Саурон. Восхождение

- А вот это что за буква? - Ату. - Верно, а эта? - Хе... Хот. - Хет, было верно. - Да, простите... - Не отвлекайся. Библиотека освещалась лишь слабым светом звездного неба. В огромном удобном кресле сидел сосредоточенный Мелькор, держащий в руке небольшую книгу. На одном его колене сидел Майрон, чувствующий себя полным идиотом от этой их дислокации и того, как трудно давался ему язык. Вала начал обучение его черному наречию. - Ты должен разговаривать на нем, как на родном. Каждое утро должен приходить и приветствовать меня на этом наречии. На нем записаны все мои магические заклинания, и их тебе тоже нужно будет знать наизусть, - заявил он, когда они вошли в библиотеку. У майа сложилось четкое ощущение, что мастер сильно не в духе. Мелькор взял с полки самую небольшую книгу и, повернувшись к ученику, веско сказал: - Это - твоя азбука и священная книга, всегда должна быть с тобой, пока в совершенстве не познаешь ее. Он легко сел в единственное кресло в библиотеке, удобно развалившись в нем, расставил ноги шире и жестом пригласил майа сесть. Рыжий оторопело уставился на него. - Мастер, я считаю это... неприемлемым, я ведь не... - Ты мой ученик, Майрон, и это единственное удобное для меня расположение. Или ты предлагаешь нам разместиться на полу? - Мелькор выразительно посмотрел на него. - Брось эту ересь и садись, не будем тратить драгоценное время. Майрон хотел еще что-то сказать, но Мелькор посмотрел на него долгим взглядом, под которым ученик сдался, вздохнул, медленно подошел к креслу и, секунду помедлив, осторожно присел на колено владыке, стараясь не касаться его даже одеждой. Мысленно он страшно ругался на себя, давал себе пощечины и отчаянно пытался взять себя в руки и отрешиться от происходящего. На своего вала, который постоянно преподносил какие-нибудь сюрпризы юному ученику, майа тоже был зол. "Кем он меня вообще считает?! Совсем крошечным ребенком? Что это за отношение?!" - в душе он закипал, пытаясь загасить последние отголоски истинной причины своего трепета. Мелькор молча сдвинул ученика вплотную к себе, чем вызвал очередной мысленный поток ругани от задохнувшегося майа, расположился в кресле с максимальным комфортом, полулежа, и открыл книгу на первой странице. После невыносимо долгого урока, когда у майа начал заплетаться язык, а буквы поплыли перед глазами, Мелькор все же сжалился над ним и отправил в комнату на самообучение. Однако не прошло и часа, как он заглянул к ученику, страдающему над витиеватым языком, и оживленно спросил: - Майрон, ты занят? Майа оторвал утомленный взор от мучительной книги: - Я учу наречие, милорд, у меня не совсем... - А, ну всё ясно, - отмахнулся вала. - Поедешь с нами на охоту? - Охоту? - Майрону показалось, что он ослышался. - Да, - глаза Мелькора загорелись, он широко улыбнулся. - Ты же видел, хозяйство у меня большое, они все должны что-то кушать. И я буду учить тебя стрелять из лука. Майрон мазнул взглядом по скучной книге и моментально согласился. - Отлично! Тогда возьми в оружейной стрелы и лук и выходи к парадному, - Мелькор повернулся, чтобы уйти, но тут же обернулся. - И, это, Майрон, надень что-нибудь более удобное, эти длинные валинорские тряпки - не лучшее для верховой езды. С этими словами он подмигнул ученику и вышел из его комнаты. Уже из коридора майа услышал: - Жду внизу! Когда рыжий вышел из твердыни, торопливо перекидывая через плечо колчан со стрелами, то увидел Мелькора и Готмога, сидящих на огромных волках, а точнее, как он узнал позднее, волколаках. Оба были легко и по-дорожному одеты и экипированы, у Мелькора, помимо колчана со стрелами, в сапоге был огромный клинок. Его волколак был значительно крупнее даже крупного быка, иссиня-черный, с бешеным взглядом красных глаз и капающей изо рта слюной. Майрон подошел к нему и, оглядевшись, удивленно поднял бровь: - А где же мой волк? Мелькор усмехнулся и подмигнул Готмогу: - А тебе не хватило, у нас дефицит. Так что поедешь со мной, залезай, - вала протянул руку, и майа, хоть и надулся, но вскарабкался к владыке, усевшись перед ним в седло. - Ну все, парни, отчаливаем, - Мелькор кивнул балрогу, и они выехали за ворота. Волколак сильно отличается от лошади, лапы его мощные и достаточно короткие, поэтому ход мягкий и плавный, что Майрон почувствовал почти сразу. Мелькор свистнул и указал обернувшемуся Готмогу направление движения. Он слегка ударил волка под мягкие бока и начал догонять балрога. Майрон сидел напряженно, с