничего не могли, она так безумно нравилась их начальнику… — Ты, наверное, ненавидишь меня, да? — Илсе с ухмылкой посмотрела на юношу, понимая, о чем он думает. — Они прощают мне все, а тебе нет. — Мне все равно, — привычно пожал плечами Сузуя. Он лукавил. Ему не было все равно. На первых порах, парень действительно не замечал этого странного диссонанса в своем окружении. Но эта девушка имела уникальный, невероятно полезный для учителя дар — заставлять людей думать. Лис сама не раз подмечала эту странность. Сама указывала ему на то, как по-разному люди относятся к ним. Он даже злился на нее первое время, но потом перестал. Илсе делала и его как-то ближе к людям. Когда она была рядом, все переставали замечать странности молодого следователя. Лис притягивала все внимание к себе. — Я рада, — Илсе по-доброму улыбнулась. — Многие на самом деле хотят придушить меня за это. Я люблю привлекать к себе внимание, любой ценой. После этой фразы в комнате повисло молчание. Минут десять они просто сидели под звуки льющейся воды, пока Сузуе не стало совсем уж жарко. — Сними футболку, — абсолютно спокойным голосом предложила Илсе. Парень покосился на ученую с легким недоверием. Он не стеснялся, нет, просто шрамы на его теле были слишком сильным напоминанием о прошлом. О прошлом, о котором ему не хотелось говорить с ней. Но глаза Лис излучали сейчас какое-то дикое понимание. Они будто кричали: «Я и так все знаю, ты не удивишь меня». И он поверил ей. У него не было причин сомневаться в этом. Наверное, она знала о нем куда больше, чем он сам. Это же Лис. — Я пробовала подвешивание, — неожиданно сообщила девушка, как только парень задрал футболку. — Очень «специфичный» опыт. Правда, у меня шрамы побольше были, но их было всего два. Прямо под лопатками. — Ты сумасшедшая, — все, что и смог сказать ошарашенный парень. — Нет, ну хочешь, мы тебе татуировку во всю спину набьем? — Илсе уже с интересом разглядывала спину юноши, выдумывая на ней всякие узоры. — Дракона! Или, нет? Лучше гору! Точно, Эверест тебе набьем. И сокола на вершине. Когда он называл ее «сумасшедшей», то никогда не понимал значения этого слова в полной мере. Люди называли так его самого, но мало кто пояснял, почему. Да и не принято в обществе объяснять такие простые вещи. Только Шинохара разъяснял ему значение этого слова. Мужчина говорил, что сумасшедшими в разговорной речи называют всех, кто делает что-то непонятное и необъяснимое. И этот человек совсем не обязательно должен быть больным. Она была для него непонятной. Абсолютно другая женщина, которая каждый день удивляла и его и окружающих своими «фокусами». — У меня тоже были шрамы на теле, — Илсе ощутила неловкую паузу в их диалоге, что так пугали ее. — Дотянешься до мобильника? Сузуя послушно снял с полки смартфон и передал его Илиссе. — Вот, — девушка быстро нашла в своих папках нужные файлы и открыла парню одно из многочисленных видео, что Лис снимала в детстве. На видео молодая Илисса с выкрашенными в ярко-рыжий цвет волосами крутилась перед камерой, смеясь и что-то говоря человеку за пределами объектива. Девочка с какой-то непонятной для Сузуи гордостью красовалась перед камерой своим синяками, порезами, ожогами и истощённым телом. Он не понимал, о чем они говорят, но по горящим от азарта глазам Лис Джузо приблизительно представлял, что за диалог вели эти двое. Через какое-то время в кадр к обнаженной девушке вышел курчавый рыжий парень, и Илсе с задором принялась раздевать и его, оголяя его шрамы. На этом моменте девушка остановила запись и с легкой улыбкой посмотрела на парня. — Я же не обидела тебя, правда? — лицо Лис вдруг сделалось очень обеспокоенным. — Ты не подумай, я в детстве была очень сложным ребенком, это было очень неуважительно с моей стороны. Есть люди, которые терпели насилие, потому что выхода у них не было. Мой Ваня был из таких. А я делала это с собой специально, чтобы на меня обратили внимание. Знаю, это лицемерие. Я всегда была готова пойти на многое, только бы на меня смотрели. — … — Сузуя молчал, он не понимал ее, совсем. — Люди не совсем верно понимают значение слова «мазохист», — заметив непонимание в глазах парня, девушка начала пытаться объяснить ему свои мысли. — Они считают мазохистами тех, кому, по их мнению, «нравится боль», но это не совсем так. «Настоящий мазохизм» — это форма сексуального поведения. И эта форма связана скорее не с получением удовольствия от боли, а с уходом от ответственности. Мазохист находится под полной властью садиста, и