Блик Совёнка

      Голос закладывал уши глубоководной сиреной, звеня троичным эхом. — Сёма, кушать будешь? — Я открыл глаза. Моя комната. Ночные тона. Еле угадываемые, размытые очертания женской фигуры у коридора. Всё залито водой. Как на дне океана. — Нет, я не голоден, — ответ отдавался тем же эхом, перекатываясь по волнам. — Хотя бы попробуй! — сквозь темноту еле-еле удавалось уловить какие-то движения. — Я же сказал, не го-ло-ден! — Будто из далёких воспоминаний вытекали эти слова. — Для тебя вообще то старалась! А ты… Эгоист! — Эхо растрезвонило эти слова по всей глубине, вызывая боль в голове. — А я просил?! Оно мне надо? — Своих слов было почти не слышно, будто они идут цельным лучом прямо. — Опять своих дошираков нажрался и нос воротишь от настоящей еды! — Чего тебя-то ждать? Тут заварил и готово, — фигура приняла явно неудовлетворительный вид. — Да ты … ты … пошёл нахер! — Звон крика закупорил уши. Однако схватится за них не удалось. Тело, оцепенев, не подчинилось мне, двигаясь своевольно.       Фигура мгновенно скрылась, шагнув в сторону. Я, будто не по своей воле, пошёл за ней… Или почти поплыл. Шаги были медленные, трудные, они вязли будто в трясине, продираясь сквозь вязкую жидкость. Будто вместо воды было что-то гораздо тяжелее, плотнее. Что сейчас происходит? Где я? Почему? Однако глубина настораживающее молчала, аккуратно подпуская меня к коридорному свету…       Здесь гораздо светлее. Видно свои руки, одежду… мебель у стен. Хотя разглядеть точно ничего нельзя. Всё замазано, размыто, расплывчато. Картина маслом какая-то… Тело развернулось к фигуре, стоявшей спиной на кухне и стало подходить, монотонно передвигая ноги, ступая как по зыбкому песку… ближе и ближе, ближе и ближе. Все здешние действия как-то замедленны. Или это время сломано? Можно со скуки помереть, пока дождёшься чего-нибудь… Раскрывается рот — сейчас что-то опять будет сказано.       Дверной звонок. Я обернулся на него. Обернулся? Руки зашевелились по моему велению, пальцы сгибались, дыхание потребовало усилий. Вообще странно, мы же под водой. Как тогда дышим? Или у нас жабры сейчас? Что-то тут не складывается, если жабры, это можно бы было почувствовать. — Ты дверь открывать собираешься? — Потребовал надрывающийся голос. — Ты… — это были первые мои слова здесь, — ты… не важно, — хотелось спросить, ждали ли мы кого-нибудь. Но почему-то не решился. Хотя бы потому что немного странно разговаривать с тёмной фигурой, не зная внешности и имени. Хотя она явно была женская. Да и похоже, какая-то ссора произошла. Не по моей воле.       Я подплыл к двери.       Просто дёрнуть ручку не получилось. Заперто. Чуть согнувшись удалось рассмотреть замок. Это была какая странная полу-коробка, очень сильно похожая на древние замки на старинных сундуках. С тремя дырками, выстроенными в ряд по вертикали. Сверху средняя, снизу маленькая, а между ними самая большая. Из всей этой конструкции слева отходил небольшой рычажок. Но это не ключ, он не вытаскивается, я пробовал. За то он двигает вверх вниз! Щёлк — шёлк, туда — сюда, вниз — вверх…       Однако бросив баловство стало понятно, что ничего не понятно. Как его открыть? Щёлкать не получается, я только что пробовал.       Но замок сам загремел… или ему помогли с другой стороны. Вскоре, через несколько стальных гулов, мне показался конец ключа. Ну или я так думаю, что это ключ. Он заслонил среднею дырку. И… и всё. Больше ничего он делать не стал. Вообще странно, что можно работать с замком снаружи. Это не надёжно для обеспечения безопасности! Хотя, я конечно не инженер… А почему он не заржавел? Железо под водой же ржавеет!       Я вновь захотел пощёлкать, однако с первым же разом рычажок с треском отломился. Кажись сломал. Не, ну теперь его точно не открыть. Пусть с той стороны попробуют через окно заплыть, вдруг получится.       