Оттолкнуться ото дна

Настойчиво и жадно, Гермиона захватывала его губы, проводила по ним языком, чуть прикусывала. Драко отвечал ей тем же, запустив ладонь в спутанные волосы и притягивая к себе теснее, второй рукой он гладил ее бедро. Ей хотелось ощущать его вкус, жар его тела, чувствовать, как учащается дыхание, как он реагирует на ее прикосновения, ласки. Воздух вокруг них, который они время от времени судорожно перехватывали, словно боясь оторваться и потерять друг друга, стал раскаляться… Гермиона прошлась ладонью по его спине, затем ногтями медленно провела по шее наверх, к затылку. По телу Драко прошла легкая судорога, он шумно выдохнул, и внезапно, подхватив ее под ягодицы, поднял и усадил на кухонный стол. Она машинально отодвинула подальше чашку с еще горячим кофе, а Малфой встал между ее ног и снова жадно впился в припухшие губы. Теперь он мог гладить ее бедра, талию, спину, касаться груди. Сначала эти движения были легкими и скользящими, затем все более напористыми и сильными. Гермиона отвечала ему, чувствуя ладонями рельефные мышцы его груди под рубашкой, линию плеч. Такой холодный на вид — Драко оказался очень чувственным и настойчивым. Разорвав поцелуй, он прошелся легкими касаниями губ по линии челюсти и припал к горячей коже на шее, отчего по ее позвоночнику словно прокатился разряд тока. Она часто дышала, пропускала светлые волосы между пальцами, погружаясь все глубже в эти невероятные и, казалось, давно забытые ощущения. Драко запустил ладони под ее толстовку, гладя горячую кожу на животе и ребрах, а затем вытащил руки, потянул молнию вниз и развел плотную ткань в стороны. Под ней не было ничего, кроме простенького лифчика. Он отстранился, облизнул пересохшие губы и окинул ее восхищенным, но слегка неуверенным взглядом, как бы спрашивая, можно ли ему продолжать. Гермиона не дала ему одуматься и притянула к себе за воротник рубашки, расстегивая дрожащими руками пуговицы. Снова поцелуй, еще более настойчивый, они будто хотели наверстать упущенное, выпить всю боль и одиночество друг друга. Драко расстегнул лифчик, провел руками по ее плечам, сдвинул его вниз и, наконец, мягко коснулся ладонью ее груди, в ответ она тихо застонала. Жар внизу живота становился нестерпимым! Он запустил вторую руку в волосы — и горячие губы снова коснулись шеи, пальцы чуть сжали сосок, отчего Гермиона выгнулась, хватая раскаленный воздух, и окончательно расстегнула его рубашку, спустив ее с широких плеч. Она проводила пальцами по шрамам на груди, гладила спину, снова и снова запускала руку в волосы, лаская затылок, ощущая, как по его телу проходит мелкая судорога… Драко внезапно скользнул ладонью по животу и дотронулся пальцами до ее промежности. Девушка издала низкий стон, уткнулась лбом в его плечо и вцепилась ногтями в мокрую от пота спину. Он медленно гладил ее сквозь ткань джинсов, тяжело дыша, а Гермиона, немного придя в себя, быстро расстегнула его ремень, в две секунды расправилась с пуговицей, молнией и коснулась его через белье. Теперь пришла его очередь издавать сладострастные стоны: — Гермиона, что ты… — он попытался отстраниться и что-то сказать, но она не позволила: — Замолчи, — и заткнула его очередным жадным поцелуем, притянув к себе за шею. Драко с негромким рыком прижался к ней еще ближе и начал расстегивать ее джинсы. Гермиона так давно не испытывала ничего подобного и не собиралась останавливаться, она действительно хотела этого. Наверное, впервые в жизни ей попался человек, настолько схожий с ее темпераментом, удивительно, правда, что им оказался именно Малфой — человек, о котором она такого бы не подумала