Эти игры написаны нами

Первые солнечные лучи пробивались в покои Султанши сквозь темно-коричневые шторы из тяжелой ткани. Михримах поднялась с кровати и вышла на террасу, чтобы вдохнуть свежий весенний воздух, и сразу же почувствовала босыми ногами холодный мрамор, который не успел прогреться. По дороге Султанша надела на себя халат, после чего облокотилась на перила выходящего во двор балкона. Женщина внезапно услышала стук обуви по мраморному полу. Обернувшись, она увидела перед собой Рустема, который с ног до головы осмотрел жену. Паша подошел к Михримах, и между супругами повисло неловкое молчание. — Султанша, я вчера пришел вечером, но ты уже спала. Не захотел тебя тревожить, — Рустем встал рядом с женой и посмотрел ей в глаза, от чего та отвела свой взгляд в сторону. — Главное, что ты зашел к детям, они ждали тебя. Осман даже не ложился спать, пока ты не пришел, — она замолчала, но после недолгой тишины вновь заговорила. — Извини, мне нужно ехать в Топкапы. Сегодня приезжает Шах Султан, — Михримах отошла от перил и направилась к своим покоям. — Мы хотели поговорить, — Рустем остановил ее своими словами. — О чем? Забудь то, что было вчера — я поторопилась с выводами. Наверное, зря я попыталась все изменить, прежняя жизнь тебя устраивала, — Михримах натянуто улыбнулась. Ей было тяжело сдерживать свои эмоции и переживания. — Михримах, конечно же, такая жизнь меня не устраивает. Пойми, за эти годы многое произошло, и мне тяжело тебе поверить вот так сразу. Я хочу жить с тобой, и чтобы ты меня любила так же, как я тебя. Но все эти девятнадцать лет ты отталкивала меня, не подпускала к себе. Я привык, что многие люди используют меня для личной выгоды. И теперь, когда ты так резко захотела все изменить, я не мог тебе просто поверить. Сейчас я понял, что ты была искренней, — Паша подошел к своей жене и протянул ей руку. — Ты так быстро сдался, это совсем не похоже на тебя, — растерянно произнесла Султанша и недоверчиво покосилась на мужа. — Я бы на твоем месте так сделала. — Мы полные противоположности, Михримах. Именно поэтому мы до сих пор вместе. Только сейчас доросли до того, чтобы начать жить нормальной жизнью и ценить то, что имеем. Давай будем держаться друг друга, и тогда мы с тобой станем непобедимыми, — Рустем улыбнулся, стараясь доказать жене правдивость своих слов. — Неужели мы сможем жить нормальной жизнью? — задав риторический вопрос, Михримах взяла руку мужа и обняла его.

***

Проснувшись, Шехзаде Баязид первым делом уделил время физическим занятиям. Мужчина фехтовал саблей, сражаясь со своими лучшими воинами. Напряженные мышцы полностью овладели оружием и казалось, что ему нет равных в бою. На свежем утреннем воздухе Баязид раскрывал все свои таланты.

***

Селим вместе со своей наложницей прогуливались дворцовым садом, обсуждая последние новости и советуясь на счет того, как же дальше действовать. Женщина держалась под руку с Шехзаде. На ней было надето фиолетовое платье, которое небольшим шлейфом волочилось за ней следом, а ее голову украшала невысокая диадема, украшенная аметистами. — Селим, мы должны с тобой вести свою игру. Я узнала, что Шах Султан приезжает в столицу. Она не станет поддерживать твоего брата, ведь Султанша ненавидит твою сестру, а она, как известно, полностью на стороне Шехзаде Баязида. — До отъезда я хочу помериться с сестрой. Мы одна семья, поэтому должны держаться вместе. Мехмед, Мустафа, Джихангир — все они погибли, и нас осталось трое. Мать больше всего желала, чтобы мы всегда были вместе, — Селим остановился. — Я понимаю. Но что, если Михримах Султан захочет действовать против тебя? Допустим, вы помирились, но это не значит, что она будет продвигать тебя к трону, — Нурбану не могла понять причину спокойствия Шехзаде. — Еще вчера ты говорила по-другому. Ты была не против, чтобы я наладил отношения с Михримах, — Селима слегка разозлило поведение Нурбану. — Однажды я говорил, но повторю еще раз. Не смей ставать между мной и сестрой, — Селим ткнул пальцем и пошел дальше вдоль тропинки.