Обломок без дела болтался у меня в руках. Ну и что с ним делать? Можно, конечно, дверь выломать, но как-то жалко… может сунуть куда можно? Рычажок наугад ткнулся в нижнюю дырку. И вошёл тютелька в тютельку. Попал. Замок снова загремел, сталкивая друг с другом какие-то свои стальные железяки. Вскоре дверка отворилась, и на пороге нам явилось… стоял какой-то мужчина в плаще-пальто со вздёрнутым воротником, загораживающем нижнюю половину лица. Тёмная шляпа с длинным козырьком, загораживающем вторую половину лица. В итоге осталась лишь тёмная линяя, в которой был еле-еле виден его сверкающий взгляд. Вылитый детектив шестидесятых в Америке. Только вот расспрашивать меня не спешит. Стоит, смотрит. Ну и я вообщем-то тоже никуда не спешу…       Мы стояли так где-то с минуту, молча глазея друг на друга. Нет, он всё-таки не за этим же сюда пришёл. — Открыто, — констатировал я. — Да, — со стариной в голосе произнёс гость, — действительно открыто, — и нагло переступил через порог. Протиснулся через меня. Снял свой плащ-пальто, оставляя старенький зелёный свитер, кинул его куда-то на пол и прошёл на кухню, ни разу не повернувшись ко мне лицом и ничего больше не сказав! Хам!       Прям как у себя дома! Хотя… может быть это и есть его дом. А хам тут я. Ничего понятно. Разве что дверь надо закрыть, это точно. Щёлканье и тыканье рычажка ни как не помогало, а «ключ» куда-то пропал. Вообщем, думаю, просто прихлопнем дверь…       И всё-таки странное это место. Мало того что плаваем невесть где, да ещё и замки странные понатыканы. Я зашагал к кухне. Кто здесь архитектор? Или замками не архитекторы занимаются? Наверно нет. Наверняка кто-то другой. Надо будет точно узнать.       Тем временем, почти и не заметно свет кухни затух. Да и коридорный за ним. Под ногами как-то уже ничего не чувствуется. И воды нет. В чём дело? Я опять что-то сломал? Или тот детектив? Ух, я ему рожу то начищу! Припёрся тут и систему ломает! Хотя, перед этим стоит спросить у него про архитектора, а потом уж рожу чистить.       Идти куда-то было уже бессмысленно. Так я решил. Поэтому осталось лишь по-японски «присесть» и задумчиво подпереть голову. Ну, а вдруг старик что-то знает по архитекторов. Такой шанс же нельзя упускать. У любого на улице спрошу — все придурком назовут, уверен на все сто. Хотя, стоит ли? Ведь…       Сзади послышался пронзительный свист, как от падающей бомбы. «Что за…» — мне успелось только обернутся, как перед глазами мелькнуло что-то серое, в лоб, как в колокол, с басистым ударом прилетело что-то очень тяжёлое, отбросившее меня назад. Мир, и без того тёмный, совсем угас. В голове нарушался последний порядок, растеряв все мысли, о незакрытой двери, с так и не изученным замком. О госте, подозрительно напоминающего детектива, сознание тёплым ручейком вытекало из головы, выливаясь на пол бездны в лужу… *****************************       Тихие стуки дождя за окном, бессменное тиканье часов, редкий шелест перелистываемой страницы. Всё та же композиция вечерней игротеки в темпе медленного вальса, убаюкивающего тебя в сон, или же добивая последние жизненные силы.       Освобождаясь от последних пут сна, я с трудом поднимал покачивающуюся голову, словно набитую тяжёлой ватой, подгоняющую болезненный жар ко лбу. Глаза жмурятся от света.       Вновь перевёрнутая страница. Лена ещё здесь.       Сквозь приоткрывшееся веки особо разглядеть ничего не удалось. Да и зачем? Затёкшие руки, общая заспанность и так напоминает о сне.       И будто током дёрнуло. Вспоминание сна: все в мельчайших подробностях. Сиренные голоса, мутные затопленные комнаты, и Алиса! Это точно была она. Я ни мог её ни с кем перепутать. Уж точно не в этот раз! Почему она была там? Что вообще происходило? Бред какой-то! Всё это сон. Почему меня это так волнует? Бесполезная возня с замком, дурацкие мысли — все лучшие законы сна выполнены. Это всего лишь иллюзия… Лагерь снова подразнил меня, надавив на открытую рану. Как же я его уже ненавижу. Почему вообще мы? Почему она? Почему я? Другие бы уже давно жили счастливо, с детьми, с нормальной квартирой, работой. Любовью в конце концов! А не грызя друг другу глотки каждый вечер, насилуя попутно мозги зачерствевшем эгоизмом.       