он не несет, соответственно, никакой ответственности за что-либо. А то, что подразумевают люди под этим словом должно иметь другой термин для определения, но его нет. Мой лечащий врач вывел теорию, что настоящие получение «удовольствия» от боли — это совокупность многих физиологических, психических и психологических факторов, среди которых и нестандартная форма распределения энергии. Он назвал это «энергетическим вампиризмом» -? — Сузуя вопросительно посмотрел на девушку, а в его голове невольно проскользнула мысль о своей причастности к «мазохистам», коим его называли другие. — Нет, ты не мазохист, — прочла в его глазах Илсе. — Не «каноничный», не энергетический. Энергетический вампир — это человек, который не имеет доступа к своим собственным запасам энергии. Это как вечный голод. Ощущение, что тебе чего-то не хватает. Обычно, вампир берет необходимую энергию из вне, но, иногда, они лишены к ней доступа. В таком случае, при наличии еще некоторых факторов и неправильного восприятия эмоций, которое связано уже с особенностями функционирования мозга, человек действительно может испытывать удовольствие от боли. При травмах внутренняя энергия человека высвобождается, что приносит вампиру ощущение удовлетворения. — Так тебе нравится боль? — прямо спросил Сузуя. — Важно помнить, что мы говорим о боли физической, — дополнила Лис, стараясь максимально точно объяснить мальчику суть, чтобы он не сделал неправильных выводов. — Вампир будет получать удовольствие от боли только в случае, если он сам на это пошел. Если делать это против его воли, он будет страдать, как и все нормальные люди. Моя мать иногда била меня со злости. И я всегда ревела в таких ситуациях, не от боли, от обиды. Это, к слову, хороший показатель. Истерики у вампиров и «нормальных» проходят по-разному. Вспомни детей, если они падают, то плачут не долго. А вот если к человеку применить насилие, он может впасть в настоящую затяжную истерику. Вампиры всегда плохо успокаиваются. Они могут плакать очень долго, так как при этом тоже выделяется много энергии. Сузуя искренне старался понять все то, о чем говорила девушка. — Проще говоря, — решила помочь ему девушка. — Делать энергетическому вампиру больно без его согласия — плохо. — А он может жить без боли? — парень осмотрел Илсе с ног до головы, на ее теле более не было ни одного шрама. — Как я и сказала, это лишь один из способов получения энергии, — ответила ему та. — Знаешь, я не помню, как именно идея порезать себя пришла мне в голову впервые. Мне было 9 лет, и никто не занимался моими бабочками. Я просто попробовала, мне понравилось. Но, когда моя мать стала замечать шрамы, мне сильно прилетало. Но это только усугубило ситуацию. Ведь это сработало, она обратила на меня внимание. — Мой врач говорил: «Ты рождена, чтобы затмевать собою солнце», а его коллега всегда дополнял: «и сжигать людей дотла», — Лис сильно погрустнела от этого разговора, но не остановилась. — Люди невероятный источник энергии. Вампирам нужны люди, но людям вампиры дать взамен ничего не могут. «Нормальным» сложно с нами. Я нравлюсь людям, но за почти 27 лет жизни, я так и не завела ни с кем близких отношений. Они терпят меня до поры до времени. За такими как я интересно наблюдать со стороны. Но с нами тяжело находится долго. Илисса остановилась на мгновение, вспоминая недавний свой конфликт. Глаза девушки даже наполнились слезами. — Я ревновала его. Сильно. Все время боялась, что он уйдет, бросит меня, — девушка усмехнулась своей детской глупости. — Тогда мне казалось, что это нормально. Что все люди расстаются именно оттого, что наскучивают друг другу. Я все время старалась его удивить. И, надо признаться, подходила к этому делу с большой изобретательностью. Мне казалось, что всем так нравятся «плохие девочки». Окружающие называли меня разными «плохими» словами, поливали грязью за спиной. А я радовалась этому. — Урок жизни номер один, — Илсе резким движением встала на ноги и перешагнула через край ванны. — Не все любят «плохих девочек». Она сказала это не ему, нет. Лис вообще не умела разговаривать о себе с кем-то кроме себя. Поэтому, все ее попытки кому-то что-то о себе объяснить превращались в монолог. Она была из тех людей, что меняли свое отношение к вещам каждую секунду. За один разговор Илсе могла резко переосмыслить все свою жизнь, рассмотрев ее под новым углом. Она знала, что это очень эгоистично с ее стороны, по отношению к ее «слушателям». Лис и не нуждалась в них. Хотя, нет. Нуждалась. Очень.