***

— Селим, не хочешь сразиться со мной? — предложил Баязид, когда увидел брата. — Если, конечно, не боишься упасть лицом в грязь, — Шехзаде издал смешок. — Брось, это юношеское соперничество. Если хочешь показать свое превосходство — блесни умом на заседании Дивана или предложи откуда нам взять деньги на флот. А вот это оставь для своих воинов, — Селима развеселило поведение брата. Кинув в его сторону ответный смешок, рыжеволосый Шехзаде отправился дальше. По своей натуре Селим был более спокойным, чем походил больше отца, а Баязид же напротив — он был активным и импульсивным, как его мать. Борьба, которую ведут Шехзаде с самого детства, не прекращается и сейчас. Все бояться последствий этой войны. Результат будет печальным в любом случае: или кто-то из них погибнет, или попадет в немилость Повелителя. Селим не желал смерти брата, но поведение Баязида злило его и выводило из себя. По всем законам Османской Империи отцовский трон занимает старший Шехзаде. Селим не особо жаждал власти, особенно когда были живы его старшие братья, но сейчас, когда остался только он и Баязид — это было дело принципа. До отъезда в Манису осталось всего несколько дней. Рыжеволосый Шехзаде должен был закончить свое дело, а именно — помириться с сестрой. Он не надеялся, что Михримах перейдет на его сторону, но все же наладить с ней отношения не помешает. Мужчина спокойным, неторопливым шагом направился к комнатам покойной Валиде Султан, где расположилась его сестра. Селим миновал служанок около двери покоев и оказался в просторной комнате, которая сверкала богатством и роскошью. Его сестра восседала на тахте, стоявшей напротив камина. Она взяла в руки очередную папку, которую наполняли сотни тонких бумаг и разогнула шею, затекшую после долгой работы с документами. Султанша подняла голову и увидела своего брата, который заинтересованно наблюдал за ее действиями. — Селим, — Михримах недовольно взглянула на брата. — Через два дня я уезжаю в Манису, — Шехзаде улыбнулся. — Мне нужно было обсудить некоторые вопросы с тобой до отъезда. Давай присядем, — предложил Селим и, взяв сестру за руку, повел ее к дивану. — Неужели у нас есть общие темы для разговоров? Воссоединившись с Нурбану, ты рискуешь потерять свою семью. Я уверена, что она настраивает тебя против нас. Особенно — против меня. — Это не так, сестра. Я пришел совершенно с другой целью. Хватит нам ссориться, я хочу жить в мире. И понимаю, что ты желаешь видеть на престоле Баязида, но по всем правилам Султаната — я должен стать будущем Султаном. Тем более отец назначил меня наместником Манисы. — Ты пришел, чтобы похвастаться? — Султанша разочарованно посмотрела на брата. — Михримах, смирись, именно я престолонаследник. И хочу жить с тобой в мире, ведь нас осталось трое. Баязид старается мне что-то доказать, постоянно показывает превосходство надо мною. Я устал от этой борьбы. Ты можешь поддерживать Баязида, но не иди против меня, — Селим заглянул ей в глаза, стараясь найти ответ на вопрос, который его долго терзал: «Почему Михримах отказалась от него? Неужели он причинил ей боль и вред? Обидел чем-то?» — С чего вдруг такое предложение? Это очередная стратегия? Выдумка Нурбану? — Султанша разозлилась на брата. — Нет никакой выдумки, я всего лишь хочу наладить отношения со своей родной сестрой. Ты была права, я остался совсем один, — Селим старался переубедить Михримах. — Селим, мы действительно должны держаться вместе, — выдавила Михримах из себя и обняла брата, сделав вид, что верит ему.

Бурса.