Всё это смахивает на типичный драма-сериал для слёзных домохозяек…       Я ведь так особо и не продвинулся. Небольшая надежда, что она здесь и вообще ещё дышит. Сколько стоит тот шприц и сны дневника? Может, всё уже давно обреченно, а я барахтаюсь, совершенно не зная о приближении неизбежного. Факта, который сломает меня, оставив наедине с этим миром. Что тогда? Что если не «хэппи энд»?       Ни одной мысли. Всё мышление куда-то выветрилось. Что я сделаю, если пойму, что больше никогда…       ~Чёрт! ~ К горлу подступил густой ком. Я отогнал, запретил эти мысли. ~Всё или ничего. У меня нет выбора — я должен, я обязан ей. Остальное — лишь вопрос времени и техники. У меня обязательно всё получится. У нас всё получится…~       Лампочка, потрескивая, покачивалась из стороны в сторону. За окном постукивал успокаивающий дождь. В голове появилась отчаянная уверенность, осознание — либо всё, либо ничего. Что один я уже не уйду. Не смогу. И ни что уже не имеет значение. Либо я его, либо он меня.       По голове прошёлся удар крови, отдавая затылочной болью, словно тебя накачали как шарик. Приступ гипотонии. Низкое артериальное давление, нажил себе сидячим образом жизни. Гадость ещё паршивее, чем после дневника. Хотя беспокоит не часто.       Я крепко стиснул зубы… Сон, так это был просто сон. Бесполезная возня с замком, дурацкие мысли, нелепость происходящего — все лучшие традиции сна выполнены. Но кое-что насторожило: чёткость и детальность действий, которые к тому же так полно отпечатались в памяти, что даже сейчас их можно прокрутить как фильм. Не бывает такого. Ещё это был осознанный сон, теперь я это понимаю. Но его нужно тренировать, заниматься психической подготовкой и иметь определённый багаж знаний. А он появился у меня, интересовавшимся им всего пару раз, в полном контроле и с первого раза. Просто сон? Только не в Совёнке.       Случайности не случайны, сны не иллюзии, а люди могут оказаться не теми, за кого себя выдают. Я вспомнил, что так и не узнал природу лагеря — всё это как минное поле, хождение по которому равно самоубийству. Налево? Направо? А ведь результат может оказаться фатальным! …       Дождь за окном уже совсем ослаб, изредка сталкиваясь с непреодолимым окном. Книга всё так же методично переворачивалась, под стать не остоновимым часам. Такой уютный комфорт, хотя всё равно не сравнимый с домом, родным шумом кулера, завыванием сквозняка. Не сравнимый с чувством, что тебя кто-то точно ждёт. Как тебе с улыбкой откроют дверь, обсудят прошедший день… Утраченным домом…       С улицы послышался приближающийся смех. — … и тогда я просто вывинтил всё окно к чёрту! — Из распахнутой двери ввалились Антон и Виктор, на месте разрываясь от хохота. Ну да, именно в этот момент их и не хватало. Лицо Лены приняло вид утомлённого страдальца. А нашей тишине однозначно пришёл конец. — Давай перекинемся пару раз? — А давай! Что ставишь? — Пара продолжила горланить, плевав на два часа ночи и двух заспанных зомби.       Они случаем не под градусом? В мед.пункте есть чем развлечься… Кстати о спирте, надо собрать какую-нибудь аптечку на всякий случай. — Женатому человеку нельзя играть на ставки! — Это почему же? — удивляется собеседник. — Если он проиграет, то жена его ругает, а если выиграет, то жена отнимет у него выигрыш, — они снова рассыпались в смехе.       Тем временем эти двое уже точно дошли до точки кипения, гоготав через каждое свой слово. Чтож, видимо, мне пора… — Эй! Стой! Ты куда? — Я уже держал ручку, как Виктор забеспокоился моим уходом, правда, развалившись на подоконнике. — Отстань, я хочу спать. — Ну мог бы и с нами посидеть! — Окончание фразы скрылось за дверью. **************       Ночные кузнечики, полная луна и прохладный ветер. Ноги сами несут меня по каменной кладке мимо тёмных кустов куда-то в сторону площади, то и дело перепрыгивая отражения в лужах. Свежий воздух помогал оценивать ситуацию…       Итак, я поговорил с Леной на чистоту. Круг подозреваемых сузился — сказал бы кто-нибудь наивный. Но откуда мне знать, что Лене нельзя притворятся? Все мы здесь люди — все хитры и коварны. А вот каких-нибудь достоверных фактов действительно не хватает. Что действительно известно? Алиса где-то в лагере, к тому же не по своей воле. Это самый важный факт.       