Падающая звезда

Джон нащупал медную ручку и повернул ее. Дверь поддалась, однако впереди его ждало другое испытание — лестница, которую совсем не было видно за горой свертков, которые Джон нес в руках. Потихоньку, прощупывая каждую ступеньку, Ватсон приближался к гостиной со скоростью улитки, а содержимое свертков так и норовило свалиться на пол. — О, сидите-сидите, мистер Холмс, мне совсем не трудно тащить в руках целую гору продуктов, — проворчал Джон, но, когда он остановился отдышаться, то заметил, что кресло чародея (на котором тот восседал прошедшие три дня) было пустым. — Почему вы не позвали меня с собой? — С кухни выбежала Молли, вытирая руки о передник и забирая у Ватсона добрую половину свертков. — Я бы помогла вам дотащить это. — Все в порядке, Молли, не волнуйся. — Джон выгрузил свою ношу на разделочный стол (обеденный был занят — девушка занималась каким-то заклинанием), а свежие зеленые яблоки тут же сложил в вазу и поставил поближе к Молли, которая их очень любила. — А где Шерлок? — Все утро он сидел, смотрел в потолок и спорил с Кальцифером, а потом к нему кто-то пришел, принес какое-то письмо, и Шерлок, крикнув, что «это определенно был двоюродный брат, а в Скотланд-Ярде работают непроходимые тупицы», убежал, — сказала девушка, пролистывая пыльный фолиант. — По всей видимости, в Лондон — ручка была повернута на красный. — Ну, теперь ему не страшны гвардейцы, и он может спокойно расхаживать по столице, — фыркнул Ватсон, припоминая инцидент в Букингеме, брата Шерлока и его прогулку по дворцу в чем мать родила. — А чем ты занимаешься? — Заклинание телепортации, — вздохнула Молли, указывая на начерченную на столе мелом пентаграмму. В самом ее центре она положила купленное Джоном яблоко и потерла руки. — По моим расчетам, оно должно переместиться обратно в вазу. Пожелайте мне удачи. Джон продемонстрировал ей скрещенные пальцы, и девушка, улыбнувшись, начала читать заклинание на незнакомом Джону языке. Нарисованные мелом знаки слабо загорелись, а яблоко буквально растаяло в воздухе в считанные мгновения. Однако в вазе оно не появилось. — Чудесно, — пробурчала Молли, подпирая щеку рукой. — Я его расщепила. Хорошо, что начала с чего-то неодушевленного. — Не расстраивайся, — приободрил ее Ватсон. — У тебя все получится, я уверен. Ты ведь разобралась с прошлым заклинанием? Молли покачала головой. — Нет. И Шерлоку не показала — все некогда было. Сегодня же скажу, что не поняла его, может, он уделит мне хоть немного внимания. Если вообще сегодня вернется домой. И тут, как по заказу, хлопнула входная дверь. В гостиной заворчал Кальцифер, которого разбудил громкий стук. — Ходит туда-сюда, а толку никакого, — пробурчал демон. — Ты все больше напоминаешь мне моего братца, сварливая морда, — фыркнул Шерлок. — Не ворчи, не будь занудой. — Что, дело завершилось успехом? — скептически хмыкнул Кальцифер, а Холмс только отмахнулся. — Я был прав — это все двоюродный брат. Скотланд-Ярд безнадежен, с этим делом расправился бы даже пятилетний ребенок. Когда Шерлок переступил порог кухни, на губах его играла блаженная улыбка. Он сиял, как новый шестипенсовик, и совсем не замечал хмурого лица Молли. Джон неодобрительно нахмурился и поджал губы, пока чародей кружил по кухне, а полы его пальто развевались, будто вороновы крылья. — Как дела? — спросил Холмс, проведя привычный осмотр своих скляночек (там у него третий день кис эксперимент). — Так себе, — заметил Джон. Шерлок поднял на него глаза, уголок его губ приподнялся, и маг, крадучись, подошел к Ватсону, облокотился бедром о край стола и спросил: — А что так? Голос его был низок, томно разливался, будто патока, в пространстве, которое разделяло Шерлока и Джона. Ватсон тяжело сглотнул и, кажется, покраснел. — У Молли не ладится с заклинанием, — пробормотал он себе под нос. Улыбка чародея стала шире. — Ах вот оно что, — Шерлок слегка наклонился, взял из вазы зеленое