никогда! Он очень хорошо чувствовал ее тело, подмечал, какие его движения вызывают отклик, и, кажется, предугадывал ее реакцию на каждое действие — что вызывает трепет, отчего ей хочется кричать, прижиматься к нему теснее, выгибаться ему навстречу. Гермиона в свою очередь тоже изучала его, хотела, чтобы и ему было так же хорошо, как ей, не ощущая при этом ни капли стыда. Ей действительно было нужно это — чувствовать себя желанной, горячей, живой, и делать его таким же!.. Но все до единой мысли напрочь испарились из ее головы, когда он коснулся ее уже без преграды. Громкий вскрик эхом пронесся по кухне, она запрокинула голову назад, и Малфой слегка подтолкнул ее, заставив лечь на стол, затем навис над ней и начал снова покрывать поцелуями ее шею, грудь, живот, а Гермиона высвободила, наконец, твердый горячий член и провела по нему рукой. Драко снова издал гортанный стон, накрыл губами сосок — и скользнул пальцем внутрь нее! Она чуть не задохнулась от нахлынувшего жара, вцепилась рукой в столешницу, коснувшись при этом чего-то холодного. Через полсекунды раздался звук разбитого стекла, но им было все равно: они наслаждались друг другом, как изголодавшиеся звери. Он добавил второй палец и начал медленно двигаться в ней, Гермиона подхватила этот ритм — и ее рука заскользила по его напряженной плоти вверх-вниз, вверх-вниз… Темп постепенно ускорялся, она уже не контролировала ни стоны, ни вскрики, а когда Малфой большим пальцем коснулся ее клитора и начал его гладить в том же ритме, у нее потемнело в глазах, перехватило дыхание, еще секунда — и Гермиона почувствовала, как все тело сокращается под натиском оглушительного оргазма! Эйфория поглотила её полностью, и было абсолютно плевать на твердую столешницу под ее лопатками, на то, как она выглядит в этот момент и какие звуки издает. Через несколько секунд Гермиона ощутила, как плоть под ее ладонью начала пульсировать, Драко вцепился зубами ей в плечо, а затем теплая вязкая жидкость выплеснулась на ее руку. Девушка долго пыталась прийти в себя, осознать, где она вообще находится. В голове была блаженная легкость, пустота, в ушах стоял гул, как будто ее оглушили, а сердце, казалось, готово пробить грудную клетку. Через какое-то время она поняла, что смотрит в потолок кухни Малфоя, а он сам, также тяжело дыша, положил подбородок на ее грудь: — Как ты? — тихо спросил он такими же пересохшими губами. У нее хватило сил только слегка кивнуть. Драко медленно поднялся, поправил на ней джинсы и посмотрел куда-то вниз: — Можешь отпускать, — с легкой улыбкой сказал он ей, и она вдруг поняла, что все еще держит в руке его уже обмякший член. — Ой, — полушепотом сказала Гермиона, отпустила его и почувствовала, как к лицу снова прилила кровь, только теперь уже от неловкости. — Все хорошо, — Драко взял ее за руку и помог сесть. Затем застегнул джинсы, поправил на себе рубашку, взял кухонное полотенце и провел им по ее руке, убирая следы собственной спермы. — Прости, — внезапно сказал он, вытирая ее пальцы. — За что? — непонимающе уставилась она на него. — Все получилось как-то… Спонтанно и комкано, — смущенно ответил он, не глядя на нее. Гермиона же прислушалась к себе. Никаких угрызений совести или самобичевания. Ей было так хорошо… — Тебе не понравилось? — спросила она. — Понравилось, — тут же отозвался Драко. — Просто… — Мне тоже, — перебила его девушка. Малфой поднял на нее глаза, максимально распахнутые, живые. Гермиона коснулась пальцами его щеки: — Поэтому тебе совершенно не за что извиняться. Его взгляд словно засветился изнутри: — Ты необыкновенный человек, Гермиона Грейнджер, — восхищенно