Личный дневник Грейнджер или переписка с незнакомцем

Часть 1. Взгяд на Драко Малфоя. Малфой вернулся в свою комнату далеко за полночь. Погруженный в мысли о Грейнджер, он пропустил ужин и еженедельную пятничную слизеринскую вечеринку. Сейчас ему это было просто не нужно. Драко все сидел в закутке, не обращая внимания на урчащий от голода живот, на бег первокурсников над его головой, на затекшую ногу и на жуткую боль в шее. Он думал. Только когда большие часы пробили ровно три удара, Малфой решил вернуться в спальню. Прошмыгнув незамеченным, слизеринец назвал пароль. Портрет медленно отъехал в сторону, пробубнив перед этим что-то вроде: "Спать мешают!" Естественно, спать Малфою не хотелось. Он подошел к стене, дернул за факел, висевший на ней, и вытащил из маленького тайника бутылку огневиски. Этот тайник Слизеринская Элита обнаружила еще на 4-ом курсе, в разгаре турнира Трех Волшебников. Учителя про это отверстие в стене не знали, поэтому самые шустрые слизеринцы закупали или воровали сливочное пиво и огневиски в Хогсмиде, наиболее почитаемые и богатые воровали у родителей мускатное вино. Сейчас ни вино, ни пиво Малфою помочь не могли. Ему нужно было забыться. Провалиться в мысли. Размышлять. Ничто лучше не поможет в таком случае, как огневиски с выдержкой. Драко не стал заморачиваться с бокалами и, просто-напросто, хлестал из горла. Когда в мусорный бак полетела третья бутылка, Малфой был уже в забытии. Он не понимал, не видел ничего вокруг. А в голове все мелькали образы грязнокровки. Драко POV. Я ведь никогда ее не ненавидел. Когда я увидел ее впервые, там, на платформе, перед первым отъездом в Хогвартс, то, наоборот, она мне очень понравилась. Я подумал, что будет не плохо с ней подружиться. Но, узнав о ее магловском происхождении, я не мог обращаться с ней иначе. Если бы отец узнал, что мне симпатична грязнокровка, то я бы умер в возрасте 11 лет от круциатуса. С детства во мне воспитывали отвращение к маглорожденным волшебникам и маглам вообще, но разве возможно ненавидеть такую безобидную и хорошенькую девчонку. Мне пришлось заставлять себя ее ненавидеть. Я хамил ей при встрече, пытаясь таким способом разжечь в себе отвращение. Но безрезультатно. А ведь до сих пор многие думают, что на первом курсе я следил за "Золотым Трио" из-за Поттера. Куда уж там! Я следил за ней. Возможно, я даже волновался за нее. На втором курсе я оскорбил Грейнджер при всех. За нее тогда еще вступился этот недомерок Уизли. Как же меня бесило, что они с ним общаются. Хотя, почему БЕСИЛО? Меня это и сейчас БЕСИТ! Почему некоторым чистокровным волшебникам так везет? Почему у меня не такие родители как у Уизли? Почему мои предки воспитывают у потомков отвращение ко всему, с чем имеет дело этот рыжий? Признаться, тогда, на квиддичном поле, я хотел, чтобы тех слизней ел я, ведь я это заслужил! Ну, я, конечно же, не хотел их есть. Просто, мне не было бы обидно. Я бы знал, что заслужил их. Когда Гермиона ударила меня на 3-ем курсе, я должен был почувствовать злость, ненависть, отвращение, брезгливость, ярость. И я это почувствовал. Я на самом деле разозлился, возненавидел... СЕБЯ! Я, как на зло, влюбился в этот удар, в эту волевую девушку. Черт, я не люблю Грейнджер. За меня это говорит мое пьяное подсознание. У маглов есть выражение, что "пьяные говорят только правду". Но это не правда. Я не люблю и никогда не любил ее! Не люблю! Возможно, пьяный Я просто жаждет любви, а не постоянной смены партнерш? Быть может, я мог бы встречаться