яблоко и покрутил его в руках. — Ну и что там у нас? Спрашивал он явно у Молли, однако испытующего и насмешливого взгляда с Джона он не сводил. Девушка тут же принялась рассказывать про расщепившееся яблоко. — Так попробуй еще, — посоветовал чародей распинающейся Молли. — Возможно, с трансформацией я разберусь, — Молли махнула рукой на разложенные на столе приспособления, — но то задание, которое вы дали мне пару недель назад… — Какое задание? Шерлок протянул руку, и Молли, покопавшись в бумагах, выудила из общей кучи то самое заклинание, над которым они с Джоном вместе ломали голову. Холмс демонстративно откусил яблоко и начал читать содержимое той бумажки. Пока его глаза бегали по строчкам, Джон, красный от смущения, пытался отделаться от ощущения, которое возникло у него из-за одурманивающего голоса Холмса. Все началось после того случая в Букингеме. Даже в своей голове Джон звал его тем самым случаем. Безусловно, он про тот инцидент с простыней, который, как оказалось, не прошел мимо сознания Джона. Что-то в нем явно переклинило, раз сразу после этого ему стали сниться такие вещи, которые в сознательном состоянии стыдно даже вообразить. Однако самыми запоминающимися были даже не те сновидения, в которых Шерлок, одетый в одну простыню, прижимал его к себе, притягивал ближе, избавлял его от пиджака и сорочки, а один сон, который повторялся вот уже которую ночь. Джон снова молод, ему снова восемнадцать, его не мучает боль в ноге и ломота в костях. Он счастлив, он юн, все его мучения закончились. Он кружит по площади в танце ту самую девушку из трамвая, шепчет ей на ухо милые глупости, и она смеется, и ее хохот тонет в громкой музыке струнных инструментов. Но стоит скрипке взять верх в этой симфонии, привлечь к себе внимание, как девушка буквально исчезает из его рук, и сам он оказывается в чьих-то крепких, надежных объятиях. — Двигайся, Джон, — теплое дыхание обжигает его щеку, острая скула касается лица, и Джон млеет. — Раз, два, три. Ну же, раз, два, три. Джон поднимает голову, встречается с серыми глазами Шерлока, и тот смотрит на него насмешливо, но нежно, и держит он его за торс очень бережно. Рука Ватсона оплетена длинными пальцами скрипача, и нет ничего лучше, чем держать свою ладонь в ладони Холмса. — Все равно ужасно. У тебя что, обе ноги левые? — ворчит Шерлок, а Джон фыркает. — Помолчи, бога ради, и не порть момент. — Джон прижимается к его груди, кладет голову на плечо и чувствует под щекой Шерлоковы ключицы. От пальто пахнет туманом и морской свежестью. Может, он прогуливался по Бридпорту, может, еще где. Это совсем не важно. Важно быть с ним рядом, обнимать его, прижиматься к нему и следовать за ним. Раз, два, три. Да, получается у него ужасно, но ведь у него замечательный учитель, а Джон способный ученик. Им просто нужно больше практики. — Уже лучше, — подбадривает его Шерлок, и Джон хохочет. Он задирает голову, не отводит взгляда от его улыбающихся глаз и, слушая исключительно сердце и наплевав на крохи здравого смысла, прижимается своими губами к губам чародея, и Шерлок с готовностью отвечает, перехватывая инициативу. Еще бы, уступил бы он ему в борьбе за первенство. Они самозабвенно целуются, лавируя прямо в гуще толпы танцующих на Центральной площади. Скрипка ликует, она звучит победоносно, каждая нота все выше и выше… Пока губы не становятся все холоднее, тверже. Нет прежней мягкости и той удивительной ямочки над верхней губой. Эти губы тонкие, слегка искусанные, твердые и требовательные. Джон распахивает глаза и видит перед собой узкое лицо Мориарти. Он улыбается ему прямо в губы, грубо притягивает к себе, сминает его пиджак на спине, а Джон напрасно рвется и извивается в его руках. — Ну же, Джон, будь посговорчивее. — Этот голос совсем не похож на медовый баритон Холмса. Он гораздо выше, он в сотню раз холоднее и вонзается в тело Джона ледяными кинжалами. — Пусти меня! — Ватсон упирается