Призраки Убежища

- Вставай же! – Амата тянет меня из постели. Я с трудом понимаю, где нахожусь. Еще несколько мгновений назад я была далеко от бункера, от смены по кухне и бесконечных рядов банок с безвкусными консервами, но приходится возвращаться в суровую реальность. А состоит она в том, что мой отец ушел из Убежища. Большей чуши нельзя и придумать! «Ушел из Убежища», ну что за бред! Как будто это возможно!.. Но когда Амата сует мне в руки пистолет и сообщает, что помощник отца, Джонас, убит, становится не до шуток. Я одеваюсь так быстро, что молния комбинезона издает короткий лающий звук, когда я резко дергаю ее язычок вверх. - Мой отец приказал охране поймать тебя! – звенит испуганный голос Аматы. – Тебе нужно бежать! В кабинете смотрителя есть тоннель, доберись до него, и сможешь выбраться на поверхность! Не знаю, с чего вдруг Амата решила, что радиоактивные пески пустошей для меня безопаснее, чем коридоры родного Убежища, но на споры нет времени. Впрочем, на мой вопрос находится ответ за первым же поворотом – офицер Кендалл, увлеченный битвой с парой жирных радтараканов, замечет меня и открывает огонь. Этого я никак не ожидаю, но успеваю уклониться и несколько раз выстрелить в ответ. Раненый офицер Кендалл валится на пол, погребая под собой хитиновые тела мертвых насекомых. Мне нужно подняться из жилого отсека в административный, и я направляюсь к лестнице, но по пути меня перехватывает Буч. Без лишних разговоров наставляю на него пистолет, но задиристый главарь «Туннельных змей» вместо того, чтобы напасть, умоляет меня о помощи. Умоляет. Меня. Не дрожи у меня руки после нападения на офицера охраны, я бы, пожалуй, нашла время на то, чтобы попотчевать Делорию хорошенькой порцией злорадства. Но он и сам выглядит испуганным – на мать Буча напали радтараканы, а он не смог ее защитить, потому что до смерти боится этих мерзких существ. Ну, то есть, свой страх Делория мне не озвучивает, но о нем и без того знают все в бункере. На то, чтобы перестрелять трех тараканов, уходит пара минут. Всаживая пули в коричневые тельца насекомых, я с опасением думаю, что для дальнейшей обороны мне может не хватить патронов. А когда Элен Делория наконец поднимается с пола и как ни в чем не бывало присасывается к бутылке, невозмутимо предложив мне присоединиться, я и вовсе решаю, что зря истратила часть своего боезапаса. Услышав голос матери, Буч осторожно заглядывает в комнату. - Ну, в общем, это, - неловко говорит он мне, попутно стаскивая с себя куртку «Тоннельных змей». – Вот, возьми, - он сует куртку мне в руки. Я не знаю, что ответить, да и нет времени разводить сантименты. Пока я натягиваю куртку и думаю, что бы такое сказать Делории на прощанье, он уже, кажется, забывает о моем существовании, пытаясь отобрать у матери бутылку. Хочется запустить чем-нибудь тяжелым ему в спину, но и для раздражения времени тоже нет. Бегу к лестнице. Верхний коридор патрулируют Гомес с напарником. Гомес замечает меня первым, хотя я изо всех сил стараюсь двигаться бесшумно. Я застываю в темной нише у лестницы, сжимая в руках пистолет, готовая выпустить в него всю обойму. К счастью, Гомес не собирается нападать. Мы обмениваемся короткими взглядами, и офицер открывает рот, чтобы сказать какую-нибудь привычную банальность вроде «Береги себя!» или «Я буду о тебе помнить!», но я прижимаю указательный палец к губам. Не хватало еще, чтобы его напарник тоже заметил меня и поднял шум. Мне удается тихо проскользнуть в коридор, ведущий к новой лестнице, но на этом везение заканчивается. За углом я слышу выстрелы, а потом вижу двух офицеров. А они видят меня. И мне приходится снова пустить в ход пистолет. Упражнения в тире не прошли даром – на мне ни царапины, а на полу остаются лежать два офицера с ранениями разной степени тяжести. Руки начинают дрожать еще сильнее, но я знаю, что эта дрожь уйдет, как только я снова вскину оружие и прицелюсь. Чтобы немного успокоиться, я пытаюсь убедить себя, что у моих ног лежат дохлые тушки радтараканов – таких же мерзких, только куда более опасных. Но поверить в это не проще, чем в существование Санта-Клауса, который знает код от консоли управления герметичным затвором Убежища и каждое Рождество приходит к детям, чтобы положить подарки под синтетическую елку. Тыльной стороной ладони вытираю пот со лба, и только после прикосновения прохладной черной кожи рукава к лицу вспоминаю, что поверх привычного комбинезона на мне куртка «Туннельных змей». Куртка Буча Делории. И это придает мне решимости. Разве не об этом я мечтала? Я в банде, у меня в руках пистолет, я уже застрелила (может быть, и убила!) троих и, видимо, не остановлюсь на достигнутом… Главное – не думать. Я больше не помощница поварихи Убежища 101, теперь я ходячая мишень, Одинокий Странник, хладнокровный убийца… Меня разве что не выворачивает от ужаса, но я подбираю боеприпасы с тел лежащих без сознания офицеров и бегу по лестнице наверх, к кабинету Смотрителя. Офицер Мак стреляет еще хуже, чем остальные его коллеги, поэтому очень скоро я оказываюсь наедине с главой нашей общины. Требую дать мне пароль от консоли, открывающей путь к тайному ходу. Смотритель не скрывает своего пренебрежения и отказывается сотрудничать, но вид пистолета в моих руках и угроза пристрелить его драгоценную дочурку Амату помогают ему принять правильное решение. За дверью Убежища – каменистый коридор. За моей спиной – Амата, которая лепечет какую-то прощальную чушь. Я шагаю вперед, и гермозатвор за моей спиной приходит в движение, отрезая путь к отступлению. Солнце слепит глаза. Проходит немало времени, прежде чем я начинаю улавливать очертания предметов перед собой. Впрочем «предметы» - это сильно сказано. Я вижу выжженную пустыню с пучками пожухлой травы и смутные очертания разрушенных сооружений где-то у горизонта. Опускаюсь на колени, чтобы ощутить ладонями неровность почвы. После гладких полов Убежища, единственный рельеф которых составляют ржавые заклепки, прикосновение к иссушенной земле и прогретым солнцем камешкам кажется настоящим чудом. Я закрываю глаза и позволяю себе насладиться непривычными тактильными ощущениями. Но сидеть посреди пустыни с закрытыми глазами – не самая лучшая идея, в чем я очень скоро убеждаюсь. Мелкий жучок, увидев легкую добычу, немедленно вцепляется мне в руку. Опомнившись, забиваю его рукояткой пистолета. В этом новом для меня мире, оказывается, существуют указатели. Первый из них обнаруживается в нескольких метрах от замаскированного входа в Убежище. Если верить ему, где-то поблизости находится некая Мегатонна. Что это – поселение, название банды или просто чья-то глупая штука, призванная сбить странников с пути – мне еще предстоит выяснить. Когда на меня нападает дикая собака, я уже не глазею по сторонам и готова дать злобной псине достойный отпор. Застрелив ее, я пинаю носком ботинка мертвую тушку, чтобы убедиться, что собака не нападет снова. Позднее я пожалею, что не срезала со свежей тушки немного собачьего мяса, чтобы выменять его на крышки.