Не поймешь, пока не испытаешь то же самое.

Опять. Снова он стоит среди изуродованных трупов. Вновь человек с зелеными волосами смеется над мертвецами. Еще ни одно предательство не отзывалось такой болью. Бэтмен медленно подошел к безумцу, что истерично смеялся, окровавленными руками вытаскивая из уже холодного тела священника тонкий кишечник и обвивая его вокруг шеи несчастного. Этот смех был не таким, как обычно. Этот смех был безумнее, чем сам Джокер, у которого уже срывался голос от истерики. Герой никогда не слышал такой смех прежде. Смех, полный отчаяния. Подойдя ближе, Уэйн еще некоторое время смотрел на маньяка, который не замечал его присутствия за своим занятием. Только сейчас Брюс ошеломленно заметил, что психопат не просто смеется. Он рыдает. Он обреченно сидит на бездыханном теле, склонив голову, и рыдает сквозь свой безумный, ужасающий смех. — Мне очень жаль, — сглатывая слезы, произнес убийца с отвратительной улыбкой на красных губах и вогнал в мертвое тело нож, проворачивая его и снова вынимая. — Мне правда так жаль, — вновь по церкви разнесся пугающий смех. Маньяк выронил нож из рук, схватился за волосы и закричал во весь голос. Бэтмен услышал в этом крике столько боли и ужаса, сколько не смог бы выразить словами. — Джокер… — почти шепотом произнес он, и смех тут же прекратился. Зеленоволосый замер, не в силах пошевелиться и даже сделать вдох, но через пару минут он все же поднялся и повернулся лицом к врагу. Еще некоторое время они молчали, глядя друг на друга. Бледнолицый смотрел на него, будто видит впервые. Смотрел своими карими, почти красными глазами, сверля взглядом. — Привет, малыш, — наконец прервал он тишину. — Что-то ты не слишком торопился. Неужели совсем не скучал? — маньяк наигранно обиделся. — Что ты наделал?.. — с трудом выдавил из себя герой. — То, что мне присуще, — псих пожал плечами. — Брось, Бэтс. Ты действительно думал, что мы пару раз перепихнемся, и я стану нормальным? О, погоди, нет. Только не говори, что действительно влюбился? — безумец разразился смехом. — Вот же ты наивный. — Зачем? — Темный рыцарь шокировано оглядел тела убитых. — Я ненормальный, Мышонок. Мне не нужна причина. У меня нет совести или человечности, к которым ты постоянно взываешь. Я просто хочу развлечься. И ты был моим развлечением, сладкий. Я врал. Я никогда не… — зеленоволосый почему-то споткнулся на полуслове. — Я никогда не любил тебя. Все, что ты себе навоображал, изначально было ложью. Порой я удивляюсь, как такой гений может быть таким идиотом. — Тебя кто-то заставляет? — герой будто пропустил все мимо ушей, не желая верить в услышанное. — Это Подрывник принудил тебя? — Твою мать, да одумайся ты наконец! — Джокер поднял с пола нож и метнул его в Стража города, хотя последний его без труда поймал. — Я больной психопат, я убиваю людей ради собственного удовольствия! Меня заводит чужая кровь на моих руках! Я ненавижу тебя из-за того, что ты хочешь лишить меня этого. И если ты думал иначе, то ты крайний тупица. — Нет, ты не мог врать все это время… — Убеждай себя, Бэтси! Ты и сам знаешь, какой я прекрасный актер. Хотя, признаться честно, трахаешься ты лучше моих бывших. И, о боже, поверить не могу, что ты мне отсосал! — псих залился зловещим хохотом. — Замолчи, — забытая, казалось бы, ярость ударила в мозг. — Или что? В очередной раз оставишь на мне кучу синяков? Вынужден разочаровать: свободного места уже не осталось. Можешь пару костей сломать, у меня ж целых четыре конечности. Дерзай, ты, наверное, кончаешь от этого! — маньяк выставил руки вперед. — Как же ты не понимаешь?! — терпение подвело Уэйна, и он схватил безумца за отворот фиолетового пальто. — Я не желаю тебе зла! Не хочу, чтобы один из нас убил другого. Не хочу избивать тебя до полусмерти. Я хочу помочь тебе. Мы могли бы быть вместе, ты бы смог вернуться к прежней жизни. И тебе не нужно будет постоянно балансировать на краю бездны, ты не будешь