Мориарти в грудь, с ненавистью глядит ему прямо в лицо. — Где Шерлок? Где он? — О, маленький храбрый Джон, — Мориарти издевательски тянет последнюю «о», — если ты будешь трепыхаться, станет только хуже. Шерлок уже обречен. Еще немного и… ему конец! Скрипка взвизгивает, музыка прекращается, а Джон вскакивает на кровати, весь запутанный в простыни и обливающийся холодным потом. Но боится он вовсе не Мориарти. Он боится за Шерлока, и реальный Джон с прискорбием заключает (вот уж радости-то), что он определенно влюбился в Шерлока Холмса — в гениального детектива, талантливого мага и несносную задницу. Да, вечно тебе, Ватсон, достаются самые трудные пути. Тем временем вполне досягаемый Холмс напрягся, на скулах заиграли желваки, а губы сжались в тонкую полоску. Чародей заметно побледнел. Молли слегка испуганно переводила взгляд с его лица на бумажку. — Что такое, Шерлок? — спросила она и слегка тряхнула мага за плечо. — Откуда это у тебя? — Холмс отложил в сторону откушенное яблоко. Пальцы его заметно подрагивали. — Бумажка лежала здесь, на столе. Я думала, это вы оставили мне задание, — пробормотала Молли, чувствуя, что что-то явно случилось. Холмс смял бумагу в руке и в два шага преодолел расстояние от кухни до гостиной. — Кальцифер, откуда это могло взяться в моем доме? — потребовал он ответа у демона. Тот слегка нахмурил брови (если эти язычки пламени были бровями) и пробурчал: — Я контролирую каждый выход. Кроме одного. Это тебе как-то поможет? — Думаешь, это проникло оттуда? — Я уверен в этом. — Да что происходит? — спросил Джон, которому эти загадочные реплики начали надоедать. — Произошел ты, Джон, — едко улыбнулся Холмс, однако его бледное лицо скорее говорило об испуге. — Ты и твое любопытство. Это заклинание, которое скорее является предупреждением, попало к нам тогда, когда ты сунул свой нос куда не просят. Ватсон покраснел, когда понял, что заклинание попало в дом в тот день, когда Джон открыл дверь с черной пометкой. Один только Шерлок знал, что за чертовщина за ней происходила — Я не знал… Я не думал, что… — О, это типичная проблема для большей половины населения планеты, — язвительно протянул Холмс. — Что вообще творится в ваших маленьких смешных мозгах? Почему бы вам всем просто не подумать прежде, чем что-то делать? — Прекратите истерить, — прошипел Джон, хватая Шерлока за рукав. — Лучше скажите, что все это значит? — Я пока сам не уверен, мне нужно больше данных. — Холмс досадливо насупился и поджал губы. — Надо кое-куда наведаться, и, судя по всему, вас с Молли мне придется взять с собой, иначе в следующий раз ваше любопытство вас погубит. Он убрал смятую бумажку в карман и, развернувшись, направился к двери. — От меня — ни на шаг, что бы ни произошло. Тени Мориарти все еще рыщут повсюду, он ни на секунду не прекращает свои поиски, так что может выкинуть все, что угодно, — инструктировал маг Джона и Молли, которые семенили за ним следом. Шерлок повернул ручку на черный и обернулся. — Только в этом тряпье вы туда не пойдете, нечего меня позорить. Он поочередно коснулся плеч Молли и Джона и наконец приоткрыл дверь. Ватсон снова мог наблюдать за ней черное ничего, а Кальцифер едва из камина не выпал — так желал увидеть, что же там такое таится. — Идемте, — скомандовал Холмс и шагнул за порог. Прежде, чем последовать за ним, Джон услышал вдогонку от Кальцифера: — Расскажите мне, что там такое! Жуть как интересно! Счастливые люди, ходят на двух ногах, а еще и жизнью вечно недовольны! И чернота расступилась перед Ватсоном, показывая улочку с небольшими домами и ухоженными лужайками перед ними. Здесь светило яркое солнце, на небе не было ни облачка, и в новом наряде Джону стало нестерпимо жарко. Теперь он мог видеть, что его костюм изменился: вместо пиджака на нем была рубашка и черная куртка, а вместо шерстяных брюк — штаны из плотной синей ткани. Откуда-то сзади на него навалилась Молли, и Джон