Путь в прошлое

      Ему одиннадцать лет. Эта фраза снова и снова эхом отдавалась в голове. Ему одиннадцать лет… Мог ли он совершить ошибку в подсчётах? Ещё раз всё проверив, Гарри окончательно убедился в своей правоте: это тот самый год, год начала обучения Снейпа, Джеймса Поттера и других в Хогвартсе. Всё происходящее было просто невероятно, но за эти несколько часов он пережил столько эмоций, что сейчас готов был поверить во что угодно. В комнате вдруг стало душно, поэтому мальчик отвёл задумчивый взгляд от газеты, встал и открыл окно, впустив свежий летний воздух; полдень разгорелся в полную силу, солнце висело высоко в небе, его лучи пересекали маленькую комнатку Северуса. Сев на кровать, Гарри вновь впился взглядом в первую страницу — и тут же поражённо ахнул, вскочив на ноги — сегодня было 26-е августа! До первого сентября осталось 5 дней! Из всех возможных вопросов на ум пришёл только один: пришло ли Северусу — то есть Гарри — письмо из Хогварста?       Эмоции вновь нахлынули на парня — но теперь это были не привычные отчаяние и тоска. Сердце переполнял сумасшедший дух авантюризма, от которого перехватывало дыхание. Подростку хотелось прыгать от возбуждения, словно он был маленьким ребёнком, ждущим первое приглашение в Хогвартс. От осознания этой мысли Гарри был не в силах сдержать широкой улыбки — на данный момент он и был ребёнком. Не выдержав, мальчик начал лихорадочно выдвигать все ящики тумбочки — в ней обнаружились различные записки, личные вещи, но не было ни намёка на письмо. Окончательно успокоившись и вернув самообладание, он задумался: а вдруг события этой реальности как-то отличались от настоящих? Нервно усмехнувшись, гриффиндорец подошёл к дверям своей комнаты — был лишь один способ проверить это.       Спустившись в гостиную чужого дома, он обнаружил, что родителей в ней не было. Решив проверить в соседней от кухни комнате, он подёргал ручку двери — та была заперта. Видимо, это была спальня взрослых; по крайней мере, утром Снейп-старший вышел именно отсюда. Может, они куда-нибудь ушли? Кажется, операцию под названием «Поиски письма» придётся отложить. Решив не терять даром времени, Гарри сел на диван и принялся осматривать помещение, но его мысли были далеко. — Интересно, чем здесь занимался профессор до поступления? — тихо размышлял мальчик, стараясь привыкнуть к своему новому голосу — он был чуть мягче, чем у Гарри в таком возрасте и уже сейчас звучал глубоко и задумчиво. — И где здесь гуляют местные дети? — При этой мысли по телу пробежал холодок — его детство прошло в вечных попытках убежать от сверстников, любивших «охотиться» на Гарри. Интересно, у Снейпа здесь были друзья? Постойте… Подростка вдруг посетила леденящая кровь мысль — он понятия не имеет, волшебники ли родители Снейпа. Мерлин, ну и у кого теперь спрашивать о письме? Гарри недовольно скривился — все его планы с поразительной скоростью летели в тартарары! Из размышлений его вывели шаги, доносившиеся со второго этажа. Ещё секунда — и он увидел мать Снейпа, которая задумчиво спускалась по лестнице. «Чёрт, я же совсем забыл о той запертой комнате!» — Ты здесь? Я думала, ты уже ушёл на улицу, — удивлённо сказала женщина, остановившись на нижней ступеньке. «Так, значит, Снейп обычно проводил свободное время вне дома, — поставил в голове мысленную галочку Гарри». — Ммм… нет, я решил побыть дома сегодня… — «Мерлин, что же делать? Действовать надо немедленно, ведь до предполагаемого учебного года осталось совсем мало времени! Письмо давно должно было прийти, так почему же в семье Снейпов никто не упоминает об этом?» В памяти всплыла печальная сцена из воспоминаний профессора — высокий мужчина кричит и замахивается кулаками на съежившуюся женщину… «Из двух зол надо выбирать меньшее… — подумал Гарри, — решено — сейчас, или никогда!» — Мам, а мне не приходило… Не успел он договорить эту фразу, как наверху послышался скрежет и раздались странные звуки. Удивлённо переглянувшись, ребёнок и женщина мигом поднялись вверх по лестнице; таинственный шум доносился из комнаты Северуса. Не в силах сдержать любопытства, Гарри подобно вихрю влетел в помещение и тут же замер, словно наткнувшись на невидимую преграду: на подоконнике распахнутого окна расположилась большая полярная сова, а к её лапке был привязан такой знакомый конверт. Медленно, словно во сне, мальчик подошёл к птице, боясь моргнуть, и отвязал письмо. Сова посмотрела на него хищными жёлтыми глазами и, громко ухнув, с чувством выполненного долга вылетела наружу, оставив ошарашенного парня стоять у окна. «Боже, это не могло происходить с ним...» однако письмо не растворялось в воздухе. Из ступора его вывел тихий женский смех; обернувшись, он увидел миссис Снейп, на лице которой играла самая настоящая счастливая улыбка. — Ты что, Северус, даже не откроешь своё долгожданное письмо? Ты же целый месяц каждое утро караулил его, — всё ещё улыбаясь, сказала женщина. Мальчик перевёл широко распахнутые глаза на конверт: он был такой же, как у Гарри в его одиннадцать лет, за исключением адреса и имени. Открыв пурпурную печать, он обнаружил желтоватый лист пергамента с информацией о зачислении, а так же список необходимых предметов. Пробежав по нему глазами, Гарри-Северус почувствовал, как по всему телу разливается мягкое тепло, а текст вдруг отчего-то стал нечётким. Домой… он поедет домой. Подняв взгляд на маму профессора, он отметил, что улыбка очень шла женщине, делая её намного красивей. Не понимая, что делает, мальчик подошёл к ней поближе и прошептал: — Я еду в Хогвартс… — Конечно, юный волшебник, иначе и быть не могло, — удивлённо усмехнувшись, сказала женщина и вдруг сделала то, чего Гарри никак не ожидал: протянув руку, она погладила сына по длинным волосам и заключила в короткие, но по-настоящему родные материнские объятия. И Гарри не сопротивлялся. Впервые за много недель он был действительно счастлив.

