Потерявший найдет дважды

Заглушив мотор, Стивен вышел из машины и направился к себе. Ярко било солнце в глаза, и не чувствовалось, что сейчас январь: было тепло. Остановившись на полпути, мужчина поднял лицо к солнцу и прикрыл уставшие глаза. Как же хорошо стоять вот так и ни о чем не думать. Просто стоять и не думать о том, что Шон все больше отдаляется, не понимать того, что это правильно. Для них обоих так будет лучше. Да, некоторое время поболит где-то внутри, но потом полегчает, и при встрече они смогут спокойно смотреть друг другу в глаза. Обязательно. Ни на йоту не поверив себе, мужчина зашел в здание и первым делом после трехдневного отсутствия нормально поел. Фастфуд из дешевых забегаловок успел ему осточертеть еще за то время, что он постоянно проводил в разъездах в прошлом. За едой он переговорил с Джаной и Николасом, которые в один голос кричали о ненормальном состоянии Шона, затем, идя к себе, перебросился парочкой фраз с Куртом. Оказалось, что за время его отсутствия Аманта успела всем мозги проесть. Иначе говоря, она маялась бездельем, и из-за этого ее стоило опасаться. Быть втянутым в ее непонятные игры не пожелал бы и враг врагу. Заверив старика, что будет начеку и не даст повеселиться за свой счет одной мелкой пиявке, Кук зашел к себе в комнату и наконец облегченно выдохнул. Закончилось. Все наконец-таки отстали и убрались восвояси. Комната Стивена была намного меньше, чем у того же Шона, и вмещала в себя лишь кровать и шкаф. Мужчина иногда удивлялся своему желанию вернуться в эту убогую комнатушку и, развалившись на узкой кровати, смотреть в стрельчатое окошко под самым потолком. Что в этих серых, даже без обоев, стенах можно любить? Что привлекательного в деревянном полу, таком скрипучем, что иногда хочется сжечь его дотла? Почему это место тянет к себе? — Потому что это мой дом, — с теплотой прошептал мужчина и провел на шерстяному, очень колючему одеялу рукой. Угрюмая, холодная, сырая комната была его домом с тех пор, как он, как и Шон, отрекшись от всего, приехал в Общий Дом Теннесси. Она полюбилась ему, несмотря ни на что. Разобравшись с вещами, а по факту все переложив на нижнюю полку шкафа, Стивен решил, что неплохо бы и вымыться, а там и поспать. Почти двенадцать часов за рулем, а до этого целых три дня без душа… В общем, его вполне можно было понять. В Общем Доме только у избранных были комнаты со всеми удобствами, ДКИВцам же приходилось ютиться в маленьких коморках, есть, когда придется, и к тому же мыться в общих душевых, не разделенных на Ж-сектор и М-сектор. Конечно, последняя проблема была давно решена, однако от этого не становилось легче. Спустившись в полуподвал, Стив прошел по длинным затхлым коридорам вглубь и в итоге оказался перед массивной железной дверью с новенькой табличкой, на которой чёрным по белому было написано: shower-room. Душевая. Зайдя внутрь, мужчина усмехнулся. Ну вот как всегда: крысы под ногами и сильный запашок плесени. Эту заразу сколько не выводи — все лезет. Стивен долго стоял под горячими струями с закрытыми глазами. Перед глазами кинолентой проносились все события, так или иначе связанные с Шоном. Вот их первая встреча: парень лежит с заклеенным ртом и связанными руками и ногами на кровати в дешевой гостинице, вот они на озере: Шон бегает по берегу, счастливо крича что-то, а Стив лежит рядом на песке и улыбается. Да… Светлые воспоминания. И вода тогда так красиво искрилась. Даже не верится, что тогда где-то поблизости была русалка. Стоп. Русалка? Точно! — Черт! Я же не рассказал о ней Шону! Он наверное волнуется, почему она снова не появляется! Мужчина стал суетиться, а потом вдруг подумал: «А стоит ли