едва удержался на ногах. — Прости, Джон, — пролепетала девушка. Ее передник тоже сменился нежно-розовым джемпером в цветочек и плотной клетчатой юбкой. — Куда вы там подевались? — раздался голос Шерлока откуда-то справа. Он выходил из какого-то амбара, пригнув голову, и стоило ему выпрямиться во весь свой немалый рост, как маг тут же приложился макушкой о висевший над дверью фонарь. Холмс зашипел, сквозь зубы ругаясь на староанглийском и потирая ушибленную голову. Его шляпа с двумя козырьками исчезла, а черное пальто превратилось в серое с воротником, который Шерлок постоянно поднимал. Шею мага обвивал синий шарф. — Обычно здесь не такая жара, — задумчиво отметил Шерлок, поглядывая на небо и натягивая на руки неизменные черные перчатки. — А где это мы? — полюбопытствовала Молли. — Это Сассекс, я родом отсюда, — проговорил Холмс как-то нехотя. Джон давно заметил, что чародей всегда становится немногословен, если речь заходит о нем самом. — Здесь очень мило, — сказала девушка, разглядывая аккуратные домики. Шерлок только отмахнулся от ее замечания и спрятал руки в карманы пальто. — Да, скука, — фыркнул он. — Может, мне бы здесь и понравилось, будь я стариком-пчеловодом. — Кто знает, — усмехнулся Джон, а Шерлок искоса посмотрел на него. Невероятные губы Холмса тронула искренняя улыбка. *** — Видимо, нас тут не ждут, — протянул Ватсон, пока они втроем стояли у двери одного из домов в конце улицы. Шерлок безостановочно звонил в звонок, а Молли заглянула в окно на первом этаже. — Они дома, — заверил его Холмс, не убирая пальца со звонка. И, как по заказу, щелкнул замок и дверь приоткрылась. Из-за нее выглядывала маленькая девочка лет семи с рыжими торчащими в разные стороны косичками. — Привет, веснушка, — Шерлок улыбнулся (слегка натянуто), наклонился к девочке поближе, и та, распахнув дверь, выбежала на крыльцо и повисла у чародея на шее. — Дядя Шерлок! — воскликнула она, мотая босыми ногами, пока Холмс стойко и терпеливо переживал это испытание детскими вниманием. — Да-да, я тоже скучал, — без энтузиазма ответил девочке чародей. — Мама дома? — Ма-а-арта-а-а! — раздался женский и весьма недовольный голос откуда изнутри. — Пошли скорее, пока она не разозлилась, — девочка спрыгнула с рук Шерлока и потащила его за собой в дом. Молли и Джону ничего не оставалось, кроме как следовать за ними. Внутри дом был не очень большим, но уютным. В комнате, где они оказались (видимо, в гостиной), было светло из-за большого окна, выходящего на солнечную сторону. На диване горой лежали подушки, а в кресле громоздилась стопка книг. Комната очень напоминала гостиную в Ходячем замке до того, как Джон устроил в ней капитальный ремонт. — Мам, у нас гости! — провозгласила девочка, усаживая Шерлока на диван. Молли с Джоном тоже плюхнулись на мягкие подушки. Со словами: — Какие еще гости, Марта? — в гостиную вошла женщина с копной темно-русых волос. В руках у нее был венчик и емкость с тестом, судя по брызгам на ее запястьях и переднике и следам муки на шее. «Я превращаюсь в Шерлока», — с ужасом осознал Джон и принял решение больше не пытаться строить логических выводов. Гением дедукции должен быть кто-то один, а Джону и без этого хорошо живется. — Привет, Антея, — Шерлок растянул губы в дежурной улыбке, но, видимо, стоявшую перед ним женщину этим было не пронять. Лицо ее стало только суровее. — Все-таки вспомнил о родном доме? Соизволил навестить семью? — Женщина упрямо приподняла подбородок, показывая, что готова спорить с Шерлоком вот прямо сейчас. — Антея, не сейчас… — Еще и притащил с собой не понять кого… — Это мои друзья, в некотором роде. — Друзья? У тебя? — Антея едва сдерживала смех. — Завтра что, выпадет снег? — Все недовольства и язвительные комментарии я принимаю исключительно в письменном виде, — сказал Шерлок и поднялся на ноги. Джон тут же вспомнил про приколотые ножом к камину письма и едва не рассмеялся в голос. — Мне