Потерявший найдет дважды

Они расстались только после того, как разработали окончательный план. Был вечер. Вампирша с Шоном быстро скрылись в шумной Нью-Йоркской толпе, и запах, по которому оборотни определяли их отдаленность, вскоре тоже пропал, будто его никогда и не было. Так странная парочка ушла, а они направились к ближайшей автобусной остановке, дабы поскорее добраться до съёмной квартиры. — Почему он связался именно с вампиршей? — уже в автобусе сокрушался Вент. — На кой черт она ему сдалась? Да, конечно, он рассказывал, что она ему помогла и что теперь тоже в списке Виктора первая, но на хрен было звать ее сегодня? Мало того, что разбила наши планы в пух и прах, так еще и предложила эту дурацкую затею! Без нее бы справились! — Шон же говорил, — толкая в плечо засыпающего Рута, ответил Флориан, — если бы не позвал ее, то она бы впала в панику и, в итоге, сдала бы его Виктору. Здесь как раз все ясно. — Да ни хрена не ясно! Вот он дебил, ну реально. Без нее бы справились! — Я уже сомневаюсь, — покачал головой зеленоглазый, позволяя таки засыпающему другу откинуться на его плечо. — Она сказала верно: в нашем плане было слишком много изъянов. — Много изъянов, много изъянов, — передразнил Вент. — Все нормально было, пока эта кровососка не появилась! — По-моему, все как раз наоборот. Мы только из поселения приехали — у нас мало опыта. Если бы нам не нужно было дожидаться стаи Доуна, то мы бы и не взялись за это дело. — Ты говоришь так, словно от нас здесь что-то зависело. Шон разрешение у самой Мелиссы брал. — Точно, но и наше желание немаловажно. Сестра разрешила нам помочь ему, потому что, во-первых, нам нужно накапливать опыт. — И тут она, видать, подумала: «И без разницы — в стае Доуна или же в полевых условиях». — Еще скажи, что был не рад увидеть вживую настоящего русала и что не ты орал благим матом от восторга, когда он вдруг в доказательство чешуей оброс. Во-вторых, мы должны на деле узнать, что из себя представляют вампиры. Ты видел, как Шон в лице каждый раз меняется — стоит Маккуори упомянуть? Видимо, ему в самом деле доставалось, когда они еще были связаны системой избранный-вампир. Из этого можно сделать вывод: вампиры — реально ужасные существа. — Ага, и то же самое на протяжении пятидесяти лет нам втолковывали в поселении, — кисло подметил Вент. Вот уж чего он не любил, так это лекций Карпы — их наставницы. Каждый день во время завтрака, обеда и ужина эта дряхлая, но до жути нудная старуха-ведьма читала им книгу о вампирах. Ее написал кто-то из старых оборотней, описав все до мельчайших деталей: время, местность, ситуацию, самих вампиров, их одежду, слова, да даже выражение лица! «Наполненное яростью и болью даже при свете дня, это лицо давило на моё сердце, вынуждая его биться сильнее. То была жалость. Но мне нельзя было обманываться! Я знал это, ибо в евангелие от Христа говорилось, что…». В общем, то была книга сложная и трудно укладывающаяся в голове. Однако все они знали ее наизусть уже к пятнадцати годам, и разбуди их ночью и заставь прочесть, к примеру, второй абзац шестидесятой страницы — они бы, не открывая глаз, процитировали его так точно, как не смогли бы еще какой-нибудь второй абзац иной книги. — И как оказалось, правильно делали, — чувствуя, что и его начало клонить в сон, промямлил Флориан. — Вент, разбуди, как приедем, хорошо? — Эй-эй, — спохватился Уэйр. — Ты чего, тоже спать собрался? — Угу. — Стой! А как же этот ее план с блондинкой и медальоном? — Блондинки красивые. — Да, но не это главное. Эй! Но Нот уже спал, привалившись к голове Рута. — Вот засранцы! — в сердцах воскликнул Вент, прислоняясь лбом к стеклу, за которым не спеша текли улицы, освещенные множеством огней. Вместе в Амантой Шон направился в бедняцкие районы Нью-Йорка. При этом ему казалось, что вампирша просто упивается его наигранным спокойствием. Ну еще бы! Всю жизнь прожил в чистом, ухоженном доме, потом некоторое время «погостил» в Общем, у русалов ему тоже было неплохо, а тут… Мусор под ногами, вороватый вид встречных людей, громкий смех слишком раздетых женщин, мат, вонь, местами