сказал Драко, приобняв ее. Она мягко коснулась его губ своими, затем прижалась лбом к его лбу и снова посмотрела в серые омуты: — А по-моему самая обычная: две руки, две ноги, ни хвоста, ни даже чешуи. Он поднял взгляд к потолку: — Умеешь же ты испортить момент, — искренняя и абсолютно обезоруживающая улыбка осветила его лицо. Гермиона, все еще сидящая на столе, положила голову ему на плечо. — Драко, — прошептала она. — М? — Я, кажется, разбила твой стакан. — Плевать, Репаро в помощь, — усмехнулся он. — А еще… Мне бы в ду-у-уш, — протянула девушка. — А, да. Сейчас. Драко бережно обхватил ее за талию, помог спуститься со стола, и, не убирая руки, не спеша повел ее к выходу из кухни. У обоих ноги слушались так себе, и они даже в какой-то момент, покачнувшись, не вписались в дверной проем… Ванная комната в его квартире тоже оказалась весьма просторной: в ней разместились большая ванна и объемная душевая кабина. Малфой вытащил из шкафчика чистое полотенце и халат: — Я буду на кухне, сделать тебе еще один лимонад? — Да, не помешает, — ответила Гермиона. — Хорошо, — он улыбнулся и закрыл за собой дверь. Она же, наконец, разделась и встала под теплый поток. Волосы запутались чуть ли не в клубок, в них было полно пыли, и пока Гермиона их распутывала — вытащила еще несколько осколков! Каким-то чудом Драко не поранился снова, пока они делали… это на кухонном столе. От воспоминаний слегка закружилась голова и снова затрепетало внизу живота. Но что-то изменилось. Она прислушалась к ощущениям в груди. Заклятие Адского пламени не затаилось. Не молчало. Оно исчезло! Гермиона не могла поверить в это, но снова и снова пытаясь почувствовать горячий шар внутри, не слышала ничего. Похоже, зелье, разработанное Драко, и правда действует! Но потом вспомнила, что после его приема заклятие еще два раза напоминало о себе. Так в какой же момент оно пропало окончательно? Она застыла от внезапного озарения: это случилось после пережитого ей под руками, губами и телом Малфоя! То есть, его изгоняют позитивные эмоции? Или именно интимная близость? Нужно обязательно рассказать о своих наблюдениях Драко, вдруг это поможет в его деле. Гермиона вышла из душевой кабины, закуталась в мягкий халат, который был на три размера больше, и успешно трансфигурировала его под себя. Затем осмотрела свою одежду и очистила ее от грязи, пыли и пота. Трусики все еще были влажными, и наваждение снова пробудилось было в ее сознании, но она быстро отогнала его от себя. Все и так развивалось между ними слишком стремительно, и совсем терять голову Гермиона не хотела. На кухне ее уже ждал Драко, читающий книгу, стакан свежего лимонада и нарезанные фрукты. Многие из них она не пробовала очень давно из-за их заоблачной цены, какие-то и вовсе видела впервые. — Драко, я не голодна, — сказала Гермиона, подходя к столу, но тут же почувствовала тянущий спазм в пустом желудке. Он поднял на нее взгляд и отложил книгу в сторону: — История повторяется? Девушка вопросительно вскинула брови. — Ты точь в точь повторила мои слова, когда я был у тебя, так что, будем считать, что я этого не слышал. Садись и ешь, — настойчиво сказал Малфой, и, подавая пример, взял с блюда сочную дольку груши. Она села на мягкий стул и потянулась к кусочку манго. А сама в этот момент думала, как же выбрать момент и рассказать ему про погасшее Адское пламя… Однако все разрешилось само. — Опять заклятие? — обеспокоенно спросил Драко, увидев ее напряженное выражение лица. Гермиона слегка кивнула, но, похоже, не сразу поняла, что он имел ввиду. — Сейчас, — он подскочил со стула и хотел было рвануть в комнату за зельем, но она