нужен Шерринфорд. Он у себя? — Да, только осторожнее, не попади под прицельный огонь, — пробурчала Антея, и вся делегация в составе Шерлока, Джона и Молли поднялась по скрипучей лестнице наверх. Маленькая Марта шагала впереди всех и остановилась около двери, обвешанной разными табличками: «Осторожно! Взрывчатые вещества!», «Оставьте еду у порога, я не голоден» и «Не мешать! Даже если ты Майкрофт! Даже если это дело государственной важности! Вали, Майк!». Шерлок отодвинул Марту от двери и без стука зашел. Девочка с любопытством заглянула внутрь, но Холмс поманил за собой Молли и Джона, а Марту выставил за дверь. Та надулась и, громко топая, спустилась по лестнице. В комнате окна были зашторены, и внутрь не проникало ни лучика. Небольшая комната с кроватью, шкафом и письменным столом была завалена всяким хламом. За столом, нацепив защитные очки, сидел мальчик лет двенадцати с всклокоченными каштановыми волосами. В руках у него была пипетка, и мальчик отмерял капли в пробирку. Шерлок подошел к окну и одним взмахом распахнул тяжелые шторы. — Э-эй! — возмутился мальчик, снимая очки и злобно глядя на Холмса. — Закрой немедленно, ты мне мешаешь! — Когда ты последний раз был на улице? — не обращая внимание на возмущения, строго спросил Шерлок. — Какая разница вообще? — огрызнулся мальчик. — И ничего не трогай, не нарушай чистоту эксперимента! Холмс, напротив, собрал все мензурки и колбочки и вылил их содержимое в ближайший цветочный горшок. — Эксперимент завершен, результат провальный, — заключил он, — поэтому иди сюда, мне нужна твоя помощь. — Повезло мне с братьями, — раздраженно засопел мальчик, но из-за стола все же вылез и подошел к Шерлоку. — Так вы братья? — с умилением протянула Молли. Шерлок закатил глаза. — Познакомься, Шерринфорд, это Молли Хупер и Джон Ватсон. Молли, Джон, это мой младший брат, Шерринфорд. И нет, Джон, он не мой внебрачный сын, как вы могли подумать. А Антея — жена Майкрофта. Нетрудно догадаться, что Марта — его дочь. Джон покраснел до кончиков ушей. Он ведь действительно подумал, что мальчик был сыном Холмса, сходство между ними было очевидным: одинаковые неряшливые кудри, высокие скулы и бесконечно длинные руки и ноги. Шерринфорд, конечно, был еще нескладным ребенком и походил на маленького олененка, но со временем он наверняка начнет держаться с тем же достоинством, что и его старший брат. Оба его старших брата. Шерлок достал из кармана бумажку с заклинанием и спросил Шерринфорда: — Узнаешь? Мальчик передвинул очки на затылок, забрал у брата листок и пробежался глазами по строчкам. — Как это он у тебя оказался? — удивился он. — Сквозняком надуло. — Шерлок многозначительно посмотрел на Джона, а тот скорчил ему гримасу. — Так ты знаешь, что это? — Да, это стихи, — сказал Шерринфорд таким тоном, каким обычно говорят «Это дохлая крыса». — Тот самый, который задала нам наша новая литераторша. Жуть какая строгая, ко всему прикопается. Только я думал, что потерял это задание, весь дом перерыл. А те странные каракули, которые вдруг оказались вместо стиха, это твои? Мисс Адлер конфисковала их у меня — сказала, что они интересные. — Ты знаешь, что во второй строке? Это важно, Шерринфорд, сосредоточься, — попросил брата Шерлок. — Я не знаю, но у мисс Адлер точно есть экземпляр. — И где она живет? — Над Чайной лавкой миссис Честер, это вдоль по улице и направо. — Спасибо, — улыбнулся Шерлок. — Прости, что потревожили. Можешь продолжать дальше. Холмс жестом показал Джону и Молли следовать за ним. — Да ты только что вылил мой эксперимент в цветочный горшок! — возмутился мальчик, упирая руки в бока. — О, да бога ради! — Шерлок небрежно махнул рукой, и все скляночки на рабочем столе снова наполнились жидкостями. Шерринфорд вернулся к эксперименту, а Шерлок почти бегом спустился вниз по лестнице. Молли тоже поспешила за ним, а Джон прихрамывал следом, держась за перила. Не успел он спуститься, как Холмс