громкая музыка. Естественно, что его воротило от всего этого, но в особенности — от представления того, куда они идут. К одиннадцати Аманта сжалилась над ним и остановилась, сказав, что пришли. — Моя очередь спрашивать, — стараясь не повысить голос, сказал Шон, — ты издеваешься? — Нет. А тебе что-то не нравится? Чудесное место под названием «Рок звезды» приютило меня некоторое время назад и дало надежду на покой! — Далтон встала в наигранную позу. — Тебя оно тоже приютит, кем бы ты ни был! Шон промолчал, пытаясь убедить себя, что это нужно потерпеть хотя бы ради цели, потому что дешевый клуб в грязном районе, разрывающий перепонки своей визглявой музыкой, не привлекал его нисколько. — Идем, — махнула рукой Аманта и направилась прямо к темнокожему амбалу ростом под два метра, стоящему у входа. — Привет, Уилл, а вот и я! Он кивнул, и Аманта прошла внутрь. Шон решил пошутить назло Далтон, которая бросила его. — Привет, Уилл, а вот и я, — флегматично протянул он и застыл с приветственно поднятой рукой. — А вот и ты, — точно также протянул секьюрити. Замерли, но не прошло и десяти секунд — за Шоном вернулась Аманта и провела его в душное, прокуренное нутро клуба, который походил больше не на клуб, а на притон. Хотя, может, это был и притон, а Шон просто спутал его с клубом. Пройдя по длинному розовому коридору, Аманта не стала сворачивать в сторону правого ответвления, откуда неслась громкая музыка, а напротив — свернула налево, ловко толкнув неприметную маленькую дверь. Они оказались в полутемном зале с диванчиками. Здесь были люди. Разные: хорошо одетые, не очень хорошо, подростки и почти старики. И все они либо курили, либо выпивали, либо играли в рулетку (у дальнего столика), переговариваясь тихо, будто боясь нарушить обоюдное равнодушие друг у другу. Они оставили и этот зал позади и оказались в еще одном коридоре, который привел их к лестнице на второй этаж. — А вот и моё убежище, — бросила Аманта, улыбаясь. — Не боишься, что Виктор найдет в таком-то месте? — спросил Шон. — Он не любит такие злачные места, — заверила Далтон. — Наверное, в прошлом был аристократом. — Не рассказывал? — Нет. Комната оказалась небольшой студией: слева кухня (кухонный гарнитур, включающий в себя плиту и мини-холодильник) и столовая (стол со стульями), справа — спальня (кровать и комод) и кабинет (компьютерный стол). Еще здесь была дверь в крошечную ванную комнату, блеклый палас на полу и, что Шона удивило, чистота. — Любишь убираться? — подивился он, проведя по столу пальцем. — Просто не трогаю, — пожала плечами Далтон. Пройдя к холодильнику, она достала пакет с кровью и, упав на кровать, принялась за ужин. Похоже, наркоманами и дряхлыми стариками она питалась лишь по праздникам. Шон молча прошел к окну, медленно отодвинул штору в сторону и с облегчением увидел фасад другого дома, в окнах которого было темно. Значит, за ними не следят. По крайней мере внешнего наблюдения нет, а вот иного… Черт его знает. Способности русала не дают ему возможности чувствовать поблизости ДКИВцев. — Хочешь сказать, просто так меня сюда привела? — Хочешь сказать, тебе было куда пойти? — Было. — А мне было, что сказать тебе. — Знаю: Шон, зря ты связался с оборотнями, надо было… — Нет! — Аманта поднялась и закинула пустой пакет обратно в холодильник. — Оборотни здесь ни при чем. Эти дураки нам еще пригодятся. Я хочу спросить тебя о другом. Зачем тебе всё это? — она тоже встала у окна, такая серьёзная в детском теле. — Ради чего? Продолжения человеческой жизни, которой у тебя теперь по определению быть не может? Ради мести Змею? Или, может, ради Стивена? Что из этого? — А тебе это зачем? — в свою очередь спросил Шон. — Ради чего ты хочешь вырваться из штата? Ради настоящей свободы, которую никогда не ощущала из-за Виктора, таскавшего тебя везде за собой, считая, что раз спас от смерти — ты навсегда останешься ему должна? Ради новых забав, жертв и крови?.. Хочешь снова смотреть, как мужчину насилует другой мужчина? На последних словах парень не смог скрыть злости. Она смотрела. Все то время, за исключением пары