с Пэнси? Да как я могу сравнивать эту шлюху с неприкосновенной Грейнджер? Черт... Черт, черт!!! Когда я понял, что влюбляюсь? Когда увидел статью Риты Скитер? (Речь идет о статье, которую Рита Скитер написала в "Гарри Поттер и Кубок Огня", в которой говорилось о любви между Гарри и Гермионой - авторская вставка) Когда заметил ее, танцующую с Крамом? Или когда она противостояла Амбридж? Может быть... Но что мне делать теперь? Стало ли мне легче оттого, что я узнал о чувствах этой гриффиндорке? Ни капли. Если я ее действительно люблю, то не могу позволить ей знать об этом - я испорчу ей жизнь, если мы будем вместе. Если это игра моего разума и, на самом деле, я ее терпеть не могу, то я могу подколоть ее насчет дневника. А может просто провоцировать ее? Шантаж - лучший выход! Я скажу, что ее дневник у меня и если она не сделает что-то, то о нем узнают все. Но какая мне с того выгода? Ну и узнают все, что она меня любит. Так меня же, а не ее засмеют. Вернуть? Это как-то не по-слизерински. Потребовать что-то взамен? А что она мне сможет дать? Домашнюю работу по трансфигурации? Я и сам ее могу сделать. Хм, раньше отец посылал в меня круциатус, потому что эта зазнайка лучше меня в учебе. Но что я мог сделать? Проводить свой досуг как она? Ну нет уж. Это ее удел - сидеть до ужина в библиотеке, а мой удел - молча за ней наблюдать... Ой, то есть, издеваться над ней!.. Да кого я обманываю?.. Решено! Я подложу дневник ей в сумку завтра на Пророчествах. Ее "спасибо" мне все равно не нужно... Странное чувство. Впервые в жизни так хочется услышать ее благодарность. А что если?.. Что если я напишу что-нибудь в дневнике? Она поймет, что я его читал. Ну и что! Я напишу ей, что нашел ее дневник уже открытым. Отчасти, это правда. Только сперва дойду до спальни. У Блейза должно быть антипохмельное зелье. Конец Драко POV. Кое-как поднявшись на ноги, Малфой потопал к спальне, придерживаясь стены. Ноги сплетались в косичку. Мысли текли рекой. У него есть план! Теперь он точно не отступит! Часть 2. Взгляд на Гермиону Грейнджер. Джинни встала с кровати. Услышанная информация не укладывалась в голове. Гермиона влюбилась в Малфоя. Да, Малфой неимоверно красив. Но ее подруга не такая безрассудная девушка, которая судит по внешности. Неужели она разглядела что-то светлое в этом парне? Скорее всего так. Уизли протянула руку Гермионе. Девушка послушно встала, утерла слезы, собрала растрепанные волосы в хвост. Девушки начали поиски. Джинни еще раз осмотрела каждую полку и каждую вещь шкафа. "Мало ли, вдруг ты в какую-нибудь кофточку его завернула," - утверждала она. Гермиона осмотрела книжный шкаф и письменный стол, попутно расставляя книги на место. Закончив с этим, подруги заправили раскиданную кровать и дружно спустились в гостиную своего факультета. Здесь они посмотрели все укромные уголки - камин, диван, два кресла, под ковром и на подоконнике. Все тщетно. Когда девушки уже собирались уходить, в комнату вошел высокий рыжий мальчик. - Что-то потеряли? - спросил до боли знакомый голос Рона. - Нет. Да. - одновременно ответили девушки. Подруги посмотрели друг на друга. Гермиона смотрела недоумевая, мол "Я же просила не рассказывать!". А Джинни смотрела укоризненно: "Ты потеряла важную вещь. Лучше пусть он поможет". Простояв так пару секунд, Гермиона одобренно кивнула и посмотрела на Рона. - На самом деле, да, - начала лучшая ученица школы. - Ты не видел небольшой голубой блокнот? - Тот, с которым ты всюду таскаешься? - съязвил Рональд, за что получил сердитый взгляд сестры. - Прости, не видел. Мы можем поспрашивать у остальных ребят. - Ты можешь этим заняться? - попросила Джинни. - Это очень важно для Гермионы. - Да, конечно, - мальчик закашлялся. - Герм, можно тебя на минутку? - с надеждой в глазах просил он. - Только если на минутку, - выдавила из себя улыбку Гермиона. - Прости, Джинн, я сейчас. Рон ответ подругу подальше от сестры. Друзья стояли друг напротив друга, но никто не мог заговорить первым. - Я...