уже о чем-то спорил с Антеей. — Как ты могла продать мои книги? — шипел Шерлок. — Они что, твоя собственность, чтобы распоряжаться ими, как тебе вздумается? — У нас и без твоего барахла своего навалом, — парировала Антея. — Мы с Майкрофтом решили, что эти книги нужнее школе, чем нашему чердаку. — Они с Майкрофтом решили! — всплеснул руками Холмс. Видно, книги были для него очень важны, раз он так распалялся из-за них. А с другой стороны, у него и в Замке вполне обширная библиотека. Чародей не стал тратить время на споры и понесся к выходу. Молли смущенно пробормотала Антее слова прощания, а Джон просто поковылял за девушкой к двери. Шерлок уже стоял на дороге и всматривался в конец улицы. — Куда теперь? — пропыхтел Джон, подходя к магу. Тот резким движением снял с шеи шарф и отдал его Ватсону. — Наведаемся к этой учительнице, заберем у нее мое заклинание и узнаем вторую строфу этого стихотворения. *** На двери чайной висела табличка «Закрыто», но Шерлок, в силу своей природной упрямости, отступать не намеревался. Он дважды позвонил в звонок и заглянул во все окна. Вокруг лавочки стояли аккуратные квадратные домики, и, несмотря на то, что они выглядели необжитыми, Джону казалось, что на него глядит дюжина любопытных глаз. Наконец, в замке забряцал ключ и дверь открылась. Все пооткрывали рты. Злобная литераторша мисс Адлер оказалась двадцатитрехлетней девушкой с убранными в красивую прическу темными волосами, большими серыми глазами и тонкими алыми губами. Все были сражены наповал. — Вы, должно быть, Шерлок Холмс. — Голос у мисс Адлер был низкий и твердый — возможно, единственное, что указывало на ее строгость. Шерлок улыбнулся. Нет, не так. Шерлок улыбнулся ей той самой улыбкой, которая у него включалась при виде чего-то, что действительно ему нравилось и доставляло удовольствие. Народ, живущий в соседних домах и знающий и Шерлока, и мисс Адлер, затаил дыхание: что-то явно намечалось. Пространство между мисс Адлер и Холмсом почти искрилось от напряжения, и Джон, сам от себя такого не ожидая, раздраженно кашлянул. Шерлок тут же встрепенулся и кивнул. — Да, — голос его стал томным, низким и соблазнительным. Ну, началось. — А вы, стало быть, мисс Адлер. На прошлой неделе, помнится, я унес задание моего брата, Шерринфорда, и он в качестве доказательства предоставил вам мой документ. — Так он и сделал, — кивнула мисс Адлер. — Проходите, я сейчас верну вам вашу бумагу. Мисс Адлер пропустила их вперед, и троица оказалась в скудно обставленной гостиной. — Присаживайтесь, — учительница любезно указала Джону и Молли на небольшой диванчик, и Ватсон тут же плюхнулся на него. Молли настороженно глядела на мисс Адлер и как-то расстроенно вздыхала. Да, мисс Адлер была из тех женщин, в которых мужчины вроде Шерлока влюблялись с первого взгляда. Джон скрестил руки на груди, наблюдая за Холмсом. Мисс Адлер рылась в бумагах на столе, а Шерлок облокотился бедром о его край. — Так откуда же вы меня знаете? — Губы Холмса растянула обаятельная улыбка, но мисс Адлер даже не обратила на него внимание. — Вы здесь являетесь основным источником сплетен. Ходят разговоры… — Разговоры всегда ходят. — Эти в основном не к вашей чести. Мисс Адлер протянула Шерлоку потрепанный листок. — Ах, да, спасибо, — пробормотал он, краем глаза взглянув на бумажку. — Не расскажете ли мне, что это такое? — полюбопытствовала литераторша. Шерлок без слов протянул бумагу сидящей Молли. — Так это же заклинание роста! — удивилась Хупер. — Точно, оно. А я-то думала, что потеряла… Но Джон, как и остальные в этой комнате, почти не слушал Молли. Шерлок и мисс Адлер сверлили друг друга взглядом одинаково серых глаз, не замечая никого вокруг. В груди у Джона что-то сжалось, а язык, как всегда, сработал раньше мозгов. — Хэмиш, — провозгласил он, ловя на себе недоуменные взгляды всех присутствующих в этой комнате. — Джон Хэмиш Ватсон. Если вам нужно имя для ребенка.