Утерянная память

      Никита задумчиво разглядывал стоявшего в дверях Фенриса. — Не, друг, — произнес он, наконец, — в таком прикиде ты со мной не пойдешь. — В чем? — переспросил мужчина. — В одежде, — пояснил парень. — Можно подумать, ты одет лучше, — хмыкнул эльф, бросая взгляд на пеструю одежду парня. — Поверь мне, в нашем мире, я одет очень даже неплохо. А если ты пойдешь вот в этом, — парень вскинул руки, указывая на его доспех, — нас точно где-нибудь поколотят. Хотя, ты, конечно, отобьешься, а вот я — вряд ли.       Никита скрылся в комнате, вернувшись через минуту со свертком одежды в руках. — Это тебе должно подойти, — он бросил принесенные вещи Фенрису.       Эльф поймал их, разворачивая штаны из плотной ткани синего цвета и черную шерстяную рубаху с непонятной застежкой. — Я это не надену… — Наденешь. Иначе я с тобой не пойду, — Никита указал рукой в сторону комнаты, — вперед.       Эльф задумался, прикидывая в голове, что поиски Мариан стоят дороже его гордости и, проворчав, для порядка, пару кунарийских ругательств, скрылся за дверью.       Фенрис, на удивление быстро, сумел разобраться с непонятными застежками и спустя пару минут, вернулся к Никите уже переодетый. — Ну, вот, другое дело, — парень присел, порылся на полке со странной обувью и протянул Фенрису такие же, как и у него, сапоги без голенища на шнурках, — обуйся, у нас босиком не ходят.       Эльф покорно всунул ноги в предложенную обувку, заправил шнурки за края. «Сапоги», на удивление, подошли.       Никита удовлетворительно кивнул и, сняв с верхней полки черный предмет, протянул его Фенрису: — Шапка, она скроет твои заостренные уши.       Шапка была похожа на шлем, только мягкий. Фенрис надел ее, бросив на парня злобный взгляд. Как же ему хотелось отвесить этому чудаковатому пару хороших затрещин. Но он не стал этого делать, боясь потерять помощника. — Теперь пошли, — Никита открыл дверь и кивнул эльфу, приглашая следовать за ним.       Город при свете дня выглядел еще необычнее, чем вчера. Гул сотен голосов, шум проезжающих по каменным дорогам металлических коробок, огромные цветные вывески с изображением улыбающихся мужчин и женщин — все это вводило Фенриса в откровенное замешательство. Эльф шел молча, повторяя вчерашний путь, внимательно вглядываясь в лица проходивших мимо людей: парень с длинной паклей волос и большим количеством серег в бровях, носу и губах, девушка в короткой юбке и разукрашенным яркими красками лицом… Он безошибочно привел Никиту на место, куда его перебросило вчера. Парень внимательно осмотрелся. — А кто она у тебя, магесса?       Для Фенриса этот вопрос прозвучал, как оскорбление, но он заставил себя спокойно ответить: — Она искусно владела двумя клинками, ее называли разбойницей. — Это лучше. Человека с магическим посохом точно бы забрали в психушку. — Куда? — В место для душевно больных… сумасшедших, — пояснил парень и продолжил, — а если разбойница, то это проще, самое страшное, куда она могла попасть это тюрьма, если кому-нибудь череп по незнанию проломила. — Мариан не нападает без причины. — Поверь, в нашем городе легко найти причину, чтобы проломить кому-нибудь голову.       При этих словах Фенрис вспомнил вчерашнее столкновение в подворотне, и ему стало не по себе. Если Мариан встретила подобную компанию, она, конечно, сумела постоять за себя… Но чем это могло для нее обернуться здесь? — Ладно, — сказал Никита, — пойдем, поспрашиваем у местных, не видели ли они твою Мариан. Она у тебя как выглядит? — Красивая, короткие черные волосы, голубые глаза. — Стандартная значит. — Какая? — Забей. Опишешь ее сам, ладно.       Эльф кивнул.       Они бродили по окрестностям несколько часов. Мариан никто не видел, удалось только узнать, что какая-то девушка попала под машину недалеко от парка. Парк был местом, куда перебросило Фенриса. — Не расстраивайся, — сказал Никита, когда они возвращались к его дому, — я заплачу за телефон и мы обзвоним больницы, если сбитая девушка и есть Мариан, то она, скорее всего, поступила в одну из ближайших. Мы быстро ее найдем. — Спасибо, — посмотрел на него Фенрис, хотя он не понял, что значит слово «обзвоним», но парень говорил все это настолько уверенно, что эльф был склонен ему поверить.       В квартире Фенрис, наконец, снял с себя эту ужасную обувь и сдернул шапку. Конечно, он не отказался бы еще побродить по городу в поисках любимой, но Никита убедил его, что это абсолютно бесполезное занятие.       Они прошли в комнату, где парень уселся за стол, на котором стоял плоский черный ящик: — Я сейчас кое-что тебе покажу, ты только не удивляйся, договорились?       Фенрис хмуро кивнул, полагая, что удивить его уже вряд ли удастся.       