один. И мы не убьем друг друга… — Мне очень жаль, Мышонок, — зеленоволосый хотел прикоснуться тонкими пальцами к щеке героя, но в последний момент одернул себя. Бэтмену показалось, что он прочел в безумных глазах искреннее сожаление, и его сердце сжалось. — Жаль, что все так сложилось. Правда, — бледнолицый быстрым движением достал из кармана гранату и выдернул чеку. Брюс инстинктивно отпустил психопата и кинулся прочь, закрываясь от взрыва своим плащом. Снова маньяк удрал, избегая наказания. Снова оборвались человеческие жизни. *** — Бутылка вам не поможет, Мастер Брюс, — обеспокоенный дворецкий с жалостью оглядел Уэйна, что сидел в кресле своего кабинета со стаканом бренди в руках, понурив голову и прикрыв глаза. — Пока ты не заговорил, помогала, — миллиардер поморщил нос от резкого голоса слуги. — Вам пора прекратить себя жалеть. Я не знаю, что между вами двумя происходило, но что бы то ни было, это было вашей величайшей ошибкой. Я буду надеяться, что он просто очень искусно манипулировал вами. — Ты меня добить решил? — Я просто не могу определиться: вы действительно не понимаете того, что ваша с ним связь оказалась вашим самым глупым поступком, или же вы понимаете это, но не хотите признавать по какой-то причине, — Альфред проследил глазами, как хозяин поместья опустошил очередной стакан. — Зачем ты пришел? — Уэйн устало потер переносицу. — За тем, что вы пьете уже второй день, при том что раньше могли себе позволить лишь по праздникам или после тяжелого дня. — У меня очень тяжелый день. — Он затянулся, вам не кажется? — Нет, представь себе. Ты свободен, — Брюс с трудом поднялся, опираясь одной рукой о рабочий стол и немного пошатываясь. — На вас жалко смотреть. Если действительно так убиваетесь по нему, то идите и найдите его. Поговорите. Подеритесь. Сделайте что-нибудь. Это лучше, чем уничтожать себя. — Черт, — герой закрыл глаза ладонью и скатился на пол по стене. — Я правда его полюбил, — дворецкий нахмурился этим словам. — Зря. *** — Все сделано даже лучше, чем я от тебя ждал! — Подрывник, завидев издалека Джокера, быстро направляющегося в их убежище, начал аплодировать. — Я убью тебя, — холодно произнес тот, кинув гневный взгляд. — Это вряд ли, игра не закончена, — мужчина достал из кармана детонирующее устройство, угрожая нажать кнопку. Зеленоволосый сразу же остановился, скрипя зубами. — Зачем ты это делаешь? — псих запустил пальцы в зеленые волосы, устало вздыхая. — Я больше не хочу такой жизни. Если ты думаешь, что помогаешь мне, то это не так. — О, поверь, это так! Совсем скоро ты вновь войдешь во вкус, потерпи, — Подрывник залез в карман и достал оттуда пачку Marlboro Red и зажигалку. — Куришь? — Ты меня за дружка своего принял? Ты идиот? — Просто проявил благосклонность. Я ведь не врал, я действительно твой большой фанат. — Да мне срать. — Точно не хочешь? — мужчина зажал сигарету между зубами и зажег огонь, делая затяжку и медленно выдыхая дым. Он подошел к клоуну и прислонил к его зажатым губам свою сигарету. — Давай. Ради Брюса. Джокер схватил запястье собеседника, заставив его выронить окурок, и быстрым движением приставил к его горлу нож, что был спрятан за поясом, но резко остановился, когда увидел злосчастную кнопку в его руке. Вдруг он почувствовал сильную боль, вызванную ударом по искалеченным ребрам, и согнулся, сдерживая крик. — Неправильный ответ. Знаешь, я бы на твоем месте не надоедал тому, у кого есть такая власть. Будешь меня бесить — я сравняю дом Уэйна с землей. Я бы прислушался к этим словам, у меня ведь не железное терпение, — мужчина снова достал сигарету и закурил, а после вновь передал ее безумцу, сплёвывающему кровь. — Будешь? — зеленоволосый поджал губы и приоткрыл рот, принимая сигарету и затягиваясь. — Молодец. А теперь разденься. — Что? Ты че удумал, извращенец? — клоун поморщился. — Ты что-то имеешь против? — Джокер нахмурился и нехотя стал снимать с себя одежду, сбрасывая ее на холодный