***

      Сидя за обеденным столом в кругу семьи Снейпов, Гарри отчётливо видел разницу между ними и Дурслями: ужин на Тисовой улице проходил под бесконечные разговоры о соседях, работе Вернона и прочей ерунде. Да, среди них Поттер чувствовал себя просто ужасно, но стоило признать, что Дурсли были настоящей семьёй и, что уж там, любили друг друга. Здесь всё было иначе: никто не донимал его упрёками и придирками; более того, за те пятнадцать минут, что он провёл в компании отца и матери Снейпа, никто не проронил ни единого слова, и это начинало нервировать. Конечно, Гарри был только рад, что ему не приходится с ними разговаривать — иначе, он бы уже сейчас ляпнул что-нибудь не то, но холодная атмосфера за столом угнетала.       Не в силах больше терпеть эту напряжённую обстановку, он, так и не доев ужин, что-то пробормотал взрослым и вышел из кухни. Оказавшись в своей комнате, Гарри наконец смог расслабиться и выдохнуть. «И как Снейп терпел это всё своё детство?» Сев на кровать, мальчик понял, что ему решительно нечем себя занять. Подумав, он решил внимательнее осмотреть вещи жившего здесь мальчика — нет, он не будет вторгаться в его личную жизнь, просто ему стоило поискать что-нибудь, что могло бы помочь ему в ближайшее время. Передвинувшись поближе к прикроватной тумбочке, он обнаружил за стоявшей на ней настольной лампой наручные часы. Взяв в руки, Гарри внимательно осмотрел их: вещь выглядела очень старой, чёрные кожаный ремешок был потёртым от долгого использования. Видимо, маленький Северус очень дорожил ими, подумал мальчик. Интересно, это был чей-то подарок? Улыбнувшись, Гарри надел часы на левое запястье и тут же почувствовал себя уверенней, словно эта вещь могла уберечь его от любой угрозы. «Полезная находка — мне как раз нужно было узнавать время». С этими приятными мыслями подросток выдвинул верхний ящик тумбочки и обнаружил в ней толстую книгу, на обложке было написано название: «Дошкольный курс зельеварения». — Мда уж, — усмехнувшись, Гарри покачал головой, — другого от Снейпа нельзя было и ожидать, — взяв тяжёлый том, Гарри-Северус лёг на кровать, устроился поудобнее и открыл оглавление: «Список полезных ингредиентов», «Ваше первое зелье в домашних условиях», «Правило начинающего зельевара»… Открыв первую попавшуюся страницу, мальчик взглянул на циферблат своих новых часов — 21:00. Решив, что делать в любом случае нечего, он начал читать что-то о бадьяне… Уже через 20 минут мальчик мирно спал с лежащей на груди книгой, убаюканный свежим летним воздухом и стрекотанием сверчков, доносившимся из открытого окна. Над городом постепенно сгущались сумерки; это был самый долгий день в его жизни…