быстро опомнилась и остановила его: — Нет, подожди! — Малфой замер. — Я хотела сказать… Оно исчезло, — констатировала Гермиона. Морщинка на его лбу постепенно разгладилась: — Правда? — Угу, — кивнула она. Драко облегченно выдохнул: — Наконец-то! Значит, мой обновленный рецепт действительно работает. Такая искренняя радость осветила его лицо! Ей не хотелось разочаровывать Малфоя, но если ее наблюдения вдруг помогут спасти жизни… — Ну-у… Зелье, конечно, очень облегчило состояние, но исчезло заклятие после… Кое-чего другого, — смущенно сказала Гермиона, прикусив щеку изнутри и недвусмысленно взглянув на стол. На мгновение глаза Драко стали абсолютно нечитаемыми, а потом до него, похоже, начало доходить: — Так. Подожди, то есть… — его глаза остановились на столешнице, затем вернулись к ее лицу. Она кивнула, и щеки ее снова запылали. — В этом есть смысл, — задумчиво произнес он, глядя словно сквозь нее. — Похоже, что на это заклятие влияет выброс эндорфинов, которые активно вырабатываются в том числе во время секса. Гермиона была немного шокирована его прямолинейностью, но Драко сейчас рассуждал, скорее, как ученый. — Так, эту гипотезу явно стоит проверить! — улыбнулся он, подошел к ней со спины, и приобнял, уткнувшись носом в волосы. — Наука порой подкидывает совершенно неожиданные вещи. А с этими новыми заклинаниями иногда приходится полностью переворачивать представление обо всем, что ты знал до этого. Гермионе всегда было интересно, кто же они — Изобретатели заклятий. Она знала, что Долохов разрабатывал какие-то собственные заклинания, баловался этим и Снейп, записывая свои наработки в учебник по зельеварению. Ей самой приходилось немного экспериментировать, но это были, скорее, бытовые или визуальные заклятия для выступлений в «Орхидее». Но у кого же хватает смелости и фантазии создавать что-то настолько темное и жуткое? — А это заклятие? Как давно оно появилось? — поинтересовалась она и погладила Драко по руке. — Впервые я услышал о нем года два назад. А в последние несколько месяцев участились случаи его применения. Изучив последствия, я пришел к выводу, что это что-то среднее между Круцио и Адским пламенем. — Как оно работает? — снова спросила Гермиона. Драко замер. Затем разжал объятия, пододвинул второй стул к ней поближе, сел и пристально посмотрел на нее, подперев скулу кулаком: — Ты уверена, что хочешь это знать? Она помедлила секунду, но после уверенно кивнула. — Зачем тебе это? Его голос звучал с такой теплотой, словно он боялся… травмировать ее? Гермиона задумалась. Но ответ нашелся быстро: — Хочу помочь. Я ведь тоже кое-что смыслю в зельях, заклинаниях и колдомедицине, — сказала она, с вызовом глядя в его глаза. Он улыбнулся: — Я нисколько в этом не сомневаюсь. Затем прочистил горло и взял ее ладонь в свои: — Ладно, слушай. Распространяется по организму оно примерно как Круцио, при этом сопровождается ощущением повышения температуры до запредельных значений, — он ненадолго замолчал. — Но Круциатус работает, только пока маг непосредственно взаимодействует с жертвой. Адское пламя же дает заклятию закрепиться в человеке и продолжать свое действие долгое время, то есть, достаточно просто попасть им один раз. И оно будет мучить его. До сумасшествия. Или до смерти. Его голос опустился почти до шепота. Слова давались ему с трудом. — И как долго оно может вот так изводить человека? — Зависит от выносливости организма. Может три-четыре дня, может неделю. Иногда температура повышается до критической не на уровне ощущений, а на уровне физиологии, и в организме попросту начинает сворачиваться белок, — Драко легонько погладил