Никита наклонился к прямоугольному ящику на полу, надавил на что-то. В комнате раздалось гудение, после чего передняя часть плоского ящика на столе загорелась и стала синей. Послышался мелодичный звук. — Магия? — Фенрис наклонился, наблюдая, за тем, как изображение меняется. — Электроника, — ответил Никита. — Что? — Ну… если я сейчас начну говорить, что перед тобой устройство способное выполнять заданную, чётко определённую, изменяемую последовательность операций, тебе это что-то даст?       Эльф мотнул головой. — Тогда смотри самое интересное.       Что-то щелкнуло, свечение ящика стало белым, а потом, неожиданно, на его середину с воем вылетел красный дракон. Фенрис отшатнулся и активировал клейма. — Не боись, — повернулся к нему Никита, — он не настоящий и в комнату не вылетит. Смотри сюда.       Картинка сменилась, и Фенрис увидел лицо Мариан. — Мариан, — прошептал эльф, а потом схватил Никиту за ворот одежды, — Ты прячешь ее в своем ящике? — Нет… — попытался возразить парень, но Фенрис разъяренно встряхнул его, — вытащи ее оттуда! — Погоди, друг, ты все не так понял… — Верни мне ее! — Фенрис оторвал парня от стула, ставя на ноги. — Ты обалдел что ли! — ему удалось оттолкнуть воина. — Верни ее! — Фенрис снова метнулся к нему.       Никита выбросил руку вперед, ударяя эльфа в челюсть. Фенрис отшатнулся. — Черт, — прошипел парень, держась за сжатый кулак, — ты что, железобетонный что ли?       Он попытался, шипя, разжать пальцы: — Это игра, понимаешь, игра в компьютере, эта Мариан ненастоящая. Не знаю как вас с ней сюда перекинуло, но… О Господи! Я об твою челюсть палец вывихнул.       Искренность, с которой говорил парень, заставила Фенриса поверить ему. — Прости, — он шагнул к Никите, — давай, вправлю. — Да пошел ты, — парень морщился от боли, глядя на средний палец, изогнутый под неправильным углом, — черт! — Смотри, гарлок, — бросил Фенрис, указывая куда-то за спину Никите.       Юноша обернулся, а эльф перехватил его запястье и резким движение вправил вывих. Никита взвыл, выдергивая руку из его ладони, но тут же успокоился и теперь смотрел на него удивленно: — Ты это как сделал? — Умею вправлять вывихи… Я действовал необдуманно и прошу меня извинить. — Ладно, забей, я тоже, знаешь ли, погорячился… Значит, она так выглядит?       Фенрис кивнул. Никита на пару минут задумался, а потом спросил: — Ты ведь ее фотку не догадался с собой взять? — Что взять? — Портрет. — Нет. — Знаешь, а у меня есть идея. Фанаты по Dragon Age арты рисуют, сейчас мы с тобой полистаем их, ты покажешь мне самый похожий, и мы распечатаем его как фотографию. Так будет легче найти ее, чем описывать каждому прохожему красивую девушку с короткой стрижкой и голубыми глазами.       Изображения на ящике стали меняться, иногда среди них всплывало лицо девушек очень похожих на Мариан, но воин отрицательно мотал головой, пока не увидел ту, которая была точной копией любимой. — Эта, — переспросил Никита, — точно?       Фенрис кивнул. Парень заставил изображение вылезти на листе бумаги из белого ящика и протянул его эльфу. — Мариан, — Фенрис провел кончиками пальцев по изображению любимого лица. — А хочешь выпить? — неожиданно спросил Никита. — Что? — Фенрис оторвался от листка. — Выпить, говорю, хочешь? «Агреджио Павали» у меня, конечно, нет, но, полагаю, что русская водка не хуже.       Через полчаса они стояли посреди кухни, и Фенрис объяснял Никите: — Кулаки сожми, локти выше. — Так? — парень, пошатываясь, пытался принять боевую стойку. — Сойдет, — махнул рукой эльф, — а теперь бей.       Никита ударил, но Фенриса не достал, а под тяжестью тела упал вперед. Эльф подхватил его, ставя на ноги. — Не, — протянул парень, — дохлый номер, легче тебя программированию научить, чем меня драться.       Он сел обратно на табуретку и разлил водку по стопкам: — За телефон я заплатил, так что завтра с утреца обзвоним больницы и морги. — Больницы и что? — не понял Фенрис. — Ну морги, это где трупы лежат… Ой, извини, — Никита поднял руки, видимо прочитав выражение ужаса на лице эльфа, — не то я ляпнул, морги обзванивать не будем. Она у тебя девушка крепкая сама кого угодно в морг отправит.       Он поднял свою стопку: — Давай за то, чтобы вы поскорее вернулись домой. В каком вы там городе? — В Киркволле, — Фенрис поднял стопку навстречу Никите. — Во-во.       Они «чокнулись». Эльф залпом выпил напиток. «Водка», как называл эту прозрачную жидкость Никита, от «Агреджио Павали» была далека, но, как ни странно, в голову ударила быстрее. — Моя девушка, — улыбнулся Никита, — когда в эту вашу игру играла, всегда Мариан с тобой сводила. А я все думал, чего в тебе такого особенного? — У тебя есть девушка? — Была…       Никита снова разлил водку и тут же осушил свою стопку. — Блондиночка, красивая такая, глазищи на пол лица, — он усмехнулся, — она моделью хотела стать, думала, что перспективный программист ей поможет. Но я оказался не перспективным…       Никита тряхнул головой и посмотрел на Фенриса: — Давай выпьем за наше будущее счастье.