рассказывать об этом Шону? Нужно ли это? Вдруг, что-то решив для себя, он побежит на озеро или того хуже решит предъявить что-то Виктору? Как ни крути, а ничего хорошего не выйдет. Лучше повременить с этим. Тем более что сейчас наши отношения почти распались. Нет больше ни дружбы, ни общения. Да, не стоит говорить об этом». Решив так, Кук закончил мыться и, собрав свои вещи, пошел в обратную сторону. Сейчас он сначала закинет вещи в стиралку, скажет Нифии, чтобы она с ними ничего не делала, как в прошлый раз, а затем завалится в кровать и… — Шон? Планам было не суждено сбыться: открыв дверь в свою комнату, мужчина узрел трясущегося, всего в крови и порезах Эллиса и ощутил сильнейший запах алкоголя. Найдя под кроватью аптечку, парень с горем пополам обрабатывал свои раны кусочком ваты. Очередным, потому что вокруг него ровным кругом валялись другие, все в крови и грязи. — Шон! Стивен кинулся к Шону и, остановив его, сам все сделал. Сначала обработал лицо и правую руку, затем правый бок, чуть позже — правую ногу. Серьезных порезов не было, чему мужчина после того, как закончил, очень обрадовался. Он спросил у парня, что произошло, но тот отрицательно замотал головой из стороны в сторону и прошептал, что ему холодно. Кук предложил отвести его в комнату, но Шон снова отказался, сказал, что хочет остаться с ним. Мужчине пришлось согласиться, затем он обнаружил, что у Шона жар. Всю ночь мужчина просидел около спящего парня. Стивен не нашел в себе сил сказать кому-либо о Шоне, да и вообще сходить куда-либо, поэтому остался в комнате. Перед рассветом он заснул. Складной стул не лучшее место для сна, однако выбирать ему не проходилось. Разбудил его сильный толчок в плечо. Подскочив на стуле, Стивен уперся взглядом прямо в Шона, который смотрел на него с вопросом в глазах. — Стив, дай попить, — попросил парень. Мужчина кивнул и вышел. Во всем доме стояла сонная тишина. Времени от силы было час-два ночи. Ох, и ничего же он проспал! Целый день, считай. Да и парень тоже. Он, кстати, наверное проголодался. Хотя и не только он. Прихватив с кухни большой поднос, Кук двинулся назад, и вскоре они с Шоном молча ели. Когда закончили, мужчина отправил поднос в угол и посмотрел на парня. После хорошего отдыха можно и поговорить. — Я знаю, что ты хочешь спросить, — тяжело вздохнул Шон и поправил одеяло с боков. Он явно был не намерен уходить. — Все эти порезы — это последствия моей ссоры с Виктором. — Он не захотел отпускать тебя? — догадался мужчина. Парень кивнул и добавил: — Думаю, скоро сюда прибежит Изольда орать по поводу своего бара. Я разбил его вдребезги, когда слетел с лестницы. Там теперь море алкоголя и моей крови. — Крови? — с замиранием сердца переспросил Кук, но тут же спохватился и спросил другое. — Виктор не последовал за тобой? Аманта? Она на пути не встречалась? — Виктор остался сидеть среди осколков, а Аманта — стоять над ним. — Это хорошо, — задумчиво кивнул Стивен и встал. — Запах алкоголя перебьет запах крови, и вампиры не выйдут из себя. Прости, Шон, я сейчас позвоню Курту. Пускай приберут там. Шон кивнул и, проследив за Стивеном до двери, огляделся по сторонам. По правде, он впервые был в комнате Кука, и сейчас понимал почему. В такую каморку даже девушку позвать не захотелось бы, слишком уж позорно и стыдно, что уж говорить о друге. Хотя какая девушка? У Стивена она наверняка живет за пределами Общего Дома, а у него… а у него после Виктора вряд ли когда-либо появится спутница жизни. И дело даже не в том, что у него, вероятно, сдвиг в психике, а в том, что, раз ощутив мужчину, захочется еще. По крайней мере, когда Шон думал о Куке в таком ключе, то был с собой согласен.