пол. — Ты прекрасен, — подытожил мужчина, оглядывая обнаженную худобу и выкидывая окурок. — Я понимаю Уэйна. Знаешь, я представлял тебя в разных позах. — Сейчас блевану, — безумец закатил глаза. — Как грубо, я ведь пытаюсь по-хорошему, — Подрывник осторожно взял психа за руку и одним резким движением сломал ее, вырывая из его легких болезненный крик и заставляя упасть на колени. — Так что будь добр, придержи язык. Ты все понял? — зеленоволосый закивал, жмурясь от боли. — Ладно, давай так. Я задаю вопрос — ты отвечаешь. Мне не нужны твои комментарии, только ответ. Ясно? — Ясно, — психопат аккуратно сжимал сломанную руку, сидя на полу. — Итак. Пожалуй, говоря, что я твой большой поклонник, я несколько преуменьшил. Я от тебя без ума. Стиль твоих убийств невероятен. Ты не представляешь, как часто я представлял наши занятия любовью среди окровавленных тел убитых тобой, — Джокер едва сдержал рвотный позыв. — Но мне интересно, почему ты не рассказал Уэйну о том, что это я заставил тебя убить всех этих людей. Я этого не запрещал. Я лишь не разрешал тебе говорить о том, что его дом заминирован, но вину за смерти тех людей ты спокойно мог свалить на меня. Так почему не сделал этого? — А толку? Даже если бы я рассказал ему всю ситуацию целиком, включая тот факт, что ты напичкал его особняк взрывчаткой, это бы никак не спасло ситуацию. Только вот он начал бы винить себя за то, что я убил тех людей, спасая его жизнь. Хотя, даже если бы я не говорил о том, что я сделал это ради него, он бы все равно меня ненавидел. Он считает, что ничто не может стоить оборванных жизней, чем бы меня ни шантажировали. И он прав. — Ты согласен с тем, что он судит верно, но тем не менее поступил в точности до наоборот. — Я эгоист. Для меня важнее его жизнь, чем жизни других. Я просто исхожу из расчета, что мне выгодно, а что нет. — Оба варианта оказались для тебя проигрышными, я на это и рассчитывал в конце концов. — Да, теперь он снова меня ненавидит, но это лучше, чем его смерть. Тебе не понять. — Почему ты так его любишь? Позволяешь мне делать с тобой, что я только захочу, лишь бы он жил. — А я то тут при чем? Я не виноват, что мне приспичило втюриться в своего высокоморального врага. — Ты стараешься казаться относительно холодным к нему. Зачем? Пытаешься убедить меня, что он ничего для тебя не значит? Не получится, ты это множество раз опровергал своими поступками. Мне интересно, вы использовали игрушки? — Слушай, если ты хочешь мне присунуть, то просто сделай это, не нужно разговоров, — зеленоволосый лег на пол и раздвинул ноги. — Или, может, хочешь минет? Ладно, расстегивай ширинку. Просто делай, что хочешь. Но молча. — Не веди себя как шлюха. — Ты меня раздел, втираешь про то, в каких позах представлял меня, а теперь и про наш с ним секс расспрашиваешь! Как мне себя вести в таких обстоятельствах? Не мучай нас обоих, просто трахни меня и заткнись. — Нет, я не хочу так. — А как хочешь? Чтобы я сам к тебе приполз? Так вот этого не будет. Ты лишил меня единственного шанса на нормальную жизнь, заставил меня снова убивать, угрожаешь человеку, которого я люблю, и при этом думаешь, что однажды я решу, что мы с тобой созданы друг для друга? Сейчас от смеха лопну! — звонкая пощечина заставила психа замолчать на несколько секунд. — Надо же, какие мы ранимые. Только не расплачься. — Я правда хотел по-хорошему, — мужчина не жалея сил наступил на сломанную руку безумца, и тот зашипел от боли, но не подал голоса. Удары посыпались на искалеченное тело, но Подрывник так и не смог заставить зеленоволосого закричать. Наконец, устав от избиений, он плюнул на полуживое тело и ушел, оставляя клоуна лежать в луже крови, пропитывающей каменный пол. Но не надолго. Через минуту мужчина вернулся и оттащил тело к стене, приковав худые руки наручниками к ржавой трубе. Еще держащийся на границе сознания Джокер скользнул взглядом к своему мучителю, который в спешке расстегивал