Дальше, из числа новых личностей вышли Антон и Виктор. Хотя их и не было в прошлый раз. Все окружающие считают их обычными пионерами. Наверно, система времени дала оборот — события прошлой смены стёрлись. Но не очень-то верится, что это тоже просто так. Совёнок больше похож на какую-то систему, жесткий механизм, следующий своим железным правилам. Строгое кол-во игроков: кто-то выбыл — кто-то вступает. Нет Алисы — появился Виктор (даже по темпераменту чем-то схожи). Но появился Антон — значит кто-то ещё должен пропасть? Хотя, это всего лишь догадка, высосанная из пальца. На это нет времени.       Белые огни фонарей с площади, отпугивающее темноту. Я замедлил ход, закинув нога на ногу на скамейке. Вокруг ни души. Только ветер затерялся в кронах деревьев. Как в парке.       Ещё один действительно важный фактор — Дневник. Что да как — о нём тоже мало известно. Но если вспомнить, кто проливал свет на события, давал пищу для размышлений — то это единственный способ что-то узнать…       Листва мёртво зашуршала под порывом холодного ветра, заставляющего невольно поёжится. И от этого спать расхотелось ещё больше. Виктор… Что же произошло буквально час-два назад? По факту нападение. Причём сразу после того, как он увидел Дневник. Псих? Определённо, но это ничего не меняет. Даже его извинения — пустой звон.       Ещё одна неразгадка в копилку. Но, может, ответ кроется у меня за пазухой? Все ответы могут уже лежать у меня в кармане. Я потянул руку за пояс. Правый карман — пусто. Левый карман — пусто. Рука ловила лишь холодные струйки воздуха.       Я вскочил со скамейки, судорожно вытряхивая всё из карманов. В голову не лезла одна мысль… На асфальт вывалился телефон, платок какой-то мусор. Дневника нет. Тупой взгляд молча пялился на всё то барахло внизу. Мне не верилось…       «В подземке!» — вспыхнуло где-то на задворках разума.       Ярость, ужас, не понимание погнали меня напролом через царапающие в кровь кусты. Мысли были дикарями: обрывисты, не досказаны, грубы и прямы. Найти. Только найти. Быстрее найти этот чёртов Дневник!       Вот я уже подбежал к старому корпусу, спускаюсь по лестнице и гонимый страхом ползаю в пыли тоннеля при скудном свете телефона. На глаза наворачиваются слёзы. Ничего нет. Ничего… Ощущение, будто только что глотку перерезали.       В голову ударила кровь. Сводя шею. В глазах потемнело. *******       Сознание очнулось на выходе перед старым корпусом, будто выброшенное ментальным ударом в холод и сырость.       ~Что случилось? ~ Не понимающе летало в пустой голове. Через мгновение резкий удар крови. Особо сильный удар сердца. Дрожь прошла по всему телу. Ещё один приступ, сваливший меня на колени в траву. ~Что произошло? ~ Щипающий глаз заставил на автомате зажать его рукой, опираясь другой на землю. ~Дневник, его…~ Ещё один удар крови. В глазах темнеет. ~Чёрт~ Дышать трудно. Я хватал воздух ртом. ~Надо вернутся на площадь~ Дрожащими коленками, мне удалось подняться. В глазах по прежнему было темно и мутно, не переставая щипать один. ~Это уже не гипертония, это уже болезнь какая-то~ Шаткими шагами, я медленно захромал по тропинке, переступая ветки, пригорки, каждые из которых могли обернутся падением.       ~Дневник, он же мог вот так, мать его, пропасть! Это не возможно! Он либо выпал, либо…~ Под ногу подставился корень. Чуть не улетел лицом в размытую грязь, тело сбалансировало, прибившись к дереву. ~Либо это кража~ Зажатые зубы заскрипели до боли. ~Ну вот и факт: я здесь не один~

***

      Адреналин наполнял силами, злостью, заставляя идти дальше. Но голова от него только трезвела, отпуская страхи на потом. Сейчас самое ценное время, нельзя тратить его на истерику. Стоя на площади, оставалось лишь решить, что делать. Нельзя творить глупостей, нельзя… Ещё один удар. Затылок заломило стальной болью. В глазах окончательно повис мрак, уши будто контузило. Секунда — я чувствую подкашивающиеся ноги, стремительное падение на землю…