прямой спиной и согнутыми ногами, проклиная себя за решение поехать. При всем желании избавиться от телесного контакта, он постоянно соскальзывал вплотную в жаркие объятия к объекту своего болезненного обожания, при этом чувствуя ягодицами, облаченными лишь в тонкие верховые штаны то, чего ученику чувствовать нельзя. Недавнее зрелище достоинств физиологии всемогущего вала, которому он стал невольным свидетелем, лишь больше разжигало воспаленное воображение. Поэтому сейчас майа покрывался испариной, всеми силами стараясь максимально отдалиться от пьяняще сильного, горячего тела. - Майрон, - неожиданно громко сказал владыка ему в ухо, отчего майа вздрогнул, словно пойманный вор. - У меня сейчас зародилось большое подозрение.... ты никогда в седле не сидел, что ли? - Нет, мастер, - выдавил он, сглотнув комок в горле. - Да я уже понял, кто же так сидит? Спина должна быть расслабленная, - Мелькор сильной рукой начал направлять зажмурившегося ученика. - Ноги в стремена, чего они у тебя подобраны? И запомни, ты все время должен идти в противоход движению зверя под тобой, бедрами, ну, как я вот, понимаешь? Для наглядности он сжал бедро ученика и дважды показал, как именно следует двигаться. - Да, мастер, - на выдохе прошептал побледневший майа. Мелькор неудовлетворенно выдохнул через раздувшиеся ноздри. Все равно майа сел не так как надо, весь съежившись на волке. Ну, для начала и это сойдет, хотя бы не свалится. Тем временем они уже подъезжали к лесу, высившемуся верхушками огромных деревьев. - Так, Майрон, давай будем учиться стрельбе из лука. Урок первый, стрельба в движении по недвижимым мишеням, в данном случае, по деревьям, - Мелькор помог ослабевшему ученику достать лук и одну стрелу. - Первый раз полностью со мной, второй пробуешь сам. Он слегка притормозил волколака, накрыл ладонью ладонь ученика, легшую на лук, затем также накрыл вторую ладонь, державшую стрелу. Начал объяснять технику на ухо майа: - Вот этой рукой придерживаешь стрелу здесь, у острия, а вот этой прижимаешь к тетиве и натягиваешь ее до тех пор, пока большой палец не коснется губ. Расслабь руки, и плечи расслабь, спиной прижмись ко мне, смотри вот в эту точку, на острие. Затем выбираешь мишень, у нас это будет вон то чахлое деревце, и... Мелькор отпустил стрелу и она, со свистом пролетев через опушку, вонзилась точно в цель. - Ты все понял? - Мелькор наклонил лицо к ученику, тот лишь слабо кивнул. - Тогда давай сам, вон в то дерево. Майрон с третьей попытки достал стрелу, прицелился, пытаясь при этом войти "в противоход" с движениями волколака под ним, и выстрелил. Стрела описала неровную дугу и приземлилась в кусты. - Ну, это была отличная попытка, ты большой молодец, - Мелькор похлопал ученика по плечу. - Но давай-ка еще раз со мной. Все же стрельба из лука понравилась Майрону куда больше изучения языков, и у него уже начало неплохо получаться, когда они заслышали впереди охотничий рог Готмога. Мелькор замер, а затем, шепнув Майрону, чтобы убрал лук, взялся за узду и пришпорил волка, переходя в мягкий галоп и непроизвольно прижимая ученика ниже к загривку. - Майрон, ниже, и держись за шерсть, - прошептал он ему, глядя, однако, лишь перед собой. Только, казалось бы, успокоившийся Майрон, охнул от нового положения и хрипло, прикрывая от стыда глаза рукой, прошептал: - Эру, это просто с ума сойти можно... - И не говори! - радостно подтвердил Мелькор. - Я тоже просто обожаю охоту! Майрон мучительно закусил губу и максимально прикрыл одеждой такую неуместную в этих условиях реакцию организма. "Если Мелькор узнает - он меня развоплотит и отправит обратно к Ауле", - страдальчески подумал Майрон, но не смог сдержать тихого, глухого стона, когда они поскакали вниз по склону и вала прижал его к волколаку всем телом. Готмога они догнали довольно быстро, оказалось, он гнал крупного лесного лося. Мелькор присоединился к погоне, радостно воскликнув: - Ату его, ату! Готмог ухмыльнулся хозяину и свистнул. Мелькор просвистел ему в ответ и погнал волка еще сильнее. Майа почувствовал, что теряет сознание от гремучей смеси возбуждения и стыда, и, как ни пытался держаться за спасительную жесткую шерсть, начал заваливаться на бок. - Эй, Майрон, ты куда это? - Мелькор нахмурился и за волосы поднял его, подтянув к себе. - Ты что вытворяешь? Это очень опасно. Можешь ехать? Майа кивнул, изогнувшись от руки хозяина, и вдруг отчетливо понял, что еще немного езды в этом темпе, и он дойдет до точки. Он