В небольшой комнатке сидела женщина. От молодой девушки, излучавшей когда-то улыбку, не осталось и следа. Вместо цветущей Гюльбахар на тахте восседала старая, убитая горем Махидевран. Ее голова была покрыта сединой, а лицо — морщинами, что свидетельствовало о немолодых годах. Рядом с Махидевран сидела Разие — ее дочь от Османского правителя. Молодая девушка была похожа на свою мать. Густые каштановые волосы были собраны в высокую прическу, которую украшала небольшая диадема из чистого золота. Ее голубые глаза блестели стальным блеском и некой неприступностью, а маленькие губы узкой дугой горделиво были поджаты. После смерти брата Разие стала другой. Из наивной девчушки, любившей и уважающей отца, ничего не осталось. Молодая Султанша с ненавистью вспоминала об отце, который отдал такой жестокий приказ. Уже долгие годы она не могла простить эту подлость. Как и ее мать, не желала видеть Повелителя, но в тоже время хотела задать вопрос, который терзал их души: «За что?» Разие коснулась руки своей матери и с теплой улыбкой заглянула ей в глаза. Махидевран ответила ей тем же и отложила в сторону сверток с письмом. — Матушка, пришло письмо из столицы? Неужели отец решился написать? — молодая девушка вздрогнула от упоминания отца, и ее кожа покрылась мурашками. — Нет, твой брат Шехзаде Баязид написал нам, — Махидевран относилась с уважением к младшему сыну Хюррем, поскольку он был сторонником Мустафы. — Он спрашивает, не нуждаемся ли мы в чем-то, а еще просил моей поддержки в борьбе за трон, — Махидевран горько качнула головой и отвела взгляд в сторону. — Вы ведь не собираетесь возвращаться в столицу? — Разие покосилась на мать. — Нет, но это сделаешь ты, Разие, — Махидевран сомневалась в правильности решения, но сказанное не вернуть. — Ты отправишься с Яхъей Ташлыджалы. Свадьба должна была быть сыграна еще два месяца назад, но из-за смерти и болезни Хюррем празднование было отменено. Скоро будет сорок дней с момента ее кончины, тогда и устроите свадьбу. — Отец скажет, что сейчас это неуместно, тем более я не хочу его видеть. Он прекрасно живет, даже не вспоминая обо мне. Правду говорят, что отец любит детей до того момента, пока не равнодушен к их матери. — Не глупи, Разие. Хюмашах Султан уже в надлежащем возрасте, Эсмахан недавно овдовела, да и Нерзгишах давно уже пора выйти замуж, как и тебе. Повелитель прекрасно это понимает, но так как ты его дочь, то мы не можем сыграть свадьбу без его ведома. — Но ведь траур по Мустафе, Хюррем Султан, Джихангире… Повелитель до сих пор в печали и тоске, мама. Также как и мы. Разве мы можем веселиться? Со смерти брата прошло так мало времени, а мы будем устраивать праздник? — возмутилась Султанша. — Разие, прошло пять лет. Ты еще совсем молодая, тебе нужно жить дальше. Достаточно! Нельзя больше так жить, ты должна быть сильной и улыбаться своим врагам, смеяться сквозь слезы. Докажи всем, что не только Михримах может вершить судьбу нашего государства и влиять на Повелителя, но и ты! Разие, ты ничем не хуже нее. И должна доказать всем, что ты — дочь Султана, истинная представительница Династии. В тебе течет благородная кровь и сейчас глупо скрываться за маской траура, когда ты можешь изменить будущее Османской Империи. — Я получила идеальное образование и хорошо разбираюсь в политических играх, но не хочу этого. Власть — это худшее, что может быть. Она превращает человека в безжалостного зверя, который не видит преград на своем пути, — Разие противоречила словам матери. — Я говорила с Ташлыджалы, он согласен со мной. Вы должны отправиться в столицу, дабы восстановить справедливость. Решено, я напишу письмо Повелителю и сообщу, что вы отправитесь в Топкапы. Разие, ты должна сделать то, что было не под силу мне — вложить частичку своего разума в развитие Османской Империи.