- испуганно начал Уизли и, увидев нежный и добрый взгляд подруги, продолжил. - Я хотел извиниться. - За что? - девушке ужасно хотелось сбросить что-нибудь на голову рыжего друга, но ей пришлось воздержаться. Хотя, улыбку она сдержать не смогла. "После твоих слов тебя бы забавно расплющило каким-нибудь камнем, случайно упавшим тебе на голову", - усмехнулась про себя Гермиона. - Ну, как за то? За сегодняшнее. Я наговорил лишнего... Гарри и Рон сидели за первой партой, прям перед Гермионой и Джинни. Квартет друзей болтал и смеялся. Видимо, не все разделяли их веселья. Шайка Малфоя надвигалась как буря. - Уизли, это правда, что ты целовался с кудрявой дурочкой Браун, чтобы позлить грязнокровку? - буря началась, а, если быть точнее, то к их партам подошла Паркинсон. - Отвали, Пэнси, это не твое дело! - сквозь зубы прошипел Уизли. - Рон, что это значит? - соскочила со своего места Гермиона. - Ты не отрицаешь слова Паркинсон, а просто просишь ее уйти? Так это правда? Ты играл моими чувствами? - Сядь и заткнись! Я сам разберусь с ней! А пока... Закрой. Свой. Рот. - Рон не разбирал кому и что он говорил. Он даже не заметил, что довольная слизеринка вернулась к своей шайке, стоявшей чуть поодаль стола. - Ты смеешь меня затыкать? - взорвалась Гермиона. - Да кто ты такой, чтобы меня затыкать? - Закрой. Свой. Поганый. Рот. Ты грязнокровка! Тебе этого не понять! - Грязнокровка, тебе действительно лучше молчать, ведь с Крамом ты встречалась тоже назло этому рыжему, - влез Забини. Слизеринцам нравились подобные разборки, они любили ссорить друзей. - Я никогда бы так не поступила, - начала оправдываться Гермиона. - Мы с Виктором встречались, потому что мы нравились друг другу! - Я не верю не единому твоему слову. Ты специально встречалась с Крамом - мне на зло. И что с этого становится? Ты просто омерзительная, грязная и мерзкая грязнокрвка! Звук пощечины. Щека Рона медленно пламенеет. Рука Гермионы зависла в воздухе. Тут влез и Гарри, который начал мирить и защищать обе стороны. То бишь, и Рона, и Гермиону. В конце концов, он же остался крайним. Все трое друзей рассорились. Слизеринцы тихо дали друг другу пять. - Да, ты немного перегнул палку, - стараясь говорить спокойно произнесла Грейнджер. - Не немного. Я не хотел говорить всего этого. Я сам не знаю, что на меня нашло. Ты простишь меня? - он не ждал прощения. Он боялся последующих слов Гермионы. Но, вместо ответа, девушка обняла друга и попросила: - Прощу, если узнаешь у наших о моем дневнике. Рон беззвучно кивнул и слегка улыбнулся. Он знал, что подруга уже простила его. Так же, он понял, что дневник, который она ищет, обладает для гриффиндорки большой ценностью. Понимая, что для расспросов, в роде "Зачем он тебе?" или "Что в нем такого?", времени нет, Уизли развернулся на каблуках и удалился в спальню мальчиков для расспроса. Гермиона тоже задерживаться не стала. Она одернула подол мантии и вернулась к ожидающей ее Джинневре. - Поговорили? - вопросительно изогнула бровь рыжая