Волшебницы: начало

      Повозка с расходниками стояла там, где и было обещано — у круглого цветастого шатра. Земля вокруг неё была ещё мокрой, от транспортировочного пузыря. Сумерки сгущались, люди сновали туда-сюда. Среди них было много известных и не очень чародеев и волшебниц. Суета, возбуждённые возгласы, всё говорило о скором начале традиционного открытия экзамена. Вил достала несколько пузырьков и коробочек из повозки, смешала два раствора, и вылила себе на голову. От одежды и кожи пошёл пар, и, когда клубы рассеялись, она почувствовала что вся одежда и снаряжение высохло. Ещё несколько флаконов и коробочек отправились в кожаные подсумки, висящие у неё на поясе. Затем, поправив волосы гребешком Вил решила осмотреть лагерь.       Пару десятков шатров, несколько повозок, факелы, волшебные огни, цветные мантии и накидки, посохи и жезлы в руках гостей, плавная музыка… Мимо проходили высокие и низкие, полные и худые гости церемонии. Вот эту ведьму кажется она видела на приёме у тёти, вон там уничтожает закуски граф Гаскони, слабый, но охочий до удовольствий и власти чародей. Волшебница даже не была уверена, что его вообще приглашали сюда. Вот прошёл худощавый маг, с немного затравленным взглядом, будто вопрошающим «Где я? Что происходит?», в новомодной остроконечной шляпе, на которой золотыми буквами сверкала надпись… Кажется что-то на «WIZ». Разглядеть не удалось. Взгляд Виллины упал на одну из повозок. По спине оперативно протопали мурашки. Это же эту повозку она завалила в кювет… Тут уже знакомая «крестьянка», стоящая у неё заметила волшебницу и улыбаясь, помахала рукой. «Значит, всё же это была не обычная крестьянка» — пронеслось в голове у девушки. Иногда, выводы приходят весьма поздно, если мысли заняты чем-то сверхважным. Вместе с «крестьянкой» у повозки стояла высокая девушка, с длинными волосами цвета занимающейся зари — бледно-розовый плавно переливался в лазурь на кончиках. На ней было элегантное, но практичное чёрное платье. Кажется, такие носят при дворе франкского короля. Стройное, с правильными изгибами тело, тонкие руки…       Француженка повернулась в сторону Вил. Тут же где-то в её едва обсохшей голове волшебницы раздался щелчок — розоволосая незнакомка была прекрасна, как рассвет, как сотня рассветов в разных частях горизонта. Виллина почувствовала, что мурашки на коже заметались и утонули тёплом потоке света, который будто бы охватил её всю, внутри всё сжалось, и она не могла пошевелиться, даже если бы и захотела. А тем не менее, прекрасное видение приближалось — незнакомка подошла ближе и представилась. «Здравствуй, волшебница Арагона. Меня зовут Стелла, и я будущий придворный маг короля франков. Как ваше имя?» — сияющая улыбка стала контрольной стрелой умелого английского егеря, и попала в самое сердце. О том, что бы ответить этому ангелу не могло быть и речи — простые, земные слова были неуместны с ней. Так что Вил ограничилась невнятным мычанием и попыткой растянуть уголки рта. Впрочем, и это были плоды многолетней выучки на балах и приёмах. Что произошло? Думала она где-то глубоко внутри. Но думать серьёзно мешал комок чувств, прочно засевший у чародейки в груди. Рефлекс самосохранения всё же сработал, хоть и поздно. — «В… Виллина…» — прошептала она, развернулась на 180 и побежала прочь. В голове же у неё играли оркестры, пели церковные хоры и сотрясали воздух громовые раскаты. Кажется, Ал тоже что-то пытался спросить, но его голос тонул в общей симфонии, отбиваемой пульсом в висках.

