Да здравствует психушка!

В доме у Ичиго творилось что-то непонятное. Даже сквозь стены было слышно, как кто-то ругается (причем не всегда цензурными словами). В окно вылетел стол, чуть не прибив Рукию и Шики. Следом за столом вылетел еще и стул и, с видом ракеты, улетел покорять далёкие планеты. В окно выглянула голова с чёрными волосами и скорбным голосом оповестила весь квартал: - Мой стол! Он улетел! - и попыталась повеситься на шторке, которая от такой наглости поспешила ретироваться вслед за столом и стулом. Но голова неожиданно воспряла духом, выпрыгнула в окно и побежала с обнимашками к Шики. - А-а-а-а! Уйди-и-и! - заорала гостья, увидев, что к ней несётся лохматое существо в пыли и шторке. - Братуха! - заорала Касуми, пытаясь на бегу выпутаться из шторки и при этом удержать равновесие. - А, эт ты. - вдруг сделав покерфейс, произнесла Шики, уворачиваясь от обнимашек. Из-за двери дома показалась голова Ичиго, обрадовавшаяся при виде Рукии, как отаку при виде шикарного аниме магазина (он надеялся спихнуть странную особу на попечение Рукии), но, увидев, что Касуми и Шики нашли общий язык, мгновенно скис, всем своим видом изображая лимон, съевший человека. За чаем,Рукия объяснила, что да как. Потом начали рассказ мы. Все долго ржали, как обкурившиеся макаки, и пытались пить чай.

***

подвал магазина Урахары. - О, проходите, проходите. Мы тут всегда рады гостям. - подозрительно радостный Урахара обмахивал веером свою подозрительную мордочку и, сверкая глазами, смотрел, как Касуми и Шики радостно носились по подвалу, в попытке сравнять все камни с землей. Сонный Ичиго, всю ночь объяснявший своей семье, откуда взялись рисунки на стенах / погром в комнате / стол на улице / новости про космическую табуретку и т.д., развалился прям на песочке и пытался изобразить что спит, дабы не повторять этот же рассказ Урахаре. Поэтому объясняла Рукия. С очень красочными рисунками кроликов. - Значит, они из другого мира. Так бы сразу и сказали, - наконец поняв, что хочет сказать Рукия, произнёс Урахара, загадочно улыбаясь, - будет не трудно отправить их домой.