подруга. - Поговорили, - ответила ей Гермиона Грейнджер. Не желая больше задерживаться в гостиной, девушки вышли через портрет Полной Дамы и поспешили к учебному крылу. Планировалось, что до ужина девушки успеют осмотреть кабинеты. Но не тут то было! Как только девушки закончили досконально исследовать кабинеты нумерологии и пророчества, прозвучал вызов на ужин. Быстро управившись с тыквенным пюре и отбивной, девушки вернулись к прежнему занятию. Кабинет за кабинетом они прочищали, вглядываясь в каждую норку. Парты, стулья, книжные шкафы, картины, подсобки - ничто не осталось без их внимания. Вот прозвучал отбой. - Джинни, мы не осмотрели кабинет Зелий. Там я оставила сумку без присмотра! - запаниковала Гермиона, пока не услышала успокаивающий голос подруги: - Мы быстренько там посмотрим, найдем там твой дневник и вернемся в спальню без проишествий, - мягко улыбнулась она. Тихо-тихо, словно паря над полом, девушки подошли к заветному кабинету. - Алохомора, - шепотом произнесла самая умная волшебница своего времени. В классе было темно, но банальное "Люмос" озарило комнату ярким светом. Подруги смотрели под каждым стулом, под каждой партой, они дважды прочищали книжные шкафы. Им осталось проверить только стелажи с зельями, как в коридоре послышались тяжелые шаги. Эти шаги отражались от стен гулким эхом. Сердце каждой девушки задрожало. Прятаться негде. Придется им нести наказание. - Так-так, - послышался знакомый голос из дверного проема. - Мисс Грейнджер и мисс Уизли. Нарушают школьный режим, - спокойно-мягким тоном говорил профессор Снейп. - Простите, профессор. Мы потеряли одну очень важную вещь, - начала оправдываться Джинни, но голос профессора ее перебил. - Эта вещь не могла подождать до утра? - он изогнул одну бровь, но, не услышав ответа, продолжил. - Что ж, минус 20 баллов с Гриффиндора. И вы, юные леди, вымоете котлы в этом классе. Приятного вечера, - профессор вышел из класса, накладывая на дверь чары. - Зато мы можем спокойно поискать дневник, - оптимистично протянула рыжая подруга. Весь их дальнейший вечер ушел на поиски и драинье котлов. Дневник они так и не нашли. Часть 3. Взгляд на Драко Малфоя. Кое-как Малфой добрался до спальни мальчиков. Ноги сами понесли его к кровати друга. - Блейз, вставай! Вставай, кому говорю! Если ты не встанешь, то я кину в тебя Риктусемпрой, и ты улетишь в кровать Гойла! - язык заплетался, но угроза получилась убедительная. - Бля, Малфой! Какого ты не в постели? - спросонья Забини выглядел довольно-таки смешно. Но он быстро оклемался. - Мне нужно антихопмельное зелье... антипомельхное... Короче, не суть! - Я понял! Точнее - учуял. В честь чего нажрался? Опять отец писал? - спросил Блейз, подходя к своей тумбе и перебирая разные зелья - Будь добр, отъебись! И дай мне уже это зелье! - со злостью и нетерпением бросил Малфой. - Ясно. Значит опять из-за бабы. Кто тебе не дал на этот раз? - улыбнулся темнокожий слизеринец, подавая бутыль с зельем другу. - Никто, - буркнул Драко. - То есть не в этом дело, - он опустошил колбу одним глотком. Спустя пару секунд Малфой почувствовал, как силы возвращаются в тело и мозг встает на место. - Спасибо, - процедил он, возвращая пустую емкось. - Только не говори, что это из-за дневника этой грязнокровки, - зевая добавил Блейз, направляясь к кровати. Драко лишь тихо усмехнулся и вышел за дверь. В кармане его мантии все так же лежал маленький голубой блокнот. Когда послышался хлопок двери, Малфой ответил: - Именно из-за дневника, Блейз...