***

      Тем временем, в лагерь прибыли и остальные участники - тех, кого встретила Вил и ещё несколько человек. Кажется, луна вышла в зенит, и света от неё хватало что бы разглядеть озёрную гладь без света факелов. Гости занимали свои места на деревянных трибунах у берега, комиссия стояла на конце пирса и состояла из четырёх человек — среди них, во главе стояла великая волшебница, наследница учения Мерлина — Моргана, в чёрном платье с высоким воротником. Остальных трёх идентифицировать было сложнее. Наконец, участники — десять человек, вышли на дощатый настил. По лицам несложно было понять, что они чувствуют. Виллина стояла поодаль от остальных, пытаясь справится с собой. Розоволосая Богиня стояла за спинами других участников, так что шанс спокойно обдумать происходящее у волшебницы был. Речь Морганы, правда, полетала мимо её ушей. Как и, впрочем, любые другие звуки. Наконец, она закончила, и комиссия расступилась. Оказалось, что в неё помимо ученицы Мерлина входил седовласый старец в лёгком северном тулупе, ведьма, которую Вил не знала, и «крестьянка», которая уже явно не «крестьянка». У последней в руках был большой медный котёл, украшенный литым узором из гроздей винограда. Она что-то прошептала, раскрошила некий сухой предмет внутрь, и кинула котёл в воду. Вода вспенилась, и забурлила под всем пирсом, образовался небольшой водоворот. Моргана вскинула руки, и накрыла прозрачным барьером хрупкую конструкцию, вместе со стоящими на ней. — А теперь — каждый получает свою тень, и испытание начинается — провозгласила Нимуэ, стоявшая позади обеих групп. Вода в озере около неё засверкала, и, из глубин, поднялся меч. Он поднялся на вздувшейся воде выше, и, оторвавшись от поверхности, скользнул в вытянутую руку владычицы озера. Она вынула из ножен лезвие, и воткнула его в доску под собой. Тотчас, аквамариновый камень на наболдашнике Калибурна (а это был именно он) начал переливаться всеми цветами радуги, и из него вылетели несколько сфер чистого света. Они закружили вокруг клинка. Тени от каждой сферы принялись менять очертания, и когда хоровод был окончен, меча в центре уже не было видно. Но вместо него в доски были воткнуты самые разные оружия — вот ятаган, вот копьё, вот прямой меч, а там, кажется, щит… — Хотя это всего лишь тени, отражения священного меча, они способны отрубить голову Гидре. Покажите же, на что вы способны, кроме чароплётства! — Возвестила она, и, ступив на поверхность озера, плавно уплыла к берегу, будто незримый плот пронёс её по глади воды. — Что? — Вил смотрела на окружающее светопреставление и явно не догоняла общий ход событий. Альмагест, до того молча висевший у неё за спиной, внезапно оживился: — Ты бы это, челюсть хоть подобрала, а то потеряешь. Вкратце — экзамен начался, и он на тему того, что ты должна победить Лиренейскую гидру лишь с помощью вспомогательных чар и отражения Калибурна, которые в данный момент разбирают твои братья и сёстры по несчастью. И, да, оттаивай и иди за оружием, а то всё разберут. — Чтооо? — Виллина беспомощно смотрела на то, как один за другим исчезали «тени» великого меча. Стелла (Её зовут Стелла! — Вспомнила Вил) взяла тонкое копьё. Оно было длинным, и так шло к её слегка вьющимся волосам, и правильному носу, и бледной коже… — Слюни подотри. У тебя будет время после битвы. — Но, Ал… Тем временем, большая часть орудий убийства гидр была разобрана. Олег взял себе тень-щит, и достал свой меч. Гвидон выбрал саблю, красноволосая принцесса — ятаган, двое ведьм в чёрных накидках, (наверное, это сёстры бури, о которых я так много слышала)  — подумала Вил, и тут же забыла. — взяли моргенштерн и шпагу. наконец, Атлантес, снявший свою шляпу, под которой обнаружилась растрёпанная шевелюра, взял возвышающийся над пирсом Фламмберг, размером чуть больше него самого. Последняя ведьма в платье, украшенным паутиной, выдернула из дерева боевой серп. И вот, из досок торчал лишь короткий клинок листообразной формы. Он слегка блестел голубым. «мне всегда достаётся самое мелкое…» — подумала Вил, и взяла меч. — А теперь — да начнётся испытание — возвестила Моргана усиленным гласом, и сняла барьер, с места, где стояли будущие чародеи. В ту же секунду вода вздыбилась, и пирс разлетелся в щепки. Отскочить успели не все. Большая часть упала в воду, двое ведьм взмыло в небо, обладатель фламмберга растворился в тени на поверхности воды, а Вил, как самая расторопная, первая угодила в пучину. Последнее, что она увидела над поверхностью — чудовищно большая голова змея, блестящая зелёной чешуёй, которая и поломала пирс и сейчас, кажется, собирается ловить добычу.       