раз, когда Виктор сам ее отсылал из спальни, она смотрела на них и улыбалась, получая удовольствие. И это заставляло ненавидеть ее. Однако, люби или ненавидь, а выбраться из штата надо. И чем скорее, тем лучше. Он и так слишком долго обживался в своей второй ипостаси, когда Стив… Черт! — Да, это ради Стива, — признался Шон. — Думай что хочешь, снова шути шутки или же насмехайся, но он мне нужен. Не как тебе пакет с кровью, а гораздо сильнее. Именно поэтому мне нужно вырваться из штата, именно поэтому я попросил помощи у оборотней и даже решил, что можно попробовать познакомить тебя с ними. — Это любо-овь, — не смогла скрыть сарказма вампирша. — Это не твое дело. В первую очередь. Теперь ответь ты. — Хочу осесть в каком-нибудь китайском Общем Домике и до конца жизни бед не знать. — А Виктор? — А Виктор ненавидит Зарубежную Азию, — пожала плечами Аманта. — По-моему, он родился на рубеже 17-18 веков в Европе. Как известно, в то время Азию считали чем-то вроде дикарских земель. Многие презирали ее религии, культуры, языки, традиции, казавшиеся вероломными. Похоже, что семья Виктора попала под эти «многие». Хотя мы были там пару раз: посетили Шанхайский Общий Дом, Киотский, Сеульский, Хошиминский. Последний находится во Вьетнаме. Можешь не верить, но среди азиатов тоже есть вампиры. — Возьму на заметку. — Я не переживу, если мы вдруг встретимся там, — удрученно вздохнула Далтон. — Что предпримешь? — Убью вас со Стивом и всё. Шон засмеялся, отошел от окна и присел за компьютерный стол, на котором уютненько расположился черный ноутбук. Сколько он уже не пользовался Интернетом? Год? А ощущение, что уже лет десять. — Ты за Стивом как, следишь? Аманта полезла в кухонные шкафы, открывая один за другим. — Следил, пока его не увез Альберт. Экран компьютера засветился ярким «Привет, Аманта!». Похоже, вампирша, родившаяся в прошлом веке, тоже была не против посидеть на просторах Сети. Так, ему нужен Facebook и блондинки. — Альберт? Старший братишка? Неприятный тип, я с ним знакома. — По неизвестной причине здоровье Стива сильно сдало после моей пропажи. В момент, когда я впервые в новой ипостаси пришел на озеро, а потом выбрался и прокрался к Общему Дому, он уже некоторое время не приходил в сознание, лежа с горячкой. Я ни разу с ним не поговорил. Я паниковал и не знал, что делать, когда с одной стороны Стив, а с другой — истинные родичи. Потом его увезли. — И больше ты его не видел? — Только знаю, что он где-то в Аннаполисе. — Это же Мэриленд*. Теперь понятно, почему ты так хочешь попасть в этот штат. Раздался шорох и громкий стук, словно что-то попадало. Глянув в сторону Аманты, Шон скривился: целый отдел чупа-чупсов, она реально ненормальная. — В пакет не пробовала убирать? — Потом доставать неудобно, — закидывая сладость обратно, ответила Далтон. — Так что там со Стивом? Что будешь делать, как выручать? — Это уже тебя не касается. Выберемся из штата, и ты пойдешь в одну сторону, я — в другую, оборотни — еще куда-нибудь. — К слову о блохастых. Ты их подставляешь, в курсе? — В смысле? — Они же еще молодые. Змей долго думать не будет — шеи им быстро скрутит, а ты потом отхватишь от их стаи и той, к которой они приехали. Шон оторвался от экрана: — Ты-то откуда знаешь? — Не первый год по земле хожу, — самодовольно хмыкнула вампирша. Хлопнула дверца шкафа, и Аманта приземлилась на диван смотреть телевизор. — Такого не случится, — заверил Шон. — Они не умрут, я об этом позабочусь. — Двадцатилетний парень позаботится о пятидесятилетних оборотнях, ха-ха, смешно, — сыронизировала Далтон, поверх экрана телевизора взглянув на возмущенное лицо Эллиса. — Ты не знаешь, какие преимущества дает мне моя вторая ипостась. — Что-то сомневаюсь, что многие. — Не многие, ты права, но дает же. — Вряд ли это целительные силы, способные оживить. — Ха-ха, Далтон. Я сказал, что они не умрут, и они не умрут. — Посмотрим. Главное, знай: оборотни злопамятны, если дело касается их любименьких детишек. Убьешь одного спиногрыза — они перегрызут тебе глотку всей стаей. — Я смотрю, ты прямо жаждешь этого. Аманта расхохоталась.