прижался к шее волка, обняв его почти нежно, и зарылся в его шерсть, прикрыв глаза и отдавшись безумным ощущениям. Мелькору как раз было не до того, чтобы внимательно следить за странным поведением ученика, его вполне устроило, что тот хорошо держится в седле. Они гнали лося мимо зарослей, пугая лихим свистом и не давая ему уйти в чащу. В конце концов балрог снял со спины лук и достал стрелу. Они обменялись с Мелькором знаками, и тогда Готмог начал притормаживать, чтобы прицелиться точнее, а вала, наоборот, разогнал волка так, что тот почти не касался земли, и пошел наперерез зверю, чем вспугнул его, сбив скорость. Владыка уже извлек из сапога с тихим лязгом свой клинок, но тут Готмог выстрелил, точно попав в цель. И в тот же момент Майрон скривил брови в мучительном изломе и тихо ахнул, закусив кулак. Лось упал как подкошенный. Тогда вала вихрем сорвался с волка и побежал к добыче. Подъехавший балрог спешился и несколько мгновений недоуменно смотрел на страстно обнимающегося с волколаком Майрона. Однако он быстро всё правильно понял по позе ученика вала и его обессиленной неге, и наглая хищная усмешка растянула его губы. - Волчик, ты такой хороший, - мечтательно шептал Майрон, расслабленно лежа на нем и поглаживая по жесткой шерсти. Затем он, однако, заставил себя сесть, сильнее запахнув полы одежды, и затуманенным взглядом проследил за охотниками, которые спутывали лося, чтобы было удобнее везти обратно. Мелькор легко вскинул огромного зверя себе на плечо и нес к волколаку, совершенно счастливо улыбаясь. Подойдя, он участливо спросил у растрепанного ученика: - Ты как, ехать-то можешь? Тяжело это наверное в первый раз, но согласись, круто. - Полностью согласен, - промурчал Майрон, убирая с лица прядь огненных волос, - в первый раз мучительно тяжело, но ехать смогу без проблем. - Майрон, а Майрон, - подправляющий узду на своем волке балрог бросил на майа ироничный взгляд и похабно улыбнулся, - а хочешь обратно со мной поехать? А то у босса и так большой груз будет. Он закусил губу и призывно изогнул бровь. Майа слегка покраснел и посмотрел на балрога страшным взглядом, одними губами сказав: "я убью тебя". - Морда у тебя больно пакостная, дружище, - заявил Мелькор, заканчивая с креплением добычи, - так что нет. У парня и так сегодня стресс. Он легко вспрыгнул в седло. Майрон победно улыбнулся Готмогу, в ответ тот лишь хмыкнул. Когда они вернулись в Утумно, майа выловил балрога, вцепился в него мертвой хваткой и утащил в первый попавшийся темный угол, где, трижды оглянувшись и убедившись, что их не подслушивают, прошипел, тыча острым пальцем в огненную грудь: - Только посмей сказать что-нибудь Мелькору. Балрог недоуменно посмотрел на руку ученика вала, привалился спиной к стене и, нахально прожигая майа огнем взгляда, протянул: - Чей это пальчик у нас осмелел? - наглая улыбка вдруг сменилось гримасой участия. - Что, боишься его? Правильно делаешь. А то ведь, если он узнает, выйдет такой скандал... Ох, ты не видел его в ярости, майа... - Он ничего не узнает. Ты ведь ему не скажешь, - Майрон нервно улыбнулся. - А что ты мне сделаешь, если скажу? Или что мне будет, если не скажу? - нахальство этой морды росло ежесекундно. Майа сладко ухмыльнулся и полыхнул красным пламенем глаз: - Если ты не скажешь, то будешь жить дальше своей легкой и беззаботной жизнью. - Кажется, ты не в том положении, чтобы мне угрожать. - Мне лучше знать, в каком я положении. Скажем так, если ты меня не выдашь, я тебя тоже прикрою. - А с чего ты взял, что меня нужно будет прикрывать? - глаза Готмога вспыхнули нехорошим светом. - А как же иначе? Ты ведь еще даже не начинал искать первородных, а прошла уже неделя отведенного тебе срока, - майа напирал на балрога, переходя на шипящий ядовитый шепот. - Когда с тебя захотят спустить шкуру, любой голос в твою пользу может быть крайне полезен. И наоборот. Майа отстранился, помолчал мгновенье и добавил, выразительно изогнув бровь: - Ох, выйдет такой скандал... В такой ярости ты его точно еще не видел, Готмог. Балрог неожиданно улыбнулся и несколько раз громко хлопнул в ладоши. Майа с недоумением и опаской посмотрел на него. - Браво! А был такой тихий и робкий... Недаром босс с тобой столько занимается. Готмог сжал пальцами подбородок напрягшегося ученика и выдохнул ему в лицо: - Ты мне нравишься, майа. Ты точно приживешься здесь. Затем он молча отлепился от стены и вразвалку пошел к выходу, бросив через плечо: - Я принимаю твои условия.