ее ладонь большим пальцем. — Зелье, которое я разработал, при регулярном приеме помогает избавиться от него в течение примерно недели. Но, как выяснилось, есть способ сделать это гораздо быстрее. Он взглянул на нее и игриво ухмыльнулся. — Гипотеза еще не проверена, — улыбнулась Гермиона в ответ. Драко пожал плечами: — В ближайшее время этим займусь. — Займешься сексом с теми, в кого попало заклинание?! — поддела она его. Шокированный ее откровенностью, Малфой сначала замер, а затем рассмеялся: — Нет уж, обойдутся как-нибудь без меня, — парировал он. — Скорее всего, для эффекта достаточно просто положительных эмоций: встречи с друзьями, близкими, вкусная еда, общение с животными. Ну или счастливые воспоминания. — Как для Патронуса, — кивая, сказала Гермиона. Малфой призадумался: — Ну, да, возможно. — Ты умеешь его вызывать? — поинтересовалась она. Драко покачал головой и опустил взгляд: — Как-то не было такой необходимости. Гермиона склонила голову набок: — Могу научить. Он не только отгоняет дементоров, с его помощью можно передавать сообщения, например, чтобы договариваться о времени и месте встречи. Ей так хотелось помочь ему хоть чем-то, чтобы он не подвергал себя опасности лишний раз, пытаясь увидеться с ней. — Неплохая мысль, — призадумавшись сказал он. — Только я слышал, что Пожиратели смерти не способны на это заклинание. Драко заметно сник. — Северус Снейп был способен, — почти шепотом произнесла она, вспомнив рассказ Гарри про серебряную лань. Он поднял на нее удивленные глаза: — Правда? — в них загорелась надежда. Гермиона не впервые видела его таким — в подвале Хогвартса после их недолгой беседы в потухшем было взгляде Драко в какой-то момент появились очень похожие искорки. Она молча кивнула в ответ. — Значит, я не безнадежен? — улыбнулся он ей. — Отнюдь, — сказала Гермиона. Драко начал ласково перебирать ее пальцы в своей ладони. Она блаженно прикрыла глаза. Но в голове в этот момент роились совершенно нерадостные мысли. Кто же все эти люди? Кто вновь наводит ужас на магическое сообщество? Гермиона давно не читала новостей, но слышала их отголоски в обсуждениях коллег. Загадочные убийства и исчезновения магов в Лионе стали происходить все чаще, Линда все еще не нашлась… И, в конце концов, кому же Малфой перешел дорогу? Она попыталась восстановить в памяти, как выглядели нападавшие, их движения, поведение, боевые навыки. Они явно подражали британским Пожирателям смерти — черные мантии с капюшонами, черные маски… Неужели это очередные последователи Волан-де-Морта? Но этого не может быть, все крестражи уничтожены, а сам Реддл закопан где-то в безымянной яме двумя мракоборцами, чтобы избежать паломничества некоторых фанатиков. И внезапно ей вспомнилась кое-какая деталь их костюма: — Драко. Те, кто напал на нас — ты видел нашивки на их мантиях? — Гермиона напряженно посмотрела на него. Он нахмурился: — Да. Там вроде были звезды. Девушка перевела взгляд куда-то в пустоту за его плечом. — Не просто звезды, — тихо сказала она. Гермиона вытащила свою руку из его ладоней, взяла палочку из кармана халата и, слегка развернувшись в сторону, сделала ей несколько движений в воздухе. Перед ней возникли линии, горящие точки, из которых сложилось… — Созвездие Ориона, — ошеломленно сказал Драко, рассматривая с детства знакомую фигуру, и внезапно добавил: — А одна из звезд у них была выделена ярче остальных. Он коснулся своей палочкой одной из точек справа — и она засияла, осветив их лица холодным белым светом. Они переглянулись: внезапное осознание накрыло их обоих. Одновременно, не сговариваясь, они тихо произнесли: — Беллатрикс…