Вода исчезла. Открыв глаза Виллина поняла, что вокруг них образовалась воронка, и вода стоит стеной вокруг, не смея приблизится. В центре воронки стояла Стелла, воткнув копьё в дно, и закрыв глаза сосредоточенно что-то бормотала. Она была прекраснее, чем когда-либо, в центре поля брани, в окружении илистых камней, в лунном свете… Зависнуть ещё дольше волшебница не успела, так как с небо раздался гром, послышался треск электричества, и змей угрожающе заревел, так, что сама земля начала ходить ходуном. С неба били одна за другой голубоватые молнии, каждая из которых попадала в самый нос гидре… Нет, не в нос. На нём стояла одна из ведьм, та, что взяла шпагу, и держась за рукоять своего оружия, воткнутого в морду чудовища, ловила каждый разряд молнии. Из жабр и рта змея повалил дым, но этого было явно недостаточно, что бы его утихомирить. Из воды поодаль стали подниматься другие головы, и казалось, что всё озеро восстало против волшебников.       Русич с мечом и щитом проревел какой-то боевой клич, взял разбег, и прыгнул на водяную стену воронки, кинув щит себе под ноги. Неожиданно, щит не утонул вместе с владельцем, а понёс его на вздымающихся волнах к одной из голов змея. Царевич в расшитом кафтане поднял саблю вверх, и стал бормотать заклинание. Книга за его спиной вспыхнула синим пламенем, и из неё стали вылетать голуби, казалось, состоящие из чистого света — они садились на клинок, и прильнув к нему, становились его частью, превратив саблю в огромный двуручный загнутый серп из чистого света. Сам колдун распахнул кафтан, и взлетел, занося в полёте клинок над очередной отвратительной головой. Владелец большого меча, кажется, хмыкнул, и исчез в своей тени вновь, вместе с мечом. Не смотря на творящееся вокруг светопреставление, Вил не спускала глаз с волшебницы с копьём, всё ещё держащей барьер для воды. Всё же, она была чем-то невероятным, таких людей не бывает, она… Прямо за ней, со стороны берега, из воды вылезла очередная голова гидры. Проделав траншею в илистом дне, среди камней, она подобралась к центру воронки, и уже открыла пасть, пытаясь откусить приличный пласт почвы вместе с розовой волшебницей и копьём. Вил вскочила. Стелла не могла видеть происходившее за спиной, тем более, что её глаза были закрыты, и она читала заклинание поддержки. Надо было что-то предпринять. Испуганно вскрикнув, когда змей обнажил клыки, Виллина всё же вскинула свой жезл вместе с клинком — тенью, и, провела знакомый пасс — поочерёдно, сначала цитрином на конце жезла создав рваный разрыв в пространстве перед собой, источающий жёлтый свет, а затем взмахнула клинком, отправив разрыв дальше в пространстве, на манер трещины в камне, который, пройдя над головой Стеллы, ударил прямо в морду гидры, от чего та раскололась надвое, и обе половинки морды повисли на лоскутах мяса у шеи.       Битва не стихала. Из воды появлялись новые головы, старые же кончались с переменным успехом. Воронка исчезла, Стелла, закончив сдерживать тёмную пучину вокруг, бросилась в битву к остальным, и лишь одна Вил, потратившая достаточно сил на одну только голову, вскарабкалась на мокрый огрызок Пирса, и смотрела на хаос творившийся над озером. Рядом с ней стояла ведьма, с паутинным узором на платье. у неё в руках блестел серп. «непохоже, что бы она была здесь самой слабой» — думала Виллина — «почему же она не сражается…». Комиссия, стоявшая на уцелевшем, благодаря барьеру островке пирса, внимательно наблюдала за участниками. Барьер пропускал звук, так что до девушек донеслись фразы, которые кричали друг другу сквозь гром битвы экзаменаторы. «Восток на этот раз послал славных чародеев» — грубый мужской голос кажется принадлежал старику. Это был Вяйнемейнен, величайший скальд севера, принимавший экзамен каждый раз, когда он проводился. «Да, но меня всё ещё беспокоят эти две ведьмы из германии» — ответила ему Моргана. «Не стоит» — возразила владелица котла, из которого и появилась гидра. — «хотя они и невероятно умелые для своих лет, им обеим не занимать благоразумия». И только последняя ведьма молчала, стоя чуть в стороне, и будто бы без особого интереса наблюдала за происходящим. Вдалеке, над озером, шёл дождь, сверкали молнии, всполохи огня и пара появлялись то там то здесь, лунный свет будто