***

      Проснувшись рано утром из-за ослепляющего солнца, Гарри, не открывая глаз, улыбнулся. Он чувствовал себя просто прекрасно — это была первая за долгое время ночь, проведённая без изнуряющих кошмаров; честно говоря, он вообще не помнил, снилось ли ему хоть что-нибудь. Приоткрыв, наконец, глаза, волшебник тут же вспомнил обо всех событиях прошедшего дня: пробуждение в незнакомом доме, Снейпы, письмо… и он не имел никаких идей по поводу возвращения домой. Стоп, хватит. Депрессией делу не поможешь — первый пункт плана — выжить в этой семье и уехать в Хогвартс. Там уж он что-нибудь придумает. Встав с кровати, Гарри обнаружил, что уже был в своём кошмарном наряде; видимо, он заснул прямо в одежде. Потянувшись, мальчик направился в ванную комнату; взглянув в зеркало, он вздрогнул: да, к длинноволосому бледному мальчишке, смотревшему на него из отражения, придётся долго привыкать. Спустившись вниз, он обнаружил, что взрослые ещё не проснулись. Это даже к лучшему, решил Гарри. У него были планы на это утро — подросток твёрдо решил обследовать окружающую территорию, к тому же, прогуляться ему явно не помешает. Перекусив, мальчик, подумав, поднялся к себе и написал родителям профессора записку. Оставив её на на столике у дивана, Гарри тихо открыл дверь и вышел из опостылевшего дома.       Снаружи было по-утреннему свежо, даже прохладно, но солнце светило ослепительно ярко. Медленно идя по лабиринту узких переулков, мальчик старался находить для себя ориентиры: заблудиться в этом месте он хотел меньше всего. Постепенно заброшенных домов становилось всё меньше, а улочки стали выглядеть чище и уютней — видимо, Паучий тупик остался позади. Исследование неизвестного городка увлекло Гарри, и он уже уверенней шёл вперёд, разглядывая частные домики. Обычный маггловский город, вокруг не были ни намёка на волшебство… Неожиданно за поворотом он увидел небольшую детскую площадку, по которой с радостными визгами носилась местная детвора. На качелях сидела девочка постарше, смотря куда-то вдаль, её лицо закрывала копна огненно-рыжих волос . Поттер, чувствуя неясную тревогу, пытался получше разглядеть незнакомку, но тут девчонка повернулась и чёрные глаза встретились взглядом с такими знакомыми зелёными. Сердце Гарри забилось так сильно, что он не мог даже вздохнуть. — Привет, Сев! Я уже боялась, что ты не придёшь! — девочка вскочила со своего места и подбежала к застывшему парню, заключив того в дружеские объятия. — Привет, ма… Лили… — весь окружающий мир перестал для него существовать, Гарри видел перед собой лишь задорно улыбавшуюся девчушку. Свою маму.