ширинку, и отключился, погружаясь в болезненный сон. *** Бэтмен несколько дней не спал, по всему городу ища безумца. Альфред прав. Нельзя бездействовать. Нужно взять себя в руки. Что бы ни побудило психа вернуться к прежней жизни, это было не его собственное желание. Наконец спасительный луч света указал на нужное место. Какой-то уличный вор видел, как несколько дней назад мужчина в фиолетовом пальто и с зелеными волосами направлялся на окраину города. Очередное заброшенное здание, найти его не составило труда. Уэйн прокрался туда, обходя каждую комнату в поисках маньяка. И вот он заметил бледный силуэт у стены. В темноте было плохо видно, но Брюс сразу понял, кто это. Однако, приблизившись к зеленоволосому, прикованному к стене, он в ужасе заметил новые увечья — старые он успел запомнить. Более того, на обнаженном теле отчетливо выделялась засохшая кровь на внутренней стороне бедер. Герой уже видел подобное в изоляторе. От осознания по спине пробежался холод, а гнев обуял разум. Поддев цепь наручников лезвием бэтаранга, Бэтмен подхватил тощее тело на руки, но вдруг оно начало шевелиться. — Пожалуйста, хватит… — прохрипел безумец, чуть не плача и лишь сильнее зажмуриваясь. — Все хорошо, это я, — Уэйн снова уложил его на пол и успокаивающе погладил по щеке. Джокер ошеломленно распахнул глаза. — Что ты здесь делаешь?! — несмотря на все раны и сломанную руку, он резко подскочил и почти отпрыгнул от Летучей мыши. — Убирайся! Тебя не должно здесь быть! — Кто сделал это с тобой? — холодно произнес герой, сжимая кулаки до побеления костяшек. — Я сам! Я же больной, ты сам знаешь. Уходи отсюда, сейчас же. — Сам?! Сам избил себя? Сам приковал к стене? Сам изнасиловал? — Брюс не заметил, как перешел на крик. — Ты делал со мной то же самое, — зеленоволосый поджал губы. — Зачем ты пришел? Мне казалось, что я выразился предельно ясно в нашу последнюю встречу. — Почему ты не расскажешь мне все так, как оно есть? Почему ты покрываешь Подрывника? — У тебя паранойя, парень. Ты просто не можешь смириться с тем, что я не люблю тебя, дорогуша. — Да неужели? — герой стал медленно подходить к врагу, а тот, в свою очередь, начал пятиться назад. — Не подходи. Не смей. — Я тебя знаю. — Как наивно с твоей стороны так думать! Ты ничего не знаешь! — Джокер уперся спиной в стену. — О нет, я знаю, — Бэтмен подошел непозволительно близко, еще ближе. Псих затаил дыхание, вжавшись в стену под натиском сильного тела. — Отойди, — дыхание предательски сбивалось. — Я люблю тебя, — Уэйн провел рукой по бледной щеке. — А я тебя нет, — голос задрожал. — Любишь, я знаю, — Брюс приблизился к искусанным губам, опаляя их своим дыханием. — Нет, не люблю… — сдерживаясь из последних сил, прошептал безумец, заглядывая в глаза напротив. Их губы едва соприкоснулись и тут же отпрянули друг от друга. Снова невесомое касание, плавно перерастающее в поцелуй. Теряя остатки терпения, психопат обхватил здоровой рукой шею героя, притягиваясь ближе и жадно переплетаясь с его языком. Бэтмен осторожно провел руками по обнаженному телу, слегка поглаживая. Он отстранился, тут же припадая теплыми губами к худой шее, очерчивая языком ключицы, целуя тонкую кожу, наслаждаясь шумными вздохами психа. — Нет, нет, нет! — остановил себя Джокер, отбиваясь от желанных ласк. — Зачем ты делаешь это?! — он упал на колени, царапая их о пол, и закрыл лицо рукой. — Перестань! Хватит мучить меня, пожалуйста! Уходи, прошу! — Идем со мной, умоляю, — Бэтмен опустился на колени рядом с зеленоволосым, пытаясь обнять. — Я хочу помочь тебе. — Ты мне уже не поможешь. Проваливай. — Я не могу оставить тебя здесь, — едва Уэйн успел договорить, как отчаянный крик разлетелся по комнате, а безумец схватился за свои волосы. — Пошел вон! — почти прорычал он, тут же падая наземь, сворачиваясь в позу эмбриона и пряча лицо. Брюс хотел было дотронуться до дрожащих плеч, но что-то ему помешало. Он поднялся и молча покинул здание.