***

— Как дела на работе? — Илсе присела на небольшую подушку, лежащую на полу рядом с парнем, и протянула ему большую кружку чая. Снова поймав себя на мысли, что «тянуть одеяло на себя» некрасиво, девушка решила дать возможность и парню раскрыться как-то по-другому. — Шинохара сказал, что мы отправимся на крупную операцию в 11 районе! — приободрёно произнес Сузуя. — У меня есть возможность получить новый куинке! — Что? Неужели мне больше не нужно будет зашивать твой пиджак всякий раз, когда твои 64 ножа вновь продырявят его? — саркастично засмеялась Илсе. — Мне нравится «скорпион», разве мне нельзя носить два куинке? — парень уже заволновался, ножи и правда были ему дороги, он носил их с собой всегда и везде, и не хотел с ними расставаться. — Обычно, новый куинке выдают взамен старому, или если тот сломался, — задумчиво нахмурила брови девушка, попивая горячий чай. — Хотя, думаю, я смогу договориться с кем надо. — Правда? — радостно захлопал в ладоши Джузо. — В CCG много любителей «плохих девочек», — загадочно ответила Илсе. — Так что за операция? — Зачистка. Уничтожение какой-то там организации гулей… — Сузуя отчаянно пытался вспомнить название той группировки. — Что-то там, вроде, «Ао… — Аогири, — перебила его Илсе. — Точно! — воскликнул парень. — Ты знаешь о них что-то? — Мои «кролики» рассказывали. Их ради этого здесь и содержат. Следователям нужна информация о всяких группировках, — задумчиво произнесла Илсе. — А тебе они все так просто рассказывают? — удивился юноша. — Получается так, — удивилась собственному выводу девушка. Что-то вдруг замкнуло в ее голове в эту секунду. Из пустоты и разочарования родилась какая-то новая навязчивая идея. Эта идея была безумной и невероятной, но такой соблазнительной. В тот момент Лис еще не понимала, какие последствия могут быть у ее новой мании. — У меня есть идея… — загадочно начала Илсе. — Начальство тебе не даст, — перебил ее парень. — Ну, — Илсе дьявольски улыбнулась. — Операцией явно будет руководить не Йошитоки, а с кем-либо другим я смогу договориться. — Опять пойдешь против него? — Сузуя немного удивился, что ученая посвящает его в свои планы после того, что случилось в прошлый раз. — Сам подумай. Я пошла против CCG, скрывала информацию об опасном существе. Если я сделала это раз, сделаю и еще. Йошитоки очень умный мужчина, он это понимает. Но я все еще здесь работаю. Почему? Я не сделала за это время для CCG ничего конкретно полезного, я не просвещена ни в какие «тайны». Остается одно — личная симпатия, — в глазах девушки снова появился нездоровый азарт, который в купе с алкоголем превращал ее в бомбу замедленного действия. — Я давно это знаю. Еще с того дня, как вернулась сюда. Я попросила у него целый этаж! И он мне его предоставил. Я попросила у него добавить детям в академии пару лишних часов биологии, он сделал и это. Я могу выбирать любого «кролика» из Кукурии. Я могу не докладывать ему результаты своих исследований. — Он из тех, кто любит «плохих девочек»? — лихо подметил парень, чем удивил собеседницу. — Да, определенно, — со змеиной ухмылкой пропела Илсе. — Он относится ко мне снисходительно. Поощряет мои капризы. Думаю, и эту шалость он мне простит. — А тебе он нравится? — прямо спросил парень. — Ну, он же из «больших боссов», — спокойно ответила ему Илсе, накидывая на парня плед, чтобы не мерз. — Они все думают, что такие умные и все за всех решают. У меня было много таких мужчин. Меня цепляет их самоуверенность. Но ненадолго. Такие как он все время что-то держат в секрете. Только и остается ждать, когда им на голову рояль свалится. А он обязательно свалится. Ибо незачем было строить такие сложные планы. — Ты не доверяешь ему? — парень не шелохнулся на действия девушки. — Ничего не могу об этом сказать, — Лис замялась. — Скажем так, интуиция мне подсказывает, что что-то у них «там» есть. Но за клевету, а высказывания, не имеющие под собой никаких подтверждений, и есть — клевета, можно и в тюрьму сесть. Он загадочно посмотрел на Илиссу и замолк. Эта девушка обычно рассказывала о своих идеях с большей охотой. Неужели, она все же перестала ему доверять? А доверяла ли вообще? Странно, что он начал об этом думать. Ну, такая уж у этой женщины была работа, заставлять окружающих шевелить извилинами. И не важно, хотят они того или нет. — Устал? — Илсе заметила, как парень потянул руку ко рту, зевая, и взглянула на часы. — Оу, четыре часа утра. Ложись-ка ты спать. Если скоро сложная операция, нужно быть максимально собранным. А то не видать тебе нового куинке!