превратился в поток осколков, то там, то здесь они резали, жгли, крушили гидру. Одна за другим головы падали, и на месте появлялось всё меньше новых. Олег использовал щит скорее как средство передвижения, чем как защиту, он рубил и кромсал зелёные чешуйчатые тела без устали. Гвидон, управляясь со своим огромным серпом не хуже, пролетал по полю брани, рассекая всё на своём пути, Стелла разила чудовище копьём, загоравшимся то багровым пламенем, то белым светом, две ведьмы, не отходя далеко друг от друга, выжигали заживо внутренности голов гидры молниями и огненными вспышками, Фламмберг же появлялся во многих местах, в руках своего хозяина, который, казалось был одновременно везде, и крушил кости гидры с лёгкостью мясника, разделывающего цыплёнка. Красноволосая принцесса фей сражалась близко к берегу, то исчезая то расцветая алым цветком за спиной очередной головы, фонтаном била кровь из рассечённой чешуи, и без того красный плащ лишь больше багровел.       Наконец, битва завершалась. Вил, так и не успела внести значительный вклад в неё, так как разрыв пространства забрал у неё большую часть сил. Паучья ведьма рядом с ней даже не выглядела заинтересованной в экзамене. Гром звучал всё реже и тише, гладь озера в некоторых местах уже не была вздыблена под чудовищными головами змея, и когда последняя из них упала в воду, сражённая общим усилием, Нимуэ взмахнула с берега рукой. В ту же секунду, оружие в руках волшебников вспыхнуло и погасло, оставив за собой огоньки, который возвратились к владычице озера, соединившись обратно в священный меч, который она вложила в ножны. Буря утихла окончательно, и участники потянулись к пирсу. Точнее, к огрызку, который от него остался. — Первое испытание окончено. — Объявила Моргана. Результаты будут объявлены после совещания комиссии. Пока что, могу сказать, что прошли все. Она обернулась на Виллину и ведьму, у которой был серп. Но если так будет продолжаться, признанных волшебников будет намного меньше, чем претендентов. Пока можете отдохнуть.

***

— Простите… Виллина обернулась. В трапезном шатре было достаточно народу. Гости, участники, экзаменаторы… Пир, который могут устроить иные чародеи, превосходил всё мастерство поваров мира, но чары творения Вяйнемейнена были не сравнимы и с ними. Дымящаяся жареная дичь, хлеба всех сортов, рыба, великолепные свежие овощи, всё богатство северных столов встречало желающих, и не уменьшалось даже спустя часы. — Простите, как вас зовут? — Красноволосая девочка с молочной кожей и большими глазами смотрела на Вил. Кажется, не лучшее было время набивать рот курицей. Виллина отвернулась, лихорадочно дожевала кусок, вытерла платком рот и повернулась опять, дружелюбно улыбаясь. — Виллина. Волшебница Арагона. Приятно познакомиться. — расплылась в улыбке она и протянула по привычке руку, ладонью вниз. Вовремя спохватившись она повернула её, и пожала руку своей коллеге. — А твоё имя? Сперва просияв, пожимая руку Вил, после встречного вопроса улыбка спала с её лица. — Моё имя — Титания. — девочка слегка помрачнела. — Титания вторая. Волшебница поперхнулась, хотя еду она, кажется дожевала. Во как. — донеслось с от лавки. Альмагест служил подставкой для миниатюрной чародейки на пиру, что бы та могла дотянуться хотя бы до второго в ряду блюда. — Титания — королева фей — твоя мать? — воззрилась на принцессу Вил. — Да. Но это не имеет значения. Я лишь наполовину наследница трона. Мой отец был смертным… — Ясно. — «Какая интересная встреча. Принцесса-бастард на экзамене по волшебству.» - Ну, удачи тебе — Виллина ещё раз улыбнулась, похлопала девочку по плечу, и занялась основным делом — уничтожением чародейской еды. Титания ещё немного постояла, затем накинула капюшон, и убежала в сторону выхода. Казалось, её совсем не интересовали накрытые столы.       Виллина всё никак не могла отделаться от мыслей о Стелле, придворному магу франции. Кажется, мама предупреждала её о чём-то таком. «Твои мысли будет занимать лишь один человек. Он будет для тебя как гром среди ясного неба, он станет для тебя всем. Но опасайся своих чувств, не будь безответственной, не теряй голову» — и что-то в этом духе. Однако, почему-то Вил всегда думала, что это будет какой-нибудь принц из далёкой страны, или странствующий рыцарь. А вовсе не розоволосая чародейка неземной красоты, которая разом заняла все мысли и фантазии, отодвинув на второй план и экзамен и баллы за этап, и загадку котла и гидры...