Выше нос, сестрёнка!

Снежинки кружились в танце, медленно опускаясь на уже большие сугробы, пушистые ветви ёлок. Лиза неотрывно наблюдала за происходящим за стеклом, не найдя больше никакого занятия. В голове всё крутились слова, сказанные родственниками, и от этого всё болезненно сжималось внутри. — Поговори со мной, — попросил вдруг Денис. — Боюсь заснуть от тоски. На самом деле брюнета переполняла злость, и в мыслях рисовались картины избиения Кости, который, казалось, никогда ничуть не жалел о своем поступке. Много времени прошло с тех пор, Орлов повзрослел, мужчина вернулся из какой-то глухой деревни, куда сослала его мать. — Кто та девушка, о которой ты говорил? Орлов вздохнул, поняв, что сестра думает о том же. Ему не хотелось говорить о прошлом, которое так тщательно скрывалось от шатенки, не хотелось вспоминать заплаканное лицо Васи и её попытки покончить с собой. Те события прочно впечатались в память, и парню стоило больших усилий заставить себя жить настоящим, одновременно оставаясь опорой для подруги и стараясь поддерживать её. — Василиса. Ты должна помнить её, — парень с силой сжал руль, отчего костяшки пальцев побелели. — Она частенько бывала у нас в гостях, да и видела ты её не так давно… Кузнецова сжалась, обеспокоенная состоянием сводного брата. Она уже успела мысленно ударить себя по лбу за то, что завела разговор на эту тему. Тем не менее было любопытно, что случилось дальше и почему ей не было известно об этом происшествии. И Лиза бы непременно спросила, если бы не внутренний голос, который молил этого не делать. Девушка понимала, что Дену тяжело переживать произошедшее снова, и потому молча ждала, когда брюнет соберется с мыслями или предложит сменить тему. — Я думаю, она будет там, куда мы направляемся, — Орлов не заставил себя долго ждать. — И мне кажется, не стоит, говорить с ней о случившемся и тем более расспрашивать о подробностях. — Не совсем дура, — буркнула, надув щёки. Временами Лизе казалось, что сводный брат принимал её за маленького неразумного ребёнка, и это очень злило и обижало одновременно. Парень перевёл взгляд на Кузнецову, которая сидела рядом и гладила кошку, иногда задерживая длинную шерсть между пальцами. Она снова была не в духе, и Денис незаметно для неё закатил глаза, мысленно отмечая, как сложно поддерживать с ней хорошие отношения, не мечтая стукнуть друг друга какой-нибудь тяжёлой книжкой по голове. — Я этого и не говорил, — заметил мягко, — хотя учёбу ты всё-таки запустила. Девушка зло посмотрела на него, сжав в губы в тонкую полоску. Ещё несколько неосторожных слов, и ничего доброго можно было не ждать. Денис всерьёз задумался о том, что не мешало бы срочно сменить тему. Но мысли как назло путались. — Ты уже решила, где будешь учиться? — спросил после затянувшейся паузы. Отчего-то показалось, что другого шанса узнать может и не быть. Лиза молчала, а Орлов, чтобы занять себя чем-нибудь, начал считать секунды, и с каждой мысленно названной напрягался всё сильнее. — Нет, — шатенка замялась, но почти сразу продолжила. — Я бы хотела пойти в 10 класс, а потом поступить в медицинский институт. Но знаешь, чем больше я смотрю на маму с твоим отцом, тем сильнее мне кажется, что я им мешаю. Я словно лишняя, понимаешь?.. Это больно осознавать. — Понимаю, — кивнул парень и кинул взгляд на сидевшую рядом сводную сестру. Тяжёлый вздох, попытка набраться смелости. Денис не представлял, что будет делать, если Лиза вдруг ответит отказом, если она неправильно его поймёт. — А если бы я поступил в вуз в соседнем городе и смог снять квартиру, ты бы поехала со мной? — Кузнецова задумалась, закусив нижнюю губу, а юноша заговорил снова, боясь, что не выдержит тишины. — Там есть колледж с медицинским уклоном… У меня там знакомый учится. — Н-нет, — отрицательно качание головой не придало словам уверенности. — У тебя своя жизнь, и я не хочу тебе мешать. — Ты давно уже являешься частью моей жизни, — улыбнулся Ден, круто поворачивая руль вправо. Хотелось бы верить, что это и есть причина отказа, но что-то подсказывало, что это была лишь вершина большого подводного камня. Девушка ответила скромной улыбкой. От сказанного братом внутри разливалось приятное тепло, а щёки уже заалели от смущения. Прижавшись лбом к холодному стеклу, Лиза вдруг подумала о том, что, возможно, стоило принять предложение сводного брата. Пожить у него какое-то время, освоиться, а потом, если плохо будет, перебраться в общежитие или снимать небольшую комнату или квартирку вместе одной из однокурсниц. — Тогда можно попробовать, — прошептала тихо, не зная, считался ли начатый пять минут назад разговор оконченным. Орлов ликовал. Теперь можно было наконец-то выдохнуть и больше не переживать об этом. Он ликовал, но ровно до того момента, как сводная сестра спросила: — Они ведь не поймут? После того, что произошло сегодня, ни наши родители, ни другие родственники не поверят в то, что у нас чисто братско-сестринские отношения, если я буду жить с тобой. — Пускай, — Денис, припарковав автомобиль, аккуратно сжал холодную ладонь Лизы. — Меня мало интересует их мнение, но я был бы совсем не против, если бы наши отношения были больше, чем родственные. А ты? — А я… снегирь, — ответила тихо, указав пальцем на сидевшую на ветке красногрудую птичку, и, окончательно смутившись, потянулась к дверной ручке, намереваясь выскочить из машины. Брюнет не позволил, мягко притянув к себе и чмокнув в губы. И рассмеялся, когда сводная сестра несмело толкнула его в грудь и всё же выскочила на улицу, где по-прежнему падали белые хлопья-снежинки.